Библия. Царствъ 2-я. Гл. 24. Смерти къ олтарю

БИБЛИЯ. ВЕЧНЫЙЪ ЗАВЕТЪ.

АРИ НА РАДИО НОВА.

ЦАРСТВЪ 2-я.

ГЛАВА 24. Смерти къ олтарю.

22.05.2026 года

        Предыдущая двадцать третья глава завершилась исчислениемъ всехъ, причисленныхъ къ сильнымъ давида – человека утверждающего вида. Эта же, завершающая Книгу, двадцать четвёртая глава начинается тоже исчислениемъ. Но другимъ. Читаемъ.

        Синодальныйъ переводъ:
24:1 Гнев Господень опять возгорелся на Израильтян, и возбудил он в них Давида сказать: пойди, исчисли Израиля и Иуду.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:1 И приложи Господь гневу разгоретися во Израили, и подвиже въ нихъ давида, глаголя: иди и изочти Израиля и Иуду.

        И позволилъ Господь гневу разгореться въ Израиле, и сподвигнулъ въ нихъ человека утверждающего вида, глаголя: иди и исчисли Израиля и Иуду.

        То есть, въ Израиле Господь позволилъ разгореться гневу. Запомните это, ибо только потомъ было дано указание сосчитать Израиля – светлыхъ людейъ изъ поселенийъ Ра и Иуду – людейъ иныхъ устоевъ добра. Ибо если гневъ заполоняетъ людейъ, то эти люди уже не есть люди светлого сознания – въ гневе масштабно работаетъ тьма. И она полностью руководитъ человекомъ, кто не способенъ сдерживать свойъ гневъ и не давать ему разгораться. И въ этомъ разросшемся гневе это Господь «подвиже въ нихъ давида, глаголя: иди и изочти Израиля и Иуду». Господу нужно было, чтобы давидъ своими глазами увиделъ бы, сколько ихъ на Земле – людейъ светлого сознания и людейъ тёмного сознания.

        Синодальныйъ переводъ:
24:2 И сказал царь Иоаву военачальнику, который был при нем: пройди по всем коленам Израилевым [и Иудиным] от Дана до Вирсавии, и исчислите народ, чтобы мне знать число народа.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:2 И рече царь ко Иоаву князю силы иже съ нимъ: пройди ныне вся колена Израилева и Иудина, от Дана даже и до вирсавіи, и сочти люди, и да увемъ число людемъ.

        И рече царь ко Иже Богъ ведающему князю силы иже съ нимъ: пройди ныне все колена Израилева и Иудина, отъ Дана даже и до вверху веющихъ (вирсавіи), и сочти людейъ, и да узнаю число людейъ.

        Обратите внимание, какъ въ церковнославянскомъ тексте этого стиха слово «Дана» написано съ большойъ буквы, и после него поставлено усиливающее слово «даже». Эта большая буква въ данномъ слове вкупе съ «даже» въ этомъ стихе действительно показываетъ того самого ветхозаветного Дана, какъ праоснователя одного изъ самыхъ первыхъ родовъ – колена Израилева. И поэтому перепись, какую  здесь хочетъ провести царь человека утверждающего вида, – это перепись людейъ, жившихъ съ самыхъ первыхъ времёнъ основания коленъ (родовъ) Израилевыхъ. Но какъ? – скажете вы – разве возможно сосчитать техъ, кто жилъ такъ давно, что история человечества даже не имеетъ возможности назвать это время? Да, можно. Ибо люди, живующие ныне, это есть люди, жившие и тогда. Ведь современная наука способна определять принадлежность къ роду человека. И у неё есть для этого много различныхъ методовъ. Но здесь идётъ речь не о генетическомъ определении принадлежности къ роду. Сказано: «…вся колена Израилева и Иудина…», то есть, все колена (ответвления родовъ) людейъ светлого сознания, вышедшихъ изъ поселенийъ Ра, и Иудина – Иже Устоевъ Добра иныхъ, то есть, людейъ иныхъ устоевъ добра, а, значитъ, людейъ тёмного сознания. Это – очень трудная задача. Поэтому Самыйъ Ведающийъ какъ Богъ далее говоритъ. Читаемъ.

        Синодальныйъ переводъ:
24:3 И сказал Иоав царю: Господь Бог твой да умножит столько народа, сколько есть, и еще во сто раз столько, а очи господина моего царя да увидят это; но для чего господин мой царь желает этого дела?
24:4 Но слово царя Иоаву и военачальникам превозмогло; и пошел Иоав с военачальниками от царя считать народ Израильский.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:3 И рече Иоавъ ко царю: да приложитъ Господь Богъ твой къ людемъ твоимъ, якоже быти имъ сторицею, и очи господина моего царя да увидятъ: и господинъ мой царь почто помышляетъ о словеси семъ?
24:4 И превозможе слово царево ко Иоаву и ко княземъ силы. И изыде Иоавъ и князи крепости предъ царемъ сочести люди Израилевы.

