Лошадь

           Кирюшка был в семье желанным ребёнком. Он появился на свет через десять лет после брата Антона, который уже вырос и стал самостоятельным. Счастью родителей не было предела, но за него ещё предстояло долго бороться. Малышок волею судьбы оказался болен, а потому ещё более любим родителями. Особенно мамой, которой пришлось пройти с ним через все круги ада.  Понадобилось девять тяжёлых полостных операций, чтобы вернуть ребёнка к полноценной жизни, избавив от врождённой патологии в строении внутренних органов.
         Родители, у кого в семье растут тяжело больные дети, хорошо знают, что они прикипают к сердцу крепче, чем здоровые. А потому Кирюшке, даже когда он выздоровел, ни в чём не отказывали. И только, когда мальчик в первом классе попросил купить ему скрипку и отправить учиться в музыкальную школу, мама сочла это прихотью избалованного ребёнка и не согласилась зря тратить деньги на дорогой инструмент.
          В родительской семье Алёны музыкантов не было, никто не баловался пением или игрой хотя бы на гитаре. Возможности отпрашиваться с работы среди недели, чтобы возить сына через весь город на уроки, у неё не было. Бабушки- дедушки жили далеко за городом. Но сын не отступал, снова и снова просился в музыкальную школу. Так продолжалось три года, и мама уступила.
        Получив скрипку в подарок на день рождения, Кирюшка был несказанно счастлив! Не дожидаясь уроков музыки, он на слух стал подбирать мелодии знакомых песен, а вскоре без труда поступил в бесплатную музыкальную школу для одарённых детей и удивлял педагогов своими успехами.
И вот однажды, когда мама с сыном возвращались с урока музыки, мальчик возмущённо сказал:
– Представляешь, меня поставили в хоре петь с «альтами», а у меня же «сопрано»!
– Да, сынок, я тебя понимаю. Это, наверное, неправильно, – ответила Алёна, думая про себя, что не знает в чём разница между ними. –  И что вы там поёте, какие песенки?
– Да что-то про лошадей.
– Очень интересно. Когда я была такой, как ты, по радио и телевизору часто пели мою любимую песенку: «Облака – белогривые лошадки!»
– Ну, именно её мы и пели сегодня.
– А если сейчас, пока никто не слышит, я тебе спою эту песенку, ты сможешь определить, кто я: альт или сопрано?
– Ну, конечно. Давай, пой.
           Алёна старательно запела:
–  Мимо белого яблока луны,
   Мимо красного яблока заката,
   Облака из неведомой страны
   К нам спешат и опять бегут куда-то.
   Облака – белогривые лошадки!
   Облака! Что вы мчитесь без оглядки!
   Не смотрите вы, пожалуйста, свысока,
   А по небу прокатите нас, облака!

             Кирюшка смотрел на маму широко отрытыми глазами, в которых застыло безмерное удивление. Это воодушевило Алёну, она продолжила уже увереннее и громче:
– Мы помчимся в заоблачную даль
  Мимо гаснущих звёзд на небосклоне.
  К нам неслышно опустится звезда
  И ромашкой останется в ладони.

К концу второго куплета ожидания, что сын будет ей подпевать, куда-то исчезли, но припев она всё-таки допела с энтузиазмом:

   Облака – белогривые лошадки!
   Облака! Что вы мчитесь без оглядки!
   Не смотрите вы, пожалуйста, свысока,
   А по небу прокатите нас, облака!

 Сын обескураженно молчал. Чтобы прервать неожиданно возникшую паузу, мама снова спросила:
– Ну что, Кирюша, кто я: альт или сопрано?
–  Мама… Ты… Ты не альт и не сопрано! Ты – лошадь! –  ответил наконец сын.
– ???

P.S. Так нечаянно выяснилось, что абсолютный слух талантливый скрипач унаследовал не от мамы.