Жизнь - это фантазия

Геннадий Исаков



О книге. Для чего написана эта книга?
В истории всё больше стало появляться людей, которых всё сильней одолевал вопрос, зачем люди рождаются и живут, в чем смысл жизни? А удовлетворительных ответов не было. Их нет и сейчас. В попытках разобраться в окружающем мире и в себе люди добыли немало знаний, но   весь их объем остается малой  толикой  от всего необозримого множества непостижимых тайн. За гранью возможностей человеческого ума остаются вопросы, почему же появилась вселенная, к какой цели ведут её непрерывные преобразования по необратимому вектору времени? Почему она нужна, та неведомая цель, чтоб тратить столько усилий для её достижения? Ответа нет.
Но люди живут в этом неведении, освещая окрестности фонариками своих достижений. 
Чем же они руководствуются в своей жизни? Желаниями, знаниями, ситуацией, а больше  фантазиями. Человек  постоянно пребывает у них в плену. Реальность для него - это то, что он может себе вообразить на базе полученной информации.  Всё, что ему известно, это факты и сочиненные на них  фантазии. Даже его собственная жизнь состоит из них. Он не понимает своего прошлого, и придумывает его. Фантазирует  настоящее, и воображает будущее. В качестве истории страны ему подают фантазии историков и политиков, загружая его сознание подобранными  фактами  и событиями,  подчас  выдуманными или искаженными лукавым замыслом  для создания нужных иллюзий.  Писатели, режиссеры  обрушивают на него придуманные  истории. Ученые пытаются своими теориями  подобраться к обобщенному  серхзнанию,  которое всё разъяснит. Но чем больше стараются продвинуться к нему, тем дальше оказываются от цели. Бесконечные страхи людей взяли под свой контроль проповедники религий, придуманных в множестве  неведомыми авторами. Информация о событиях в стране и мире подается, как блюдо  со своими ингредиентами  и под нужным соусом.   Вся жизнь - это фантазия.
Человечество упускает какую-то важную мысль, неоткрытое до сих пор философское направление, которое окажется способным  довести его до искомого сверхзнания.
Это направление проходит через выяснение пирамиды смыслов.
Автор  показывает  её в данной книге, проводя через придуманных персонажей, спроектированных событий, авторских толкований.
В таком ракурсе  представлена фантазия о вселенских  событиях и о человеческих судьбах в современном мире.






Содержание.


Планета альвов.               

Виктор Тимофеев в российской драме.               

Андрий Вытрищака в украинской драме.               

Дарка выполняет спецзадание.               

Прозрение Андрия Вытрищака.               

Заключенный  Тимофеев в лагерной зоне.               

Знакомство альвов с жителями Земли и вселенной.   

Кульминация схватки.               

Экстренное заседание властителей мира.               

Разумная субстанция, как создатель всего сущего.    

Эмиграция Тимофеева на планету альвов.               

Речь  Виктора Тимофеева перед землянами.               




Планета альвов.

 Это была планета альвов. Огромный океан  омывал единственный материк с холмами и равнинами, поросшими травами, цветами, разнообразными деревьями,  составляющими живописные лесные массивы, в которых бегали и порхали их причудливые обитатели.

 Эта планета не имела названия, потому что других планет в мире альвов не существовало.  На этой планете не было сезонных колебаний, не было смен дней и ночей, температура  была постоянно комфортной и никогда не менялась.  Тепло обеспечивала глубоко в недрах кипящая магма, теряющая  свой жар  по пути на поверхность.  Вода в океане испарялась, слегка охлаждая его, пар поднимался в высоту, расползался в разные стороны, накрывал  материк, чтоб смочить его моросящим дождиком. Капли напитывали почву, собирались в многочисленные ручейки, которые  несли прозрачные воды в водоемы, из которых живительная влага  поступала по трубам в селения жителей. 

Как обычно в воздухе светился неон, возбуждаемый энергией пространства. Весь воздух представлял собой голубой светящийся туман. При его свете всё  выглядело голубым.
На одной из живописных  равнин, среди цветов и деревьев  можно было  рассмотреть невысокие, но просторные строения, служившие альвам домами. Это были разнообразные многогранники из резных стен, обрамленных скульптурами, с раздвижными крышами, чтоб можно было прямо из дома вылетать  на антигравитационных аппаратах, похожих на блюдца, по своим делам. Далее виднелись многоуровневые строения, в которых умные роботы изготавливали обитателям всё необходимое для их быта.  Те же роботы изготавливали подобные себе роботы и многие механизмы, сделанные по частным заказам.  Для выполнения этих работ самодвижущие механизмы подвозили необходимое сырьё, электрическая энергия стекала с металлических пластин, широко расставленных в наэлектрилизованном  тумане. Изделия, вынесенные из недр предприятия и расставленные на площадке,  спокойно ожидали своего разбора заказчиками.  В окрестностях виднелись оранжереи, залитые ярким белым светом, в них  зрели калорийные бобы, насыщенные всем необходимым для  нормальной работы организмов альвов. Рядом с ними  постоянно трудились  фабрики - кухни, готовившие из этих бобов разнообразные яства, которые при запросах  тут же отправлялись в жилища сжатым воздухом по спрятанным в грунте трубам.

Поодаль виднелось высокое здание с многочисленными флигелями и площадками на разных уровнях для прибывающих посетителей. Там изготавливали фрагменты организма альвов и заменяли  старые органы, отслужившие свой срок, на новые.  Это предприятие получило название "Фабрика здоровья".  Где-то вдалеке находились металлургические комбинаты, они использовали энергию кипящей магмы.  Глубоко внизу её жар переводили в электричество, чтоб потом наверху преобразовать  в плавильные дуги, превращающие руды в расплав. За ними находились многие промышленные предприятия, заполненные роботами. Можно было заметить остатки предприятий, прежде  добывавших из недр нефть и газ, служивших источниками энергии, но затем закрытых, когда наука нашла способы добычи энергии из пространства. Однако, некоторые продолжали работать,  поставляя сырьё  химическим комбинатам.

Непрерывно работали предприятия переработки отходов и восстановления состава атмосферы. Повсюду разбросаны  творческие детские учреждения. За ними громоздились научные лаборатории и мастерские.
Ещё дальше угадывался берег океана, он обозначал себя ртутным блеском, да шелестом волн, набегающих  на гальку и откатывающихся назад, звучно перебирающих звонкие камешки. Волны прибегали от проплывающих в океане  судов.

Центральная  площадь была заполнена жителями.  Это были альвы. Там были мужчины, женщины, дети.  Голубой свет  был слабым, рассеянным, потому природа для лучшего виденья одарила обитателей большими  глазами, занимавшими значительную часть лица. Одежд не носили, в них не было необходимости. Мужчины  степенно прохаживались, собирались группами, что-то обсуждали, ярких эмоций не выражали. Иногда садились в круг, соединялись руками, и о чем-то долго думали, закрыв глаза. Если кто-то выходил из круга, чтоб куда-то уйти,  прохожие занимали их места, так же садились и брали за руки соседей. Женщины играли с малышами и обсуждали меж собой вопросы  воспитания. Среди жителей  сновали рослые мутанты, специально выращенные в  автоклавах для обслуживания хозяев планеты.
Основными видами  деятельности альвов были создание летающих аппаратов, жилищ  и даже городов, голографических картин  со всеми видами ощущений, способных подменить  реальность,    производство новых полезных растений на суше и в океане, выработка энергии во всех сферах, создание новых видов разума. Но главным видом всё же была фундаментальная наука.

Привлекала внимание группа мужчин, отличающаяся от остальных накинутыми на плечи белыми халатами. Это были мудрецы, носители самого почетного звания на планете. Ниже были только умники. Им полагался черный халат. Получить звание мудреца, и право носить белый халат могли только те, кто постиг все премудрости, выработанные обществом за всю историю, и получил признание альвов. Они занимались научной деятельностью, параллельно  создавали законы,  которыми надлежало руководствоваться всем жителям. 
Сейчас они обсуждали загадки своей планеты.
Один из них предлагал обсудить такую загадку.
- Достопочтенные мудрецы, как  известно,  глубоко под нами кипит расплавленная магма, известно, что её тепло, проходя через грунты до поверхностного слоя,  снижают свой жар и постоянно поддерживает у нас комфортную  температуру. Из этого следует, что в глубинах температура выше, чем на поверхности, но почему в океане наоборот? Мы проводили измерения температуры водных глубин, показания странным образом разнились, но в целом они оказывались ниже, чем на поверхности! Почему? Даже если предположить, что под океаном нет магмы, то не будет нагрева, но и охлаждения не должно быть, а оно существует, за счет чего? Что в глубинах может охлаждать воду?
Все погрузились в размышления, нависла тишина. И только один молодой мудрец,  обычно возмущавший коллег недопустимой дерзостью, заявил: "Я знаю!"
Старший услышал его.
- Мы рады будем выслушать твою точку зрения, уважаемый  Аэр.
- Объяснение этому парадоксу может быть только одно: глубже магмы находится вечная мерзлота! Под океаном нет магмы, и далекая мерзлота снизу охлаждает нашу воду.
- Это сомнительная версия,  Аэр, наша планета небольшая, если бы в центре было холодное вещество, магма давно бы его нагрела.
- Нет - нет, всё не так, - молодой ученый стал горячиться, - наша планета на самом деле вовсе не планета!
Тут один из присутствующих пожилой альв, указывая на Аэра, возмущенно стал говорить:
- Вы послушайте, какую нелепость утверждает  этот молодой коллега! Наша планета,  оказывается вовсе не планета, а пузырь в бесконечном холодном монолите с небольшой прослойкой магмы! И будто мы ходим внутри по стенке пузыря, а это значит, что если над нами океан, то он почему-то не падает на нас. 
Старший попросил:
- Дай нам,  уважаемый Аэр,  какие нибудь обоснования своей  версии.
- Изволь, мудрец  Сарт.  Мы всегда исходили из предположения, будто над нами бесконечное пространство. А вот мы,  группа молодых ученых,  решили убедиться в этом. Для нас был построен аппарат, способный  долгое время лететь вертикально вверх по линии притяжения. Для движения использовали реактивный ядерный движитель, выбрасывающий  засасываемый воздух, а выше элементы распада. И когда мы полетели, то наткнулись на странное явление. Вы  вошли в область полной неопределенности, гравитация исчезла, мы оказались в невесомости. Вокруг нас завис  непроглядный  голубой туман, в котором невозможно было найти каких либо ориентиров.  Приборы направления, сбитые с толку,  стали крутиться, система управления прекратила работать. Полет  продолжался вслепую, мы не понимали, куда летим.  Вдруг ощутили действие гравитации. При попытках снова двинуться вверх, попадали  снова в ту же область неопределенности. Это было необъяснимым явлением.  Область действия гравитации переходила в область неопределенности, а она возвращала обратно в область гравитации.  Других вариантов не было. В конечном итоге пришлось вернуться  домой. 
Обдумав произошедшее, мы решили, что побывали в центре  пустой сферы, только так можно объяснить обнаруженное явление. В середине невесомость и зона неопределенности, а вокруг  её зона притяжения. А это означает, то мы живем в пузыре с притягивающей поверхностью, а точнее притягивающим массивом, что находится глубже.
- А не приходила тебе  в голову, уважаемый Аэр, такая мысль, что в своем полете вы попали в область сжатого пространства, оно окружает нашу планету и не пускает в себя. Оно постоянно разворачивало вас.
- Но гравитация должна была остаться, а она пропала.
Спор продолжался.   

А в стороне на ученической площадке старый альв в черном халате, жестикулируя паучьими пальцами, вел урок для малышей, зависших вокруг него в пространстве на своих антигравитационных блюдцах. Их огромные глаза смотрели на большеголового преподавателя с большим  интересом. Рядом находилась яйцевидная капсула. Старик вел очередное занятие. Он читал лекцию о достижениях и проблемах науки.
 
- Далеко от нас на материке в стерильных условиях, в полной  изоляции от каких либо воздействий  работает лаборатория времени. Там когда-то в далеком прошлом был установлен вечный  маятник из самого прочного материала.  Его колебания отмеряют время. Продолжительность существования нашей цивилизации  измеряется в количестве его колебаний.  Она начала исчисляться  с того момента, как только его качнули. К настоящему моменту эти часы уже отмерили  огромное число  колебаний, равное количеству атомов в скале. За это время мы исходили весь  материк, обследовали океан, но так и не смогли составить карту нашей  планеты. Причина в том, что у  нас нет никаких ориентиров. Мы живем в вечном тумане, не дающим возможность видеть дали.  У нас нет прямых линий, потому что любые предметы,  уходящие вдаль, расплываются  из-за искажения воздуха, теряют конторы, их местонахождение  становится неопределенным. Распространение радиосигналов огранивает наэлектризованный туман.  Все дороги, куда бы мы ни шли, куда бы ни плыли, в этом тумане, в конечном итоге приводили к  местам отправления. Мы просто догадываемся, что наша планета замкнута, представляет собой сферу, сверху покрытую туманом, бесконечно излучающим голубой свет,  и с твердью под ногами, под которой глубоко внизу кипит  магма. А что глубже магмы,  мы не знаем.

- Учитель, - вдруг спросил малыш с торчащими ушами, - а зачем нам всё это нужно знать. Зачем знать, что в глубине планеты? Разве нам плохо живется без этих знаний? 

Преподаватель помолчал, обдумывая ответ. Наконец, ответил.
- Нам пришлось заняться изучением окружения, потому что ресурсы нашей планеты, обеспечивавшие нам жизнь, на исходе. Впереди  угроза нашему существованию.  Потому мы поставили задачу разобраться, что вообще вокруг нас находится, на поверхности, вверху, внизу, где и какие ресурсы скрыты от нас. Нам надо их найти,  проникнуть в самые скрытые и далекие места. Верхним пространством ученые уже занимаются, но там пустота,  все ресурсы находятся внизу, в недрах. Проникнуть туда - наша задача.

- А как можно туда проникнуть? Механический способ для этого не пригоден. Никакой  аппарат не проникнет в глубины планеты, - спросил тот же любознательный малыш. 

- Это верно, - ответил старик, - но наука уже предложила новый способ. Посмотрите на этот аппарат, - он указал на стоящую капсулу. - Следите, что сейчас произойдет.

Он подошел к ней, открыл люк, и забрался вовнутрь. Люк закрылся. Капсула вдруг ожила, засветилась огнями, задрожала и внезапно исчезла. Ошарашенные ученики свалились со своих блюдец, подбежали к тому месту, где только что стоял аппарат, принялись бегать, ощупывать пространство, видимо, полагая исчезновение хитрым фокусом, но капсулы, действительно, не было. Разбежались подальше, чтоб  найти её следы.  Но не было и следов.  И в этот момент за их спинами так же внезапно, как исчезла, она появилась и была точно такой же.

Перед глазами оцепеневших детей медленно открылся люк и оттуда выбрался учитель.
Он поднял тонкие руки с паучьими пальцами, посмотрел огромными черными глазами на ошалевших учеников, предлагая успокоиться, и жестом попросил занять свои места.
- Сейчас я побывал в ином измерении, можно сказать в другом пространстве, - сказал  учитель. -  Хотите узнать, как это у меня получилось?
- Да, конечно. -  Закричали озадаченные дети.
Учитель посмотрел вокруг, взгляд его остановился на группе спорящих мудрецов. Обратился  к любознательному мальчику с торчащими ушами.

- Как тебя зовут?
- Гай.
- Гай, ты сможешь подойти к тем мудрецам, - он указал на ученых. - Там находится мудрец Аэр, попроси его подойти  к нам и рассказать об транспланте и его работе.
Мальчик побежал, а учитель пояснил:
- Этот Аэр с группой умников сделали поразительное открытие, действие которого Вы сейчас наблюдали,  для него понадобился специальный материал,  они его придумали, и построили  эту капсулу. Аэр лучше меня расскажет о своем открытии.

 Мальчик вернулся и с ним подошел молодой ученый.
- Высокочтимый мудрец Аэр, - обратился к нему преподаватель, - я сейчас показал ученикам на этой капсуле действие Вашего открытия, капсула исчезла и снова появилась. Не могли бы Вы предельно просто рассказать детям, как это происходит? А мне надо  посетить "Станцию здоровья",  кое-что пора заменить. Потому покину вас.
Он отошел к своему блюдцу и улетел на нем. А ученый начал свой рассказ.

- Перед нами стояла задача придумать  универсальный способ перемещения   аппарата с экипажем внутри, чтоб мог свободно  проникать в любые глубины нашей планеты, сквозь любой прочности грунты и  преграды,  без трения и сопротивления, а значит, мог бы передвигаться в твердой среде с любой скоростью. Было понятно, что в нашем материальном мире такого способа не существует. Значит, надо научиться выходить из него в другой мир, нереальный.   
Потому мы разделили поставленную задачу на  две части.

Первая часть задачи состояла в том, чтоб найти способ перевода  аппарата из нашего реального мира в нереальный мир. А вторая часть состояла в поиске способа скоростного перемещения его в ином мире. Первую часть мы решили,  нашли способ перехода в нереальный мир, воплотили в этой капсуле и его действие вы только что видели. 

Этот способ основан на ряде наших открытий.
Начну с первого открытия.
Мы всегда верили, что живем в трехмерном мире, построенном на трех осях: одна ось вперед - назад, другая в стороны направо - налево, третья вертикальная вверх - вниз. Но никогда не знали, откуда возникли эти оси. Это был главный вопрос: какова природа осей? Он разрешился, когда мы построили модель пространства, предположив его клеточную структуру. И убедились в верности такого предположения.  Так было сделано первое открытие. Им стало  открытие клеточной структуры пространства. 

Далее, мы выяснили, что эти оси дают фронтальные взаимно перпендикулярные грани клеток пространства.  Именно эти грани дают видимую картину реальности. Они между собой создают особые связи, создающие иллюзию непрерывности по всем осям.  Если в клетках есть особым образом упакованная энергия,  то они становятся материальными частицами и отражают свет. Тогда мы их воспринимаем,  как материальный объект.  Но если они пусты, то становятся прозрачными.

И вот тут мы  сделали  следующее  открытие.  Мы выяснили, что клетки пространства имеют и другие грани, и они не участвуют в формировании  трех осей нашего реального мира,  не формируют картину реальности. И поняли, что если  повернуть  пространственные клетки в каком-то предмете,  то разорвутся их связи  с окружающими клетками, разорвется непрерывность, в пространстве образуется черная дыра, в которой будет находиться  этот предмет. И тогда окружающие нормальные клетки сблизятся и объединятся, чтоб восстановить связи и создать  непрерывность, тем затянут эту дыру с находящимся в ней предметом. А он никуда не  исчезнет, а просто окажется в ином мире с иными измерениями, проще говоря, в нереальном мире.

Чтоб это понять, положите перед собой  чистый лист бумаги.  Представьте, что это наше пространство. Все клетки бумаги соединены между собой. В этом пространстве находится наша капсула. Изобразите её двумя параллельными линиями от одного края бумаги до другого. Будем считать, что она вся представлена белой полосой бумаги между этими параллельными линиями.  В капсуле находится экипаж. Обозначьте его кружком в середине этой  полосы.  А  теперь мы повернём пространственные клетки капсулы, только капсулы, оставив прежними  у экипажа. Этот поворот отобразим на бумаге тем, что закрасим полосу  в черный цвет, оставив в ней кружок  экипажа белым. С этим поворотом клеток оборвутся все связи капсулы с окружающим пространством. Внутри себя они составят новые связи. Вырвите из белого листа закрашенную черную полосу. Белые  клетки окружающего пространства затянут возникшую дыру. Уберите вырванную полосу под бумагу, а белые края, от которых эта полоса была оторвана, соедините. Так вновь появится сплошное белое пространство, по которому можно ходить, и в нем не будет этой капсулы. Где она будет находиться в это время? Под нашим пространством, то есть в нереальном мире.  Там же будет и экипаж. Теперь представьте, что вы идете по белому листу, это наш реальный мир, дошли до того места, где только что находилась капсула, но её не видите, её нет. Но она есть, только не здесь, а в нереальном мире вместе с экипажем внутри.

Но, если исчезнувшие клетки вернуть в прежнее положение, то стянувшиеся   клетки обратно разойдутся, освобождая место возвратившимся  соседям.
У нас стояла задача создать  такой материал, который имел бы возможность поворачивать свои  пространственные клетки. И мы его сделали, назвали трансплантом. Вот эта капсула сделана из него. 

Таким образом, если в капсуле включить систему возбуждения, то клетки транспланта  повернутся, и она  исчезнет со всем её содержимым, а внешние наблюдатели  смогут  свободно ходить по этому пространству, не зная, что в этом месте, но в другом мире находится эта капсула.
 
- Гай, хочешь увидеть нереальный мир?
- Да, мудрец, хочу!
- Тогда забирайся со мной в эту капсулу.

Мальчик спрыгнул со своего блюдца и подбежал к аппарату. Они по очереди  проникли вовнутрь, и закрыли за собой люк.  Внутри было множество кнопок, рычагов  и переключателей. Ученый  запустил какие-то механизмы, что-то тонко запело, засверкали лампочки. Прошла легкая вибрация. Наконец, всё успокоилось. Но внутри ничего не изменилось. Всё оставалось на своих местах.

- Вот мы уже в нереальном мире. Хочешь увидеть, что вокруг?