        И рече Иже Богъ ведающийъ къ царю: да приложитъ Господь Богъ твойъ къ людямъ твоимъ, якоже быти имъ сторицею, и очи господина моего царя да увидятъ: и господинъ мойъ царь почему помышляетъ о слове этомъ?
        И превозможе (возобладаетъ) слово царево къ Иже Богъ ведающему и ко князямъ силы. И выйдетъ Иже Богъ ведающийъ и князья крепости передъ царемъ сосчитать людейъ Израилевыхъ.

        То есть, не понимая, зачемъ это нужно, темъ не менее Иже Богъ ведающийъ  и князья крепости идутъ считать людейъ Израилевыхъ. Вы увидели, что здесь уже речь идётъ только о людяхъ Израилевыхъ? Здесь уже не сказано «и Иудиныхъ». То есть, увидевъ недопонимание Иоава, слово царево преобладающейъ своейъ силойъ вышло на то, чтобы сосчитать только людейъ Израилевыхъ – людейъ светлого сознания.
        Читаемъ, что же было дальше.

        Синодальныйъ переводъ:
24:5 И перешли они Иордан и остановились в Ароере, на правой стороне города, который среди долины Гадовой, к Иазеру;

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:5 И преидоша Иорданъ, и ополчишася во Ароире одесную града иже посреде дебри гадъ и Елiезеръ.

        И перешли Иже оръ данныйъ, и ополчились въ «орущемъ ире» правого города, что посреде дебри гадъ и существующего льющегося видимого (Е-лiе-зеръ).
 
        Обратите внимание, что слово «посреде» въ церковнославянскомъ тексте написано съ буквойъ «ять» на конце слова, какая можетъ читаться и какъ «е», и какъ «и», и другими гласными буквами. Въ данномъ случае, Я прочла вамъ это слово съ буквойъ «е» на конце слова. Это – для того, чтобы вы увидели бы значение этого слова не «посреди», какъ «посередине», а какъ «по среде» – по тойъ среде, въ какойъ проживали люди и, что более важно къ пониманию, «по среде дебри гадъ и существующего льющегося видимого». Это значитъ, что въ тойъ среде, где существуютъ дебри гадъ – какъ непроходимые дебри пространства, привычного для гадовъ (въ смысле плохихъ существъ, въ томъ числе, человека)– и въ томъ существующемъ льющемся видимомъ (свете), въ какомъ привыкъ жить человекъ и любое существо на планете. Всеми этими словами образно показано то существующее пространство мира, въ какомъ живётъ всё живое, и какое есть видимымъ, и въ этомъ видимомъ существуютъ дебри гадовъ, воспринимающихъ своимъ мозгомъ невидимую тёмную энергию.

        Синодальныйъ переводъ:
24:6 и пришли в Галаад и в землю Тахтим-Ходши; и пришли в Дан-Яан и обошли Сидон;

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:6 И прiидоша въ Галаадъ и въ землю Фавасонъ и истонъ и въ Дасу, и внидоша въ даниданъ и обыдоша Сидонъ,

        И пришли въ Гала адъ (Галаадъ) и въ землю, охваченную сномъ (Хвавасонъ, слово написано съ буквойъ «фита») и стонущую и въ Дасу (Дающую, съ ударениемъ на «а» - ДАсу), и вошли въ дань дающую (даниданъ) и обошли Этотъ донъ (Си-донъ),

        И пришли въ «Галаадъ» – пришли туда, где есть видимое свечение света въ его круге гало и, въ то же время, это свечение – есть адъ, ибо въ свете солнца существуетъ тёмная энергия съ её хаотическими частицами и невидимымъ действиемъ на умы и тела людейъ и всего живого. Поэтому слово «Галаадъ», кроме иныхъ раскладокъ, ещё и показываетъ образъ сросшегося гала света съ адомъ. То есть, то пространство, въ какомъ живутъ все, казалось бы, съ прекраснымъ видимымъ солнечнымъ светомъ – темъ не менее, является адомъ для всего живущего. Адомъ – потому, что въ этомъ пространстве есть боль и страдания, есть муки и жестокость, есть злоба, ненависть, унижения, оскорбления, насилие одного надъ другимъ, и, какъ следствие всего этого – увядание, старость, умирание, какъ процессъ, и, въ конечномъ итоге, смерть любого живущего существа. Именно поэтому далее написано «въ землю, охваченную сномъ и стонущую и дающую». Этотъ образъ объединёнъ двумя союзами «и» безъ разрывания речи знакомъ запятойъ, чтобы показать вамъ, читатели Библии, что земля, на какойъ вы все живёте, на самомъ деле, объята сномъ въ томъ состоянии пространства съ видимойъ светлойъ энергиейъ и невидимойъ тёмнойъ энергиейъ, превратившейъ жизнь на Земле въ адъ. И поэтому эта ваша земля – стонущая, хоть и дающая. Она пытается дать вамъ всё, что можетъ, но ейъ тоже очень плохо, и она стонетъ.

