Музыка. 7. Поздно, мне любить тебя поздно...

фото из интернета

предыдущая глава здесь http://proza.ru/2026/05/14/1982

Память, как Арахна, тянет из себя тонкую ниточку, и плетёт своё паутинное полотно, цепляя, закрепляя его с прошлым узелком. Так и я, зацепившись за музыку Микаэла Таривердиева, потянула свою ниточку орнамента дальше.
 
В 1968 году Микаэл Леонович Таривердиев написал музыку к фильму Михаила Калика "Любить". И на фирме "Мелодия" вышла пластинка-миньон с записями. Фильм, хоть и шел вторым экраном, то есть по маленьким клубам  и не в центре города, а на окраинах, посмотреть удалось, как кажется мне теперь, чуть позже.
А сначала была куплена пластинка и так меня зацепила композиция "Поздно, мне любить тебя поздно” - что сподвигло меня почти на…

***
Наверно надо вернуться на несколько лет назад.

Как-то так случилось в моей жизни, что не коснулась меня школьная влюблённость. В восьмом классе все девчонки дружно влюбились в самого красивого мальчика школы. А я смотрела на него и видела высокого юношу, возможно симпатичного и... не более того. И маялась от своего несовершенства, несовершенства мира и желания любить.
*
Приложив ладонь козырьком ко лбу и обведя взглядом одноклассников и прочих ровесников, я не выявила ни одного достойного претендента, на котором мог бы запнуться и остановиться взгляд, в которого можно было бы влюбиться. Не нашлось объекта. А желание любить было.
Может  быть артиста? Но… и артисты не вызывали эмоций. Видимо я ещё не была готова любить так, как мне представлялось, или как мне предстояло …
Да и в техникуме любви не случилось до весны третьего курса.
Но она наступила эта звонкая Весна, с радостной капелью, бездонным синим небом и тающим снегом, когда всё впервые и искрится, как  плывущие по Неве тающие на солнце льдины. Первая любовь, первое свидание, первый букетик нарциссов, первый поцелуй, первое признание.
Как всё романтично! Восторг полный! Я не ходила, порхала над асфальтом -счастливая девочка Любочка.

И становилось тревожно от захватывающих чувств и страшно.
 
Любовь - как поле Ватерлоо. Значит война? Фронт. Сражение. Да-да, сражения! Не только  со своими чувствами, но и со своим характером.
Как там в далёком 1966 пела Тамара Миансарова?

     Только я решила назло:
     Буду делать только назло.
     И молчать с тобою назло
     И шутить,
     Даже если тяжело.
     Но ты же не за сорок земель,—
     Так что догадаться сумей,
     Догадайся ты - что
     У меня, у меня такой характер.
     Я его и так тереблю,
     Я его сама не терплю.
     Как же мне сказать,
     Что я тебя,
     Я тебя
     Давно люблю?!

 Только буду делать назло… Эх, да кому ж назло-то? Ему? Себе?

Возлюбленный познакомил меня со своими друзьями. И они приняли меня в свой круг. Весна, лето, походы. Песни у костра. Ребята - будущие геофизики, соответственно репертуар Кукина, Клячкина, Визбора, Городницкого. Закончился июнь и надо расстаться на два месяца -любимый отправляется в партию на Алдан. 
- Ты будешь писать?
- Нет.
- Почему?
- Если я напишу, что люблю и скучаю, то ты будешь смеяться надо мной, не напишу - обидишься. Давай без писем, Любочка.

Потом окажется, что в его палатке над койкой висел мой портрет. Кто ж думал, что при возвращении в вертолёте будет перегруз и случится авария. Он хоть и сильно переломался, но жить остался. Наша встреча произошла не через два месяца, а через пять. Да я готова была уже всё отдать только бы быть рядом. Только мальчик перестал быть мальчиком.
–Я много думал о нас. И понял. Ты не сможешь переступить через себя, а я не хочу жить духовно с тобой, а спать с другой. Мужчине нужна только одна женщина. Ему нужна любимая женщина.
 - Я смогу ! Смогу...
 - Уже не надо. Всё прошло. Ты всё время витаешь в облаках и не хочешь взрослеть.

Это был удар.

Я оказалась не готова перешагнуть какие-то моральные границы. Страх сковывал. В его в словах звучала определённость неопределённого моего будущего положения. Ведь о свадьбе речь не шла. А быть временно любимой женщиной я не хотела. Видимо это и было от головы, а не от сердца.
И сердце боролось с головой. Бураны и метели завывали и сердце билось громким боем шаманского барабана.
 
Никому ничего не скажу. Пусть будет так… как будто ты не выжил.
Реки слёз пропитывали подушку по ночам.
 