Мальчик кивнул, Аэр провел рукой по стенкам, словно снимал пыль со стекла. 
Перед глазами открылось бездонное черное пространство. Там не было ни площадок со строениями, ни альвов,  ни океана, ни света. Только пустота.
Мальчик спросил:
- А мы можем полететь в эту пустоту? 
- Пока не можем. У нас пока нет знаний, как перемещаться в нереальности,  нет определителя координат и направления движения. Но мы работаем над этим. Когда это сделаем, тогда мы с тобой, Гай, сможем  носиться  на таком аппарате практически с бесконечной скоростью на любые расстояния. Мы свободно проткнем любые недра и узнаем, что спрятано в них, за ними, и поищем в глубинах  братьев по разуму. Ты, давай, дружище, скорей учись, чтоб к тому времени быть готовым к такому полету.

Тут он выключил работающие механизмы, стенки восстановили свою непроницаемость, всё затихло, они открыли люк и вышли наружу. Всё  вернулось к прежнему виду.




Виктор Тимофеев в российской драме.


Тимофеев проснулся с тяжелым чувством и  больной головой. Жить не хотелось. Всё было настолько скверным, и беспросветным, что смерть почел бы за спасение.
Конечно, он не был прописным алкоголиком и каждый раз корил себя, что не может, по причине врожденной тактичности, отказать своим коллегам по работе в приглашении разделить с ними застолье, сдобренное немалым количеством хмельного напитка, дабы не прослыть манерным снобом. И знал, что в отличие от их закалённых натур, его психика при первом же алкогольном штурме начинает идти в разнос, заставляет парня выпендриваться и оголтело требовать размаха праздника.
 
- Сколько же я могу ходить в этих затрапезных платьях? Ну, нечего надеть. Ничего нет!

Жена Людмила истерично роется в гардеробе. Раскидывает по полу извлеченные оттуда  кофты, блузки, когда-то модные наряды, разные платья,  и кричит распластанному мужу:

 - Зараза проклятая, когда же ты кончишь пить? Пьёшь и пьёшь, а денег от тебя, что от козла молока! Где деньги? Ничего купить не могу, хожу в старье, дом как сарай, ем, что обычно на помойку выбрасывают. Ты слышишь, что я тебе говорю?  На вот жри ливерную колбасу.

Достала из холодильника и швырнула на стол. Села на стул, опустила голову, закрыла лицо руками, и безутешно зарыдала.

Тимофеев отвернулся и накрыл голову подушкой, чтоб не слышать истерики, перемешанной с  бранью.  Конечно, он понимал, бранные слова жены относятся не к нему, а скорее  к образу о нем, слепленному ею в своей  голове, и несправедливо вменённому истинному Тимофееву,  ничего общего с тем образом не имеющего.   
Ему больно было слышать её упреки  и рыдание, и полагал в своем покаянии причиною себя, совсем неспособного создать волшебный мир её мечты. Но что он мог сделать, оказавшись в этих мерзких условиях?

С недавних пор он работал в жилищной конторе водопроводчиком. Его  пригласил  поработать в этом качестве её начальник. Водопроводчиком, потому что другой работы для него не нашлось, а пригласил исключительно по той причине, что Тимофеев стал представлять для него опасность.

Дело в том, что начальник этой конторы с попутавшими его новоявленными дельцами  решили провернуть  небольшую аферу среди его домов, а если сказать более определенно, то присвоить  денежки жильцов, которые они платят за отопление, слегка понизив обогрев. Но чтобы умники в домах, ощутившие прохладу за те же деньги, не докопались до сути дела, решено было это дело обставить надлежащим образом.

 Некоторое время назад они собрали во дворе  жильцов и объявили, что из желания идти в ногу с научно-техническим прогрессом,  и дабы использовать его во благо жителей домов, они имеют предложение смонтировать в подвалах, где проходят трубы, энергосберегающие устройства, что позволит без особого ущерба сократить расходы на отопление. Но на это дело потребуются начальные деньги, которые при согласии жильцов контора  включит в счет. Можно не сомневаться, что впоследствии эти вложения с лихвой окупятся. Теперь от них требуется только согласие на это дело.
А чтоб жильцы не сомневались, прибывшие дельцы принялись рисовать на принесенной доске мудреные картинки и рассказывать о напиханных туда устройствах, и как будут  они в своих механических мозгах учитывать климатические параметры, сезонные изменения, режимы дня и ночи, чтоб дотошно всё просчитать и определять  режимы максимальной экономии.   

Жильцы, разинув рты, проникались уважением к науке, представленной дельцами, а заодно и к самим дельцам.

И вот тут возник Тимофеев.  Он вышел вперед, и заявил, что ему, как человеку с высшим техническим  образованием всё предельно понятно.  Он так и сказал, что это афера, что никакие устройства тут не нужны, просто придавят кранами подачу отопительной воды, чтоб было в домах холоднее, счета даже завысят, и избыточные деньги положат в карман. Начальника перекосило, стал заверять, что это не так, но публика ему уже не верила. Тогда решено было перенести собрание на потом, когда технари предоставят заключения об эффективности использования  таких устройств в других домах, которые, естественно, напишут сами.
 
После собрания, когда все стали расходиться, начальник схватил  Тимофеева за рукав, но вместо ожидаемого оскорбления, стал ласково расспрашивать, где и кем работает.  Тот отвечал, что в данное время нигде и никем, начальника это обрадовало, стал лепетать, что не может такой специалист без дела оставаться, потому приглашает Тимофеева к себе на работу, заверив, что с достойной оплатой проблем не будет.   

 Ну что же, подумал Тимофеев, почему бы и нет, вариантов больше не просматривается, а деньги нужны. Людмила совсем заела.

Работа была не сложной.
Подтекал у кого нибудь кран, жильцы отправляли заявку починить, и бригадир направлял   Тимофеева, или кого из его коллег, для устранения изъяна.   Дело в принципе пустяковое, перекрыл входной кран, выкрутил буксу, заменил прокладку, и они всегда с собой, вкрутил, открыл и пожалуйста, пользуйся. Но так делают только простофили, которым деньги не нужны, а опытные  мастера поступают иначе.

Мастер долго осматривает кран, убеждается, что и вправду подтекает. Начинает допрос, кто и как им пользуется, просит показать и устраивает выволочку, дескать, с таким обращением можно все переломать, не только кран. Теперь его придется менять, но проблема в том, что  такие уже не делают, достать сложно, а если попадется, то будет  стоить  дорого. Но пусть ищут. А чтоб за время поисков  квартиру и дом не затопило, а при таком кране это часто бывает,  придется  подачу воды совсем перекрыть. На причитания жильцов, что же теперь делать, говорит со вздохом, дескать, могу свой поставить, у меня случайно  есть, правда не новый, но будет работать надежно. Жильцы умоляюще смотрят на мастера. Пожалуйста, замените, поставьте, мы вам заплатим. Мастер оценивает взглядом платежную способность жильцов и назначает соответствующую цену, но не меньше стоимости двух бутылок, то есть литра.  Жильцы сжимаются и смотрят на мастера умоляюще.  Тот с видом академика находит входной кран, перекрывает, выкручивает протекающую буксу, кладет в свой ящик и достает оттуда такую же, выкрученную у других жильцов, ставит новую прокладку, вкручивает, готово! Открывает входной кран. Проверяет работу поставленного.  Забирает протянутые деньги и покидает обрадованных жильцов с чувством блестяще выполненной работы.

И естественно, сразу в магазин, бутылку в ящик, бригадиру отчет о выполнении, и денежку ему в карман,  что осталась  после  магазина, и в подвал, где на столе уже лежат готовые к нарезке буханка черного хлеба, соленые огурчики в банке и шмат сала. Но это к вечеру. К вечеру подойдут со своими бутылками другие коллеги. Они тоже вызывались по заявкам, потому что где-то перестала идти вода.

А она перестала, потому что коллеги накануне перекрыли подающий воду стояк. Заявка есть, бригадир послал. Они идут к вызвавшим жильцам, и объявляют им, что внизу лопнула труба, теперь воды долго не будет, возможно, несколько дней, поскольку надо ждать, когда ремонтная бригада доберется до них, но если они готовы заплатить, то, несмотря на инструкцию и что не их эта работа, готовы прямо сейчас заменить лопнувшую трубу. Деньги, естественно, вперед.
Можно зайти с таким же разговором в другую квартиру, третью, и в каждой договоритьбся о деньгах. А дальше надо подождать часик и открыть перекрытый кран. И опять бутылка, а то и две в магазине, бригадиру отчет вместе с денежкой, и в подвал. Так поступают все коллеги, только не  Тимофеев. Он ничего не берет. Бутылок не приносит и бригадиру он него кукиш с маслом.  На него и смотрят как на блаженного. Но раз в коллективе, то при общем сборе выпить должен вместе со всеми, иначе неуважение. Потому и пьет. 
 
Жена продолжает нудеть.
- Дурой была, что за тебя вышла замуж.

В этом она, конечно, не права. Она выходила замуж за перспективного молодого ученого.
Случилось это так.

Однажды  весенним воскресным днем наш Тимофеев, от рождения  Виктор Николаевич, молодой, высокий и поджарый, прогуливался по скверу, слушал пение пташек, любовался переливами желто-оранжевых одуванчиков, самовольно вылезших  наружу на зеленой лужайке, и даже нарвал букетик. Обычно он не особо интересовался женским полом, его интересовала только наука, в ней он был неудержим и страстен. Нет, он не был заморенным   ботаником, женщинам он нравился и даже временами пользовался их благосклонностью, но не находил в них изысканности, по которой изнывала его тонкая душа, и это было неустранимой  причиной возникновения  отчужденности и дальнейшего разрыва.

 А тут вдруг обратил внимание на юную особу, приятной наружности, сидящую на парковой скамейке.
 
Она выглядела расстроенной, углубленной в себя, непрерывно прикладывающей к глазам  намокший от слез платок. Что тут поделаешь? Кругом кипит  весна, внутри поют гормоны! А тут такое! Нет, он никак не мог пройти мимо.

Тимофеев склонился перед ней,  и разложил у ног веселые одуванчики знаком  вопроса.  Особа не поворачиваясь, спросила:
- Зачем?
Тогда он, пребывая перед ней всё в то же позе, коснулся одной ладонью своей груди, там, где сердце, другой слегка коснулся её, а потом сплел их вместе.
Теперь она повернула к нему своё заплаканное милое личико, испорченное  печатью свалившейся  беды, посмотрела на него вопросительно и с надеждой, как смотрит потерявшееся дитя на неожиданного спасителя. Минута растерянности, и вдруг бросилась к нему на шею, как к родному человеку, единственному в этом мире, который поймет и поможет. Чуть не уронила навзничь. Обняла и зарыдала.

Он погладил её по голове, по распущенным каштановым  волосам, и прошептал "Пойдем отсюда. Пойдем домой".
Она кивнула.

Тимофеев жил один. Отец давно покинул их с матерью, а мать, когда Виктор  уже стал самостоятельным, захворала и тихо отошла в мир иной.
Теперь он привел в свой дом незнакомку. Ничего не стал расспрашивать, а только накрыл стол, поставил водку и закуску, налил полстакана,  велел выпить и закусить. Она подчинилась и вскоре обмякла, и тогда он положил её спать.

Наутро выяснилось, что  Людмила, так звали незнакомку, будучи студенткой гуманитарного института, в который поступила, приехав из далекого городка, где остались её родители, была накануне выселена из комнаты,  которую снимала, по причине неудовлетворённой алчности хозяйки.
 
Великодушный  хозяин, тронутый таким безобразным поступком бессердечной женщины по отношению к милому дитя,   предложил перебраться к нему. Разумеется, предложение было принято с радостью. По умолчанию предполагалась готовность разделить с ним не только жилище, но и постель.  Но и никто не возражал.

Когда это случилось,  взыскательный Виктор  обнаружил в ней то, чего ему вечно не хватало, понимания его флюидов и немалой доли  стыдливой  изысканности. Тимофеев был в восторге от новой  подруги.

Оба были очарованы друг другом, чего  было вполне достаточно для продолжения совместного проживания.
   
По ходу дела обнаружилось, что каждый умел чувствовать  душевную боль другого, сопереживать, и оба старались избегать ситуаций, способных ранить тонкую  душу  любого из пары.

По этой причине окончательно влюбились  и поженились. Свадьбу отметили гуляньем всю ночь по городу.

Они с Людмилой посещали бары, дискотеки, ходили на выставки, бились за билетами на концерты модных исполнителей, слушали оперу. Покупали Людмиле модные аксессуары. Жена обожала своего избранника, он её боготворил.

Но, несмотря на взаимную привязанность, порой возникало недопонимание. Тогда проскакивали искры раздражения, и даже попахивало грозой. И это со временем становилось  всё чаще, проявлялось глубже, в результате подобных случаев началось охлаждение чувств. Причиной были нетривиальные особенности их натур.
 
В Тимофееве странным образом совмещались два противоречивых качества. Он одновременно мог быть тонким аналитиком и рационалистом, и в то же время абсолютным иррационалистом. Его иррационализм проявлялся в болезненной щепетильности, неприятии несправедливости, грубости.  Какой нибудь нахальный поступок, или слово, сказанное кем-то  в сердцах, другого совсем бы не побеспокоили, его же выбивали из колеи. У Людмилы рационализма не было вовсе. Она жила только чувством и эмоцией. И самым сильным из чувств была  любовь к себе. Она обожала тех, кто любил её, нежил, восхищался.  За любовь к ней полюбила Тимофеева. Она сама для себя представляла высшую ценность. Любовь её была так сильна, что любое, самое незначительное замечание в её адрес доводило до слез.
 
Они сошлись на способности тонко чувствовать и испытывать ранимость. Но объекты  чувств и области  ранимости оказались разными. При способности чувствовать боль друг друга,  приходилось признавать, что возникшая боль у одного не обязательно донимала другого.

Оба желали  счастья. Только по-разному его представляли. Виктор полагал за счастье  служение стране, народу, внесение своего творчества в общее развитие, а Людмила видела счастье в получении положительных эмоций, кои могла получить при покупке новых нарядов, или демонстрацией себя перед другими в ослепительном блеске. От этого она входила в райское блаженство.

Не понимал тогда Тимофеев, что по своей природе  Людмила, как и все женщины, способные любить только себя,  была торговкой. Она не отдавала себя любимому, а продавала, потому что ценностью была не семья, не отношения, а она сама являлась бриллиантом. Потому  продавала избраннику себя любимую  за такие минуты счастья, которые он обязан был ей предоставлять.  Чем больше счастья он ей подарит, тем больше любви получит.  Сколько ты мне, на столько же и я тебе. И поднимала цену своей продажной любви в зависимости от спроса на неё. Отношения в семье всё больше напоминали рыночные. 
 
Тогда они ещё не знали, что мир среди таких натур крайне неустойчив.  Мир возможен в чрезвычайно узком диапазоне отношений, когда баланс предложения и спроса сходится. При попадании в него любовь неземная, она обостряет ощущения до жалящих иголок,  но при выходе за пределы,  вполне возможен взрыв невероятной силы, наполненный негодованием и иступлённой злобы. И это с  неизбежностью  рано или поздно происходит. Такие взрывы  будут происходить и у нашей пары.

Тогда Тимофеев был, резв, энергичен, работал в НИИ, подавал кучу идей. Руководство его ценило и поднимало зарплату. Виктор изобретал пластические материалы, которые можно выработать из нефти или газа, способные заменить металл и даже превысить их прочность. Эффект сулил потрясающий, облегченные самолеты, машины сократят расходы топлива, соответствующие заводы перейдут на новые технологии, для металлургии будет облегчение. Ему посоветовали написать диссертацию, защита пройдет на ура. Это повысит его престиж и даст новые возможности. Он и взялся за написание диссертации.

Людмила после института работала в библиотеке, читала книги о неземной любви, страданиях и грезах, и растворялась в них со всеми своими проникновенными чувствами и эмоциями. В них она находила, чего не видела в жизни. А Тимофеев всё продолжал двигать науку и заканчивал свою диссертацию.

Но вот в обществе стали появляться грозовые тучи. Происходило нечто странное, страшное, общество накалялось, в нем начинались тектонические сдвиги.

Затрясло и его научный институт.

Однажды начальник вызвал к себе Тимофеева и зло объявил, что Виктор теперь свободен, зарплаты всё равно он больше не получит, сокращается почти весь персонал, потому что их работы больше никому не нужны и дальше их никто не собирается финансировать.
- А как же применение полимеров в машиностроении? - растерянно спросил.
- А больше нет никакого машиностроения. - Начальник смотрел куда-то в сторону. -  Заводы закрываются. Станки пошли в металлолом. Всех выгоняют на улицу. Мы теперь готовимся жить в другой стране. Прежняя уничтожает сама себя и превращается в гигантскую свалку металла, строений, людей, надежд.

- Как же теперь жить будем, - не понимал сути великих преобразований Тимофеев.   
- Жить будут не все. Кто успеет нахватать себе добра на этой вакханалии, тот будет жить, а остальные будут выживать, если пристроятся им в прислуги, или что-то будут  продавать. Теперь, Виктор Николаевич, выживают только торгаши. На что наторгуешь, на это и живи. Лапти учитесь плести, плетите и продавайте,  не можете торговать, тогда  воруйте. Половина страны занята этим делом.  Наконец, найдите покупателя на свою диссертацию. Вам она уже не понадобится. В общем, я не знаю, что посоветовать. Теперь у Вас ничего нет, а значит, Вы полностью свободны. Теперь вся страна свободна,  и Вы идите на свободу. 

- На какую свободу идти? Что такое свобода? - тупо спросил Тимофеев.
- Свобода, это когда есть возможность подальше от людей держаться, иначе будешь им жертвой.

- А как же тогда введенное  церковью правило: "поступайте с другими так, как хотите, чтобы с вами поступали? Оно уже не работает?
- А кому нужно это правило? Вам нужно поступать с бандитом так, как он хочет поступать с Вами?  Или чтоб сосед за стенкой по ночам глушил Вас музыкой,  потому что желает и от Вас такой же музыки? Наверно, среди группы одинаковых людей это правило работает, но среди совсем разных оно никак не применимо.

Продолжил:
- Поразительно, Гитлеру не дали страну уничтожить, теперь уничтожаем сами. Идите, Виктор Николаевич, Вы в более выгодном положении, чем я. У Вас молодость, а у меня только камни на шее. 

Виктор вышел  ошеломленный, он ничего не понимал. Забрал свою диссертацию, уже готовую, переплетенную, сунул в авоську и пошел прочь.

Он не понимал, как такое вообще возможно, чтоб вся страна, даже не страна, а передавая в мире держава, первая вышедшая в космос,  начала вдруг яростно и неистово уничтожать себя. Почему?

На улицах происходило что-то страшное, непостижимое для ума, лишенное какого либо смысла. Люди словно обезумели, принялись неистово спускать все наличные деньги, скупали совершенно  не нужные им вещи. Безумие царило всюду. На лавки магазинов выкатилось несметное количество продуктов, словно небеса разверзли над городом свои кладовые.  Правда,  цены тут же  помчались в рост с космической скоростью. Такое могло  случиться  только при приближении конца света. Всё это возглавлял какой-то красномордый президент, по-видимому, большой любитель выпить. 

Тимофеев задумался, чем всё это объяснить? Корабль, что четко шел по проложенному курсу к намеченной цели, вдруг  перевернулся вверх дном. Все надстройки переломались и вместе с командой пошли на дно, кто-то вылез на обнажившееся днище, остальные беспомощно барахтаются в открытом океане. Что считалось правильным, теперь считается неправильным, и наоборот. 

Преступники стали героями, а борцы с ними негодяями. Мерзость, жестокость, убийства, продажность  стали востребованными, а приличие свойством недотеп.  Добро и зло поменялось местами.

Теперь церковь служит дьяволу, принявшему образ бога.
Прежде в ней звучало утверждение: Не можете служить и богу и мамоне, теперь она служит мамоне, благословляя президента на все его дела, и сама стала усиленно обогащаться, отнимает от народа общественные здания, некогда ей принадлежавшие,  продает табак, спирт.   Значит, бог уже не нужен.

Он понял только одно - опустилась на народ некая большая черная сила, привела его в безумие и теперь безумство правит страной. И красномордый президент - ставленник ада.

Откуда появилась эта сила, где спала, что её разбудило, почему она всё ломает, понять невозможно. Ни на один из всего множества вопросов он не смог найти ответ. А кто нибудь может ответить? Великие мыслители молчат. А были ли они вообще, мыслители,  когда нибудь? Если б были, то такое безумие разве  могло бы состояться?  Значит, были пустозвоны, принимаемые глупцами за мудрецов.  Понятно, что про счастье надо забыть, счастья в аду не бывает. Теперь здесь театр абсурда. Все становятся его актерами. Воры, бандиты с аферистами,  торгаши, политики, церковники, силовики - все они его служители. Черный спектакль.
 
Его поразило открытие: оказывается, русские не такой уж великий народ, частицей которого он себя считал.  Великий народ знает свои цели, держит верный курс,  а этот мечется туда- сюда, без цели, без идеи, вертится,  как пустышка на ветру.

Однако,  надо продолжать как-то жить, ведь и кушать надо. Так что же делать?
Накопленные за время работы деньги уходили с пугающей быстротой. С Людмилой стали происходить истерики.
- Ну что сидишь? - орала на Тимофеева, - давай, придумай что-нибудь! Что завтра есть будем? Мне уже  пора выйти  на панель?
А он только про полимеры знал. 

Вспомнил о диссертации, которую начальник советовал продать.
Написал на табличке "Продаю диссертацию", написал номер своего телефона, на всякий случай прихватил диссертацию и отправился в центр на оживленный переход, где обычно стоит торгующий люд, побираются нищие, инвалиды поют жалобные песни,  опущенные алкаши раскладывают на асфальте где-то добытое старьё. Повесил табличку себе на грудь и стал у стенки, держа в авоське свою ценность.

