Лиля Брик

Лиля Брик

Катина модная квартира звенела, пела, танцевала. Сквозь большие французские окна врывался свет субботнего московского дня. Бельгийский тюль в пол ловил в свои кружевные сети солнечные лучи Шведского тупика. На стенах рыжели ветки апельсинов модного сицилийского художника. Катя светилась лыжным загаром Кавказских гор. Стройная, весёлая, модная, она обняла меня и поцеловала.

— Кто это пожаловал, — раздался из глубин квартиры женский голос со знакомыми хрустальными грудными нотками.

От пританцовывающей толпы отделилась недавняя Анна Каренина, Катина соседка. «Красный китайский чанпао, а в шиньоне шпилька в технике «клуазоне», — прокомментировала её наряд Катя.

— Анна, рад вас видеть, сегодня вы другая, — сказал я.

Наши глаза встретились, и внутри разлилось тепло, забытое со времён глубокого детства.

— Зовите меня Лиля, хаха, Лиля Брик, мне это поможет вжиться в новую роль.

Она обернулась к худым гротескным девушкам с голыми плечами и блондинистому молодому человеку с татуированными руками, сидевшим на новом Катином итальянском диване и внимательно меня рассматривающим.

— Вы уже слышали, у одного славного японца украли велосипед. Он проехал на нём 60 тысяч километров. Путешествие прервалось в Кобулети, в сосновом лесу побережья, в ночь с 9 на 10-ое. Японца зовут Наои Табибито, а велосипед «Райси», он на нём путешествует с 2023 года. Ищут.

Я слушал голос Лили Брик, звонкий, восторженный, смотрел на её подростковый силуэт и думал: вот она! Она! Мой друг. Именно ей я могу рассказать об этом ужасном происшествии со сбитым мальчиком. Она поймёт и даст совет. В этот момент кто-то по-свойски похлопал меня по плечу.

— Привет, Сев, не ту лорнируешь, твоя муза без тебя заскучала.

Это был отец Кати. Учредитель банка «Доктор Живаго». Всемогущий маг дочери, даритель квартир и галерей. Он был впаен в тёмно-синий костюм Brioni, кремовую рубашку и шёлковый галстук Hermes с принтом из изумрудных огурцов. Голос у Александра Ивановича звучал ровно, как у состоятельного и уверенного в себе человека, он мог вступить в разговор с любым и любой и без усилий к себе расположить. Катя рассказывала, что с мамой они вместе уже 25 лет, но молодецкий огонь его карих глаз, рельефное фитнес-тело и частые командировки отсылали к обывательским инсинуациям. Александр Иванович был безукоризнен, как мраморная статуя из Пушкинского, а Катя была его чудесной копией, слепком. Бойкая, раскрепощённая, категоричная в отношении к людям и в политических высказываниях.

Взгляд против моей воли притягивала Лиля Брик. Она была живой и меняющейся, так нежно, пластично и женственно танцевала, что очень хотелось к ней приблизиться, и я думал, как это лучше сделать.