        И вошли люди «въ дань дающую» (даниданъ) и обошли Этотъ донъ (Сидонъ). Что здесь показываетъ слово «донъ» въ сочетании со словомъ «Этотъ» («Си-донъ»), написаннымъ съ большойъ буквы? Донъ – это не только река съ такимъ названиемъ или часть словъ, имеющихъ такое же буквосочетание. Здесь слово «донъ» показываетъ принадлежность къ высшейъ знати, поэтому слово «Этотъ» внутри слова «Сидонъ» написаны съ большойъ буквы. Издавна въ Европе словомъ «донъ» люди обозначали некийъ высшийъ титулъ. Такъ, въ Испании донъ – титулъ, изначально принадлежавшийъ королю или принцамъ, титулъ жаловался за заслуги, а въ настоящее время сталъ обычнойъ формойъ уважительного отношения къ мужчине. А, напримеръ, въ Италии донъ – почётныйъ титулъ духовенства и дворянъ, изначально дававшийся только Папе римскому. Съ эпохи Средневековья относился какъ правило къ священникамъ (аббатамъ, епископамъ), редко – къ «простымъ» монахамъ. А въ современное время «донъ» – ещё и «титулъ» крёстного отца въ итальянскойъ и американскойъ мафии.

        То есть, здесь показано, что люди въ этомъ «Гала аде» обошли всехъ этихъ высокихъ титулованныхъ господъ отъ королейъ, принцевъ, дворянъ, Папы римского и высшего духовенства даже съ простыми монахами до крёстныхъ отцовъ преступнойъ мафии. И что же?

        А здесь речь стиха не оканчивается, а продолжается после запятойъ. Читаемъ.

        Синодальныйъ переводъ:
24:7 и пришли к укреплению Тира и во все города Хивеян и Хананеян и вышли на юг Иудеи в Вирсавию;

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:7 и прiидоша во мапсаръ тирскiй и во вся грады Евеины и въ Хананеины, и идоша на югъ Иуды въ вирсавію,

        и пришли въ мапсаръ тирскiйъ и во все города навеянные (Евеины) и въ Хана не иные (Хананеины, то есть, те города, где не было хана, ханскихъ древнихъ устоевъ востока), и шли на югъ подобныхъ устоевъ добра (Иуды) въ верху веющее (вирсавію),

        А въ этомъ стихе нужно увидеть интересное слово, написанное въ церковнославянскомъ тексте, какое, конечно же, не перевёлъ синодальныйъ переводчикъ, ибо не могъ знать, что это такое – «мапсаръ». Ибо это – современное слово-аббревиатура.
 
        MAPSAR (Multi-Application Purpose SAR) – название миссии по наблюдению за Землёйъ съ помощью синтетического радара съ апертуройъ (SAR). Это результатъ совместного исследования, проведённого INPE (Национальнымъ институтомъ космическихъ исследованийъ) и DLR (Германскимъ аэрокосмическимъ центромъ). Цель миссии – оценка, управление и мониторингъ природныхъ ресурсовъ. Исследовалась применимость системы датчиковъ для картографии, лесного хозяйства, геологии, геоморфологии, гидрологии, сельского хозяйства, управления стихийными бедствиями, океанографии, городскихъ исследованийъ и безопасности. А слово «тирскiйъ» здесь показываетъ метко стреляющийъ въ точно заданную мишень, какъ въ тире, ибо принципъ работы спутниковыхъ системъ навигации основанъ на измерении расстояния отъ антенны на объекте спутниковъ до спутниковъ, положение коихъ известно съ большойъ точностью.

       Такимъ вотъ образомъ попутно измеряли люди всё, что встречалось имъ на пути, метко фиксируя каждую цель. Вотъ только не могли измерить тёмную энергию и её количество, ибо просто не понимали возможности «мапсара».

        И люди шли въ города, навеянные (этимъ состояниемъ пространства) и въ те города, где не было хана, ханскихъ древнихъ устоевъ востока, и шли на югъ подобныхъ устоевъ добра (Иуды) въ верху веющее (вирсавію). То есть, люди обходили сторонойъ города, где царилъ восточныйъ укладъ бытия, где ранее въ истории планеты правили ханы, и где эти восточные устои, передаваемые предками изъ поколения въ поколение, въ тойъ или инойъ степени наложили отпечатокъ на сознание людейъ, на ихъ бытъ и устои. И поэтому сейчасъ все события, разворачивающиеся на планете, почти не затронули восточные азиатские земли, где въ древности были ханы, какъ восточные правители. И поэтому войны не затронули азиатские земли, а развернулись по большейъ части въ европейскойъ, ближневосточнойъ, африканскойъ и даже отчасти въ южно-американскойъ земляхъ.