Бесконечная тоска охватила его, пронзила в сердце, ведь что он делает? Ребенка своего вынес на продажу. Глаза налились слезами, голова опустилась на грудь, он застонал и закачался. 
 Сердобольная старушка подошла.
- Присядь, сердешный, вот газетку на асфальте постелю.
Разложила газетку, усадила Тимофеева и сама села.
- Горе пришло, всем плохо, но что делать? Надо как-то жить. Ты, сынок, помолись, может боженька поможет.
Виктор даже вскочил.
 - А разве не боженька ваш этот бедлам  устроил? Кто говорил, будто боженька всех любит, что всё в его  власти, он всемогущий? Ах, нехорошие люди нам устроили ад. А он, со своей любовью в сторонке  стоял, дескать, его это не касается. Так, где его любовь? Чего просить у него?
- Потерпи, сынок, на том свете будет хорошо.
- А на этом надо сделать плохо? Паскуда этот  ваш бог. - Подвел итог разговору.

Старуха поднялась, молча перекрестила его, будет тебе, сказала, и ушла.
Словно напророчила, подошел какой-то прохожий, спросил:
- Правда продаешь диссертацию? Я куплю. Сколько хочешь?
Ошалевший Тимофеев назвал на его взгляд немыслимую цену в надежде, что тот откажется, но покупатель согласился. Сказал, что деньги у него в кармане, может прямо сейчас расплатиться.
Виктор достал из авоськи свой труд, показал.
- Наверно надо рассказать о содержании, что тут написано, идеи, результаты. Иначе как защищать будете?
- Не утруждайтесь, - ответил покупатель, - никакой защиты не будет. Главное, чтоб "кирпич" был, а дальше деньги всё решат, это у "совков" были какие-то правила. А сейчас всё решают деньги.  Всё мне оформят  как надо, и диплом вручат.  Только не обессудьте, Вашу фамилию я поменяю на свою.
Изумленный Тимофеев, оглядев покупателя, спросил:
- Но Вы же не занимаетесь наукой, зачем Вам это надо?
- Как - зачем? Есть должности, на которых неприлично быть без ученой степени. Не престижно. Наличие степени говорит о высоких способностях кандидата на должность.
- Но это же обман! - недоумевал Виктор.
- Молодой человек, Вы что, всё ещё "совок"? Не поняли, что наступило время полной свободы? Какой обман? Вот скажите, если  какая нибудь дурнушка, нарядится, накрасится, подсунет накладной бюст, превратится в приятную красавицу,  и в таком виде придет наниматься на работу, разве не ей отдадут предпочтение при найме перед прочими дурнушками? Конечно, скорей её возьмут. Можно ли считать ей обманщицей?
- Нет, она не обманщика, выглядеть красивой, это требование правил приличия. Красота, как сказал классик, спасет мир. Потому у дурнушки меньше шансов попасть на хорошее место, чем у красавицы, даже если это  искусственная красота.
- Правильно. А почему с мужчинами иначе? Если у меня только среднее образование, и машина жигулёнок, а  у соперника Мерседес Майбах и корочки кандидата наук, то кого скорее возьмут на работу? То-то.
- А как Вы со средним образованием можете стать кандидатом наук?
- Милок, у меня в кармане уже два диплома приличных ВУЗов. Это не проблема. А вот корочки кандидатов наук почему-то не продают.
- Вы что - будете перед руководством  выставлять себя кандидатом наук, хотя  по знаниям только школьник? Как же работать будете?
- Я буду работать в аппарате управления, а там нужно только одно знание, что хочет начальство. А тебе помогли твои знания? Можешь выкинуть их из головы. Сейчас нужно другое знание, как делать деньги. Не можешь, тогда ты не человек, никто, просто дурак, хоть и с высшим образованием.  Ну ладно, вижу, что с воспитанием "совка" Вы долго этому не научитесь. Дам возможность  подзаработать денег.   Можете написать  ещё диссертацию?  У меня есть желающие купить. 
- Как это "написать ещё диссертацию"? - не понял Тимофеев. - Вы даже не представляете, насколько это сложное дело. Люди годами работают над диссертацией.
- Зачем годами. Напишите что-нибудь эдакое наукообразное, и сойдет. Ведь они, эти диссертации, никому не нужны, их даже смотреть никто не будет, а деньги получите хорошие. Я запишу Ваш телефон, Вам позвонят.
Телефон списал с таблички и ушел.

Домой Тимофеев шел хоть с большими деньгами, но в сомнениях. Думал, как можно недоучке выдавать себя за кандидата наук, а какой-то бред выставлять диссертацией. Нет, он не будет участвовать в грязных аферах. Ни за какие деньги.
Дома жена при виде принесенных денег пришла в неописуемый восторг. Теперь она сможет купить модные наряды, посещать разные салоны, увеселительные клубы. Их столько сейчас развелось, голова кругом, а она вынуждена сидеть дома, в тряпье, как старуха. А жизнь одна и та проходит. Настоящая жизнь там, где музыка, веселье, праздник.
Виктор смотрел на неё с тоской. У него горе, он распрощался со своей мечтой, с делом годами  напряженного труда, он только что похоронил свою частицу, отдал в чужие руки своё чадо, а она радуется.  Дура она всё же. Впрочем, женщинам ум не обязателен, если есть красота. А Людмила была очаровательной, грациозная фигура  ласкала мужские взгляды. Таким нужен вечный праздник. Они и созданы для праздника. И в самом деле, пусть порадуется жизни. Она купила новые наряды, ну не для того же, чтоб висели в гардеробе! Нужны восхищенные взгляды мужчин, завистливые взгляды женщин. Нарядилась перед зеркалом.
- Витя, давай пойдем в элитный ночной клуб, потусуемся!
Виктор поморщился, это ж сколько денег придется выбросить впустую. Вылетят все, а дальше на что жить? Работы ведь нет. Только ей это не объяснить, она живет этой минутой и в эту минуту желает удовольствий. Больше ничего знать не желает. 
- Иди одна, - пробурчал, - так меньше будет трат.
- Хорошо, - сказала совсем без огорчения. - Жизнь одна и прожить надо так, чтоб потом не было мучительно больно. Могу и одна пойти.
И ушла. Под утро вернулась хмельная и счастливая.
- Какое было веселье, как за мною все ухаживали, это был полный восторг. Я снова туда хочу!
Тимофеев если и ревновал, то немного, у него был ум рационалиста.
- Ну, пойди снова.
И опять Людмила ушла и снова светилась от счастья. Ну, в конце концов, - утешал себя Виктор, - хоть недолго, но пусть порадуется жизни.  А иначе для чего жизнь  дана человеку? Разве не для таких моментов счастья? Где-то он слышал фразу: человек рожден для счастья, как птица для полета.  Скоро это закончится, недолго осталось летать.
Людмила спускала деньги с пугающей скоростью.  Краски расплывались, исчезали, всё становилось черно-белым. Впереди замаячил полный мрак. В рационе питания появился суп на бобах.
Но тут словно всевышний улыбнулся.
Ему позвонили.  Мужчина выразил желание купить диссертацию. Тимофеев покраснел, стал ругаться, бросил трубку, заметался по комнате. Обеспокоенная Людмила стала допытывать, что случилось? Он рассказал.   
- И ты отказался? Ты совсем дурак? - закричала, стали бить кулачками. - В нищету меня, как в гроб, хочешь загнать?
Она забилась в истерике, зарыдала, "звони ему немедленно, соглашайся", - "но я не знаю его номера", -  "негодяй, подлец", и снова в слезы.
Но тут снова позвонили. Звонил тот же мужчина, сказал, что если проблема в деньгах, он умножит сумму вдвое, втрое.
-  Хорошо, - устало ответил Тимофеев, - я согласен. Через месяц вы получите свою диссертацию. Но без претензий. Причину должны понимать.
- Я понимаю, - ответил мужчина, - никаких претензий не будет. Мне нужен  "кирпич", то есть  переплетенная диссертация.
- Тема имеет значение?
- Нет, не имеет.
- Тогда половину суммы сразу, это будет аванс, остальное по исполнении. Если согласны, давайте договариваться о встрече. И дайте Ваш телефон для связи.
Они встретились, Виктор принес домой аванс, и его размер был впечатляющим. Людмила снова ожила, запрыгала, вся засветилась,  горячо расцеловала мужа, одарила ночью бурной страстью. 
Внутрисемейный рынок дал каждому желаемое.
Теперь надо приниматься за дело. Прежде всего, придумать название. Например, пусть будет "Оптимальное управление в условиях растущей энтропии".  Красиво и непонятно. Как раз, что надо. Теперь надо накрутить заумного текста. Его можно найти  в библиотеке жены. Он стал ходить в библиотеку вместе с Людмилой. Вместе они перелистывали научные журналы, откладывали с закладками те, где в статьях встречаются слова "управление" и "энтропия", снимали копии. Отдельно собирали многоэтажные формулы. Статей и формул должно быть много. В диссертации сто пятьдесят страниц, значит штук двести. Собрав необходимую подборку,  Тимофеев принялся за компиляцию. Это была изнурительная работа, требующая творческого подхода, логики и изрядного воображения.  Можно было бы  просто сложить страницы в произвольном порядке, ведь сказали, никто читать не будет, но Тимофеев человек порядка и чести,  так не может. Тексты должны плавно перетекать из одного в другой, украшаться умными формулами в приличествующих местах. Хотя формулы никакой связи с текстом не имели, но придавали труду солидность. Он вырезал из копий подходящие фразы, подгонял как пазлы, наклеивал на бумажные листы. Что-то получилось. 
Дальше надо было отдать машинистке для перепечатки, машинистку нашли в какой-то конторе, уговорили за плату напечатать, велели в местах, где формулы, оставлять пробелы, чтоб там  их позже  красиво нарисовать. Наконец, всё было выполнено, и переплетчик сделал красивый переплет. Ровно через месяц Тимофеев позвонил заказчику, они встретились, и состоялся обмен "кирпича" на оставшиеся деньги.
 Он шел домой, но ум продолжал работать над темой сфабрикованной диссертации. Энтропия - это хаос, это разгорающийся пожар, это разруха в природе,  в обществе,  в умах. Хаос в умах - это что? А это мириады энергетических вибраций в головах, путающих мысли, глушащих здравый рассудок, подчиняющих ум примитивным желаниям, агрессии и эмоциям. Энергия влилась в мозги.  Если начался пожар, то он будет только усиливаться, пожирать всё, до чего доберется, разруха в головах доведет до безумия, безумное общество устроит ад. А им можно управлять?  Даже бог не в силах  адом управлять. Предотвратить  можно только с помощью некой высокой идеи, которая проникнет в массы. Пока есть идея, состоится гармония, возведется здание общества,  убери её и всё превратится в бесформенную кашу, как организм, лишенный скелета.  Вот это и произошло.
 
Когда, придя домой, Тимофеев выложил перед Людмилой полученное вознаграждение, она  потеряла дар речи и только повизгивала.  У неё всегда мозг отключался при виде больших денег.

Шли дни, деньги таяли, а заказов больше не поступало. Видимо, дипломы кандидатов наук поступили в продажу, и оформлять уже ничего не надо. Свободный рынок уверенно, широк и вальяжно входил во все сферы жизни.
Наконец, от стопки денег, полученных за фальшивую диссертацию,  ничего не осталось, жизнь опять упростилась до ежедневного супа из бобов.  Безысходность и тоска снова поселились в доме. Опять жена ворчит, грубит, плачет, идиотом называет. Выкидывает с постели. Семейный рынок стало штормить, и шторм набирал силу.    

Положение напоминало вхождение самолета в штопор.  Надо было что-то придумать.
 
Рано утром Виктор взял большой рюкзак и первым автобусом выехал за город. Если пойти от далекой автобусной остановки по пыльной дороге через лес, то можно попасть на территорию бывшего совхоза.  Когда-то в далеком прошлом  они  студентами ездили туда собирать урожай капусты, срезанные кочаны перекладывали на грузовики и те развозили их по базам. Это называлось шефской помощью. Теперь он отправился снова туда в надежде, что там так же продолжают выращивать капусту.

И действительно, на отдалённой делянке обнаружил торчащие капустные головы. Теперь надо придумать способ изъятия их. Наверняка, делянка охраняется, только непонятно, кем и как. Тимофеев внимательно осмотрел окрестности, но никаких охранников не обнаружил. Вывернул наизнанку куртку, она была землистого цвета, достал ножик и медленно, прижимаясь к земле,  пополз к заветным кочанам с ножиком в одной руке, пустым рюкзаком в другой.  Погода выдалась хмурой, пасмурной, это облегчало задачу. Сердце бешено колотилось, страх сдавливал мозг и кишечник, но жить очень хотелось, а он не знал, как жить. Вариантов нет - надо привыкать к воровству, как советовали умные люди, потому что сейчас этим занимается почти вся страна.
 
Воровство, успокаивал сам себя Тимофеев, это просто термин, означающий присвоение чужого, того, что не тобой сделано, не куплено, а сделано другими людьми, а если говорить более строго, что создано  окружением. Но сейчас это присвоение никто не считает  воровством. Нет никакого воровства.  Вот, например, взять нефть. Кто её  создал? Природа,  тысячелетиями, миллионы лет  готовила её.  Кому она принадлежит? Природе, а значит и её детям - людям. А что делают нефтяники? Выкачивают, продают и почти все деньги присваивают себе. Если рассуждать по справедливости, то возьми деньги только за свой труд.  То есть за выкачку и за доставку.  А какой процент этого их труда  по сравнению с трудом природы, создавшей её? Процента не будет. Так отдай от продажи нефти 99% её стоимости  народу, коль недра ему принадлежат. Но нет, всё себе в карман.  Значит, воруют у народа. Типа, как украсть из склада готовой продукции дорогое изделие, кем-то изготовленное,  и продать его, присвоив всю его стоимость.

А разве не воры те, кто на плодородной почве, которую также веками готовила природа, капустой выкачивают её плодородие и всю стоимость присваивают себе? 

А приватизация земли, готовых предприятий разве не воровство? Это даже не воровство, а в чистом виде ограбление народа.  Но сейчас это не считается воровством. Так за что тогда упрекать Тимофеева?
Значит, воруя капусту, он на самом деле не ворует, а в какой-то мере восстанавливает отброшенную обществом справедливость. 
Размышляя так, немного успокоил совесть.

И вот срезан один кочан, упакован в рюкзак, второй, пятый, пора отползать. Так же медленно, прижимаясь к земле и подтягивая за собой  драгоценный груз, выбрался из делянки и скатился в заросли леса. Всё! Операция прошла успешно, можно передохнуть. Он отдышался, окончательно успокоился, и, оглядывать по сторонам, прячась за деревьями, поторопился на автобусную остановку.

Домой вернулся в радостном настроении. Можно будет варить щи, засолить на зиму. И у жены поднялось настроение.
Но у неё тут же родилась  новая идея: будем продавать капусту. То есть,  Тимофеев, получивший опыт воровства капусты, будет продолжать это делать, только надо это делать вечерами, когда стемнеет, а по утрам  будет носить на базар и продавать, а Людмила будет покупать продукты, кормить его и даже радовать любовью.
Делать нечего. Другого плана у них не было, пришлось согласиться с этим.

К вечеру следующего дня Виктор отправился на дело по известному маршруту. Только подкрался к делянке уже с другой стороны, и в потемках прополз подальше  вглубь капустного поля, чтоб кража была менее заметна. Набрал столько кочанов, сколько поместилось в рюкзаке, и благополучно выбрался обратно. Дома жена сияла при виде добычи. Она снова полюбила Тимофеева. 

Утром  с этим рюкзаком отправился на базар. По прибытии прошелся по рядам, посмотреть почем торгуется капуста, нашел какой-то ящик, пристроился к ряду торгующих овощами, выложил кочан на ящик, рюкзак рядом, и глупо стал орать: "Капуста! Свежая капуста! Не дорого!"
Люди подходили, торговались, покупали. Наконец, всё было продано, и семья обеспечила своё проживание на несколько дней.
К следующему вечеру  Людмила снова отправила его на промысел. Дескать, пока идет полоса везения, надо использовать. Он не сопротивлялся. И опять всё прошло благополучно. Так же поутру отправился на базар и всё превосходно продал.
Так продолжалось несколько дней, пока однажды не случился неприятный казус.
В тот день,  как уже повелось, он орал "Капуста, не дорого", и обратил внимание на нервозное шевеление в рядах торгующих. Он увидел, как трое крепких   молодых ребят  шли по рядам,  и каждый продавец  передавал им деньги.
- Бандиты пришли, - пробурчала рядом стоявшая бабка.
Тройка подошла к нему. Недоуменно уставились и один из них, видимо, старший, спросил:
- Ты от кого?
- Я сам по себе.
- А кто тебе разрешил тут торговать?
- А разве нельзя просто так придти и торговать?
- Так просто нельзя. 
- Я не знал, извините, ухожу, больше не буду.
- Как это "ухожу", "извините". Ты тут торгуешь без разрешения, будешь наказан. Или плати,-  и он назвал непомерную сумму, - или сделаем из тебя отбивную. Выбирай.
Тимофеева бросило в жар.

- Да вы что, все тут с ума посходили? Мне есть нечего, в доме пусто, вот  ворую капусту, чтоб как-то прокормить себя и жену, а вы калечить меня собрались!
- Постой, постой, - удивился старший, - так ты вор?
- Вор.
- Ну-ка пойдем с нами.
- А как же капуста?
- Красавица, - обратился бандит  к ворчащей бабке, - возьми у пацана капусту, продашь, потом отдашь ему деньги. Обманешь, накажу.

Троица  повела Тимофеева за какие-то склады в просторную хибару. Внутри за большим столом, в кресле вальяжно расположился  пожилой мужчина с недобрыми колючими глазами. На нем была белая рубашка, а сверху черный кожаный пиджак. Его вид вызывал мрачные предчувствия.  Из обстановки шкаф, стол, стулья, холодильник, сейф и вешалка с нанизанной шляпой, вдоль стен расставлены широкие диваны.

- Вот, Бурый, привели тебе вора, будет вместо пришитого  жмурика   Петрухи.
Бурый, видимо, это была воровская кличка, пронзил глазами насквозь, спросил:
-  Вор?
-  Вор, - покорно сознался Тимофеев.
-  Что воровал?
-  Капусту.
-  Доллары, что ли?
-  Просто капусту. С колхозного огорода.
Бурый изобразил удивление и вдруг расхохотался.
- Как зовут?
- Виктор.
- Какой ты Виктор? Победитель. Капустой тебя зовут, понял?  Чалился?
За Виктора ответил сопровождающий.
- Откуда ему? Успеет ещё, никуда не денется.
Бурый Виктору:
- Хочешь иметь хорошие бабки?

Тимофеев смутно догадывался, что ему предложат делать, от этого стало не по себе, а с другой стороны хорошо понимал, что с воровством капусты надо заканчивать,  там, небось, уже поставили охрану, и здесь торговать нельзя. А дальше как жить?  Где деньги брать? Никаких вариантов у него не было.  Кивнул:
- Хочу.
- Тогда слушай, Капуста, и запоминай. Завтра эти бойцы проведут по всему базару, ларькам и забегаловкам, чтоб ты всё и всех запомнил, это наш, теперь и твой  объект работы. Твоя задача: каждый день осматривать объект, кто есть, кого нет, чтоб о появившихся новичках докладывать Фитилю, - указал на старшего. Наводить порядок, если где какая буча. Как заметишь незнакомых пацанов с синих вязаных шапках, сразу ко мне, а дальше не твоё дело. А то как Петруха схватишь пулю, и будешь на том свете джигу с ведьмами плясать.  - И более серьезно, -  увидишь ментов, с почтительностью пригласишь ко мне. Ты всё понял? Вопросы есть?
- Вопросов нет, - по-военному отрапортовал уже завербованный Капуста, не зная, как полагается по бандитски отвечать.   
- Тогда сразу с утра явишься сюда. Всё, расход.

Дома он объявил жене, что, наконец, нашел приличную работу, будет при секретной фирме следить за состоянием взрывоопасного объекта.
Жена забеспокоилась:
- А не рванет?
- Не должно. Если всё правильно делать.

Утром следующего дня Тимофеев уже был на службе. Новые товарищи провели его по торговым рядам,  ларькам, забегаловкам, словом, познакомили с объектом. Велели запомнить учтенных торговцев, которые исправно платят, чтоб отличать от новичков.  Надо каждый день проходить и внимательно смотреть по нескольку раз. И каждый раз отчитываться  перед Фитилем. Фитиль с ребятами будут периодически снимать с торговцев пенки, трясти, ну и держать оборону при нападении  конкурентов в синих шапках.

Так Тимофеев приступил к службе. Каждый день ходил, смотрел, докладывал, решал спорные вопросы.

Однажды  заметил двоих тогда еще милиционеров, медленно прохаживавшихся вдоль рядов и придирчиво осматривавших торгующий контингент, тут же предстал перед ними, и со всей почтительностью заговорил:
- Уважаемые господа, я имею поручение от хозяина рынка пригласить вас к нему, чтоб он мог выразить признательность доблестным блюстителям порядка и законности за их благородный и тяжелый труд. Если не возражаете, я проведу вас в его офис.
Те заулыбались и сказали, что провожать их не надо, они знают, где базируется Бурый. Спустя некоторое время он видел уходящих милиционеров, держащих в руках по бутылке доброго коньяка и запихивавших конвертики в карманы.

