Личный агент императора. Роман. Глава 2

Глава 2. 1801г.Москва. В начале славных дел.
     Друг детства Александра Ивановича Чернышева, Апполинарий Петрович Бутенёв, будущий дипломат, посол Российской Империи в Константинополе и Ватикане, позднее вспоминал:
«Пора охоты проходила, и начинались приготовления к переезду многолюдной колонии в Москву. Обыкновенно мы приезжали туда уже зимним путем, за несколько времени до Рождества. В Москве тогда не было ни тротуаров, ни бульваров. По праздникам мы катались по городу в санях, а дома, в свободные часы, бегали и играли в довольно обширной зале. Мало-помалу нас знакомили с детьми нашего возраста, и мы поочередно съезжались для общих танцев. Это нас забавляло и подготовляло общественные связи для будущего. Тогда я свел знакомство с молодым Чернышевым, который был года на два на три старше меня. Он отличался между нами особенной ловкостью в обращении и лучше всех нас танцевал».
Обратите внимание, так формировались общественные связи. И не с кем попало, местными боярами, или городскими, что более соответствовало имущественному цензу. Нет! Связи формировались в дворянской среде, и не просто дворянской, а в среде дворянской элиты! Через маму, урождённую Ланскую, через тесные, статусные родственные связи рода Чернышевых, вошел Александр в узкий круг этой самой элиты!

    Чем же была Москва того времени? Потерявшая свою столичную функцию, но всё же оставшейся крупнейшим земским центром империи, Москва занимала своё особенное место в жизни русского дворянства.
    По всей России славились балы в московском Дворянском собрании! Их давали дважды в неделю, с ноября по март, а в пост, заменяли концертами. Вяземский назвал их настоящими съездами России, потому что практически все дворяне российских губерний стекались на зиму в Москву побаловать жен и дочек.
Ехали по установившемуся зимнему пути на своих лошадях, тогда это называли «на долгих», потому что в отличие от «на перекладных», ехали только на своих лошадях, и каждые 25-30 километров надо было делать остановку. Въезжали в Первопрестольную со своей челядью и телегами припасов.
Блестящая гвардейская молодежь налетала сюда из Санкт-Петербурга, благо Москва славилась своими невестами.
    Здесь же, проходили дворянские съезды! На них избирались представители в органы дворянского самоуправления, назначались опеки над разорившимися и умалишёнными, выделялись средства на сословную благотворительность!
Служба в дворянском самоуправлении не была перспективной или почетной, но для молодежи это была ступенька в карьере, а для опытных чиновников – возможность остаться в кадровом резерве. Все мечтали о Петербурге!
«Сколько мест в Москве, – восклицал мемуарист Вигель, – где служба - приятный продолжительный сон!» Например, в архив Коллегии иностранных дел приходить на службу полагалось два раза в неделю. Однако начальство архивных юношей было мило, и даже время, отведенное для работы, молодежь посвящала литературным забавам и другим развлечениям.
Это было время, когда редко хворали, мало думали, зато много и беззаботно веселились. Званые обеды начинались в три, баллы в девять, ну а светские львы появлялись к одиннадцати. Кстати, один из современников Александра Ивановича Чернышева, Грибоедов, будущий посол в Персии, охотно принимал участие в этих увеселениях! Современники описывали его как блестящего пианиста, а его собственные музыкальные произведения так же хороши, как и поэтические. Кто знает, кем бы стал писатель Грибоедов, не будь он уроженцем старой Москвы?!

    Традиционно московские дворяне служили и по военному ведомству. В кирпичных Лефортовских, их ещё называют «красными», по цвету стен казармах, размещался карабинерный полк. Но в Москве было не так много частей, не то, что в Санкт-Петербурге, куда ни кинь, попадешь в военного. Ведь там стоял весь гвардейский корпус – 12 пехотных полков, а еще кавалергарды, конногвардейцы, драгуны!
    Служить в гвардии было престижно, выгодно! Нет, не материально. Зарплата гвардейского офицера не позволяла ему вести тот образ жизни, который ему полагался по статусу. Гвардейские имели преимущество в чинах перед простыми армейскими, но это было довольно накладно: на амуницию, выезд, хорошую квартиру офицерского довольствия катастрофически не хватало!
Это в армейском пехотном полку какому-нибудь штабс-капитану могло хватать жалованья, а образ жизни гвардейского прапорщика требовал иных денег! Их чаще всего присылали из имения родители. Так что, далеко не все стремились служить в императорской гвардии!

    Александр Иванович Чернышев, благодаря своему блестящему образованию и быстрому развитию, в свои неполных шестнадцать лет, вступил уже в высший свет и был отлично принимаем во всех домах высшего московского общества. Конечно, не чурался он и балов, на которых собирался цвет московского общества, и самые завидные невесты столицы!