        Читаемъ далее.
 
        Синодальныйъ переводъ:
24:8 и обошли всю землю и пришли чрез девять месяцев и двадцать дней в Иерусалим.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:8 и обыдоша всю землю, и прiидоша во Иерусалимъ, скончавше девять месяцъ и двадесять дній.

        И обошли всю землю, и пришли во Иерусалимъ,  по окончании (скончавше) девять месяцевъ и двадцать днейъ.

        Но люди – Иже Богъ Ведающийъ и князья крепости (то есть, высшие руководители всего крепкого) – со своейъ переписью обошли всё-таки ВСЮ землю, ибо сказано «и обыдоша всю землю». И пришли они всё-таки въ Иерусалимъ, что есть русскийъ городъ, где каждыйъ льётъ мысль, если читать вотъ такую раскладку слова «Иерусалимъ» – «И(иже) - е(есть) - рус(русскийъ) - а(азъ – каждыйъ человекъ) - ли(льётъ) - м(мысль, мыслитъ)». То есть, люди пришли туда, где каждыйъ человекъ мыслитъ по-русски. Они пришли къ осознанию важности русского мышления, русскихъ городовъ и русского образа жизни.

        Очень примечательно то, что завершающая дата, когда люди обошли всю землю и пришли въ русскийъ Иерусалимъ, точно известна и написана въ церковнославянскомъ тексте – «скончавше девять месяцъ и двадесять днiйъ». И развивающиеся въ современное время события, тоже имеютъ этотъ же срокъ. Следуемъ далее.

        Синодальныйъ переводъ:
24:9 И подал Иоав список народной переписи царю; и оказалось, что Израильтян было восемьсот тысяч мужей сильных, способных к войне, а Иудеян пятьсот тысяч.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:9 И даде Иоавъ число сочтеныхъ людій царю: и бы Израиля числомъ осмь сотъ тысящъ сильныхъ держащихъ оружiе, и мужей Иудиныхъ пять сотъ тысящъ мужей борцевъ.

        И дастъ (даде) Иже Богъ ведающийъ число сочтенныхъ людейъ царю: и было Израиля числомъ восемьсотъ тысячъ сильныхъ держащихъ оружие, и мужейъ иныхъ устоевъ добра (Иудиныхъ) пятьсотъ тысячъ мужейъ борцевъ (способныхъ бороться).

        То есть, фактически было произведено исчисление людейъ сильныхъ и способныхъ держать оружие въ рукахъ, быть борцами. И это число отъ людейъ светлого сознания, изначально вышедшихъ изъ поселенийъ Ра (Израиля) было восемьсотъ тысячъ сильныхъ, держащихъ оружие, и отъ мужейъ-борцевъ (то есть, способныхъ бороться съ тёмнойъ энергиейъ) отъ иныхъ поселенийъ добра (Иудиныхъ, то есть, где въ силу иныхъ устоевъ добра больше процветала тьма, и было много людейъ тёмного сознания, но всё-таки среди нихъ были люди светлого сознания, способные бороться съ тьмойъ, держа оружие)  – пятьсотъ тысячъ.

        Синодальныйъ переводъ:
24:10 И вздрогнуло сердце Давидово после того, как он сосчитал народ. И сказал Давид Господу: тяжко согрешил я, поступив так; и ныне молю Тебя, Господи, прости грех раба Твоего, ибо крайне неразумно поступил я.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:10 И убояся сердце давидово по счисленiи людій, и рече давидъ ко Господу: согрешихъ зело, яко сотворихъ глаголъ сей: и ныне, Господи, отими беззаконiе раба твоего, яко обуяхъ зело.

        И забоялось (дрогнуло) сердце давидово после исчисления людейъ, и рече давидъ ко Господу: согрешилъ велико, что сотворилъ глаголъ этотъ (что повелелъ сосчитать): и ныне, Господи, отними беззаконие раба твоего, что сильно обуяло.