Дважды в месяц Бурый  раздавал коллективу  конвертики,  выдавал  и Тимофееву. Содержимое приятно согревало душу. Но больше радовалась Людмила. Она смогла купить  модные сапожки, шляпку. В таком облачении выводила мужа на прогулку, чтоб поймать завистливые взгляды знакомых и незнакомых нищих неудачниц.

Однажды на базаре появились крепкие ребята в синих вязаных шапках. Их было трое. Тимофеев их заметил сразу и побежал к Бурому, ворвался в его офис и заорал.
- Синешапочные явились, трое.

Бурый в это время составлял проект  игорного дома на базаре, а тройка его бойцов резалась в карты, где призом была возлежавшая на диване красотка. Она безразлично смотрела в потолок, курила, попивая вино из объемного бокала. Её присутствие не удивило Тимофеева,  разные девчонки сюда хаживали, студентки, а  даже школьницы наведывались.  Это ему не нравилось, и при их появлении предпочитал покинуть помещение.  Сегодняшнюю красотку Виктор знал, она  работала в детском саду, её звали Валей, временами заходила сюда, приводила даже  подруг с того же сада. При встречах  с Тимофеевым  неизменно была приветлива, перебрасывалась  с ним ничего не значащими фразами, но выражающими доброжелательность. Тимофеев не осуждал её.  В саду, где работала Валя,  платили смешные деньги, концы с концами не свести, оказалось, что выжить можно только с помощью бандитских денег, компенсирующих  моральное падение приходящих сюда девчонок. Да, впрочем, это уже падением не считалось, в то время проституция обретала в обществе  терпимо-благожелательное отношение к себе, как к одному из  способов заработка денег. Более того, проституцию рекламировали всеми СМИ, в неё звали и хорошо платили. Она мощной волной прокатилась по всем городам.  Проституция стала философией, образом жизни и мышления, методом политики, способом устройства в жизни.  Свобода от морали была условием успешного ведения дел.      

Услышав  сообщение, Бурый вскочил, зло прокричал: "Ну всё, достали! Будем валить". Бойцы бросились к шкафу,  достали автоматы и дружно  бросились на выход. Тимофеев засуетился, но Бурый его остановил.
- Капуста, остаешься здесь. И они умчались.

Валя  бросила в пепельницу недокуренную сигарету, допила вино, встала, потянулась и загадочно улыбнулась.
- Уходи, - сказала Виктору, - теперь  всё. Лавочке пришел конец. Пришло не трое синешапочных, которых ты увидел, а целая банда, они были в другом облачении. Я их видела, когда они на подходе собирались.  Так что обитателей этого заведения, - выразительно покрутила пальцем вокруг, - уже не будет, им конец,  теперь здесь будут другие. 

На улице раздавались трели автоматных очередей.

- Почему же ты их не предупредила, - удивился Тимофеев.
- А зачем? - Хитро подмигнула. - Смотри, что у меня есть, - и показала ключ. Это был ключ от сейфа Бурого. -  Я давно сделала дубликат, скопировала ключик, когда этот козел  спал, налакавшись до свинства.

Подошла к сейфу, открыла, в чреве показались стопки денег. Отдельно лежали груды драгоценных камней. Открыла хозяйственную сумку, сгребла в неё содержимое. Потом посмотрела на Тимофеева,  достала из сумки  пачку денег и протянула  ему.
-  Возьми, Капуста, теперь тебе зарплату никто не выдаст, парень ты хороший, не такой, как эти свиньи, прими от меня в  знак уважения. А эти твари, - кивнула на улицу, - получили, что заслужили. Забудь про них. А теперь, дружище, нам не грех поторопиться, сейчас сюда нагрянут победители.

Они осторожно выбрались наружу, прокрались вдоль складов, и добрались до тайной дыры в заборе.  За ней была никому не нужная тяжелая свобода.

Принесенные деньги так же быстро таяли, и снова приближалась неизвестность. И вот тут состоялось описанное выше собрание жильцов, на котором Тимофеев получил приглашение на  работу водопроводчиком. Это был очередной спасительный круг, брошенный ему неведомым   спасителем.

Он продолжал каждый день ходить в контору, устранял водопроводные проблемы, дни неспешно уходили,  но с какого-то момента  появилась смутная тревога. Бригадир стал предъявлять невнятные претензии. Спрашивал:
- Ты вот отработал заявку, а правильно ли всё сделал?
Тимофеев прокручивал  в голове выполненные работы.
- Всё правильно.
- А я вот сомневаюсь, иди и подумай.
Он не понимал, о чем думать.

Коллектив всё чаще избегал общения с ним. Он не знал, что каждый ремонтник каждый раз передавал часть принесенных денег  бригадиру,  а тот делился с начальником конторы.  И начальник всё чаще ворчал на Тимофеева.

Наконец, начальник позвал его, и сказал, что увольняет. Бригадир им недоволен, с коллективом не сработался.  Завтра может уже не приходить, а сегодня надо отработать последнюю заявку,  в детском саду какие-то проблемы с водой, надо пойти и разобраться, а после  полный расчет.
 
Начальник, взяв в своё время Тимофеева под своё опеку, просто нейтрализовал его на время проведения  своей аферы. Теперь она полностью реализована,  жильцы платят больше за тепло, а тепла получают меньше, деньги  текут в карманы аферистов  непрерывным ручьем, и Тимофеев уже ничем ему не навредит, можно выгонять, тем более, что дохода от него никакого нет.
 
Когда Виктор  пришел в детский сад,  то выяснил, что все краны на трубах перекрыли ещё накануне двое каких-то работяг. Им понадобилось  врезать в одну из труб  регулирующий клапан. Отсутствие  воды в саду стало причиной вызова Тимофеева.

Он не стал устраивать скандал, а помог тем работягам  поскорее завершить их работы, показав при этом своё мастерство. В короткий срок всё было завершено, и вода запущена по трубам. 

Тут же перед ними собрались все работники детсада, чтоб высказать слова благодарности. Среди них  он увидел Валю.

Как бы случайно подошел к ней "Давай выйдем, поговорить надо".
Они вышли на улицу.
- Валя, ты почему здесь? Тебя же найдут и убьют!
- Кто найдет? Зачем убьют? - не понимала Валентина.
- Это же просто. Синешапочные найдут. Они наверняка обшарили  офис Бурого, искали его деньги, а вместо денег нашли пустой сейф. Ты думаешь, они не узнали, кто тогда был в гостях у Бурого?  Весь базар тебя видел.
Она смотрела испуганно.
- А может это сам Бурый или его подельники опустошили сейф?
- Ты думаешь, они их трупы не обыскали? Не было при них денег.  Найдут тебя, Валентина, и умрешь ты, не выдержав пыток, когда  тебя  в каком нибудь  подвале начнут спрашивать, куда ты дела миллионы Бурова. Даже если им всё отдашь, всё равно не отстанут, будут думать, что тут не все деньги.  Беги, уезжай, дурочка, отсюда как можно дальше. Ворованные деньги всегда мстят.
- Куда же я денусь? У меня никого нет.
- Купи билет в Беларусь, пусть там тебя ищут, а сама поезжай куда-нибудь в  Сибирь, только без билета, чтоб не нашли, там пересидишь, и уже потом лети оттуда, куда захочешь. 
- А как же ты, Капуста? Поехали вместе.
- Ну как я поеду, у меня жена есть.
Они расстались.

За оказанную помощь новые знакомые, их звали  Вова и  Слава,  пригласили  в пивную, угощали пивом, добавив водки, и за распитием разомлевший  Виктор поделился с ними своей бедой. Те предложили пойти к ним на работу, и это предложение было им принято с энтузиастом.

На следующий день Тимофеев, с утра получив в своей конторе полный  расчет,  отправился по полученному адресу к начальству новой фирмы.
Начальником оказался строгий  мужчина с умным взглядом с несоответствующей его образу фамилией Синичкин.  Вчерашние знакомые уже были здесь. Они отрекомендовали его как классного специалиста,  и после коротких расспросов Синичкина об образовании, предыдущей работе  был зачислен в штат.
Синичкин объяснил, куда Виктор попал, и чем предстоит заниматься.
Оказалось, что фирма была сформирована недавно, специально для приведения в порядок вентиляционных и отопительных систем в детских садах и особенно школах. Состояние этих систем было катастрофическим. С наступлением реформ никто ими не занимался, за длительное время заброшенное хозяйство полностью вышло из строя, всё проржавело, трубы протекали, управляющие устройства развалились, воздуховоды  забиты неведомо откуда взявшимся хламом.   В школах и садах было холодно, сыро и душно. Требовалось всё обновить, вывезти пришедшее в негодность старое оборудование, закупить новое,  поставить, наладить, заменить прогнившие трубы. На всё требовались большие вложения. А денег школьным руководством на это выделялось мало.  По этой причине Синичкин принял решение создать задел из фонда зарплаты, чтоб добавлять к выделяемым средствам. Зарплаты для  работников получились скромные,  но они не возмущались, понимая текущие проблемы и рассчитывая на  будущее благоденствие.

Итак, фирма приступила к работе и она закипела. 

Синичкин, как знаток таких систем, занимался организацией закупок и поставок на объекты необходимого оборудования, его работники, разделенные на группы  и распределенные по школам и садам, вырезали металлический хлам, выносили наружу, готовили площадки для монтажа завезенных устройств, труб и элементов конструкции.  Чудом затаскивали в подвалы  неподъёмные фрагменты оборудования, где предстояло их установить.

В подвальных сумерках  гудели моторы различных инструментов, летели снопы искр от болгарок, переливался яркий свет сварок. В воздухе клубились пыль и дым. Одетые в рабочую робу в этом чаду человекообразные черти выполняли нечеловеческую работу. Дело происходило весной, и надо было успеть выполнить все работы  до начала осенних занятий.

Тимофееву было поручено заниматься обновлением электрического  хозяйства  и автоматики.
Если с электрикой было всё понятно, нужно заменить прогнившие  кабели, проводку, коммутирующие устройства, то с автоматикой возникли проблемы.  Никто не знал, какой она должна быть. Изучение прежней автоматики, давно развалившейся, показало невозможность её повторения по причине устаревших элементов. Синичкин поручил Тимофееву придумать и смонтировать нечто новое. Требования к ней он сформулировал, то есть описал, что и когда она должна делать по часам суток, выходным, по сезонам. Тимофееву предстояла придумать принципиальную схему и наполнить  её современными средствами автоматики.
Восстановив в памяти, что ему преподавали, проштудировав учебники, проспекты и справочники, он после ряда неудачных попыток, всё же придумал  экономную, но технологичную,  с современными приборами схему, отвечающую всем требованиям Синичкина. Показал ему, тот одобрил, и работа закипела.

Виктору привозили  всё, что он заказывал, ему предстояло выполнять монтаж. Он начал со  школы, где работали новые знакомцы, Вова и Слава.  Это была удивительная  спайка двух совершенно разных людей. Невозможно было понять, как им удается понимать друг друга, когда они что-то делают. А работы их были невероятно трудоемкие, срезки старых труб и сварка новых, установки тяжелых вентиляторов на упругие  пружины,  двигателей в сто килограмм, огромных калориферов. И при этом результат их работы оказывался безукоризненным.
Вова был выходцем из рабочих окраин, энергичный, резкий, все элементы оборудования называл своеобразными терминами, украшая матерными словами, предлагаемые действия выражал такой же замысловатой лексикой, понять его было практически невозможно, но вместе с этим обладал незаурядной смекалкой.
Он мог мгновенно находить решения казалось бы нерешаемых задач, но выраженное матерными словами оно так и оставалось непонятым для непосвященных.  Слава в  отличие от него, был спокойным, рассудительным, всегда составлял продуманный  план действий, пояснял нормальными словами.
Если Вова излагал мысль примерно в таких выражениях:
"Чтоб не мудохаться, надо мундаковину, с которой он не хотел бы иметь половых отношений, перехреначить в хреновине, с которой он уже имел половые отношения, тогда  появится ощущение, похожее на половой экстаз", то Слава переводил это предложение следующим образом:
"Вова предлагает  не запихнуть  калорифер в вентиляционную камеру, когда он  туда не проходит, а  там же его перевернуть и тогда войдет нормально". 
Да они и не разговаривали, предпочитая общаться жестами. Сделанный шаг, движение рукой, мина на лице им говорили больше слов.  В мгновение понимали  друг и друга, и укладывали все свои действия в одну, причем, весьма  разумную последовательность.  В результате  с поразительной ловкостью и быстротой выполняли сложные монтажные работы. 
 
Тимофеев каждый день  шел на работу, как новые трудовые подвиги.
В этом напряженном труде проходили  недели, месяцы.  Постепенно всё стало приходить в достойный вид. Одновременно работники познавали особенности каждого сада, каждой школы, особенности смонтированных устройств, получили понимание, каким способом можно добиться лучших климатических параметров в помещениях.
Они успели всё сделать к намеченному сроку. Теперь их работа стала заключаться в обходах школ и садов с целью контроля климатических параметров в помещениях,  изменяя  при необходимости настроек регуляторов, и выполнения множества мероприятий по устранению замеченных изъянов.  Зарплаты  стали выше, не настолько высокими, чтобы придти в восторг,  но все  были довольны. Работа перешла в спокойное регулярное русло. Так проходили годы.

Тимофеев отдавал Людмиле все деньги, она смотрела на них как на жалкую подачку,  изливая на него свою желчь. Но приходилось терпеть. Все разговоры о пополнении семьи детьми, пресекала сразу. Дескать, на такие деньги только нищебродов разводить.

Она продолжала ходить в библиотеку как обычно, но с некоторого времени  стала задерживаться в ней допоздна,  иногда даже оставалась на ночь.  Объясняла тем, что ввиду нищенства вынуждена брать подработку. Она взялась за редактирование  статей и книг, за что получала плату, и премии за срочность, для чего оставалась  работать по ночам. Полученные деньги спускала на одежду, косметику, платья, украшения, нисколько не тратясь на домашнее хозяйство. Несмотря на дополнительную загрузку, демонстрировала Виктору свой довольный вид, что должно было им восприниматься, как ударом по самолюбию.  В свою постель она его уже не допускала.  Но деньги от него брала.
 
Однажды над фирмой сгустились тучи. Школьное начальство решило отказаться от её услуг. Зачем отдавать ей деньги, когда всё уже отлажено и нормально работает, деньги не шальные, конечно, но всё же жалко, можно себе премиями взять.  Чтобы  это оформить в надлежащем порядке объявило тендер для желающих заниматься обслуживанием указанных  систем. Конкурентом на нем была представлена неизвестная фирма, запросившая на это дело значительно меньше средств, чем запрашивал Синичкин. Её представители объясняли скромные потребности в деньгах тем, что они сами ничего ремонтировать и налаживать не будут, а будут по заявкам от школ и садов вызывать специализированные фирмы на разовые работы.  Поскольку все работает превосходно, то большого числа вызовов не ожидается. Будет большая экономия. 

Разумеется, она была определена победителем. Синичкин объяснял организаторам, что все смонтированные системы нуждаются в постоянном контроле, переналадках по ситуации, в устранении возникающих дефектов, а они неизбежно будут появляться, а для этого необходимо содержать его команду, иначе все системы придут в негодность. Но организаторы тендера объяснили  выбор другой фирмы требованием правительства признавать победителем того, кто меньше запросит денег. Такая в стране экономическая политика.  Политика роста энтропии. Теперь и здесь она сможет развернуться. Если началось гниение, то его уже не остановишь. Это гниение позднее выразилось  тем, что с таким трудом выстроенные и отлаженные вентиляционные и отопительные системы без надлежащего обслуживания стали давать сбои, вначале редкие, а потом посыпались лавиной. Нанятую фирму это не сильно беспокоило,  она даже  экономила на ремонтах, следуя провозглашенному в обществе принципу: личный интерес  выше  общественного, набрала денег и исчезла.

Всё вернулось к начальному состоянию упадка и развала. Правительство с этой политикой выбросило на ветер большие средства.

А сейчас Синичкин  поблагодарил всех  за хорошую работу, выдал последнюю зарплату и распустил с миром.

Поздняя осень. Облака нависли грязной тряпкой. Шел моросящий дождь. Под ногами лужи и грязь. Тимофеев тащил по ним промокшие башмаки, и они противно чавкали. Нет, он не будет рассказывать жене, что произошло, ещё её истерики не хватает, скажет как нибудь потом. 
Войдя в квартиру, в прихожей повесил на гвоздь мокрую куртку,  грязные башмаки оставил в прихожей и в мокрых носках протопал к столу. Тяжело опустился на стул.  Людмила молча поставила перед ним тарелку опостылевшего супа, кинула ложку. Долго смотрела, как он ест, и, наконец,  объявила, что сейчас  будет серьёзный разговор. Он давно перестал обращать внимание на её причуды, но на этот раз она его просто убила.

- Тимофеев, тебе в детстве мама сказки читала? Наверно читала.  Помнишь такие слова: "Стали жить-поживать, да добра наживать"? Нормальные люди не ерундой занимаются, а добро наживают. А мы с тобой много добра нажили? Если бы не мои подработки, то и одеть было бы нечего.
Всё, Тимофеев, на этом наша совместная тягомотина заканчивается. Я ухожу от тебя, хочешь знать к кому? К своему любовнику. Ты не догадывался, что у меня есть любовник? Ха-ха! У любой уважающей себя женщины, живущей с таким ушлепком, обязательно должен быть любовник, способный украсить её беспросветную жизнь. Иначе она сойдет с ума. Странно, что  тебе такое в голову не приходило.  Он полковник, и денег у него, не то, что у тебя, столько  тебе и не снилось. Не в библиотеке я подрабатывала, а в его постели.  Его куда-то переводят, и я уеду с ним. Ну, собственно, и всё. Окончен бал, погасли свечи.   Мы разводимся. Квартиру я продам, деньги поделим. Можешь убираться.

Людмила не испытывала никаких терзаний, потому что  была во всем права.  Сделка с этим недотепой оказалась ошибкой, и она должна её исправить, тем более, что появилась возможность заключить более выгодную сделку.  Она не дура, чтоб упускать такой шанс. Только дуры сидят в помойке во имя  какой-то любви. Какой любви? Какая любовь может быть, барахтаясь в дерьме? 

Тимофеев молча встал, влез в те же мокрые башмаки, накинул  ту же куртку, пошел в магазин, купил две бутылки водки, потопал по лужам  в знакомый сквер, к той  скамейке, на которой  когда-то познакомился с будущей женой, сел на её мокрые дощечки и стал пить из горлышка не переставая. Если после двух бутылок  откинется, то так будет даже лучше. Никакого смысла в этой игре нет. Машины, люди, для чего это всё нужно? Какая разница, есть это всё или ничего нет? Нет, он не скулил, не жалел себя, просто не понимал, зачем он вообще живет. Вокруг был сумрак. В нем двигались серые фигуры.  Он ни на кого не обращал внимания, даже не заметил, как откуда-то появились полицейские, которые зачем-то подошли к нему.  Они что-то говорили, он их посылал подальше, тогда его схватили, заломили руки и потащили к поодаль стоящей машине. Он уже не мог  идти, пусть тащат. И тогда один из них  стал бить  его дубинкой.  Бил профессионально по ногам, почкам, ребрам. Тимофеев вырвался и со всей силы вцепился в горло обидчику, кусал его зубами со всей остервенелостью, какое  накопилась за всю его проклятую  жизнь, и теперь увенчанную предательством  жены.  Он рвал его, будто рвал всё мироздание, кинувшего его в это мерзкое болото, высосавшее все силы,  опустившее  на самое дно, наконец, раздавило его.  Рвал и ревел, как ревет раненый зверь от невыносимой боли. 

Ударом по голове  его оглушили, запихали как мешок в машину и повезли в участок. Бросили за решетку на сбитый из досок настил. Сколько в беспамятстве пролежал, неизвестно. Когда очнулся, то первое, что увидел, было удивительно знакомое лицо склонившегося над ним человека. Он узнал его.
Это был Бурый.




Андрий Вытрищака в украинской драме.


Андрий гордился своей родословной. Она у него была превосходной. Дед воевал с Советами в дивизии СС "Галичина", воевал страстно, самоотверженно, воевал за идею процветания независимой Украины. Немецкое начальство не раз его награждало, ошибочно полагая, что тот сражается за мировое господство Третьего Рейха.

Он погиб под гусеницами русского танка. Как это произошло, никто толком не знал, может раненым был, а может, совершил героический поступок, бросившись с гранатой под русский  танк, и даже будто она взорвалась, не причинив, впрочем, ему серьёзного вреда. Разное говорили, но Андрий твердо верил в его героическую гибель.

Отец Василь Вытрищака  добровольцем вступил в украинскую повстанческую армию - УПА, сражался под началом генерал-хорунжего Василия Степановича Кука. Бил партизан поляков, русских. И после войны, даже когда Кук признал поражение и призвал бойцов сложить оружие, дабы сохранили свои  жизни, долгое время партизанил, прятался в лесу, сараях, устраивал диверсии, убивал советских активистов. Его поймали, но почему - то не расстреляли, видимо, не поняли, какой зверь им попался, а может пожалели молодого парня, и отправили в северные лагеря.  Заключенные там валили лес, строили бараки, мостили дороги, чтоб на этом месте вырос город. Продолжалось это недолго.
 
В сентябре 1955 года тогдашний глава страны Никита Хрущев, сам выходец из Украины, указом амнистировал всех, кто сражался с гитлеровцами против страны Советов, бандеровцев, власовцев. Впрочем, началось это с освобождения немецких военнопленных,  о чем просил Никиту  канцлер Федеративной республики Германии Конрад Аденауэр, специально для этого прилетевший к нему.