Последний курс техникума. Мне 18 лет. Надо заниматься дипломом. А у меня не хилые проблемы на сердечном фронте.
Этот первый бой я проиграла.
Справиться помогала музыка.
Ведь Музыка это противоядие от отчаяния и безысходности.

Лечила она меня. Лечила, но оказывается не вся. Однажды сердечный приступ случился прямо на концерте. Пришла слушать Баха в большом зале - Орган. И видимо частота звуков органа как-то вошла в резонанс с моим сердечным ритмом.
Я потом, как ни хотелось мне, орган слушала только на виниле.


Мир мой рушился, сыпался осколками под ноги. А я, привстав на цыпочки, да-да куда же я денусь с облаков), застывала в балетной позе. Подбородок вверх, плечики назад, спинку держим прямо, сидим прямо, стоим прямо, ходим с прямой спиной…
Интересно, как физическое состояние тела (физиология) может влиять на характер, или не влияет ???
На мальчиков не смотрим. Совсем.
У-ууу....Таки-и-х больше не бу-у-удет (Будет будет, ещё лучше будет,:) Любочка!)


И в реке времени случаются омуты. Но выбираться-то надо! Тут ведь важно цель не только обозначить - главное увидеть её.
Я вижу цель! Лицо в воду!
Раз -гребок, два -гребок, три -гребок, вдох из подмышки и снова в воду. Раз- два- три- вдох…
 Плыви, Любушка, плыви! В воде слёз не видно.

Ночные слёзы оставались на подушке, а с утра за дверью дома гудел, звенел и сиял мир.

Диплом, друзья, подруги, музыка. Раз-два в месяц концерт в Филармонии или в Консерватории. В Филармонию любила ходить именно в Большой зал. Честно сказать, тогда про Малый зал вспоминала только если там был очень интересный концерт. Не было особо любимого инструмента. Для меня важнее было произведение и дирижёр. Мне нравились и фортепианные вечера и скрипка, и виолончель, и оркестры. Молодые победители и участники конкурсов любили выступать в нашем зале. Столько открытий тогда сделала!


А дома в основном пластинки - коллекция, пусть ещё не очень большая, но уже собралась у меня. И классической музыки было не меньше, чем эстрадной. На полке стоял и Шопен, и Григ, и Моцарт, и Боккерини. Да наверно все основные классики. Разве что с Бахом тогда сложились сложные отношения. А чаще всего слушала Бетховена и Вивальди. Музыка Бетховена вливалась в меня, звуки выпрямляли позвоночник.
Вообще могла ли я подумать, что только она и способна помочь пережить трудные моменты моей жизни и не просто пережить, но выжить :)

И я была девушкой юной
Сама не припомню когда…

Что это за сферы? Глухой Бетховен и шторм море-окияна…
Гармония и сила духа.
Вот что!
Сила духа Великого композитора в его музыке! Это тот луч света, что возникает утром после самой тёмной ночи.
Труба зовёт!


Но не только музыка помогала мне выкарабкаться из сетей первого чувства. Мне было больно. Казалось что эта боль невыносима. Но я училась жить. Наверно ещё и то, что я читала формировало меня.
Гарсиа Лорка, Рауль Хименес, Илья Эренбург. Каким-то образом меня покорили пьесы Теннеси Уильямса.
Любимыми стали "Стеклянный зверинец" и "Растоптанные петуньи".
Первая тронула своей хрустальностью и очень тонким звоном  разбившегося сердца. Боль девушки-инвалида. Вторая неистребимым желанием - вырваться из сетей. Мы все попадаем в ловушки то ли общества, то ли времени…  Иногда нужно просто нарушить установленные кем-то законы и жить по своим в пределах той плоскости, в которой возможно твоё существование. 
Очень трудно понять куда уходит любовь. Почему вдруг? Наверно не стоит искать причины.
"Трамвай желание" - думаю, что тогда я не поняла, как и "Кошку на раскалённой крыше". Советской девочке, девушке многое, что было написано между строк, оказалось тогда за семью печатями, не коснулось, ведь это была Америка. И эти потасканные женщины были неприятны. Это не Бертольд Брехт. У него совсем другие женщины! Так решала я после походов в театры.

Театральные постановки в БДТ и Ленсовета.  А ещё в том 66 году попала на "Зримую песню" в Учебный театр на Моховой...
Читала, смотрела спектакли, фильмы и вырастала.
Я защитила диплом, уже работала по распределению и была поглощена своими бесконечными  хобби.
И та первая Любовь прошла.
Молодость брала своё. Появилось столько интересных приятелей!