        Сердце царя дрогнуло не просто такъ – царь понялъ, что своимъ повелениемъ сосчитать людейъ, способныхъ бороться, онъ только лишнийъ разъ подтвердилъ свои собственные опасения о томъ, что мало осталось сильного народа, способного понимать, что такое тьма, и держать оружие въ борьбе съ нейъ. Царь считаетъ это своимъ грехомъ и поэтому обращается къ Господу. А человекъ всегда въ самыхъ экстренныхъ ситуацияхъ обращается къ Господу. А царь после этого подсчёта убедился въ томъ своёмъ самомъ страшномъ предположении, что тьма заполонила умы людские настолько, что способныхъ бороться съ нейъ осталось слишкомъ мало. И помочь въ этойъ ситуации можетъ только Господь.

        Синодальныйъ переводъ:
24:11 Когда Давид встал на другой день утром, то было слово Господа к Гаду пророку, прозорливцу Давида:
24:12 пойди и скажи Давиду: так говорит Господь: три наказания предлагаю Я тебе; выбери себе одно из них, которое совершилось бы над тобою.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:11 И воста давидъ заутра: и слово Господне бысть ко гаду пророку прозорливцу, глаголя:
24:12 иди и рцы давиду, глаголя: тако глаголетъ Господь: трое азъ наведу на тя, и избери себе едино от сихъ, и сотворю ти.

        И всталъ человекъ утверждающего вида на следующее утро: и слово Господне было къ гаду пророку прозорливцу, глаголя:
        иди и скажи давиду, глаголя: такъ глаголетъ Господь: трое я наведу на тебя, и избери себе одно отъ этого, и сотворю тебе.

        То есть, слово отъ Господа пришло къ прозорливому пророку съ именемъ «гадъ», написаннымъ съ маленькойъ, приниженнойъ буквы, что показываетъ на действительно гадкого во всехъ смыслахъ слова человека. И этотъ «гадъ» утромъ пришёлъ къ царю, дабы передать пришедшие ему на умъ слова. И онъ говоритъ такъ, словно выставляетъ ультиматумъ царю, только самъ не понимаетъ, что даже условия его ультиматума царю – это всё пришло ему въ голову съ подачи Господа, заранее знающего, что именно выберетъ царь. И каковъ же ультиматумъ, выдвинутыйъ «гадомъ» царю? А условия такие: я дамъ тебе три позиции, изъ чего ты долженъ выбрать одну.

        И какую же? Что же предлагаетъ этотъ «гадъ» пришедшими ему на умъ словами Господа? каковъ ультиматумъ? Читаемъ.
 
        Синодальныйъ переводъ:
24:13 И пришел Гад к Давиду, и возвестил ему, и сказал ему: избирай себе, быть ли голоду в стране твоей семь лет, или чтобы ты три месяца бегал от неприятелей твоих, и они преследовали тебя, или чтобы в продолжение трех дней была моровая язва в стране твоей? теперь рассуди и реши, что мне отвечать Пославшему меня.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:13 И вниде гадъ къ давиду, и поведа, и рече ему: избери себе быти: или прiидутъ тебе три лета глада на землю твою: или три месяцы бегати имаши предъ враги твоими, и будутъ гоняще тя: или три дни быти смерти въ земли твоей: ныне убо разумей и виждь, что отвещаю пославшему мя.

        И вошёлъ гадъ къ давиду, и поведалъ, и рече ему: избери себе чему быть: или придутъ тебе три года голода на землю твою: или три месяца бегать будешь передъ врагами твоими, и будутъ гнать тебя: или три дня быть смерти въ земле твоейъ: поэтому ныне разумейъ и покажи, что отвечать пославшему меня.

        Какъ вы видите, дорогие читатели, все три позиции ультиматума гада – очень негативны по своимъ последствиямъ. Это – действительно ультиматумъ, причёмъ такойъ, что, казалось бы, что ни выбери – всё плохо. А царю надо принимать решение.

        А ещё подумайте, дорогие читатели Библии, что означаютъ слова «три дня быть смерти въ земле твоейъ», если смерть несётъ тьма?

        Синодальныйъ переводъ:
24:14 И сказал Давид Гаду: тяжело мне очень; но пусть впаду я в руки Господа, ибо велико милосердие Его; только бы в руки человеческие не впасть мне. [И избрал себе Давид моровую язву во время жатвы пшеницы.]

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:14 И рече давидъ ко гаду: тесна ми суть отвсюду зело три сiя: да впаду убо въ руцы Господни, яко многи суть щедроты его зело: въ руцы же человечи да не впаду. И избра себе давидъ смерть и дни жатвенныя пшеницы.

        И рече давидъ ко гаду: очень тяжела мне суть отовсюду трехъ этихъ: да впаду лучше въ руки Господни, такъ какъ многи суть щедроты его великие: въ руки же человеческие да не впаду. И избралъ себе давидъ смерть и дни жатвенныя пшеницы.