 Освобожденным и реабилитированным бывшим пособникам гитлеровцев, в отличие от других категорий освобожденных из лагерей ГУЛАГа, компенсировалась стоимость экспроприированного при аресте имущества. Через 20 лет после амнистии как минимум, 1/3 бывших украинских коллаборационистов и членов их семей получили руководящие посты в органах власти западных, центральных и юго-западных районов Украины, начиная от районных комитетов партии и заканчивая республиканскими министерствами и ведомствами. К 1980-м годам процент "бывших" в руководстве западно-украинских органов власти Украины значительно вырос и в отдельных случаях достигал 50%.

Пошел на повышение и прибывший Василь Вытрищака. Он нигде не  учился, но умел читать, писать и считать, этого  полагал достаточным, чтобы при его змеиной изворотливости и волчьей хватке занимать достойное место  обществе ученых простофиль.  Благодаря этим качествам сумел устроиться в торговую сеть, вначале снабженцем при магазине, потом  его директором, и, наконец, местные заправилы, признав его, заматеревшего, своим, поставили директором базы ОРСа, предназначенной снабжать магазины товарами. А это означало, что теперь он важный господин, поскольку  в его руках оказался  один из важнейших рычагов управления жизнью городка.  Только от него теперь  зависело, какие товары и продукты будут поставлены тем или иным магазинам, отдельным гражданам.  Весь город оказался в зависимости от него, включая силовые органы, партийный аппарат. Через них он мог решать любые проблемы, кого и на какие должности назначить, кого привлечь к суду или отпустить, как распределить  квартиры, автомобили и прочее.  К нему выстраивались очереди просителей с немалыми дарами.  Умело создавая дефицит и играя на нем, в скором времени накопил несметные богатства.

После распада СССР в процессе разбазаривания государственной собственности без труда   приватизировал эту базу и добрую половину имеющихся магазинов.  Сынишка Андрий не знал ни в чем нужды, его баловали, потакали капризам, и даже оградили от школы, когда она ему надоела. Не знавший ни труда, ни горя, ни запретов, рос негодяем и отвязанным  бандитом. Как  бывает в подобных случаях, в нем зрела злая гордыня, жаждущая славы.   

Однажды к Василю нагрянула зарубежная делегация. Это оказались  братья по оружию, помнящие его с военных времен, давно ставшие гражданами западных стран. Нашли как-то его и прибыли в гости.
 
Они спросили, не забыл ли он за что боролся и погиб его отец, за что они вместе воевали. Сказали, что хотя Украина стала самостоятельной, это не означает конец сражениям,  ещё не полная победа. Победа будет тогда, когда Украина вольется в европейскую семью, станет частью Европы. А многие на Украине того не желают. Среди них вся русская диаспора. А потому надо на борьбу с ними поднимать весь народ. Василь был согласен.

Никто тогда на Украине не понимал истинных намерений Западных воротил, запустивших далеко идущий  проект, именуемый  вхождением Украины в Евросоюз. Можно было бы, конечно, под этот проект взять любую другую страну, из региона Кавказа, например, Беларусь. Но украинцы оказались более управляемыми. И не это было главным.
Разумеется, никто из них не считал украинцев настолько цивилизованным народом, чтоб принимать их себе равными.  Не проходило население этой части Европы того тысячелетнего пути  развития, который проходили  европейски страны.  У них разные истории  и разные культуры. Эта страна потому и называлась Украиной, потому что была окраиной. Не нужны цивилизованной Европе эти дикари. Таких уже набралось в Европе слишком много. Теперь от  них одни проблемы. А тут ещё хлынет поток в 52 млн бескультурных малограмотных нахлебников, завистливых и злобных.  Это больше, чем в Польше, Бельгии, Нидерландах. Они загадят всю Европу, испоганят её культуру, наводнят криминалом.  Нет, этого никак нельзя допускать.

Сами украинцы никому не нужны, но территория, занимаемая ими, с привлекательным комфортным климатом, выходом к морю, плодородными  землями, содержащими массу полезных ископаемых, представлялась источником несметных богатств. Вот это было главным. Лакомые куски  России, и в особенности, Украины, всегда привлекали западных воротил. Потому организовывали захватнические войны. А в последнее время, когда дефицит природных ресурсов принял критические размеры, захват их стал жизненной необходимостью. Потому они вложили немалые средства в  развал Советского Союза, но это было только первым этапом общего плана, теперь наступило время реализации второго этапа - захвата территорий.
На этом этапе Украина должна быть включена в Евросоюз, только с малым количеством её населения, необходимым и достаточным для обслуги и черновых работ, лишние должны быть уничтожены. А там она может быть поделена между европейскими странами. Государства  Украины не должно существовать.

Итак, предстояло территорию забрать, а население сократить. Для сокращения населения необходимо было организовать войну с Россией. 
Война должна продолжаться долго, никакого мира не должно быть, денег на неё не жалеть, пусть гонят на войну всех, включая женщин, стариков, детей. Пусть русские их убивают, и сами гибнут, ослабляя себя. 

Предстояла непростая задача организации такой войны. Трудность заключалась в том, что многие связи скрепляли украинцев с русскими. Надо было их разорвать и переформатировать сознание дикарей до возбуждения в них ненависти к русским. Методы  для этого давно известны - тотальная ложь и возбуждение низменных желаний.

И этот план был запущен.

Западные эмиссары  стали приезжать всё чаще, привозили друзей, которые на самом деле были зарубежными инструкторами и сотрудниками тайных служб. Василь  собирал в клубе горожан,  и приехавшие начинали играть на традиционных чертах местного населения, на зависти, жадности, безграмотности, глупости.  Рассказывали о роскошной жизни за рубежом. 
 
Приедет какой-нибудь иностранец, станет у трибуны, и начнет витийствовать.
- Америка, Европа - это предел развития цивилизации. Лучше живут только боги. 
Чего только нет  в Америке или Европе, всё есть, и всё доступно. Рестораны, увеселительные заведения, шикарные машины, коттеджи на берегу моря, эротические клубы, игривые женщины, и полная свобода для любых желаний. 
Проповедовали, словно мессии для дикарей.
 
Таких  проповедников слушали жадно, затаив дыхание, неужели такое может быть. Это же рай на земле!
Все были охвачены единым и страстным желанием жить так же, как там, в Европе или Америке, чтобы всё это иметь и радоваться жизни. Шумели, спрашивали, можно ли туда перебраться жить? Нет, тут они не бедствуют, слава богу, земля жирная, урожаи хорошие, сала много,  под жарким солнцем всё растет как на дрожжах, овощи, фрукты, всего хватает, но ведь хочется пожить в раю.
 
- А зачем перебираться? - отвечали, - если станете жить по нашим правилам, вольётесь в  Евросоюз и будете частью европейской семьи, тогда всё у вас будет, как в Европе, даже сможете спокойно без виз путешествовать по разным странам, куда захотите. Только надо обязательно вступить  в наш военный блок, чтоб оказаться под его защитой, если, например, Россия нападет. А она мечтает напасть, потому что у вас превосходные земли, высокие урожаи. Ну, кто такие русские? Возомнили себя великой нацией, славянами, а сами  к украинцам стали примазываются, называют братьями. Какие они вам  братья? Ваши братья в Европе, а не в России. Украинцы  древняя и могучая  нация, и никакие не славяне,  славян еще не было, когда украинцы процветали, а те  выползали из своих болот.  Даже слово  Москва означает  гнилое место. Кто их только не бил - степные  монголы, татары, поляки. Наполеон, обиженный на них, дошел до  Москвы и, чтоб проучить их, сжег её, и вернулся обратно.  Москали празднуют победу над войсками Гитлера. Кричат, будто они победили в той войне.  Никого они не победили. На самом деле Гитлер гнал их до Москвы, гнал бы и дальше до Урала, да мороз помешал, сильный был мороз. Масло в танках, в самолетах твердело, солдаты в окопах обмораживались, снабжение стало затруднительным. А потом  американцы с англичанами второй фронт открыли. Как было немцам воевать на два фронта? Вот они выдохлись и решили сдаться.  Это из-за американцев с англичанами немцы проиграли, значит, Америка с Англией стали  победители, а не  москали.
Слушатели допытывали, почему же Англия с Америкой стали помогать москалям, а не Гитлеру? Ведь они, как и Гитлер ненавидели коммунистов.  Англичане даже собирались напасть на Кавказ, где русские добывали нефть для войны. А американцы помогали немцам деньгами и техникой.
Инструкторы этот парадокс  разъясняли так. В этом виноват сам Гитлер. Не надо было ему бомбить города Британии и  пугать американцев своей агрессивной силой. Вот и предстали для них большей угрозой,  чем избитый Советский Союз. Однако  из истории тех лет извлекли уроки. Один из них заключается в том, что  нацизм не враг ни Европе, ни Украине,  в нем великая  сила, боевой отряд Европы,  его надо возрождать, впереди  большая  драка за мировое господство.   Нужны отряды,  какие были  у Гитлера, отважные, героические. Пусть уже сейчас собираются, обучаются воевать, пусть маршируют с факелами, как маршировали арийцы Гитлера, хайль Бандере кричат, или Слава Украине!  И второй урок - коммунизм и коммунисты - самая опасная зараза, давить их надо везде и всюду.  Хорошо, что москали сами по своей дури раздербанили  свою страну, и выбросили  свой социализм с коммунизмом на помойку. К нам хотели примазаться, безмозглые.  А кому нужны эти дикари? А разве они не тупые ватники? Иностранцам отдали свои заводы и ресурсы, что повкуснее захватили  самые наглые из них, остальное пустили на слом. Десятки тысяч заводов, фабрик в руины превратили.  Словом сделали всё, о чем мечтал Гитлер. Только непонятно,  зачем тогда они воевали с Гитлером?  Сдали бы немцам свою страну сразу, те лучше них её разгромили бы.
 Ну, поубивали бы, конечно, кого надо, коммунистов, комиссаров, быдло заставили как следует работать. Может при них русские  стали  бы цивилизованным народом.    
Дальше инструкторы учили.
На данный исторический период у вас одна  задача. Вам необходимо войти в европейский союз, и в его военный блок, а для этого надо избавиться от помех, чинимых русскими. Лучше их вообще уничтожать.
 
Иногда  среди слушателей находился какой нибудь спорщик.
Выйдет на сцену такой умник и начнет говорить.
- Враньё это всё. На самом деле мы  не нужны ни Америке, ни Европе, богатые там пристроятся, а остальным место в отстойниках, на тяжелых и дешевых работах,  придется в прислугу наниматься, а женам и дивчинам  в проститутки идти. И продукция наша там никому не нужна, там свою не знают, кому  продать. Нужна она только России, а нам нужны русские  машины, их газ, нефть, лес, удобрения, потому что мы все в одной кооперации. Разорвем связи с Россией, нам конец.
 
А иностранец отодвинет умника  и опять за своё.
- Украина часть Европы.  Вы потому не в Европе, что  вас москали оккупировали. Это надо исправить. Ведь об этом мечтали такие  великие украинцы, как Степан Бандера, Роман Шухевич, за это сражались многие из вас. Вас москали превратили в рабов, чтоб вы их кормили. Так мало этого, если им не хватало, отнимали  последнее, обрекали на голодную смерть.  Десятки миллионов ни в чем неповинных украинцев умерли в годы устроенного москалями  голодомора. Своих детей были вынуждены есть. 

Слушая это,  Андрий наливался злобой к москалям.

Тут опять начинал говорить тот умник.
- И это вранье. Не превращали русские нас в рабов. Напротив, строили нам заводы, электростанции, академию наук создали, добились места Украины в ООН, развивали нашу культуру. Это все мы вместе с русскими братьями сделали всё, чем сейчас живем. И не морили они нас голодом, они тоже голодали, засуха, неурожаи были тогда три года подряд. Свалилась на всех общая беда. Такое ведь всегда  происходило. Ну не виноваты русские в том, что дождей месяцами не выпадало.

Тогда иностранец ему в ответ.
- За те заводы, электростанции Украина расплачивалась с русскими зерном. Так они объедали Украину.

А умник:
- Зерно давно было съедено, а заводы  и электростанции и сейчас нас кормят, и будут кормить.

Обычно в таких случаях Василь подзывал сына, и тот с товарищами выводили спорщика во двор и там кулаками  учили, как надо себя вести.
   
Иностранцы внушали:
- Только  вы не попадете в Евросоюз, потому что этому препятствует живущая  на Украине русня, противится  и президент, ими поставленный.
Слушатели тут закипали, бранились. А что надо делать?

Инструкторы  учили, что надо сделать. Прежде всего, избавиться от влияния москалей, вытравить всё русское, чтоб русней и не пахло. Никаких напоминаний о русских не должно быть,  ни их речей, ни их памятников, ни литературы, ничего русского. Надо настроить всю страну на борьбу с русней. Для этого надо ходить по городам, поселкам и кричать "Москаляку - на гиляку, москаляку на ножи".  Прыгать на месте, чтоб поднимать боевой дух. И помнить, самые главные враги - коммуняки, вот от них в первую очередь надо избавляться, вались все советские памятники, и прежде всего  Ленину. Кто будет праздновать победу над  Германией, сразу бить, а лучше пристрелить. Та победа была трагедией для Украины. 
Зарубежные инструкторы растекались по городам и поселкам, заполонили  западные области, Киев.  Они убеждали, что президента надо убрать, провозгласить Бандеру и Шухевича национальными героями, фашизм принимать на ура.  Тех, кто против таких установок, и против вхождения в Евросоюз и в его военный блок, объявить пособниками москалей, и убивать, как врагов украинского народа.   
Следом объявляли наборы в отряды боевиков, комплектовали  и учили методам свержения законной власти. Привозили оружие. Учили стрелять. Учили готовить коктейли Молотова, напалм, и как нужно  набрасывать на противника, чтоб горящая липкая жидкость тут же  растекалась по всему  телу  и  прожигала до костей.
Андрий записался в один из таких отрядов и лучше других научился таким броскам. Уже прибыли американские эмиссары и  открыто начали готовить переворот.
В условиях надвигающейся катастрофы необъяснимым было абсолютное бездействие, как украинской власти, так и российской. Словно происходящее их не касалось вовсе. Европа, Америка насыщали Украину своими эмиссарами, инструкторами, оружием, шла подготовка к истреблению русского населения, готовилась война и с Россией. А властители в обеих странах только наблюдали.
Андрий наколол на руках, шее, спине эмблемы СС "Галичина", свастику и портрет Гитлера, поскольку Гитлер, по словам отца, был великим фюрером и самым большим противником жидобольшевиков. Ему объясняли, что русня - это даже не люди,  запойные ватники, бездельники, а в руках  жидобольшевиков превращаются в злобные орды, готовые всех убивать.
Андрий слушал и всё больше заряжался желанием бить русню.
Старался быть похожим на американцев.
Одевался  как американский ковбой, с  лихо закрученным шарфиком на шее, в ковбойских штиблетах и закрученной  ковбойской шляпе. Походкой подражал ковбоям, увиденным в кино, так и ходил, небрежно бросая иностранные слова. Не хватало только кольта на боку.
 Дивчины от него сходили с ума.  Любая готова была с ним провести ночь на сеновале, что, впрочем, иногда и происходило. Но в этом деле он отдавал предпочтение красавице Дарке, сводящей с ума всех мужчин своими выразительными формами потрясающей фигуры.  Обычно она сопровождала Андрия,  и поддерживала, как могла его образ  крутого мачо.  Но в этом образе  не хватало пистолета! Это её изводило.  Она поставила задачу раздобыть Андрию  пистолет.
Первым делом надо  найти продавца. А продавец там, где лежит товар. Исходя из такой безупречной логики, решила отправиться к военной части.  Накрасилась поярче, надела фривольную блузку, чтоб груди больше виднелись, тесные штанишки на круглую попу, и вальяжной походкой приплыла  к воротам пропускного пункта. Стала в позу ожидания. Увидела приближающегося майора и стала выразительно смотреть на него. Он почувствовал манящий взгляд, подошел:
- Вам нужна какая-то помощь?
- Мне угрожают, мне нужна защита, я не знаю, у кого попросить помощи.
Майор только при виде торчащих под  блузкой полных  грудей понял, что он обязан ей оказать помощь.
- Вы расскажите, может, я помогу.
- Два дня меня преследуют какие-то бандиты, караулят у магазина, училища, дома. Я не понимаю, что им от меня нужно.
Тут майор уже полностью оглядел её фигурку. Редко встречаются такие манящие фактуры. Сексапильность  была броской, даже вызывающей. Редкий мужчина пройдет мимо, не испытав жара в организме. Так что тех бандитов можно понять. Секса с ней хотелось. Того же захотелось и майору. Он начал судорожно соображать, как начать плести сети обольщения. Ничего не придумал, только по-солдатски ляпнул.
- Могу предложить сопровождать  Вас.
- А у Вас оружие есть? 
Майор удивился такому неожиданному, но деловому подходу к простому сопровождению. Но показал сзади висящую кобуру.
- А там есть пистолет? Можете показать?
Майор не мог без причины и прилюдно доставать оружие, но из желания произвести впечатление на пышногрудую  красавицу  неожиданно предложил:
- Давайте выедем за город, там можем даже пострелять.
Предложение было принято с энтузиазмом. Майор попросил   немного подождать, он сейчас добудет машину. Быстро исчез за дверями пропускного пункта, и вскоре из ворот выехала зеленая военная машина. Подъехала к Дарке и, вышедший из машины кавалер, распахнув дверку, галантно предложил даме занять кресло. 
Они выехали за город и покатились по красивой дороге к лесу, за которым показалось голубое озеро. На берегу среди дубов и берез  остановились, вышли из машины. Дарке не терпелось:
 - Ну, покажите свой пистолет! Ну, давайте же!
Майор извлек из кобуры своё оружие. Очаровательная дама кокетливо  осмотрела его, её интересовала фактура пистолета, достаточно ли он выглядит крутым.  Вроде ничего, сойдет. Попросила:
- Ну, постреляйте куда нибудь!
Майор выстрелил вверх. Выстрел прозвучал картинно, как в кино. Нормально, подумала Дарка.
- Я обижусь, если Вы мне не дадите тоже пострелять.
Майор протянул ей пистолет. Она взяла, немного отошла от него, потом повернулась и  направила ствол на майора. Тот  опешил.
Дарка умела быстро принимать решения. Раз так получилось, что они с майором оказались в этом отдаленном и скрытом месте, то почему бы не грохнуть  этого дурака из его же пистолета, да не умчаться на его же машине обратно в город.  Но тут же осознала опасность. Убитого найдут, найдут его машину, потом и Дарку вычислят. А когда у Андрия увидят пистолет, по его номеру  определят хозяина и уже оба угодят в тюрьму.  И тут же в её авантюрной голове появился  новый план.
Красотка рассмеялась. Подняла также пистолет вверх и нажала на курок. Хлопнул выстрел. И снова наставила на майора  ствол. Улыбаясь, сказала.
- Вот постойте пока так.
Медленно направилась к озеру. Подошла к воде. Расстегнула кофточку и отбросила в сторону. Кофта упала на траву. Вызывающе повернулась к опешившему наблюдателю, чтоб рассмотрел обнаженные груди.
- Учтите, приблизитесь, буду стрелять.
Однако положила пистолет на траву.
Изящно извиваясь, вылезла из  тесных штанишек, сбросила тут же, и предстала перед майором в первозданном виде.
В принципе её тело можно было бы посчитать идеально сложенным,  все важные пропорции соблюдены, и даже получать эстетическое удовлетворение  от его обозрения,  если бы не ряд небольших отклонений, делающих её не столько эстетичной, сколько сексуальной, чем  выбивает  мужчин из равновесия. Темные волосы с медным отливом, спадающие на плечи. Груди,  слегка увеличенные,  выглядели  конусами, нахально расходящимися  в разные стороны.  Зауженная талия, от которой начиналось плавное расширение к тазу, бедрам, делающее их преувеличенно полными, переходящее в ровные стройные ноги. Тело было белым, и нарушал эту белизну только один черный мазок в  середине в виде маленького треугольника из кудрявых волос. А сзади главным украшением была  полная попа, половики которой представляли собой две  выступающие сферы, не объединенные в единую форму, а напротив, отделенные одна от другой, отчего каждая жила своей самостоятельной жизнью. Всё это её, конечно, создавало неописуемый шарм, так волнующий бывалых мужчин, знавших прежде только тощих девиц.
Картинно поворачиваясь, бесстыдно демонстрировала остолбеневшему майору все прелести своей фигуры. Сердце майора бешено колотилось, дыхание перехватывалось, мышление остановилось. Он, не отрываясь, пожирал глазами все фрагменты такой необыкновенной фигуры.  Это всё было настолько неожиданным и просто невероятным, что казалось бредом, иллюзией.
Она вбежала в воду, и, не стесняясь своей наготы, стала весело плескаться, прыгать, кувыркаться. Её двигающиеся дюны грудей и шары попы сводили майора с ума.
 

