Переписка с розой в ликере

Переписка с Розой, ей 53 года, перескажу, там поднимались такие довольно существенные вопросы. Она пишет: я вижу, что для тебя быть гением, это иметь особую связь с миром, с Богом, иметь творческий огонь, ну, как то так. Я объяснял,  и рассказывал, что вот уже три года, три месяца, не работаю, и еще острее почувствовал, что я другой, что я гений, что именно на работе, когда, как белка в колесе, ты более нивелируешься под общее впечатление, под других людей, а будучи независимым, ты отделяешься, как  растительное масло от воды. И для меня быть гением– это внутренняя необходимость, не быть скотом, люди, они больше, приземленные, ближе к животным, без творческого, большого потенциала, и более половины, они атеисты. Среди гениев, такое почти невозможно. Мы даже знаем, что Бог есть и необходимо ИМЕТЬ С НИМ СВЯЗЬ. Здесь, вот я, например, если уж попал в такую пустыню, и нет ни музыкантов, ни, поэтов, на художников, но хотя бы можно молиться, Богу, Это выход из ситуации для меня. А рисую, я, это напоминает, как в немецкой тюрьме, давали грифельную доску и мел, чтобы человек мог уйти из мира тюрьмы в свои мечты, переживания. Это рисунок материален, он как бы создает новый мир, который помогает выйти из тюремной ситуации. Ну, вот такие, если, Кузьмин ни дня, без ноты, то я как бы стараюсь, ни дня, без молитвы.А если ни дня без линии- то был бы художник. Но это у меня не получается, а тогда я был бы художник. А ни дня  без молитвы,могу.  Хотя бы так: ну, в целом, вот в целом, природа гения, она все спрашивает: а тебе правда, что ли, помогает вера в Бога? Я говорю: ну, конечно, по другому же никак.