    В 1801 году в Москве, проходили коронационные торжества!
По традиции, устоявшейся ещё с времен московского царства, императоры Всероссийские короновались в Москве! Короновавшийся после скоропостижной смерти императора Павла Первого, его сын Александр, традицию нарушать не стал! Новоиспечённый император Александр I, которому тогда было лет 25, почтил своим присутствием бал, данный князем Александром Борисовичем Куракиным, родственником Чернышевых. На этом балу в силу родственных связей, присутствовал и 15-летний Александр Чернышев.
    Во время одного из танцев, а это был экосез – танец, в котором мужчины становились с одной стороны, а дамы – с другой, Александр Чернышев оказался рядом с императором Александром. Веселая и приятная его физиономия приглянулась государю, и князь Куракин, представил ему этого молодого человека.
    - Ваше Величество! Позвольте представить Вам моего дальнего родственника, сына Генерал-поручика и сенатора Ивана Львовича Чернышева! – князь, поклонился императору.
    - Да? А мне казалось, что Чернышевы графья? – удивился император.
    - Не все, Ваше Величество! Чернышевых в империи много! Мой отец был простым дворянином. Сам дослужился до генеральского чина, - бойко ответил Александр.
    - А кем вам приходится генерал фельдмаршал, граф, Захар Григорьевич Чернышев?
    - Родным дядей, Ваше Величество! – с поклоном ответил Чернышев.
    - Ну раз у вас такие известные родственники, я полагаю, и вы не так просты тёзка, - рассмеялся император, по-простецки похлопав по плечу Александра.
Александр, ещё не отошел от своей службы в гвардии, и не совсем чувствовал себя императором, хотя возложение императорской короны уже произошло.
    - Ну, поскольку вы местный, а я приезжий, не могли бы вы меня ввести в курс дела, кто тут, кто? – кивнул император Чернышеву. – Говорят, Москва город красивых невест? Я вот в Петербурге знаю всех, а тут вокруг одни незнакомые лица! - полюбопытствовал император.
    - С удовольствием Ваше Императорское Величество!
    - Ну, например, кто вот эта дама в маске скомороха? – поинтересовался император, показав пальцем на высокую. грудастую девушку.
    - Это, Анастасия Голицына, старшая дочь князя Голицына! Да, она крупновата для танцев, но всё же, превосходный танцор! По характеру своенравна, независима. В то же время упорна до упрямства! Если поставила перед собой цель, - обязательно добьётся!
    - Что? И с мужчинами так же? –усмехнулся император.
    - Нет. С мужчинами у неё увы конфуз. Она девушка крупная, так что мужчины обходят ее стороной. Хотя. С моей точки зрения, - зря! Лучше Насти супруги для добродетельного дворянина не найти!
    - Так в чем дело Александр? – пошутил император.
    - Увы Ваше Величество, я не добродетелен. И заглядывая вперед, предполагаю, что буду ещё менее добродетелен в будущем. – учтиво ответил Чернышев.
    - Ха-ха-ха-ха! - рассмеялся Император. – Я оценил! Ладно. А вот эта, миниатюрная девица в колоритном платье?
    - Это Елена Долгорукова!
    - Дочь князя Долгорукова?
    - Да, это старшая из княжон Долгоруковых! Рядом с ней её младшая сестра –Варвара!
    - И что вы о ней можете сказать? – поинтересовался император.
    - Скромна, учтива, прекрасно образована! Не любит шумных обществ, и многолюдных собраний.
    - Но она на балу?!
    - Да. Это её батюшка сюда выводит. Елена склонна к наукам, чего папенька не одобряет. Он хочет выдать её побыстрее замуж, чтобы эта ненужная с его точки зрения тяга к учению переросла в семейные заботы, воспитание детей. Но вот, кроме гвардейцев и провинциальных кандидатов, никого нет. Его высочество желает найти ровню. А ровные, как известно бывали только в гвардии Фридриха Второго. Он набирал туда солдат с одним ростом!
    - Ха-ха-ха-ха-ха! – снова рассмеялся император.
    - Презабавная штука, эта женитьба Александр! Вы не находите?
    - Не знаю Ваше Величество, я ещё не пробовал! – скромно ответил Чернышев.
И снова смех императора.
    - Александр. Вы доведете императора до колик в животе от смеха, - наконец успокоился Александр Павлович.
    - Простите Ваше Величество, - скромно склонил голову Чернышев.