Дарка, конечно, рисковала. Притягивает наблюдателя  к даме её эротичность, но эта эротичность  не в самой даме, а рождается в голове зрителя от её вида.  У неискушенного мужчины эротичность  возникает при ощущении  манящей  тайны соблазнительных изгибов, выпуклостей,  затаенных мест под легким одеянием, привлекающим внимание своей готовностью соскользнуть, исчезнуть. А вид полностью обнаженного тела, да еще такого знойного, каким обладала Дарка, мог просто его испугать, и  дело было бы провальным.  Но наблюдателем был майор. А проницательная  Дарка уже определила его натуру и сознательно пошла на этот риск. Если она не ошиблась, то порочного майора эта демонстрация  не испугает, а напротив, вызовет безумную страсть, она охватит его, превратит его в тупое, управляемое животное, и тогда на некоторое  время он полностью окажется в её власти. Потому дразнила его разными видами своего сексуального тела.  И не ошиблась. Майор  был все себя от возникшего желания,  и готов был соглашаться на все её капризы.
Выйдя из воды, смеясь и извиваясь, стала натягивать на мокрое тело узкие штаны, набросила кофточку, подняла пистолет и подошла к пораженной жертве.
- Подарите мне этот пистолет, мне надо как-то защищаться от бандитов.
Голос был тихим, вкрадчивым, темно -зелёные её глаза смотрели прямо в его серые  глаза, улыбка призывная.
Тот отрицательно завертел головой.
- Тогда продайте, отдам любые деньги, только назовите.
Снова отрицательный ответ.
- Вы меня хотите?
Вот тут майор ожил.
- Этот пистолет записан за мной, я не могу его отдать, но дам другой, когда вернемся. За ночь с Вами.
Она кивнула.
Они вернулись в город, подъехали к военной части. Майор велел его подождать, сам въехал через ворота вовнутрь, и вскоре вышел с портфелем. Дарке сказал:
- Сейчас в ресторан, потом в отель, утром получите, что просили.
Наутро она получила пистолет.
- А где патроны?
- Вы не просили их. Хотите получить, тогда и следующая  ночь за Вами.
Хитрецом оказался майор. Но делать нечего, надо соглашаться.
Зато теперь Андрий  прохаживался по городку с засунутым за пояс пистолетом, так, чтоб все видели его, показывал строгим взглядом, что в любой момент может вытащить его и пристрелить любого. Несомненно, был признан вожаком, непререкаемым авторитетом.
Однажды к нему подошел уже знакомый иностранец и сказал, что к определенному времени, когда он ему сообщит, Андрий должен будет в сопровождении группы поддержки, набранной из местных парней и девчонок, прибыть в Киев, добраться до майдана, где состоится сбор всех отрядов. Дальнейшая задача:  пробиться через заслоны местных милиционеров к резиденции президента, и пристрелить его. Тогда он станет национальным героем, почти таким же, как Бандера и Шухевич.
Андрий жаждал славы.
Готовясь к грядущим  событиям, стал формировать группу поддержки.  Подобрал самых крепких хлопцев, и начал проводить тренировки по уничтожению противника подручными средствами - цепями, арматурой. Привлек  сообразительных дивчин, и обучил правильной подготовке снарядов с горючей смесью. Конечно, Дарка была среди них. Группа заранее приготовила канистры с керосином, маслом, чтоб привезти с собой на майдан.
И вот по телефону ему приказали отправиться со своей командой на столичную площадь независимости. Поездом всей командой, прихватив канистры,  они прибыли в  Киев и там добрались до майдана.  На  площади  уже стояли многочисленные палатки, громоздились баррикады, собранные из разного хлама, булыжников, мешков с гравием. Повсюду можно было видеть следы происходивших битв. В центре города и даже в окрестностях  уже несколько месяцев с небольшими перерывами  происходили схватки между боевиками и силами правопорядка. Силовики  давно пытались вытеснить боевиков с площади, но по причине нерешительности власти сил для этого привлекалось недостаточно,  применение оружия было запрещено, разрешалось использовать резиновые дубинки и защитные щиты, и  потому всегда получали отпор. За наступлением шло отступление. Установилось динамическое равновесие. Оно никого не устраивало, и организаторы планировали устроить решительный  перелом, гнали на майдан новые отряды, вооружали их винтовками, гранатами, петардами, подручными средствами боя, шла подготовка к генеральному сражению,  а со стороны власти ничего кардинально не менялось. Милиционеры, держась друг за друга, стояли колоннами, закрываясь от нападавших  щитами. Они устали от непрерывных сражений, уже многие товарищи оказались в больнице, были  даже убитые.
И сейчас милицейские отряды плотно перекрывали прилегающие улицы, ждали команд, и без них ничего не предпринимали, а только  молча наблюдали за происходящим. Отряды повстанцев прибывали, а  они бездействовали. Это был нелепый театр абсурда. Ситуация требовала незамедлительных и самых решительных  действий, а они словно жертвенные бараны  тупо ожидали, когда мятежники соберутся с силами и устроят им бойню. От президента никаких команд не поступало, президент и сам не знал что делать.  С одной стороны ближайшее окружение настаивало на незамедлительном применении силы против собирающихся бандитов, пока ещё не поздно, но с другой стороны западные президенты звонили и угрожали карами, если он начнет применять силу против народа, или,  как они говорили, мирной  демонстрации студентов.  Он  не понимал значение обещанных кар, но всё же их опасался.  Напряжение нарастало, ситуация накалялась, президент молчал. Наконец, решил пойти навстречу повстанцам. Издал ряд указов, затребованных бандитами, даже подписал с ними примирительное соглашение в присутствии иностранцев. Но это не остановило раскрученный маховик войны, майдан готовился одержать победу в затянувшемся противостоянии. Для прибывающих  новых отрядов организаторы ставили палатки для отдыха.  Привезли походную  кухню, в котлах которой варились щи, да каша, чтоб кормить бойцов. Чтоб ночи были светлее, привозили грузовиками автомобильные шины, сваливали в огромные костры, погружавшие в дым и чад всю площадь.  Моральную поддержку обеспечивали приехавшие зарубежные инструкторы. Майдан шумел, гремел, гудел. Масса мятежников пополнялась, расширялась, костров становилось всё больше, черная копоть от горящих шин день превращала в сумерки, ночь в кровавое зарево.  Мятежники выворачивали булыжники из ближайшей мостовой, подносили,  складировали в груды. Бойцы вооружались арматурой,  цепями, ледорубами, молотками, девицы наполняли емкости горючей смесью, одни  составом Молотова, другие напалмом.
Между  ними метались организаторы, раздавали команды.
Милиционеры продолжали молча наблюдать, команд  не поступало, президент молчал.
И вот генеральное сражение началось.
Собравшиеся разделились  на передовые части, вооруженные ручными средствами боя, за спинами бомбардиры с бутылками, петардами, взрывчатками, ещё дальше девицы готовили новые снаряды.  Началась проба продавливания рядов милиционеров. На них полетели булыжники, вперед бросились бойцы передового отряда, пробивающие проходы  колами, цепями,  арматурой, ледорубами и молотками. Милиционеры выстраивали из своих щитов защитную стену,  отворачивались, отбивались своими палками, но строй держали.  Цепи и ледорубы пробивали защиту, арматуры пробивали тела.
 
 
Строй милиционеров стал разваливаться, но его поддерживали стоящие сзади товарищи.
 И тогда  начался второй этап. На нем планировалось  забрасывание бойцов сосудами с горящей жидкостью, взрывпакетами, петардами. Дарка и дивчины группы  Андрия подавали метателям приготовленные бомбы.  Не только Андрий мог снайперски заливать милиционеров горючим составом, таких оказалось много, бутылки и другие емкости градом полетели на мальчишек в милицейской форме.  На кого такая емкость падала, и жидкость выливалась, тот обречен был заживо сгореть.  Спасения не было никакого.  Горящая жидкость, способная расплавить металл,  облепляла голову, горели волосы, прожигала лицо,  протекала через ворот на спину и там выжигала всё мясо. 
 
Горящие мальчишки падали на землю, орали от боли, извивались, товарищи пытались сбить пламя, но это было невозможно. Они орали, пока не теряли сознание, и сердце, не выдержав адской боли, останавливалось. Наконец отряды  милиционеров дрогнули, горящие факелы бежали в разные стороны, избитые цепями и арматурой истекали кровью. Каски на головах трещали под ударами ледорубов, и падали защитники  с пробитыми головами.  Но они не сдавались. Хотя строй развалился, сражение не затихло, а разметалось по всей площади  локальными схватками.   
И тут начался третий этап. Откуда-то прозвучали выстрелы.
 
Стрельба пошла со всех сторон, она охватила всю площадь.  Стреляли бандиты, в них стреляли прибывшие омоновцы. От пуль падали все, и милиционеры и мятежники. Стрелял и Андрий. Дарка показывала куда лучше стрелять, чтоб он не тратил время на выбор жертвы. Она понимала, что главное - создать общую панику, чтоб через неё Андрий мог пробиться дальше, туда, где располагалась резиденция президента, и выполнить порученное задание. Лучше стрелять туда, где ещё мало жертв, где мало крови.

Ад спустился на землю. Перемешались в общее месиво и милиционеры, и обезумевшие мятежники. Копоть от горящих шин, яростные  вопли, мат, пронзительные крики умирающих, вцепившиеся друг в друга противники, падающие трупы, кровь заполнили майдан.  Где-то появились БТРы, среди непрекращающегося треска выстрелов, раздавался  грохот взрывающихся гранат и сирены скорой помощи.

Так продолжалось трое суток. За эти дни было убито более 100 человек, среди них 11 милиционеров, сотни получили ранения.

В заключительный день Андрий  с группой таких же бандитов прорвались через все тела толпы и они направились к зданию, в котором находилось рабочее  место президента. Охраны уже не было, все разбежались. Убивали тех, кто  пытался остановить, бежали по лестницам и коридорам, и вот  кабинет президента, но хозяина уже не было.  Президент не стал их дожидаться, его автомобиль  это время мчался к загородной резиденции, где проживал со своей семьей.  Времени на сборы оставалось мало. К его дому уже летел  вертолет, чтоб  вытащить его семейство из этого ада.  Они успели. Всё необходимое уже было собрано, подхватив чемоданы, бросились в спасительное чрево прибывшего вертолета.  Когда мятежники добрались до этого  дома,  там только ветер летал  по пустым, однако, богато обставленным  комнатам.

 На западной Украине восставшие в ту ночь захватывали здания госучреждений.

Президент оказался нерешительным, безвольным и трусливым. У него была армия, были его избиратели, были те, кто ненавидел этих фашиствующих насильников и убийц, и готов был вступить в сражение, но он не стал организовывать сопротивление, и под давлением  западных служб отдал страну на растерзание бандитам. 

И растерзание страны началось.
Победители тут же учредили новые органы власти, выбрали своего президента, нейтрализовали армию, произведя чистку и замену командного состава, в городах стали ставить мэрами своих людей. Объявили всем гражданам новые правила жизни.  Жгли и расстреливали всех, кто не подчинялся. Теперь русский язык под запретом, в школах допускается только украинский язык, изменилось  изложение истории, отныне учреждается своя многовековая история и своя культура, Россия провозглашается  как вечный враг.  Победу над гитлеровской Германией больше не считать праздничным событием, торжества по этому поводу теперь запрещены, памятники победе должны быть ликвидированы. Подлежат ликвидации все советские символы и памятники. Названия городов, поселков, улиц должны быть приведены в соответствие с украинской историографией.
Бандера и Шухевич являются национальными героями, нацизм отныне становится  национальной идеологией.

Против таких  нововведений выступили восточные области Донбасса, где преимущественно проживали русские люди. В ответ на это новая власть  объявила  их сепаратистами, террористами и бросила армию на их подавление и ликвидацию.

Началась гражданская война.  По сепаратистам  била артиллерия, запускались грады  ракет, их бомбили самолеты, утюжили танки, люди гибли, но не сдавались. Создавали отряды сопротивления, отвечали контрударами.  Донбассовцы сражались отважно,  отгоняли нападающих, даже загоняли в котлы.
В этих условиях сумели провести свой референдум по выходу из состава Украины и по присоединению к России. Россия, однако, предпочла это не замечать. Но совсем не оставила, по тайным каналам поставляла оружие, направляла военных специалистов.

Жители Крыма, в основном русские, узнавшие, что делают нацисты с русским населением Донбасса, срочно провели референдум о выходе из состава Украины и присоединению к России. Результат оказался сверхубедительным. Вот на обращение крымчан российская власть отреагировала сразу. Она не хотела терять Севастополь, черноморский флот, а там и Черное море.   Потому желание крымчан было удовлетворено. Крым стал частью России. Но поскольку эта часть оказалась изолированной от общей территории, то было принято решение о строительстве грандиозного моста через керченский пролив.

Сбежавший  президент обратился к руководству России с просьбой помочь ему справиться с беспорядками в стране, очистить от мятежников  и восстановить законную власть, применив силу.  Но Россия отказалась от военного вмешательства во внутренние дела Украины, объявив, что это выбор украинского народа, а народ всегда прав, даже признала новую власть. Для разрешения конфликта на Донбассе предложила проведение переговоров между воюющими сторонами с целью найти приемлемый вариант мирного сосуществования. Россия   всячески старалась убедить нацистов пойти на некие компромиссы с непокорным русским населением, остановить их истребление, и признать их автономию в составе Украины.  Начались бесконечные согласования деталей компромисса, бесконечные переговоры, а за это время Украина интенсивно вооружались, армия пополнялась, обучалась, строились укрепления, окопы, блиндажи, из-за рубежа шли эшелоны  с оружием.  Украина готовилась к войне с Россией.

В среде повстанцев крепилась уверенность, что в этой войне против России примут участие Европа и  даже Америка, и тогда такая армада погонит русскую армию до уральских гор, и Россия останется за её пределами.  Пусть там сидят  в обнимку с медведями, да глушат самогонку.  Никто их не разубеждал, хотя планы у тех, как мы помним,  были совсем иными, но добровольцами из тех стран решено было их поддержать.

Отношение российской власти к событиям на Украине, выглядевшее политически корректным или равнодушным, можно объяснить несколькими причинами.
Одна из них заключалось в том, что  её вполне устраивало  негативное отношение новой власти к  коммунистической идеологии и к её атрибутике, равно как и поругание всего советского периода. Она и у себя культивировала подобное отношение, правда не с такой интенсивностью, поскольку в массе русского народа была жива ностальгия по загубленной родине, народ со скрипом принимал навязываемый капитализм, скопированный с Запада. Ему не нравилось проводимое при этом разграбление страны. Люди не понимали, почему был проигнорирован высший закон - воля народов СССР, высказанная на референдуме  о сохранении Советского Союза. Не понимали, почему нужно было ликвидировать социализм с его несомненным потенциалом, когда достаточно было устранить допущенные ошибки. Не понимали, почему нужно было крушить многие работавшие предприятия или отдавать прибыльные иностранцам, да  неким пройдохам для личной наживы. Почему нужно поливать грязью идеалы советского общества. Не понимали, почему в ряде республик, и в братской Украине, связанной с русскими людьми  многими узами,  раздувается  к ним ненависть. Они же не делали ничего плохого им. Не понимали, с чего это сейчас церковь с ненавистью обрушилась на коммунистических вождей далекого прошлого. Те вожди внедряли в массы лучшую идеологию, по которой человек человеку друг, но  церкви она почему-то не нравилась, предпочитала  внедряемую капиталистическую, по которой человек человеку волк.

Казалось, мир сошел с ума, добро и зло поменялись местами, вместо культуры пришла антикультура, людям, как баранам навязывают церковные догмы и бесконечно строят храмы, вместо просветительских учреждений или больниц.

Следующей причиной было  то, что российской власти   хотелось наладить партнерские  отношения с Европой и Америкой, и избегала конфликтов с ними, которые могли возникнуть при вмешательстве России в украинские события. 
И последняя причина, которая, возможно, была решающей.
Она связана с событиями в Сирии. Там назревала опасная ситуация. Предыстория такова.
Местная оппозиция по причине клановых противоречий начала активные военные действия против действовавшего президента Асада. Запад стал поддерживать их. Западу  хотелось убрать упрямого  Асада, не допускавшего иностранные кампании до добычи первоклассной нефти, запасы которой в огромных объемах таились  в недрах Сирийской республики. Того же желали и в Евросоюзе, потому обкладывали упрямца санкциями, постепенно их ужесточая и добавляя новые, всё более жесткие.
Когда отряды боевиков подошли к столице, Асад обратился с просьбой к российской власти помочь ему справиться с ситуацией. Россия могла бы не реагировать на эту просьбу, как не реагировала на аналогичную  просьбу украинского президента, если бы не вовлечение в конфликт Турции,  соседки Сирии.
Это произошло после того, как турецкий истребитель был сбит сирийскими ПВО за нарушение воздушного пространства страны. Тут же Турция размещает военный контингент на границе с Сирией. Появились в Сирии и американцы. Эти действия вызвали тревогу. 
Если власть Асада  обрушится, то туркам  и американцам ничто  не помешает начать выкачивать из  сирийских недр  вожделенную нефть, и даже проложить через её территорию нефтепровод от эмиратов в Турцию, чтоб далее гнать поступающую нефть  в  Европу, вытеснив из этого бизнеса Россию, тем лишив её основного источника доходов.  Россия такого варианта развития событий допустить не могла, потому откликнулась на просьбу Асада и ввела в Сирию войска. Боевики по всему фронту были опрокинуты.   
Но вскоре после этого, спустя год, полтора, после прояснения ситуации с турками и американцами, когда стало понятно, что такие  опасения оказались напрасными,  а задачи вступления в конфликт  были совсем другими, Россия отозвала войска назад.

Теперь можно будет подумать и про Украину. 

*****

А в это время Андрий с Даркой и их командой  разъезжали по городкам Украины и занимались  люстрацией, то есть публичными издевательствами над  представителями  прежней власти. Изобретательная Дарка придумывала способы. По её придумке на одних надевали  шутовские колпаки и возили для обозрения по городу, других запихивали в  мусорные контейнеры, и запирали крышки. 

Новая власть продолжала добиваться своей цели. Теперь, когда препятствия на пути по вхождению Украины в европейский союз и в его военный  блок устранены, а мешавшие ватники  в Донбассе скоро будут добиты,  можно приступать к процедурным вопросам вхождения. И они уже начались.

В России стали понимать, что с вступлением Украины в европейский военный блок, сам блок на формальных основаниях придет на Украину во всем своим могучим арсеналом, танками, самолетами, ракетами и всё это развернет против России, а это уже угроза общей бойни. Допустить этого никак нельзя.

Тут же рождается стратегия препятствования этому через военные действия, начинается первый этап.
Президент РФ подписывает  указы о признании независимости и суверенитета  Донецкой и Луганской народных республик, сославшись на прошедшие в них референдумы.  И тут же выставляет ультиматум Украине - в трехдневный срок прекратить обстрелы и отвести войска от признанных республик. В противном случае будет считаться, что Украина обстреливает независимые республики, которые Россия имеет право защищать своим оружием. 
 
Украина не обращает внимания на ультиматум, напротив, усиливает обстрелы Донбасских  республик и начинает интенсивно готовиться к войне, армия приводится в боевую готовность, занимает пограничные позиции. Производится дополнительная мобилизация.
 И тут, когда  срок ультиматума истек, начинается второй этап.

Русская армия входит  на территорию Украины.
Началась война, но не полномасштабная, а ограниченная задачами сохранения мирного населения и социально значимых объектов, то есть идет война не с Украиной, а с властью нацистов. Потому будет названа специальной военной операцией.
Российская сторона объявляет истинные задачи этой операции, они не только в освобождении упомянутых республик, они более значительны. Это ликвидация на Украине нацизма, русофобии, демилитаризация, и отказ от вступления в североатлантический военный  блок.

Всё было точно выверено, просчитано, стремительные удары сразу опрокинули передовые части украинской армии, и сражение начинает перемещаться вглубь украинской территории. 

Европа с Америкой приходят в неистовство, массово переправляют на Украину технику, оружие, средства военного назначения. Отправляют наемников. Россию пытаются ослабить санкциями.

Россия проводит третий этап.
Она включает  в свой состав две Донбасские республики, и дополнительно, уже частично занятые Херсонскую и Запорожскую области.

Итак, идет кровавая бойня, с потерями, наступлениями, отступлениями.
Все отряды боевиков, ломавших прежнюю Украину, вступают в эту бойню.

Андрий Вытрищака становится рядовым украинской армии, и проходит курсы огневой и тактической подготовки.




Дарка выполняет спецзадание.


Дарка сама явилась в военный комиссариат,  с просьбой использовать её для скорейшего достижения победы. После ряда бесед  была направлена в разведшколу в женскую группу специального назначения. В неё  подбирали молодых женщин, способных выполнять вербовку  среди офицерского корпуса противника и  добывать  сведения военного характера.  Критерии отбора кандидаток были специфическими: привлекательный внешний вид, сексуальность, сообразительность, способность быстро принимать решения, владение оружием, умение манипулировать людьми.
Зачисленных в группу облачили в гимнастерки и юбки военного образца. С Даркой пришлось повозиться, чтоб как-то придать её телу строгий военный вид. 

Когда группе представили её командира, Дарка обомлела. Это был тот самый майор, которому она отдалась за пистолет. Он представился, как Григорий Коваль.
 
Чаще, чем с другими Гриша проводил занятия с Даркой, уделяя ей особое внимание.  Он тогда ещё не знал, с какой демоницей связался. За весь период обучения он изрядно утомил её непрекращающимся сексуальными домогательствами, она их терпеливо отклоняла, но наконец, решила положить этому конец. Согласилась на ночь любви. Пришла к нему в комнату, не тратя время на разогрев, тут же разделась, его разоблачила и устроила бедному майору такой пожар любви со сменами позиций, изгибами, да вывертами и темпом  скакуна, что Гриша, хоть и был не слабый парень, измотавшись, чуть не умер. Но ей всё было мало.
- Слабак, - на утро  бросила,  - И зачем только просил?
 Плюнула и ушла.