***

А осенью 1968 купила пластинку с музыкой к фильму "Любить" Таривердиева. Там было четыре инструментальных композиции и одна песня. И так меня зацепила она... "Поздно, мне любить тебя поздно" - мелодия была настолько гипнотическая, обжигающая, где рефреном стучат колёса- "Ты уходишь, как поезд, поезд, поезд...". Потом уже много позже я узнала подробности создания её. Эта удивительная и жестокая история.
 
Фильм давался трудно и вот где-то в середине съёмок по инициативе со-режиссёра Инны Туманян сняли эпизод, не входивший в фильм по сценарию. Это был безжалостный эксперимент. Она попросила приехать на встречу в уличное кафе свою подругу актрису Татьяну Журавлёву. Осень, холод, дождь. Голодная Татьяна заказала чашку кофе и прождала подругу полтора часа! За это время Журавлёва пережила не актёрское, а подлинное человеческое одиночество. Состояние брошенности, обиды и тоски... снимала скрытая камера!
 Ко всему прочему для усиления драматургии Туманян специально подсадила за соседний столик сытую компанию из трёх человек "золотой молодёжи". На их фоне одиночество и слёзы Татьяны выглядели ещё более душераздирающе.
Когда расстроенная Татьяна, встала, чтобы уйти, к ней подбежали из съёмочной группы. Узнав об обмане, Журавлёва устроила страшный скандал и разрыдалась, но дело было сделано кадры(особенно потрясающие крупные!) остались на плёнке.

Как-то в 2019 году я наткнулась в сети на мемуары мужа Татьяны и разместила отрывок, связанный со съёмкой и закрытым просмотром, в лит. дневнике. http://proza.ru/diary/69marcus19/2019-05-14

Микаэл Таривердиев, увидев отснятый скрытой камерой материал с лицом Татьяны Журавлёвой, был потрясён. И он написал мелодию на слова Е. Евтушенко, такую... что она идеально совпала с ритмами монтажа и мимикой, движениями актрисы.
 
Поздно, мне любить тебя поздно…

Я ставила эту пластинку.
"Ты уходишь как поезд, поезд, поезд
В этом поезде только МНЕ МЕСТА НЕТ!"

Нет-нет, чувства уже не вернулись, но появилась тревожная мысль- недосказанности.  Меня завораживала не только музыка, но и текст. Чем больше я слушала, тем яснее формировалось желание поделиться этой композицией с бывшим возлюбленным. Я чувствовала, что мы не совпали по времени. По времени созревания.
 
Осень с заливными, бесконечными дождями кончилась, наступали предновогодние дни. И как-то слушая "А поезд, поезд уже вдали и его не вернуть" в голову пришла идея создать звуковое письмо. Сделать такой новогодний подарок.
 
Я отпускала любимого. Прощалась. Наконец-то прощалась я. Сама. И мне хотелось найти такие слова, чтобы он всё же поверил, что я его любила. Тогда любила. Просто у меня такой характер. Просто привет издалека. Из моей жизни.

Поставила "Увертюру" Бетховена к Эгмонту и стала писать. Письмо получилось длинное. Совершенно без обид. Может быть таким образом я сама себе что-то объясняла. И вообще с этим письмом  мне понравилась сама идея монолога под музыку.
 Начиналось оно с моего стихо:
Какая длинная зима,
Какая долгая дорога
И нет ни края, ни конца,
Дойду ли я до твоего порога?
И постучусь ли в твою дверь,
Взлетев на крыльях
На седьмой этаж без лифта,
И спрячу их, блестящие, в портфель
Ведь я не фея и не эльф,
Я девочка влюбленная и ждущая вердикта.

Что мне сказать ?
Как оправдаться?

Недавно нашла черновик этого письма с точным хронометражем. Пожалуй это самое удивительное. Ведь мне никто не подсказывал, что нужно всё рассчитать. Причём, чтобы по выразительности - слова и  музыка совпадали по времени. Чтобы просодии текста совпадали с тактами музыки. Чтобы музыка то становилась громче и, как волна накатываясь, почти заглушала текст, то становилась тише, чтобы был слышен даже мой шёпот.

Так удивительно читать ремарки в том черновике - "на 7 мин. остановиться и глубоко вздохнуть". "На четвертой 4 минуте 30 секунде задержать дыхание и потом быстро прочитать фразу". "На этой минуте помолчать 9 секунд"

 
Увертюра длится около девяти минут.
Интрада - самая пожалуй тревожная часть. Во второй части Бетховен рисует мятущуюся душу, там такие переходы от задушевной мечтательности к страстному порыву и лихорадочному возбуждению. Это очень соответствовало тогдашнему моему состоянию.
Дальше само собой получилось всё, как задумала. Третья часть, как ни странно, но гибель героев не производила гнетущего впечатления. Наоборот, кода звучит очень вдохновляюще.
А настоящую историю Эгмонта и восстания я узнала намного позже, просто задалась целью узнать - что же меня так трогает в этом произведении, почему я так нуждаюсь в нём? Вот и порылась в Публичке.
   