    - Не беспокойтесь друг мой, это я так пошутил, - кивнул довольно император, - и ели честно, вы мне нравитесь. В вопросах, в которых зачастую несведущи даже родители, вы ориентируетесь хорошо. Отвечаете умно, смело и забавно, - улыбнулся он.
Разговор затянулся. Император интересовался московскими родами, то и дело задавал вопросы об одной или другой даме. Иногда его интерес перемещался а московские власти. Хорошо ли справляется светлейший князь Голицын с должностью? Как живет род Разумовских? Что москвичи думают об обер-полицмейстере Архарове?
    Необыкновенные умения и ловкость в танце, его информированность, знание приличий и умение построить разговор с высшим чином государства, без робости и излишней скромности, в его то возрасте, покорили государя, самого впрочем, ещё молодого человека. Но не это было главное! Главное, что это молодой человек умел вычленить самое важное и
построить разговор вокруг интереса а не нести околесицу, как любит делать молодежь в этом возрасте, в силу недостаточности знаний, непонимания сути разговора.
Красивых и знатных дворян было много, а вот умных и способных империи не хватало. И именно на это обратил внимание император в первую очередь!

    Через месяц, высочайшим повелением из Петербурга, Александр Чернышев был вызван в столицу!
Больше всех волновалась матушка. Не зная о причине столь стремительного вызова, он беспокоилась за судьбу сына, боясь в первую очередь, что его могут отправить служить куда-нибудь на Кавказ.
    - Алексашка, ты только не спорь с Государем!
    - Ну что Вы матушка, разве-ж можно? – ответствовал озадаченный сын. Но матушка не зря беспокоилась. Зная его стремление к военной службе и неприятие никакой другой, она боялась, что он резко откажет государю, и тем самым вызовет неудовольствие императора! А это было чревато разными неприятностями. Кому как не ей, бывшей фрейлине двора знать нравы и привычки царствующих особ!
    В сентябре, Александр Чернышев был принят Государем императором Александром 1. За юного Александра, кроме личного мнения императора, ходатайствовал и тогдашний президент Военной коллегии, по сути военный министр государства.  Иван Варфоломеевич Ламб, хорошо знакомый с отцом нашего героя, посчитал своим долгом замолвить доброе слово за сына сослуживца.
    - Так вы полагаете что он достоин? – уточнил император в личной беседе с министром.
    - Да, безусловно Ваше Величество! Отец его имел немалые заслуги перед Империей!
    - Ну что-ж, приглашайте его на аудиенцию, посмотрим как он это воспримет. – император помнил, как Александр Чернышев в предыдущую их встречу говорил о своей будущей военной службе.
    Аудиенция была назначена на следующий день, и Черныщев был принят в кабинете монарха, в присутствии нескольких высоких особо, включая военного министра.
После коротких ничего не значащих расспросов, призванных подчеркнуть что кандидат достоин личного участия императора, Александру сделали предложение.
    - Ну что-ж, Александр Иванович. Жалую вас в камер-юнкеры!- молвил император, наблюдая, как отреагирует Чернышев.
Такое щедрое предложение от самого императора, было бы принято с радостью любым дворянином империи, невзирая на статус! Служить на гражданской службе, стать в будущем статским советником, был пределом мечтаний многих, даже знатных юношей.
Но только не Александр Чернышев!
    - Ваше Величество! Я не хочу гражданской службы! Мой отец был военным, и я всю жизнь готовился к военной карьере. Прошу вас, отправить меня в Конную Гвардию, где я состою в списках части, в звании Вахмистра! – Александр, наотрез отказался быть гражданским чиновником. Матушка, когда его предупреждала знала, что сын бывает своенравным и не спасует перед статусом. Она боялась реакции императора на такую дерзость. Но.
Император отвернулся чтобы улыбнуться, он знал, что Чернышев не согласится, на предложил, чтобы удостовериться, что молодой человек верен своему слову и не отказался от мечты! Он действительно хотел непременно вступить только в военную службу.
«Ну что-ж, сам напросился»,- отметил про себя император.
    - Этого нельзя сделать, – возразил государь. – Жалую его в камер-пажи!
Камер-паж – так тогда называлась должность для несения специальной придворной службы при Высочайшем дворе, то есть во время балов, торжественных обедов, официальных церемоний и других мероприятий, где их присутствие было обязательным по протоколу. Количество камер-пажей варьировалось в зависимости от количества августейших особ и
всех членов императорской семьи. Камер-пажи по статусу приравнивались к фельдфебелям
гвардии, а старшие камер-пажи – к подпрапорщикам гвардии. Стать камер-пажом – это было средство скорее получить офицерский чин, и Александр с восхищением принял предложение императора.