С этого времени он униженно заискивал перед ней, панически боясь нового её  появления в своей комнате.   

После окончания школы Дарка получила  задание. Ей предстояло организовать передачу новейшего  оружия противника украинской армии.
Для этого был разработан план, по которому вначале она должна была внедриться  в лагерь врагов. Он состоял в том, что её подселят  в какое нибудь прифронтовое селение, еще не занятое русской армией, но обреченное на захват,  там примет образ одинокой селянки, сочувствующей русским, и когда это селение русские захватят,  она из  благодарности за освобождение станет им помогать.

На втором этапе ей предстоит проникнуть в сферу снабжения армии оружием. И вот на третьем этапе от неё требуется путем  поиска предателей среди русских, или путем подкупа чиновников организовать канал передачи их оружия украинской стороне. Связь с ней   будет осуществляться через  Григория. Ему поручено  изображать селянина, бежавшего от призыва в украинскую армию, и наняться на какие нибудь работы у русских в местах выполнения Даркой её задания.
    
Дарке  предлагали взять с собой деньги, много денег, рублей, долларов, но она отказалась. От них только риски и хлопоты. У неё есть более действенные средства воздействия на военных, и она в совершенстве ими владеет. Основными элементами этих средств были  её красота и сексуальное тело. Эта  ценность при умелом её использовании могла  стать  самым убийственным оружием, от которого спасения нет, оно сильнее любого яда, наркотика, пистолета, сильней любых денег.  Дарка  уже знает, как это применить.   
 
И вот её, наряженную в обычную селянку, отвезли в прифронтовой поселок, в котором жители прятались в подвалах или уехали в ожидании обстрелов, предваряющих захват его российской армией. Поместили в пустой хибаре, снабдили продуктами и оставили ожидать прихода русских частей.

Обжившись в непривычной обстановке в течение  несколько дней, однажды  решила прогуляться по окрестностям, побродить по лесу.  В лесу  вдруг увидела прячущегося в зарослях русского солдата, тот подозвал её жестами. Когда подошла,  он спросил:
- Укропы у вас есть? 
- Есть.
- Где есть?
- На грядке, свеженькие. 
- Девушка, милая, я про украинских военных спрашиваю!
- А этих нет. Пусто у нас.
- Тогда вот что, красавица. Ты как вернешься в хату,  схоронись в подвале.
- А чо так?
-  Скоро тут будет жарко, ждем прибытия укропов.  Поняла?
Дарка кивнула, приветливо помахала рукой и вернулась в свою хибару.

 ****

Андрий был зол. Его, героя майдана,  изъявившего желание добровольцем пойти на фронт воевать с русней, отправили новобранцем на курсы боевой подготовки.
Его гордыня переживала ломку. Полтора  месяца он носится зигзагами по полю, ползает по грязи, прыгает из укрытия в укрытие, крадется  по окопам, палит из автомата, а то сидит в бункере с пулеметом, строчит из него, потом бегает, обвешанный гранатами, бросает. И  совсем уж не его дело таскать целый день тяжелый гранатомет. Лето, солнце нещадно припекает, и он обливается потом в  форме типа "Гелетейка", представляющей из себя просто умопомрачительную смесь из крайне дешёвых и откровенно убогих материалов, пропитанных не пропускающей пот мерзостью грязно-желтой расцветки.  Приделанные липучки или грудные  застёжки типа "молния" выходят из строя на раз-два, а вот их починка или замена становится проблемой. Подобные казусы  часто случаются с дешёвой страйкбольной формой или реквизитом для фильмов, которые, как правило, клепаются на скорую руку  из тех же дурных  материалов. Тут не кино, чтоб одевать солдат в такое дерьмо, но вот же, экономят. Это всё невозможно терпеть, унижению нет предела. Разве об этом он мечтал, когда сражался на майдане? Он мечтал о славе, а тут его делают бессловесным бараном.
Скорей бы отправили на фронт. Мало того, что командиры зверствуют, так появляются ещё НАТОвские инструкторы,  и перед ними в полной выкладке всё надо повторять. А они смотрят, на своем языке трещат, пальцами показывают на неуклюжих мучеников  и заливаются издевательским смехом. Это раздражает и вызывает злость.  Проклятая Европа! Чтоб ты сдохла!

Но вот мучения закончились, новоиспеченных воинов распределили по ротам и повезли на фронт воевать.
Привезли его роту на какую-то базу, где размещался дивизион.  Там бетонные бункеры, тайные склады с боеприпасами, кухня, походная баня. Танки в муляжных сетках. Вокруг секреты и посты. Их на кухне  покормили и разместили по  бункерам.

Вечером к ним пришли знакомиться старожилы. Искали земляков, и один из них оказался земляком Андрия. Его звали Гнат. Заварили крепкого чая, попили, и Гнат  предложил проводить его. Они шли между бункерами, присели на траву,  поговорить надо.
- Завтра войдем в наступление, - начал Гнат. - Будет страшно, проглоти одну таблетку, а если ранят, то сразу две или три, но не больше.  А если рана окажется серьёзной, то глотай все,  умирать не так страшно будет. Спасать тебя всё равно никто не будет. Обуза никому не нужна. 
Он  достал из кармана маленький сверток и протянул новобранцу.
-  Это марафет.
- Почему завтра? Нам ничего не сказали!
-  Новичкам ничего не говорят, они пугливые, глупые, спать не будут,  да еще разбегутся. Никому не хочется умирать.  Ну, бывай.
И ушел.

"Господи, - думает Андрий, - вот это и есть тот великий украинский народ, за свободу которого мне надо умереть? Ну, убьют меня, а они разве от этого лучше станут, честнее перед своими братьями, доброжелательней? Не станут. Ранят его, Андрия, так они же и пристрелят  его. Станут только подлей, как те европейцы, что смеялись над ним. Тогда ради чего нужно  умереть?"

Рано утром по баракам побежали разномастные сержанты с криками "Подъем!". Объявили общее построение.
За пять минут на плацу собрался весь наличный состав. Подтягивались новички.
Когда дивизион был построен, ему объявили о предстоящем выдвижении  к позициям москалей. Там  будет  бой. Конкретные  задачи каждой роте объяснят их командиры.  Сейчас следует привести себя в полную боевую готовность, построение  через 15 минут. Завтрак после боя.

Когда вооруженные и экипированные роты построились, командиры доложили командованию о готовности. Была выдана команда выступать.
 
Командир роты Андрия объяснил задачу.  Предстоит пройти десять км и с боем захватить селение Хохловка, там закрепиться. В Хохловке будет организована временная база. Разведка доложила, что там пусто, но расхолаживаться не стоит, всё могло измениться.  Потому класть  всех, кто будет встречаться на пути.  Там могут быть или москали  или предатели, их поджидающие. Патриотов там быть не может. Патриоты все сражаются с москалями.  Особо торопиться не надо, повнимательней двигаться, мины могут быть.  И не высовываться, не надо балаганы устраивать, удар должен быть  внезапным. Отступать без приказа запрещено, отступающих приказано расстреливать. В плен лучше не попадать, там будут пытать, потом расстреляют.  Вопросы есть? Вопросов нет.
Ну, Героям Слава и вперед!

На пути   перелески, буераки, открытые поля. Вот и первый лесок. Пробежали. Тишина. Дальше открытое поле. Проползли по траве, земле. И опять тишина,  никто не стреляет. Следующий лесок пробежали, и снова поле. "Какая-то ерунда, - думает  Андрий, - чего мы тут ползаем, когда никого тут нет". Осмотрелся, где командир? А командира нет. "Вот ведь сука, - зло выругался, - небось, сзади с автоматом нас сторожит, чтоб не сбежали. Ну ладно, а мы побежим вперед, пусть догоняет".
- Хлопцы! -  закричал товарищам Андрий, - чего мы тут ползаем, штаны дырявим, а ну броском вперед!
И они помчались через поле скачками. Так и пронеслись все 10 км, пока не подобрались до  Хохловки.
Теперь надо проявлять осторожность. На подходе может быть много сюрпризов, а уж в поселке может быть что угодно.  Собрались все вместе, чтоб обсудить план действий. Командира нет, тогда Андрию решать. Тот предложил действовать так. Пусть каждый по-пластунски подберется к какой хате, ворвется в неё и всех, кого увидит, расстреляет, и в ней закрепится.  И так по всему поселку.
 
Подползли поближе к хатам, чтоб распределиться. Андрий присмотрел себе лачугу с краю, стал подкрадываться.
А в это время Дарка, она как раз и находилась в этой лачуге, увидела из окна ползущего солдата, и сразу узнала в нем Андрия.  Выскочила наружу и, пригибаясь, заторопилась к нему. Тот, увидев движущуюся к нему бабу, не стал сразу стрелять, чтоб не  поднимать шума, а достал нож, чтоб горло перерезать. Кинулся на неё броском, схватил за голову и обомлел.
- Дарка! Какого беса ты тут? Я ж тебя убить мог! Почему ты тут?
- Слушай, болван, - быстро заговорила, - Вы в ловушке,  москали уже ждут вас тут, всех перестреляют, и бежать бесполезно, вы окружены. 
- А что же делать?
- Не поднимайся, и тихо ползи к моей хате, влезай через окно. Там в подвале тебя спрячу.
- Так надо как-то хлопцев предупредить!
- Ну, ты дурак. Уже поздно предупреждать, они уже все на прицеле, каюк твоим хлопцам, и тебе будет кают, если шум поднимешь. Ползи, давай. 

Андрий послушно дополз до лачуги, быстро шмыгнул через окно, и только он это успел сделать, как тут же со всех сторон затрещали автоматные очереди, где-то рвались гранаты. Дарка быстро затолкала его в подвал, бросила туда по быстрому найденную  в хибаре мужскую одежду, велела переодеться и спрятать подальше его военную форму. Бой продолжался недолго, минуть 15, и всё затихло. Значит, его роты больше нет, соседних рот, наверно, тоже. Вот почему проходы сюда оказались свободными. Это была ловушка. Русские солдаты прятались за хатами, чтоб удобней было расстреливать его товарищей, когда подойдут. Как же раньше он об этом не подумал?

Дверь в  лачуге распахнулась, в горницу вошли русские солдаты, среди них был тот, которого Дарка встретила в лесу. Он узнал её. Пока остальные осматривали углы, закутки, тот знакомец  сел перед ней.
- Ну, красавица, видишь, как мы быстро с укропами справились. Нет их тут больше, теперь можешь не бояться. А чего ты тут одна кукуешь? Где твой муж, где родные?
- Подались в Россию, там место нам всем ищут, а меня здесь на хозяйстве оставили.
- Да какое тут хозяйство? Мышь с тоски повесится. Пошли с нами! В полку дел много, и для тебя найдется. А эту хибару всё одно придется бросить, когда в Россию отправишься. Какие вещи тебе надо забрать, собирай, помогу доставить до базы.
Она посматривала на обыскивающих лачугу солдат, скоро доберутся до подвала, тревога  сжала сердце. 
Стремительно встала, подбежала к солдатам, схватила за руки, одного, другого, закружила вихрем.
- Ах, спасибочки, родные, ох, спасибочки, конечно, я согласна, пошли отсюда, скорей пошли!
Обаятельная красотка с эротическими формами, в минуты запутала ум, опрокинула все планы,  подчинила парней своей воле.
Бросила в платок какие-то вещички, завязала.
- Паспорт не забудь.
- Паспорт родственники забрали, чтоб меня там оформить.
- Ну, понятно. Ладно, так оформим.
- Всё, я собралась. Ну, что, пошли? 
И они покорно пошли из хаты.   

Победители разделились. Одни остались в поселке, готовить в нем новую базу для наступления вперед, другие, среди них  солдаты с Даркой, пошли к лесу. В глубине стояло несколько бронированных машин пехоты. Подошедшие солдаты разместились в них, и Дарке, конечно,  предоставили  самое удобное место.

Когда прибыли на базу, солдаты вышли из машины, последней осторожно вывели девицу.
Когда она предстала перед присутствующими на базе во всей своей ослепительной красоте, база замерла, все неотрывно рассматривали это чудо с проступающими через одежду соблазнительными  выпуклостями.
Сопровождающий  солдат учтиво предложил:
-   Мадам, позвольте Вас сопроводить к командиру полка.
Они пошли в штабной бункер.

Солдат постучал в запертую дверь, оттуда послышалось "Войдите".  Он вошел один, доложил, что вывез из объекта брошенную родственниками русскую девушку, она здесь, но у неё проблема, её паспорт забрали родственники, они перебрались в Россию, чтоб найти возможность всем вместе там обустроиться. Что прикажите с ней делать? 
- Ну, введите, покажите эту девушку.
Солдат позвал Дарку. Когда та вошла, лицо командира расплылось в улыбке. Подошел в ней, спросил.
- Как Вас зовут?
- Дарьей меня зовут, товарищ командир. Дарьей Скворцовой.
- Ну, конечно, мы Вас, Даша,  не оставим в беде. А что Вы умеете делать? На войне, знаете ли, любые умения пригодятся.
- Могу ремонтировать форму, стиркой заниматься, в медчасти помогать. А лучше всего, - тут она засмеялась, - командовать офицерами от майора и выше.
Рассмеялся и командир.
- С полковником справитесь? Есть у меня один такой, снабжением занимается. Проблемы в его хозяйстве. Наладить сможете?
- Не сомневайтесь!
Командир подошел к столу, взял телефон.
- Михаил Илларионович, зайдите ко мне.
Подмигнул Дарке.
- У нас его зовут Кутузовым.

В бункер вошел обрюзглого вида полковник.
- Вот, Михаил Илларионович, просил прикомандировать тебе помощника, пожалуйста, получай. Прошу любить и жаловать эту очаровательную барышню. Зовут Дарьей по фамилии Скворцова. 
Кутузов, осмотрел помощницу и остался довольным.
- Только вот что, - продолжал командир. - Документов у неё нет с собой. Так что выпиши ей временное удостоверение, вроде как взамен  потерянного паспорта, поставь на довольство, ну и всё такое. Всё. Больше не задерживаю.

С трепетным удовлетворением Кутузов  вел препорученную ему помощницу в свои апартаменты, косым взглядом осматривая её фигуру, и жмурился от нахлынувшего предвкушения.

В домике, в котором находилась его резиденция,  выделил ей комнату для проживания, выдал всё необходимое для обустройства, и для демонстрации благорасположения принес откуда-то множество разнообразного белья, ворох разных платьев, туфель, косметику. У него это накопилось с периода ухаживания за дамами.  Отвел в полковую кухню, чтоб накормили как следует. Потом провел по своему хозяйству. Тут  склады с обмундированием, там продовольственные склады, а там с оружием и боеприпасами. Объяснил её задачу. Ей надлежало провести тотальную ревизию, сверку фактического наличия с документами, всё записывать, что должно быть  по документам, что есть и  что пропало, а что оказалось в наличии  без документов.

Итак, Дарка прошла два этапа её задания, остался третий, заключительный.
Предстояло найти способ склонить своего начальника к измене его родины, а точнее, к передаче некоторой части  наличного оружия, причем самого последнего, самого современного  украинской армии.  Для этого необходимо возбудить в нем такой интерес, перед которым распадутся все моральные принципы, и сыграть на этом интересе. Чаще всего интерес находится среди скрытых пороков. Для этого надо выявить и зажечь его, чтоб перешел в необузданную страсть.
 
Дарка стала анализировать, какие могут быть пороки у Михаила Илларионовича, способные вызвать страсть.
Есть ли в нем алчность? Нет, если мог в таком количестве дорогие вещи покупать своим любовницам. Но бережлив, коль забирал обратно свои подарки.
У него нет вредных привычек,  скромная обстановка говорит о равнодушии к вещам. Следовательно, единственным увлечением полковника являются женщины. Она вспомнила его сладострастные взгляды на её фигуру, что выявляло сексуальную озабоченность. Судя по  разнообразию размеров платьев,   женщины менялись, потому что  ни одна его по-настоящему не увлекала.  По всей видимости, его увлекал лишь процесс завоевания женщины, тут он был щедр и неутомим, дарил подарки, а как только достигал победы, наступало разочарование. Он ждал от них новых ощущений, эротических фантазий,  но всё было однообразным и скучным.  Ломаются вначале, потом сдаются на милость победителя и телом исполняют традиционный ритуал. Он ждал прорывов в глубины порочной страсти, безумства греха, обольщения бесстыдством, но  ничего такого не происходило. Всё было пресным, без перца, соли, даже без изюма.
Ну что же, она попробует поработать в этом направлении.

И Дарка начала прелюдию.
С утра следующего дня приступила к выполнению своих обязанностей. Дело было летом, солнышко начинало припекать, теплый ветерок ласкал военнослужащих и гражданский состав базы. Она надела легкое платье на голое тело, в архиве набрала кипу складских документов, взяла блокнотик, и отправилась на склады сверять наличность с документами. Разбираясь с обмундированием, разложенном на полках, посматривала на залитую солнечным светом площадку перед входом в склад за открытыми воротами, уверенная в появлении Михаила Илларионовича. Неужели хозяин не поинтересуется, как идут дела в первый день работы у новенькой помощницы?
И не ошиблась.  Вскоре там нарисовалась его тучная фигура, упакованная в военный мундир.
Прищурившись, полковник всматривался в сумрак склада.
- Не заходите, Михаил Илларионович! - крикнула, придав голосу непринужденной радости, - я сейчас выйду!
Она шла к нему и обдумывала схему флирта. Этот битюк чужд изысканным манерам, против него надо действовать напористо, но изобретательно.

Дарка вышла, кокетливо с улыбкой склонила голову, глядя зелеными глазами ему в глаза. Тут порыв ветра подхватил из рук бумаги, они разлетелись, она, обворожительно смеясь и изящно наклоняясь, стала их поднимать, повернувшись к полковнику пышным задом, а ветерок играл с подолом её платья, предоставляя его взгляду разнообразные фрагменты  ног, переходящих в обнаженную  попу.
Подняв бумаги, повернулась к начальнику, найдя его смущенным и растерянным. Некоторое время он молчал, пребывая в ступоре, такого он никогда не видел, потом выдавил.
- Нужна ли Вам, Дашенька, моя помощь?
- Я очень  признательна за Ваше внимание, Михаил Илларионович, - отвечала, - пока справляюсь, но дальше могут возникнуть трудности, Вы не будете меня оставлять одну бороться с ними?
- Да что Вы, Дашенька, конечно нет! Вы продолжаете, я еще загляну.
Что-то хотел ещё сказать, но смутился, развернулся и ушел.

Когда пришел в другой раз, она так же вышла к нему, небрежно поправила растрепанные ветром волосы, отчего в расстегнутый вырез платья вывалилась грудь с торчащим соском, и она продолжала приглаживать волосы, что-то мило лепетать, совсем не замечая такого курьёза. Так и стояла перед ним, а он краснел, не в силах оторвать глаз от этого пышного предмета, наконец, оторвался и торопливо скрылся.
 
Так шли дни за днями, За эти дни она не раз видела Григория на базе, он под видом местного селянина устроился на базе санитарным работником.  Очищал туалеты, солдатские нужники.  Они только обменивались жестами. Её жесты означали, что всё идет по плану.

Дарка наступала неотвратимо. Она дразнила полковника, издевалась. Придумывала новые конфузные ситуации, вгоняющие его в дрожь.  Каждый раз, когда она это проделывала, Михаил Илларионович издавал стон, заливался пунцовой краской, что-то невнятное лепетал, не отрывая глаз от открывшегося видения, и, не вынеся мук, разворачивался и убегал.

Теперь он лишился сна,  мучился, стонал, пил успокаивающие капли,  но перед глазами всё навязчивей появлялась его околдовавшая богиня, то эротическими фрагментами, то вся целиком в обнаженном виде.  С утра мечтал опять найти свою колдунью, хоть на минуту посмотреть, опять бегал по складам, искал её. Кутузов неизлечимо заболел и спасения никакого не видел.

И вот, терзаемый страстями и сомнениями, решил пригласить свою вожделенную  колдунью  в самый дорогой  ресторан, какой только можно найти в ближайших городках. 

Накануне велел уборщице  почистить и пропарить мундир, купить на базаре цветов, и вот наглаженный, в начищенных ботинках, приятно пахнущий духами, с букетом в руках отправился с утра искать  свою Дашу.
Она как обычно ждала его появления на своей территории, просматривая подходы, находясь у  открытых ворот одного из складов. Заметила, выждала, чтоб ближе подошел, и как бы  невзначай с блокнотом вышла на него.
- Дашенька, - выдохнул обрадованный, - сегодня у нас Вами юбилей, и я хочу Вас  поздравить с этим событием. 
Протянул цветы.
- Какой же? - удивилась, но приняла букет.
- Ровно месяц, как Вы появились в нашей серой жизни и стали украшением всей нашей базы,  при этом прекрасно выполняли порученное дело.
На самом деле меньше, подумала Дарка, но на такую мелочь не стоит обращать внимания. 
- Спасибо, добрейший Михаил Илларионович! Так лестно, что Вы вспомнили об этом.
- Дашенька, - смущаясь, заговорил Кутузов, - не благоволите ли принять приглашение отметить это событие в ресторане.
- Тут есть рестораны?
- Для Вас найдем.
- Но мне для ресторана нечего надеть.
- Мы поедем в приличный город, там в бутике купим Вам наряд и там же найдем хороший ресторан. Соглашайтесь!
Она поцеловала его в щечку.
- Прекрасная идея, дорогой Михаил Илларионович!
- Тогда до вечера! На этом месте в 18 часов.
И ушел.

