Когда муза достала. Гл. 11

Я убью тебя, лодочник, я убью тебя, лодочник
Я убью тебя, лодочник, я убью тебя, лодочник

Слова песни заезженной пластинкой крутились в голове, пока Милена, стоя на берегу, смотрела вслед уплывающей лодке. Туман медленно уползал вслед за лодкой, цепляясь за вёсла и оседая на бортах. Милене казалось, что туман спешит убраться подальше от странных берегов.

А странного хватало, даже на первый взгляд. Песок был странного цвета — чёрный. Как только Милена заметила это, мрачные мысли посетили её, и она пожалела, что отпустила лодку!

Остров волшебницы не может быть самым обычным местом! Можно сколько угодно размышлять и предчувствовать, но голодный желудок сжимался спазмами и заставлял действовать. И почему она, любимица богов, не попросила у них волшебного артефакта? Например, волшебную палочку? Сейчас она уже давно была бы дома.

— Муза! Муза Андреевна!

Выкрикивая это имя, она пошла вглубь острова, под деревья, чьи развесистые кроны обещали прохладу и укрытие от жаркого солнца. Ей вспомнилась сказка про царя Салтана. Там бедную царицу заточили в бочку и с младенцем и выбросили в море. Волны выкинули бочку на берег, и несчастные оказались на пустынном острове. Но остров не был совсем необитаемым, и вскоре там появилось много всего с помощью волшебства. Где же ей найти волшебницу или хотя бы напасть на её след? Ведь не будешь заглядывать под каждый куст или дерево?

— Муза! Муза!

— Ты кто такая и чего тут разоралась?

— Ой!

Издав этот возглас, Милена посмотрела вверх. Она стояла под раскидистым деревом, а сверху свисал какой-то шнурок. Может, это звонок? Интересно, кто живёт на дереве? Сколько ни пыталась девушка разглядеть домик или хотя бы дверь — в густой листве это было сложно. Тогда она решила легонько потянуть за шнурок и уже протянула руку, как услышала:

— Лапы прочь от моего хвоста!

— Ой, да кто это говорит со мной?

— Я-то знаю, кто! А вот ты кто такая будешь и что здесь делаешь?

Загадочный собеседник скрывался в листьях и не спешил показаться. Судя по шнурку или, вернее, по хвосту, — это была неведомая миру зверушка.

— Сама ты зверушка! Глупая девчонка! Я райская птица!

— Очень приятно! — пробормотала Милена. — Простите меня, тут за листьями ничего не видно.

— Ладно! Сама-то, кто будешь?

— Меня зовут Милена, и я начинающий писатель. Оказалась тут по воле моей музы и теперь не знаю, как выбраться из этого мира в свой. Не подскажите дорогу?

— Это не ко мне! А вообще музы — ветреный народ. Может, тебе у ветра спросить, он совсем недавно тут пролетал.

— Ой, как жалко! А где мне его искать? Я есть хочу, может, тут есть какой-нибудь дом и люди? Мне вот говорили, что тут живёт Цирцея. Это правда?

Милена уже не мечтала набрести на признаки цивилизации в виде отеля или кафе. Она уже как-то обжилась в этом мире и не строила иллюзий. Мир этот суров, и выживает тут сильнейший! Тебя запросто могут поймать, скрутить и отправить в рабство или на обед Минотавру. Так что, ну её в пень, эту древнегреческую цивилизацию! Иногда пустынный остров намного лучше, это ещё со времён Робинзона Крузо известно!

— Правда! Вот только я не советую тебе обращаться к волшебнице! Та ещё дрянь! Слышала, что она учудила со спутниками Одиссея?

Милена удивилась, ведь она не так давно встретилась с Одиссеем и его спутниками. Неужели за несколько дней с ними приключилась беда на этом острове?

— Не то слово! Самая настоящая беда! Цирцея превратила всех их в свиней!

— Как? Прямо всех? А что они сделали?

— Да ничего особенного! Не надо было им посещать этот остров. Плыли бы себя мимо — целее бы были!

Получив такой расплывчатый ответ, Милена задумалась. Похоже, она зря сюда отправилась, но кто же знал? Хотя боги не могли не знать, и Афродита вроде намекала, что характер у волшебницы крутой! И вот теперь она на этом пустынном острове. Практически необитаемом. Если не считать волшебницы.