    - Но, поскольку камер-паж Чернышев не имеет нужного образования, зачислить его в Пажеский Корпус империи для дополнительного обучения, сроком на один год! –император оглянулся, чтобы с удовольствием прочитать восторг на лице Чернышева.
    Камер-пажом он стал 13 октября 1801 года. А через год, 20 сентября 1802 года, Александр Иванович Чернышев был «по высочайшему повелению» зачислен в офицеры в привилегированный лейб-гвардии Кавалергардский полк. Он стал корнетом!
    Командиром полка с марта 1801 года был генерал-майор Павел Васильевич Голенищев-Кутузов, один из родственников будущего фельдмаршала. А шефом полка был князь Федор Петрович Уваров, пользовавшийся особенной милостью государя императора! Он довел полк до трехэскадронного состава. В 1804 году Александр Чернышев получил чин поручика и был назначен адъютантом к генерал-лейтенанту Ф.П. Уварову. С этого момента военная карьера Александра Чернышева развивалась стремительно.
    Конечно, в Москве 19 века были гражданские учреждения, например, несколько департаментов сената, но основные дела делались в северной столице, и молодежь, начиная карьеру, стремилась туда. Поэтому в Санкт-Петербурге было больше молодежи, военной и штатской. Москву же шутливо называли городом отставников.
    - Поручик! Что вы кисните все выходные в казармах? Солдаты как были бестолковы, так ими и останутся. Пойдём-те сегодня на бал к графине Валевской. Графиня только две недели как въехала в Петербург из своей польской провинции, теперь хочет гулять и веселиться, - улыбнулся подполковник Егорьев.
    - Ах, Алексей Петрович, наскучило всё! Надоело. Сейчас бы на войну, скрестить шпаги с каким-нибудь достойным противником, - мечтательно произнёс Чернышев.
    - Ну, на нашем роду войны ещё будут, так что ваша шпага не успеет заржаветь. А сейчас, вставайте, я вас приглашаю! У меня есть приглашение от пани Валевской на две персоны, и она лично вручила мне приглашение с пустой графой, для гостя которого я соизволю пригласить. Вставайте, нечего бока отлёживать!
    К графине Валевской, они успели вовремя, как раз через четверть часа, после начала, когда все дамы уже прибыли, и все кавалеры определились, кто кого танцует в этот вечер. Надо сказать, что кавалеров было куда меньше дам. Была пятница, и во многих домах были назначены балы. По традиции, некое количество  ловеласов уехало на перекладных в Москву.
    - Господа! Отдайте свои треуголки слугам, они их точно не помнут, - с улыбкой сказала графиня, посчитавшая своим долгом лично встречать гостей. – Алексей Петрович! Кто этот ваш очаровательный спутник? Представьте нас! – улыбнулась Валевская, заметив красавца Чернышева.
    - С удовольствием мон шер! – подполковник повернулся к Чернышеву и подмигнул ему, поддерживая, - Поручик Чернышев, Александр Иванович, адъютант Федора Петровича Уварова!
Чернышев, слегка склонил голову в поклоне.
    - Ммм очень приятно поручик, графиня Валевская - графиня сладостно улыбнулась, протягивая свою точеную ручку для поцелуя. Она явно положила глаз в этот вечер на молоденького красавца. Подполковник  кивнул графине, и остановил идущего мимо слугу с подносом, на котором высились бокалы с шампанским.
    - Погоди братец, в горле пересохло, аж дышать стало невмочь, улыбнулся он.
Чернышев, долго и трепетно, прикрыв глаза поцеловал красивую руку графини, и ту аж в дрожь бросило.
    - Поручик, я уже таю, мон шер, что вы со мной делаете!
    - Мадам! Это ещё не начало бала, - подмигнул он ей, отпуская её руку. – Я намереваюсь поволочиться за вами, если вы не станете возражать, - улыбнулся ей Чернышев.
    - Ах мон шер! Я буду только рада, если вас это не очень затруднит!
    - Ну что вы графиня! Меня это только раззадорит!
    - А вы шутник мон ами! – рассмеялась графиня, - Прошу в зал! Я пока приму всех приглашенных гостей, потом присоединюсь к вам, - проворковала она, слегка дотрагиваясь своими пальчиками до лица Чернышева. – Только вы там очаровывайте всех моих приглашенных дам, а то мне будет трудно потом вас отбить, - улыбнулась она, томно прикрыв глаза.
«Графиня в сетях» - подумал Чернышев, и вошел в зал, изучая по пути приглашенных гостей. Для него это была как особая тренировка. Запоминать, угадывать, прогнозировать. Кто с кем и насколько уйдёт отсюда после бала! То, что он останется с графиней, даже сомнению не подвергалось.