Личный Рай 2 Об Инвестициях

Действие четырнадцатое: Звон монет
Сцена 3: Банкир и Мин-Тай, Ихтис, об инвестициях
Место действия: агломерация Шоубиз, планета Шахмат, солнечная система «Навия»

Беседа в резиденции Майора Рутшильда (Банкир) на планете Шахмат. Интерьер: стены из нанозолота, клетки с карманными драконами, хрустальный аквариум на всю стену, пока пустой. Банкир сидит в кресле из переработанных контрактов бывших жён. Иван Холибой (Мин-Тай), с недосмытым чёрным гримом вокруг глаз, развалился на диване в форме лазерной клавиатуры.

Мин-Тай приехал с концертами для выступления перед армиями Черных и Белых в период перемирия, поочередно, чтобы вдохновлять воинов на подвиги, а также для максимизации прибыли своего продюсера, поскольку это прописано в его условиях контракта. Между концертами он встречается с Банкиром для обсуждения возможных инвестиций в шоубизнес, в проект Холибоя для его раскрутки. Обсуждают инвестиционные правила, Банкир дает советы, как делать инвестиции, чтобы быть успешным инвестором, делится опытом. Также обсуждают, что необходимо, чтобы сделать успешный музыкальный проект. Договариваются о сотрудничестве на ближайшие 100 циклолет. После их беседы на экране появляется Золотая Рыбка (Ихтис), и делает вывод с точки зрения общечеловеческих ценностей – что такое добропорядочный инвестор и филантроп, помогающий обществу через благотворительность, и зачем это нужно.

Б а н к и р (отпивает чай из кружки с надписью «Я пережил 37 сердец, а ты — всего один кризис среднего возраста»). Итак, Мин-Тай. Ты хочешь моих блокчейновых рутшильдкойнов. Но сначала — тест. Как ты относишься к налогам?

М и н – Т а й (наигранно крестится). Налоги — это когда армии Чёрных и Белых стреляют друг в друга, а потом выясняется, что патроны оплачены из моего гонорара. Но я артист, господин Рутшильд. Я создаю духовные скрепы через чёрный юмор и лазерный орган. Духовное не облагается сбором. По крайней мере, так сказал мой бухгалтер перед тем, как улететь в неизвестном направлении.

Б а н к и р (достаёт две голограммы — папка «Плюс» и папка «Минус»). В папку «Плюс» запишу: остроумие есть. В папку «Минус»: бухгалтер слинял — признак неуправляемого творческого хаоса. Знаешь, сколько у меня было таких гениев? Сто три. Все кончили тем, что продали права на свои песни за три рутшильдкойна и песню о несчастной любви. А я… я приумножил наследство, полученное в пять циклолет. В пять! Другие дети в этом возрасте собирали конструкторы, а я — собирал долги соседей по детской площадке.

М и н – Т а й (хохочет). Вот она, настоящая сатира на современное общество! Человек, который гордится тем, что не знал детства. Вас, Майор, не пробовали лечить? Я серьёзно. У нас на платформе «Крик-Кряк» есть психолог-блогер, берет за сеанс три тысячи смарткойнами. Он говорит, что все беды капитализма — от недолюбленных финансистов.

Б а н к и р (кладёт голограммы на стол, улыбается). Капитализм, милый мой, — это когда ты просыпаешься утром и думаешь: «Кому бы сегодня испортить жизнь, чтобы заодно облагодетельствовать человечество?» Я, например, спонсирую приюты для драконов-инвалидов. И знаешь, почему? Потому что это выгоднее, чем лечить драконов самому. Видишь? Благотворительность — это просто отсроченный кэшбэк.

М и н – Т а й (крутит в руках дрон, подающий напитки). А мои песни про разводы, чёрный юмор и эпатаж — это социальная сатира, Майор. Я пою для молодежи, которая верит, что в «Крик-Кряке» можно заработать на жизнь. А зарабатывают там только алгоритмы. Я — живой пример: дважды разведён, живу на планете с названием «Черномория», а мой любимый музыкант — Синатра, который умер ещё до изобретения лазера. Это ли не диагноз эпохе?