— Так что мне делать? Я постоянно попадаю в какие-то переделки! Муза вроде говорила, что мне необходимы яркие впечатления и нестандартные ситуации для вдохновения, но это уже перебор какой-то!

— Я бы на твоём месте пожаловалась!

— Кому? — удивилась Милена.

Кому ей пожаловаться на этом пустынном острове? Что эта глупая птица понимает? А туда же, с советами лезет, вот только советы дурацкие даже для птицы!

— Как куда? В небесную канцелярию, на гору Олимп! Я сейчас как раз отправляюсь на материковую часть Греции и буду совершенно случайно пролетать мимо горы Олимп. Могу заскочить к старику Зевсу и передать твою жалобу! Ну, что? Будешь сочинять?

— Ой! — испугалась Милена. — Неужели, самому Зевсу? А что сочинять? Я хотела роман века, и муза обещала мне вдохновение, а вместо этого я тут застряла!

— Вот это всё и расскажешь и советую говорить только правду. Ладно, я полетела, ближе к вечеру ожидай явление Зевса. Уверена, он это дело так не оставит.

Шнурок как-то резко исчез, просто растворился в воздухе. Послышался шелест могучих крыльев, который перекрыл все звуки. Правда, из звуков в основном только был треск вездесущих цикад.

Оставшись одна, Милена резко выдохнула. А что? Что ей оставалось делать? Она побрела куда глаза глядят, по правде говоря, кругом было очень красиво. Все кусты и деревья цвели, вокруг них жужжали пчёлы и шмели. Сочная густая трава зелёным ковром покрывала всё вокруг. Будто не было палящего солнца, а может тут часто шли дожди? Листва на деревьях такая сочная, цветы такие яркие, и аромат от них кружит голову. Или это от голода галлюцинации?

Она набрела на озеро, берега которого густо покрывал кустарник. Надо было посмотреть, может на кустах были ягоды, вот только силы покинули Милену, и она рухнула в густую траву. От земли шло тепло, и запахи только усилились. Она с горечью вспомнила маму, которая не верила в её писательский талант и призывала покончить с писательством и взяться за ум: выйти замуж и родить ребёнка. Ещё она вспомнила гостей, которых обслуживала в кофейне. Лица постоянных посетителей встали перед ней как живые. Они вроде что-то ей говорили, успокаивали или требовали принести заказ?

Задремав, она видела во сне, что за её столик снова сел молодой человек в сером свитере ручной вязки. Он часто приходил и всегда заказывал только кофе. Сидел примерно в течение часа и смотрел в окно. Иногда он искал глазами её глаза, и тогда ей казалось, что он хочет что-то спросить. Она подходила к столику и спрашивала, не нужно ли ему ещё кофе, но он всегда только молча качал головой. В душе она бесилась: ну чего он такой угрюмый? Или просто скромный? Девчонки утверждали, что он приходит в кофейню только ради неё. Скорее всего, именно так и было. Ведь кофе можно попить дома, это дешевле и удобнее.

Вот и сейчас, во сне, он сидел в своём сером свитере за столиком и смотрел грустно на Милену. Она решила игнорировать его взгляд, ну сколько можно? Он ведь не немой, так чего сидит, как пень с глазами и пялится на неё. Вон, уже Виталина вылезла из кухни, чтобы полюбоваться, как она бесится. Впрочем, она всегда держит себя в руках, а Виталина пусть катится обратно к своим кастрюлям. И вдруг, случилось чудо! Он позвал её и, опустив глаза, тихо спросил, что она делает вечером.

— У меня смена заканчивается около одиннадцати вечера. В такой поздний час что мне делать? Еду домой на такси.

— А может, я вас встречу после закрытия кофейни, и мы немного прогуляемся? Я давно хотел предложить вам прогуляться, но боялся, что вы не захотите после работы или вас кто-нибудь ждёт дома.

Это прозвучало так мило, что она едва не расплакалась от счастья. Эмоции нахлынули, и она совсем упустила из виду, что спит. Это всего лишь сон, но ей было так хорошо, что просыпаться не хотелось. Несмотря на гром и молнии, которые вырвали её из приятных сновидений и погрузили в пучину отчаяния. Судя по грому и сильному ветру, надвигалась гроза, а она так и не нашла себе пристанища и убежища от непогоды. Сейчас уже поздно было куда-то бежать, да и сил почти не осталось. Она уже давно не ела, и голод терзал желудок, как зубастое чудовище.