Прикосновение

«Прикосновение» (1992)
Режиссёр,   Альберт Саркисович Мкртчян.
Изнанка перестройки: как физик из МГУ и режиссёр «Земли Санникова» сняли советский хоррор.

Советский кинематограф, как известно, с хоррорами не дружил. Он их боялся, игнорировал или, в лучшем случае, стыдливо маскировал под нечто благонадёжное. Мистика? Пожалуйста — но только если она сдобрена фольклором, как гоголевский «Вий» (1967), который даже при всём желании не назовёшь иначе как сказкой с налётом чертовщины. Ждать от экранов Союза аналога «Кошмара на улице Вязов» или «Ужаса Амитивилля» было столь же наивно, как искать в очереди за колбасой изящные манеры.

Перестройка, как известно, сняла множество запретов. Цензура ослабила хватку — и режиссёры наконец задышали полной грудью, потянувшись к темам, которые ещё недавно казались немыслимыми. Появились «Господин оформитель» (1987), «Семья вурдалаков» (1990), «Папа, умер Дед Мороз» (1991). Однако назвать их полноценными хоррорами было трудно — скорее, нервные, ломкие мистические драмы, рождённые в эпоху крушения империи. И вот среди них — «Прикосновение» (1992). Фильм, о котором и по сей день говорят шёпотом и в основном в узких кругах.

Картина эта полна загадок, и не только сюжетных. Режиссёр Альберт Мкртчян — человек, подаривший нам «Землю Санникова» (1973), «Законный брак» (1985) и «Казённый дом» (1989), — опыта в жанре ужасов не имел от слова совсем. Его стихией были драмы, приключения, иногда лирика. И вдруг — хоррор. Сама ситуация отдаёт сюрреализмом.

В одном из интервью Мкртчян признавался: решился на съёмки, когда прочитал сценарий некоего Андрея Горюнова. Кто такой Горюнов? Интернет пожимает плечами. Известно лишь, что он скончался в 2005 году, написал несколько фантастических книг и… преподавал физические науки в МГУ. Учёный-физик, создающий сценарий ужасов, — это уже почти готовый сюжет для мистического триллера. Как именно он повстречался с маститым режиссёром, история умалчивает, но Мкртчяна текст зацепил. И это при том, что Горюнов не был профессиональным драматургом: его творение больше напоминало новеллизацию, где диалоги были выведены прямой речью, без оглядки на кинематографические условности. Но режиссёра, видимо, привлекла именно эта сырая, неуклюжая энергия.

Сюжет же такой: следователь Андрей Крутицкий расследует на первый взгляд банальное самоубийство — Ольга Мальцева и её сын погибли при обстоятельствах, вызывающих лёгкое недоумение. Вскоре выясняется, что в семье Мальцевых царили странные обычаи, а за ними маячит некая «организация мёртвых форзи». Поначалу Крутицкий отмахивается — дескать, мистификация, не более. Но чем глубже он копает, тем очевиднее становится, что призраки не просто реальны, а вполне себе конкретны и навязчивы. Финал? Спойлерить не буду (если кто не смотрел фильм).
Скажу лишь, что судьба героя незавидна, а надежды на хеппи-энд рассыпаются прахом, едва успев оформиться.

Любопытно, что первоначальная версия «Прикосновения» была куда жестче и кровавее. В первом эпизоде, благополучно не попавшем в фильм, Ольга перерезала сыну горло. Потом этот фрагмент смягчили — заменили удушением подушкой. Мелочь, а показательно: даже в 1992 году цензура (вернее, уже самоцензура) ещё теплилась. Финальная сцена тоже изменилась: семья главного героя гибла не от взрыва, а от падающей стены — разница, согласитесь, не для слабонервных, но всё же менее взрывная. Призрак Мальцева должен был являться не только в виде портрета, но и рядом с внучкой. А ещё у него должны были быть обожжённые руки — деталь, которая, возможно, могла стать визитной карточкой злодея. Не случилось.

Тем не менее, перед нами последняя работа режиссёра. И какая! В фильме снялись Елена Метелкина (та самая, из «Через тернии к звёздам» — светлый луч советской фантастики, затесавшийся в тёмную историю) и Всеволод Абдулов. Ирония в том, что Мкртчян начинал как театральный режиссёр, учился у самого Михаила Ромма, ставил трогательные спектакли по Сарояну, а закончил натуральным фильмом ужасов. Не мистика ли?