Б а н к и р (вздыхает, трогает грудную клетку, где что-то тихо пищит). Диагноз эпохе? О, сейчас я поставлю тебе диагноз. Проблема вашего поколения — вы хотите монетизировать искренность. Но искренность не масштабируется. Мой главный совет успешному инвестору: инвестируй только в то, что можно продать дважды. Один раз — когда покупаешь. Второй раз — когда продаёшь. А в идеале — ещё и третьим лицам в сублицензии. Понял?

М и н – Т а й (прикладывает руку к уху). Я – музыкант. Я понимаю только язык нот и судебных исков от бывших. Но Вы правы в одном: современное общество — это гигантский аукцион, где каждый торгует своей душой, а потом удивляется, что душа ушла за бесценок.

Б а н к и р (хлопает в ладоши, и на стене появляется контракт на 100 циклолет). Подписывай. Я вкладываю 300 миллионов рутшильдкойнов. Ты — свой чёрный грим и умение делать вид, что тебе не всё равно. Вместе мы построим музыкальный проект, который объединит армии Чёрных и Белых… в очереди за нашими мерчем. Сатира? Нет, бизнес.

М и н – Т а й (ставит автограф лазерной указкой). Бизнес — это сатира. Только без смеха.

В этот момент огромный аквариум в центре комнаты вспыхивает золотом. Из воды, даже не замочив ковёр, выплывает Золотая Рыбка. Вес — ровно 50 кг. Чешуя мерцает, как уставшая вселенная.

И х т и с (голос напоминает древний шёпот волн). Я смотрю на вас уже несколько тысяч циклолет. Сначала люди меняли раковины на наконечники стрел. Потом — золото на кресты. Потом — нефть на кровь. А теперь — блокчейн на силиконовые сердца. И вы называете это прогрессом.

Она кружится в воде, и в её глазах — вся история человечества, от первых пещер до последнего криптообвала.

Знаете, что общего между филантропом в Древнем Риме, меценатом в эпоху Возрождения и современным блогером, который скинул донаты на операцию ребёнку? Ничего. Первые двое отдавали, потому что понимали: культура и милосердие — это то, что переживает империи. А третий — потому что это «хайпово» и «поднимает охваты».

Ваш мир, Банкир и Мин-Тай, построен на парадоксе: вы научились генерировать прибыль из воздуха, но разучились дышать этим воздухом бесплатно. Вы договариваетесь на 100 циклолет — а я помню эпохи, когда контракты скрепляли рукопожатием, и это работало дольше, чем ваши блокчейны.

Ихтис вздыхает, и аквариум покрывается рябью.

Добропорядочный инвестор с точки зрения общечеловеческих ценностей — это не тот, кто не украл. Это тот, кто однажды сказал: «Здесь я получу ноль, а вот этот солдат с планеты Шахмат — получит горячий суп». Благотворительность нужна не бедным. Бедные как-нибудь выживут, у них нет выбора. Благотворительность нужна богатым — чтобы они не забыли, что деньги — не победа, а только счётчик циклочасов одиночества.

Я сожалею. Не потому, что вы плохие. А потому, что за тысячециклолетия вы не придумали ничего умнее, чем делить мир на «плюс» и «минус». На Черных и Белых. На прибыль и убыток. А ведь есть ещё третий параметр. Он называется «просто так». В моём аквариуме он всегда был.

Человечество – единое коллективное сознание, где миллиарды частей единого целого до сих пор живут каждое в своем собственном мирке и питаются друг другом. Нужна зачистка общечеловеческого культурного кода. Внешнее хирургическое вмешательство. Все должны прийти в себя и подумать о других, а не только о себе.

Ихтис ныряет. На поверхности остаётся одно маленькое золотое кольцо. И надпись, которая медленно исчезает: «Бесплатно — самое дорогое, что у вас есть».

М и н – Т а й  (тихо). Она это серьёзно?

Б а н к и р (глядя на аквариум). Серьёзнее, чем мой тридцать седьмой сердечный привод. Иди, настраивай муз-орган, Мин-Тай. Кажется, мы только что получили инвестицию, которую не заслужили.

М и н – Т а й. Это называется «удача», Майор.

Б а н к и р.  Нет. Это называется «надежда». И я не знаю, как её учесть в ежециклогодном отчёте.

Кадр переносится в концертный зал, где зрителями являются солдаты армий Черных и Белых. На сцене Мин-Тай исполняет песню на стихи Вячеслава Попова-Сибиряка «Без сомнений», посвященную Елене Челяпиной (2026).

24.05.2026