        То есть, Давидъ не выбралъ голодъ, а выбралъ дни жатвенные пшеницы для людейъ своихъ. А синодальныйъ переводъ написалъ очередную извращённую чушь: «И избралъ себе Давидъ моровую язву во время жатвы пшеницы». А здесь всё наоборотъ – Давидъ избралъ, чтобы у его народа были жатвенные дни пшеницы, и не было бы трёхъ летъ голода, какие синодальныйъ переводчикъ выше по тексту извращённо даже увеличилъ до семи летъ. И Давидъ не выбралъ попасть въ руки человеческие, чтобы три месяца его и его народъ гнали враги его. Давидъ выбралъ себе смерть. Обратите на это внимание – выбралъ смерть СЕБЕ, а не своему народу, и выбралъ уповая на волю и милосердие рукъ Господа. А по сути ультиматума – это «три дня быть смерти въ земле твоейъ». И действуя передъ этимъ «гадомъ» отъ противного, Давидъ выбралъ то, что наиболее было нужно ему, и въ чёмъ являлась помощь Господа въ ситуации, когда тьма поразила людское сознание, и мало осталось людейъ светлого сознания, способныхъ держать оружие въ борьбе съ тьмойъ. Какъ же можетъ быть помощь Господа въ смерти людскойъ?
        Читаемъ далее.

        Синодальныйъ переводъ:
24:15 И послал Господь язву на Израильтян от утра до назначенного времени; [и началась язва в народе] и умерло из народа, от Дана до Вирсавии, семьдесят тысяч человек.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:15 И даде Господь смерть во Израили от утра до часа обедняго, и начася язва быти въ людехъ, и умроша от людій Господнихъ от Дана и до вирсавіи седмьдесятъ тысящъ мужей.

        И далъ Господь смерть во Израиле отъ утра до часа обеденного, и началась язва быть въ людяхъ, и умерло отъ людейъ Господнихъ отъ Дана и до вверху веющего (вирсавіи) семьдесятъ тысячъ мужейъ.

        Обратите внимание, что здесь указано точное время даденнойъ Господомъ смерти во Израиле – съ утра и до обеденного часа. То есть, именно въ этотъ промежутокъ времени случилось нечто такое, несущее смерть, въ результате чего у людейъ начались язвы. То есть, сила воздействия на людейъ была очень масштабнойъ, почти мгновенно, всего за несколько часовъ вызвала язвы въ людяхъ, и потомъ, черезъ запятую сказано, что умерло семьдесятъ тысячъ мужейъ. Именно мужейъ.  То есть, это – семьдесятъ тысячъ умершихъ мужчинъ, чьё сознание и плоть были заполнены тьмойъ.

        Синодальныйъ переводъ:
24:16 И простер Ангел [Божий] руку свою на Иерусалим, чтобы опустошить его; но Господь пожалел о бедствии и сказал Ангелу, поражавшему народ: довольно, теперь опусти руку твою. Ангел же Господень был тогда у гумна Орны Иевусеянина.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:16 И простре ангелъ Божiй руку свою на Иерусалимъ погубити его, и раскаяся Господь о зле, и рече ангелу погубляющему люди: доволно ныне, отими руку твою. И ангелъ Господень бы стоя предъ гумномъ орны Иевусеанина.

        И простёръ ангелъ Божийъ руку свою на Иерусалимъ погубить его, и раскаялся Господь о зле, и рече ангелу, погубляющему людейъ: довольно ныне, отними руку твою. И ангелъ Господень былъ стоя передъ пустымъ полемъ пространства того, кто давалъ оръ наяву сеянного (гумномъ орны Иевусеанина).

        Слово «орны» написано въ церковнославянскомъ тексте съ маленькойъ буквы, что указываетъ на приниженную характеристику: «ор-на», то есть, плохойъ, низко павшийъ оръ дающийъ. Кто такойъ «орна Иевусеинъ»? Это – тотъ, кто низко палъ своимъ оромъ и даётъ его другимъ, наяву сея свои всходы отъ этого своего ора.
Представьте себе эту картину: ангелъ Божийъ, исполняющийъ волю Господа и насылающийъ своейъ рукойъ язву на людейъ и смерть семидесяти тысячъ мужейъ, и Господь, пожалевшийъ о зле, то есть, далее пожалевшийъ этихъ людейъ, получающихъ смерть, и говорящийъ ангелу: довольно ныне, отними руку твою. И представьте себе обработанное, какъ гумно, то есть, практически пустое поле, на какомъ происходило всё это почти мгновенное и масштабное воздействие силы, и усеянное всемъ этимъ, составляющимъ эту картину смерти. Вамъ, дорогие читатели Библии, ничего это не напоминаетъ? Подобная картина описана Иоанномъ Богословомъ въ его Откровении (Апокалипсисе), завершающемъ Библию. Поэтому и картина происходящего во временахъ Давида и сейчасъ – одна и та же. Всё взаимосвязано Словомъ Божиимъ.