Закончить письмо я собиралась композицией Таривердиева "Поздно". А как связать два таких разных музыкальных произведения? Сначала хотела поставить Боккерини, потом решила, что "Революционный этюд" Шопена хорошо ложится под мои философские рассуждения, но музыкально связки не получалось, когда слушала. Мои поиски закончились инструментальным "Ноктюрном" к этому же фильму Таривердиева. Торжественная, торжествующая или лучше сказать ликующая кода Увертюры как-то уравновесилась хрустальным звуком Ноктюрна.

Письмо написано. Хронометраж проставлен. Репетиции провела.
У старшего брата подружки Ларисы был магнитофон "Астра". У неё и договорилась записывать. Выбрали день, когда её мама работала в вечер, брат отсутствовал, сама Ларка отправилась в кино, оставив меня с техникой и музыкой наедине. Этот магнитофон -такой же терракотовый, как и проигрыватель "Юбилейный", разве что углы не так круто закруглённые. Я их рядом и поставила. Слева магнитофон, справа проигрыватель. Приготовила пластинки. Настроила громкость. Перед "чемоданом" с бобинами под названием "Астра" я поставила микрофон и рядом большой круглый будильник на тонких ножках, чтобы точно соблюдать хронометраж. Развернула тетрадь, включила "запись" и стала с выражением читать. Иногда по сценарию то прикручивая, то усиливая звук на проигрывателе.
Ближе к концу текста и "Увертюры" у меня стихотворение Гарсиа Лорки:
 
Теперь ни к чему ни тебе, ни мне
встречаться
наедине.
Ты сама... понимаешь вполне.
Я так любил тебя, господи боже!
Ступай же тихонько по этой дорожке.
Как на распятьях,
следы от гвоздей
у меня на запястьях.
Ты видишь кровавую тень
впереди?
Никогда не оглядывайся, иди,
и молись в глубине
Каэтану святому,
и скажи ему в тишине,
что теперь ни к чему ни тебе, ни мне
встречаться
наедине.
 
Я читаю с выражением, с глубоким погружением в тему…
Актриса во мне, конечно жила где-то глубоко.
А тут прямо выскочила на поверхность!
Сцена- Ха! Легко!
И на словах "Никогда не оглядывайся, иди" я от эмоций резко выбрасываю правую руку с раскрытой ладонью вперёд и сшибаю с ног громко тикающий будильник. Грохается он знатно по звуку. И наступает тишина. Звука тиканья уже не слышно. А дальше-то идут строчки "И молись в глубине Каэтану святому и скажи ему в тишине…" Я убавляю звук коды Увертюры и дочитываю почти в тишине и только после этого ставлю всё на паузу.

И смех и грех, но когда я стала прослушивать, то поразилась, насколько громко тикал стоявший рядом с микрофоном будильник. В каких-то местах, где я убавляла по сценарию звук, он чуть ли не перебивал меня. Но в этом появилась какая-то драматургия! Неожиданно, но факт! Поэтому на оставшуюся часть мне пришлось отодвинуть его подальше, чтобы почти не слышно было, а перед самой песней я его вообще убрала со стола. Думала перезаписать, но прослушав несколько раз, поняла надо оставить так, как есть - с грохотом падающего времени.
30 декабря знакомая девочка, работавшая на почте, упаковала мне коробку с кассетой и поставила по моей просьбе сургучные печати.
Я прогулялась по знакомой улице, ещё крытой булыжником, с домом Достоевского и опустила "бандероль" в почтовый ящик.
 Живи спокойно и счастливо.
Твоё время наконец прошло.
Наверно это решение научило меня уходить первой от отношений, где я не могла быть счастливой. Человек пишущий невольно становится философом, копателем души не только ведь своей…
Так я побывала в роли сценариста, режиссёра и актрисы.
Впрочем по жизни мы все режиссёры и без конца играем роли, пока не научимся быть собой.

Через пять лет я случайно встречу всех пятерых друзей в метро, выйдя на Невский мы мило пообщаемся. И молодой человек пригласит меня на чай, сообщив, что всё ещё хранит моё звуковое послание.
Я с улыбкой приняла предложение.
Легко обещать то, что для тебя уже ничего не значит.
 
Поздно. Мне любить тебя поздно.  А поезд поезд уже вдали  И его не вернёшь.

 Поезд... поезд... поезд... 



ПРОДОЛЖЕНИЕ СЛЕДУЕТ ...