        Синодальныйъ переводъ:
24:17 И сказал Давид Господу, когда увидел Ангела, поражавшего народ, говоря: вот, я согрешил, я [пастырь] поступил беззаконно; а эти овцы, что сделали они? пусть же рука Твоя обратится на меня и на дом отца моего.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:17 И рече давидъ ко Господу, егда виде ангела бiюща люди, и рече: се, азъ есмь согрешивый, азъ есмь пастырь зло сотворивый, а сіи овцы что сотвориша? да будетъ ныне рука твоя на мне и на дому отца моего.

        И рече давидъ ко Господу, когда увиделъ ангела, бьющего людейъ, и рече: вотъ, я есмь согрешившийъ, я есмь пастырь, зло сотворившийъ, а эти овцы что сотворили? да будетъ ныне рука твоя на мне и на доме отца моего.

        Давидъ, какъ истинныйъ царь и правитель людейъ, считаетъ свершившееся своимъ грехомъ, ибо онъ – пастырь этихъ заблудшихъ овецъ. И задаётся вопросомъ – что эти овцы совершили? Пусть будетъ рука твоя, Господи, на мне и на доме отца моего. Давиду жалко даже этихъ тёмныхъ заблудшихъ овецъ – людейъ, не понимающихъ своимъ умомъ, въ какомъ страшномъ мире тьмы они жили. И какъ истинныйъ царь онъ проситъ Бога наказывать и пастыря, пасущего это стадо. Вотъ только тьме такая искренняя жертвенность царя – только на руку. Не должно быть никакойъ жалости у царя къ людямъ темного сознания. Ибо въ эпоху тьмы подобные красивые и, казалось бы, правильные, а на самомъ деле никому не нужные мысли, жесты и деяния приносятъ только вредъ. А поэтому видя и понимая всё это, Господь решаетъ по-своему.
        Читаемъ.

        Синодальныйъ переводъ:
24:18 И пришел в тот день Гад к Давиду и сказал: иди, поставь жертвенник Господу на гумне Орны Иевусеянина.
24:19 И пошел Давид по слову Гада [пророка], как повелел Господь.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:18 И прiиде гадъ къ давиду въ день той и рече ему: взыди, и постави Господеви олтарь на гумне орны Иевусеанина.
24:19 И взыде давидъ по глаголу гада пророка, имже образомъ заповеда ему Господь.

        И пришёлъ гадъ къ давиду въ день тотъ и рече ему: иди, и поставь Господеви олтарь на пустомъ выработанномъ поле того, кто оръ даётъ, наяву сея.
        И пошёлъ давидъ по глаголу гада пророка, имже образомъ заповедалъ ему Господь.

        Гумно – это расчищенныйъ, и часто утоптанныйъ участокъ земли, на какомъ ничего не растётъ, и где люди скирдовали сено, производили обмолотъ и обработку зерна или делали другие подобные сельскохозяйственные или даже другие хозяйственные работы. Это – какъ подсобныйъ, непригодныйъ для другихъ целейъ, участокъ земли заднего двора, пригодныйъ только для хозяйственныхъ работъ. А теперь представьте себе, что приходитъ гадъ, и говоритъ: иди, и поставь Господеви олтарь на пустомъ утоптанномъ поле того, кто оръ даётъ, наяву сея. Представьте себе эту картину. Эти слова сказаны гадомъ съ явнойъ ядовитойъ ухмылкойъ. Ибо въ стихе 24:18 не сказано, что онъ сделалъ это по повелению Господа. То есть, гадъ сказалъ эти слова самъ, по своему разумению, въ надежде посмеяться надъ царёмъ, и действуя «отъ противного». Кто и когда ставилъ олтарь Господеви на заднемъ дворе, предназначенномъ для грязныхъ хозяйственныхъ работъ? Ведь въ современномъ понимании это – насмешка надъ Богомъ. Ведь сейчасъ олтарь въ томъ понимании, какъ это есть въ церкви, храме – это должно быть только въ специально отведённомъ для священныхъ богослуженийъ месте, въ здании церкви, храма, соответственнымъ образомъ украшено, и никакъ не на заднемъ хозяйственномъ дворе. Но когда-то, въ очень древние времена, олтарь Богу могъ стоять везде, въ любомъ месте, ибо люди всё делали съ Богомъ – любые свои действия.

        И поэтому давидъ пошёлъ и сделалъ по глаголу гада пророка, имже образомъ заповедалъ ему Господь. Ибо давидъ понялъ, что въ словахъ гада – и есть та истина, какую заповедалъ Господь: ибо гадъ всегда будетъ гадко извращать всё, что есть светлое, дабы человекъ, наоборотъ этого не делалъ.

        Синодальныйъ переводъ:
24:20 И взглянул Орна и увидел царя и слуг его, шедших к нему, и вышел Орна и поклонился царю лицем своим до земли.
24:21 И сказал Орна: зачем пришел господин мой царь к рабу своему? И сказал Давид: купить у тебя гумно для устроения жертвенника Господу, чтобы прекратилось поражение народа.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:20 И преклонися орна, и виде царя и отроки его восходящыя выше его, и изыде орна, и поклонися царю на лицы своемъ на земли,
24:21 и рече орна: что яко прiиде господинъ мой царь къ рабу своему? И рече давидъ: купити у тебе гумно [прiидохъ], на созданiе олтаря Господня, и престанетъ язва от людій.

        И преклонился дающийъ низко павшийъ оръ, и увиделъ царя и отроковъ его, восходящихъ выше его, и вышелъ тотъ, кто давалъ низко павшийъ оръ, и поклонился царю лицомъ своимъ до земли,
        и рече тотъ, кто давалъ низко павшийъ оръ: зачемъ пришёлъ господинъ мойъ царь къ рабу своему? И рече давидъ: купить у тебя пустое поле пришёлъ въ существующейъ реальности ([прiидохъ]), на создание олтаря Господня, и перестанетъ язва у людейъ.

        Синодальныйъ переводъ:
24:22 И сказал Орна Давиду: пусть возьмет и вознесет в жертву господин мой, царь, что ему угодно. Вот волы для всесожжения и повозки и упряжь воловья на дрова.
24:23 Все это, царь, Орна отдает царю. Еще сказал Орна царю: Господь Бог твой да будет милостив к тебе!

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:22 И рече орна къ давиду: да прiиметъ и вознесетъ господинъ мой царь Господу [Богу] еже благо предъ очима его: се, волове во всесожженiе, и колеса и сосуди воловъ на дрова.
24:23 Вся даде орна царю. И рече орна къ царю: Господь Богъ твой да благословитъ тя.

        И рече тотъ, кто низко павшийъ оръ давалъ, къ человеку утверждающего вида: да приметъ и вознесетъ господинъ мойъ царь Господу, являющемуся Богомъ въ современнойъ действительности, всё, что благо передъ  его очами: вотъ, волы для всесожжения, и колеса и упряжь воловъ на дрова.
        Всё отдаётъ тотъ, кто давалъ низко павшийъ оръ, царю. И рече дававшийъ низко павшийъ оръ къ царю: Господь Богъ твойъ да благословитъ тебя.

        Синодальныйъ переводъ:
24:24 Но царь сказал Орне: нет, я заплачу; тебе, что сто;ит, и не вознесу Господу Богу моему жертвы, взятой даром. И купил Давид гумно и волов за пятьдесят сиклей серебра.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:24 И рече царь ко орне: ни, но токмо купуя куплю от тебе ценою, и не вознесу Господу Богу моему всесожженiя туне. И купи давидъ гумно и волы на пятидесяти сиклехъ сребра.

        И рече царь къ дававшему низко павшийъ оръ: нетъ, но куплю отъ тебя ценою, и не вознесу Господу Богу моему всесожжения, взятые даромъ. И купилъ давидъ поле и воловъ на пятьдесятъ сиклейъ сребра.

        Царь купилъ ценою – далъ возможность человеку получить оплату за свойъ трудъ и имущество, дабы на эту плату человекъ могъ жить. Ибо пока такъ заведено въ этомъ мире.

        Синодальныйъ переводъ:
24:25 И соорудил там Давид жертвенник Господу и принес всесожжения и мирные жертвы. [После Соломон распространил жертвенник, потому что он мал был.] И умилостивился Господь над страною, и прекратилось поражение Израильтян.

        Церковнославянскийъ текстъ:
24:25 И созда тамо давидъ олтарь Господеви: и вознесе всесожженiя и мирная. И приложи Соломонъ ко олтарю последи, зане малъ бы прежде. И послуша Господь земли, и отъятъ язву от Израиля.

        И создалъ тамъ давидъ олтарь Господеви: и вознесъ всесожжения и мирная. И приложилъ Соломонъ къ олтарю расширение (последи), потому что малъ былъ прежде. И послушалъ Господь земли, и отнялъ язву отъ Израиля.

        То есть, только после того, какъ на поле былъ устроенъ олтарь Господеви (заметьте, написано не «Господу», а «Господеви») и вознесены всесожжения, какъ это ранее делали левиты, и после того, какъ олтарь былъ расширенъ Соломономъ, только после этого Господь отнялъ язву отъ Израиля – только после этого прекратилось поражение людейъ и ихъ бедствия.

        На этомъ вторая Книга Царствъ Библии завершена. А мы переходимъ въ третью.