К вечеру на склад въехала  военная машина. Дарка уже ждала на обусловленном месте. Полковник вышел, галантно пригласил в неё даму. За рулем был водитель, они сели на заднее сиденье. Водитель уже был оповещен, куда ехать. Он знал, в каких ресторанах любят спускать деньги офицеры. Не раз  туда возил. Но по дороге надо найти дорогой бутик. 

Время в дороге пролетело незаметно. Михаил Илларионович расспрашивал, она отвечала. Где семья, родители, муж, дети, если есть. Родители уехали в Россию, там ищут возможность обосноваться самим, и потом её забрать. Семьи у неё нет, сватались многие, да ни к кому не лежала её душа, не было настоящих мужчин, и теперь она вольная птица, надеется найти в будущем подходящую партию.  Детей, естественно, нет.
- Дашенька, - он ей шептал, - там, в России Вам с родителями предстоят большие расходы, я Вам денег дам, много денег, можете даже дом себе купить. Соглашайтесь!
И выразительно смотрел на неё.
- Я подумаю, - также тихо отвечала.
 
В городе, куда они приехали, нашли салон модной одежды. Там Дарка осмотрела все наличные наряды, выбрала платье, в кабинке надела, вышла в нем к полковнику и своим видом  произвела на него ошеломляющее впечатление. Это было платье яркого фиолетового цвета с красным отливом, отрытой до попы спиной, на узких бретельках. С обтянутой попы книзу расходилось широкой юбкой. Вид был фантастическим. Кутузов тут же расплатился и в таком виде они поехали в ресторан. 

У ресторана дал водителю денег, чтоб мог в нем перекусить, а дальше свободен до вызова. Он ему позвонит.
В ресторане заказал самые дорогие блюда, шампанского даме, себе коньяк.
Налил ей шампанского, себе коньяку, провозгласил тост по случаю юбилея, выпили, налил снова и снова выпили.
- Вы бы закусили, Михаил Илларионович! Торжество ведь только начинается. Я ещё жду Ваших рассказов о себе, в судьбе военного всегда есть место приключениям и подвигам. Не так ли?
Он закивал головой, давая понять, что, да, у него было много приключений и подвигов. Про себя начал судорожно соображать, чтоб такое придумать, чтоб поразить её воображение. Но ничего не придумывалось. А в натуре, коме воровства, обмана, липовых бумаг и  подкупов, за что его повышали по службе  и давали звездочки, ничего похожего на подвиги  не было.

Вздохнул.
- Ах милая Даша, разве в ресторанах  говорят о суровых буднях военных людей. Здесь радуются жизни.  Вы лучше поделитесь впечатлениями о своей новой работе.
Ну, какие могут быть впечатления, когда она постоянно ощущает отеческую заботу своего дорогого начальника, она в восторге от него.  Как же ей  повезло с таким замечательным человеком. А как же ему повезло, отвечал полковник, с такой умницей, красавицей, всё сразу схватывает, всё превосходно выполнят. Он в восторге. 

Оркестр заиграл медленный фокстрот "Маленький цветок". Полковник пригласил даму на танец. Когда она шла на площадку, сидящие за столиками мужчины,  невольно обращали на неё внимание. Красивая, грациозная, стройная, с обтянутой выпуклой попой, вызывающе обнаженной спиной, выдающейся грудью, с тонкой талией под ней, она была необыкновенно притягательной, украшением всего зала.
Полковник неуклюже топал, прихватив её за талию, счастливо улыбался, а она словно растворялась в музыке. Плыла по её волнам, томно изгибала своё роскошное тело, раскидывала руки. Освободившись от объятий полковника, рисовала позами узоры танца. Танцующие пары отходили  в стороны, освобождая ей пространство, и она заполняла его, передвигаясь по кругу, замедлено кружась и  выгибаясь. Музыка затихла, и раздались бурные аплодисменты.
Она раскраснелась, от этого стала ещё прелестней, нашла потерявшегося полковника,  и они вернулись за столик. Ещё выпили, небрежно закусили. И когда снова зазвучала музыка, тут же к ней поспешили  восторженные кавалеры с приглашениями на танец, оставив у столиков своих дам. Полковник разрешал, но постепенно начинал сознавать  совершенную ошибку. Нельзя с таким сокровищем ходить по ресторанам. На будущее он это учтет. 
Кавалеры шли один за другим, каждый торопился  похитить её, чтоб коснуться, ощутить руками  это небесное создание. Кутузов напивался и зверел.  Кульминацией этого события стал её последний танец.

Она попросила Михаила Илларионовича  заказать у оркестра для неё либертанго  композитора Пьяццоллы. Полковник подошел к оркестру, проговорил заказ, дал денег. Оркестр заиграл, и она тут же вышла на центр площадки. Приняла первую позу танца. Публика не смела ей мешать, заинтригованные посетители подходили, образуя широкий круг. И она под ритмы танго пошла по кругу. Окидывала назад свою голову, понимая холмы грудей, прогибала обнаженную спину, так, что обтянутая фиолетовой с красным отливом тканью попа  плыла отдельными холмами перед восхищенными взглядами зрителей.
Она дерзко взмахивала руками, неожиданно всплескивала ими, делала резкие широкие повороты, отчего разлеталась юбка, обнажая напряженные ноги. Она никого не видела, предавшись танцу.  Самозабвенно отдаваясь внутренней свободе, спровоцированной нарастающими  ритмами раскованного танго, она неслась по кругу дерзко, с вызовом наступила на публику, словно выливала внутреннюю ярость. Она била по воздуху кулаками, её тело рвалось на свободу, и она ему не отказывала в вольности движений.

Опьяненный полковник шалел. Он тут же позвонил водителю машины и приказал срочно подъехать к ресторану. Выхватил Дарку из круга, чем вызвал шквал протеста,  попросил подать счет, расплатился и в сопровождении кричащих на него мужчин  потащил фиолетовое сокровище  на улицу. Ей предлагали денег, уговаривали остаться, она только смеялась.  Скандал  продолжался, пока не подъехала машина. Быстро затолкал Дарку в неё, влез сам, и машина рванула с места.
 
По дороге Кутузов только нечленораздельно мычал. Он не знал, что говорить, но возбуждение было беспредельным. Только спросил:
- Даша, Вы шпионка?
- Да, - ответила с вызовом, - а что? Сама подумала, вот ведь, битюк битюгом, но как верно прочитал её!
- Да нет, ничего, - примирительно ответил.

 Подумаешь, шпионы, вредители, да пол-России состоит из вредителей. И что? Потом,  разве это имеет значение, когда он без ума от неё, и эта богиня рядом, на остальное наплевать.
По приезду на место, они вышли из машины, машина ушла, он проводил её до  дверей её комнаты, попытался обнять. Осторожно отвела его руки, поцеловала и тихо произнесла:
- Всё будет, дорогой Михаил Илларионович, но не сейчас и не здесь. Я всё потом скажу.
И ушла, закрыв перед ним дверь.

Наутро она нашла Григория. Пусть передаст в центр, операция переходит в заключительную стадию. Пусть подготовят для неё информацию, что нужно отсюда им привезти и пусть готовят деньги. В долларах.




Прозрение Андрия Вытрищака.


На базу привезли  задержанного в Хохловке парня.  Одет был совершенно нелепо, широкие заштопанные старые штаны, старая запачканная куртка. Его заметили крадущимся между хатами, остановили, когда тот  двинулся к лесу. На любые вопросы отвечал  на каком-то диалекте украинского, из его ответов можно было понять, что парень заблудился, испугался и сам не ведает, куда идёт. Всё бы ничего, но смущали наколки на теле парня, что виднелись за отворотами куртки, там были свастики, портрет Гитлера. До выяснения посадили в карцер. Дарка как только увидела его, сразу узнала в нем Андрия. Это стало проблемой. Он мог даже взглядом выдать её. Тучи нависли над её головой. Надо было что-то решать. Рассказала всё Григорию.
Григорий  посетил  арестованного парня под предлогом чистки нужника.  Обоим было понятно, что узник под пытками во всем сознается и его расстреляют, но перед этим  может сдать Дарку, чего нельзя допустить.  Андрия необходимо ликвидировать. Дарка возражала, но Григорий уже готовил план передачи задержанному ампулы с ядом.
Но тут произошло невероятное событие, разрушившее их замыслы.
Командир полка пожелал сам  побеседовать с заключенным.

Он  пришел к нему в карцер, ему принесли стул. Но не сел, а просто облокотился на спинку, и, глядя в глаза бродяги, начал задавать вопросы.
- Имя?
- Андрий Вытрищака.
- Рядовой?
- Да.
- Где служил?
- В батальоне, что у вас напротив.
- Давно воюешь?
- Только прибыл из учебки. Выход на Хохловку был первой операцией.
- Убил кого?
- Не успел, спрятался в пустой хате, когда начался бой.
- Где форма, почему в тряпье
- Нашел в хате, чтоб пройти заслоны. Форму там оставил.

Теперь командир сел на стул. "Так - так, - прошептал, -  ну и славненько".
- Расскажи-ка мне, парень, зачем ты пошел воевать? Чего тебе не хватало дома?
- Так вы же напали на Украину, надо же дом защищать.
Командир нахмурился.
- Мы не напали, нам не нужен твой дом, мы пришли на помощь нашим братьям, русским людям, живущих на Донбассе, которых ваша власть зачем-то стала убивать. Вот скажи, зачем вы стали убивать людей, которые ни на кого не нападали, так ведь,  не нападали? Верно? Скажи, они хоть кому угрожали? Нет? Не убивали и даже не угрожали. Тогда почему?

Он встал, прошелся по камере. Андрий сидел на топчане, покрытом матрасом, склонив голову.  Проговорил:
- Ну, они не хотели, чтоб Украина вступала в Евросоюз и в НАТО. Держали нас.
- Правильно, что не хотели. Они жили торговыми, производственными, культурными, наконец, родственными связями с Россией, а в Евросоюзе это было бы разорвано. Оказались бы без связей с родственниками. Да и вы там никому не нужны. Прислугой будете, а не хозяевами, разграбят Украину, присвоят всё ценное, и вам ничего не останется. Разве вам плохо жилось в Советском Союзе? Украина была самой развитой республикой, мы с вами вместе её защищали от фашистов, вместе отстраивали,  сделали красавицей. Вот ты Гитлера себе наколол. А ты знаешь, сколько твоих украинцев Гитлер убил, сжег, повесил? Миллионы и миллионы. А ты решил им гордиться. Если бы могла подняться из могил убитая фашистами Украина,  разорвала бы вас всех, кто Гитлера носит на груди, кто фашистов славит.  Ты хоть понимаешь это? Получается, ты тут не за Украину воюешь, а за фашистов, за Гитлера, продолжаешь его паскудное дело. Вы напали на жителей Донбасса, как фашисты напали на нас с вами, чтоб убивать, или сделать рабами.
- Нет, не так. Я просто хочу, чтоб люди жили так же свободно и богато, как на Западе. Вот за это сражаюсь.
- Запад Вас использует как тупое быдло. Вы Западу вообще не нужны, кто там из ваших украинцев счастливо живет на Западе? Никто. Становятся холопами, ворами, проститутками. Западу нужна только земля Украины, её ресурсы, как, впрочем, и наши ресурсы, а не вы и не мы.  Западные кураторы  разжигали  у вас ненависть к нам, чтоб вы, сами того не понимая, только на этой ненависти стали убивать русских и погибали сами, они специально провоцировали между нами войну. Они и дальше будут её поддерживать, чтобы мы как больше убили друг друга, и освободили им наши земли. Только в союзе нас с вами, русских с братским украинским народам может состояться наше общее развитие, нам, в отличие от Запада,  не нужны ваши земли, нам  нужны вы, как товарищи в общем деле. Подумай над этим.

Командир поднялся и пошел на выход. Сказал сопровождающему офицеру.
- Освободите, отправьте обратно в Хохловку, пусть уходит. Мы не убийцы, нам лишние смерти не нужны.
Андрий поднялся в изумлении.
- Вы отпускаете меня на свободу? Но я же враг вам!
- Не враг ты нам, просто обманутый несчастный ребенок. Иди домой, Андрий Вытрищака, живи.

Командир допускал, это этот солдат вернется в свою часть, его будут расспрашивать, как русские к нему отнеслись, пусть всё расскажет, как есть, и другие задумаются, если смысл им здесь умирать. Не лучше ли им сдаться.

Андрия  посадили в машину и отвезли, как велел командир, в Хохловку и отпустили, наказав своим не препятствовать его уходу.

Андрий шел через лес, в голове был полный хаос, пытался навести хоть какой-то порядок, но ничего не получалось. Почему не пытали и не расстреляли? Его же убеждали, что русские обязательно убьют, но перед этим подвергнут пыткам. Видимо, надо подождать, когда всё само собой уляжется. Сел под деревом и незаметно уснул. Во сне видел оставленный свой дом, свой городок. Проснулся, и решил бежать отсюда в свой дом, в свои края. Он больше никого не хотел убивать, вообще участвовать в этом.  Надо бежать.  Его искать никто не будет. Он не вернулся из боя, значит, в дивизионе  его будут считать  погибшем или без вести пропавшим. Только надо увести отсюда земляка Гната. А вот его будут искать, ведь будут считать его дезертиром. Но это лучше, чем просто погибнуть, пусть считают, как хотят, ведь можно будет уйти за рубеж или сдаться русским. Андрий крадучись отправился в свою часть, главное, никому не попасться на глаза.

Добрался до своей базы ночью. Он вспомнил, куда уходил Гнат ночевать. Прокрался к его бункеру, заглянул вовнутрь. "Гнат" - тихонько позвал. Ответа нет. Позвал во второй раз, третий. Наконец, внутри началось какое-то движение, появился заспанный его земляк. Увидел Андрия и остолбенел.
- Тебя же убили, - воскликнул, но Андрий тут же прикрыл ему рот. Пошептал "Выйдем, поговорить надо".
Они вышли, Андрий, показывая Гнату знак молчания, отвел его подальше от базы.
- Слушай внимательно, земляк. Ты меня не выдавай, пусть все думают, что меня убили. На самом деле меня взяли в плен, но не убили, и даже не пытали, а просто отпустили домой. В это трудно поверить, клятые москали, сохранили мне жизнь, просто так, ничего не потребовав. Взяли и выпустили на свободу, да ещё привезли сюда. Ты можешь в это поверить? 
- Да ты что? - не поверил Гнат. - Они специально сюда пришли, чтоб всех нас убить! А тебя, пришедшего воевать с ними, взяли и отпустили? Тебя должны были пытать, нам тут всем про это рассказывают. Ты, наверно, мирняком прикинулся, в ножки падал.
- Да хоть чем поклянусь, я всё рассказал  им, как есть, что пришел воевать против них. А их командир только спросил, успел я за это время кого нибудь убить, я ответил, что не успел. Ну, говорит, тогда и не убивай, иди сынок домой. Не надо против нас воевать, мы добра вам желаем, мы не с вами сражаемся, а с убийцами русских людей. Вам зачем умирать за этих негодяев? Вот я тебя хочу спросить, за кого или за что ты согласен умереть и тут лечь в землю?   
Гнат поёжился:
- Я вообще не хочу умирать, просто призвали на фронт и велели воевать. Дескать, родину от русни защищать.
- Мне тот командир всё разъяснил. Не нужна им наша Украина, не собираются они её захватывать. Они только хотят прекратить убийства  русских на Донбассе, и вообще давить русских, пусть живут, как прежде жили, и будет мир, покой и дружба. Тебе разве не нужен мир, покой и дружба?
- Почему не нужно, всем нужно.
- Да нет, не всем, Америке с Европой не нужны. Им нужны земли Украины, а война нужна, чтоб мы с русней как можно больше убили друг друга, тогда им больше земли достанется. Чуешь, что происходит? Я не хочу, чтоб в этой бойне ещё ты, земляк, погиб. За чьи-то интересы.
Гнат поежился.
- Так что ты предлагаешь мне? Дезертировать? Так найдут и посадят.
- А пойдем вместе к тому русскому командиру, пусть нас в плен возьмет. Если он уже отпустил меня, то снова не посадит, а я поручусь за тебя, ты же добровольно к нему придешь. Нам надо пережить эту войну, и живым вернуться домой. Согласен?
- Пожалуй.   
- Тогда пошли.
- Прямо сейчас?
- А если сейчас тебя  погонят в атаку, в которой погибнешь, то поздно будет думать и твоем спасении. Пошли.

Так они и пошли, Андрий в деревенской одежде, Гнат в тренировочном костюме, в котором спал.  Пошли по известной Андрию дороге в сторону базы полка.
- Стой, - услышали, - их окружила русская разведка, - кто такие, куда.
 Андрий ответил.
- К командиру полка. Доложите, что вернулся Андрий Вытрищака и привел товарища.
 
Их привели на базу, доложили командиру. Тот велел их привести к нему.
Привели. Командир посмотрел на Андрия.
- Ну ты чего вернулся? Не пошел в свою часть, и домой  не пошел.
- Захотел спасти своего друга, вот привел его. Мы больше не хотим воевать. Ни с кем и не против кого. Мы хотим мира.
Командир задумался.
- Вот что, ребятки. Хотите мира, это хорошо, и нам нужен мир, но такой, чтоб всем на Украине было хорошо жить, и украинцам и русским и другим народам. Давайте вместе бороться за такой мир. Если украинская армия сложит оружие, а власть установит такие порядки, при которых всем станет хорошо, то и мы воевать не будем. Кто против такого мира? Только запад, да ваши нацисты, натасканные западом. Кто за мир и дружбу? Все русские и большинство украинцев. Так что пишите листовки, разъясняйте своим товарищам, что нет смысла воевать с русскими, если воевать, так с нацистами. Пишите на родном языке. Убеждайте складывать оружие, сдаваться в плен. Не надо отдавать свою жизнь за чьи-то дурные замыслы. Я распоряжусь, чтоб вас обеспечили всем необходимым, поставили на довольствие.

Дарка снова увидела на базе Андрия, но не подходила. Это было опасно.   Григорий говорил, что его отпусти. Раз вернулся, значит, переметнулся к русским, врагам Украины. Он сдаст её. Надо скорее заканчивать дело. 





Заключенный  Тимофеев в лагерной зоне.


Бурый смотрел на Тимофеева испепеляющим взглядом, а тот на него удивленно и испуганно.
Просто не веря глазам своим, запинаясь, спросил:
- Я на каком свете? Уже на том?
- На тот свет отправиться успеешь, - отвечал Бурый, - может даже сейчас, если не будешь правильно отвечать на мои вопросы.
- Так тебя же нет! Тебя же убили!
-  Я что, дурак,  подставляться под пули? Ребятам, правда, не повезло. А я исчез, растворился, а вот теперь тут.
- А сюда как попал, за что взяли?
- Это тебя взяли. Ты же знаешь, менты  все купленные. Это я их просил тебя найти и сюда доставить.
- А зачем я тебе?
-  Капуста, ты совсем дурак? Где деньги мои, где камни? Ты же последним уходил из офиса, кто сейф взломал? Рассказывай, как было. Учти, кое-что мне известно. Так что всё по чесноку.
- А что мне скрывать. Валька забрала твои деньги. У неё был ключ от сейфа.
Бурый удивился:
- Откуда у неё ключ? Он всегда при мне.
- А не надо с проститутками напиваться до дури. Сделала слепок, а по нему дубликат.
Старый вор нервно заходил по камере.
- То-то он  был какой-то заляпаный. Так, значит, Валька при тебе открыла сейф и сама все богатства утащила, а ты, вроде святой, стоял рядом и ничего себе не прибрал?
- Прибрал. Только то, что полагалось на зарплату. Больше нельзя, бог накажет.
- А как же ты раньше воровал, если бога боишься? - Бурый оскалился.
И правда, что-то тут у Тимофеева не складывается. Прикинул, а бог тут причем?
- Да не боюсь я бога, евреи его придумали, он просто выдуманный тип. Но есть другой бог, не еврейский, совесть называется. Если на жизнь украл, так она поймет и простит, а вот если на баловство, то нет. Сгрызет.
- Совесть? - удивился Бурый, - ты мне порожняк не гони. Не бывает у людей никакой совести. Где ты видел людей с совестью? Можешь хоть кого назвать?
Поморщился, подумал, перешел на снисходительный тон.
- Ладно, Капуста. Сколько бы ты не присвоил моих денег, вернешь мне с избытком.
-  Бурый, не веришь? Найди Вальку, у неё все твои деньги, сам увидишь, что я их не брал.
- Ты сюда слушай, что говорю. Вальку ищут в Беларуси, она туда уехала. А ты всё равно мне должен. Слушай,  что от тебя требуется. Сейчас напишешь заявление, хочу-де  добровольцем помочь выполнению специальной военной операции на Украине. Мне отдашь, я дам ему ход. Тебя прикомандируют к одному полковнику, снабженцу. Будешь выполнять его поручения. У него склады с разным военным хозяйством, он понемногу с этим химичит, подделывает документы, и неучтенку сбывает налево. Хоть понемногу, а денег на этом имеет немерено.  Жук ещё тот. Он там сейчас один,  ему толковый помощник в этом деле нужен. Мне отдашь лимонов десять, а дальше на себя воруй.
- А тот полковник отдаст такие деньги?
- Куда денется? Он мне должен. Мы с ним вместе начинали химичить, только он, сучара,  всё больше себе отжимал. Я это узнал, и к нему с предъявой. Иначе на перо. Отдал немного, вот эти деньги и были в сейфе, остальное обещал потом отдать. А сейчас его в зону действий перевели, тоже на склады. Бабу какую-то взял с собой,  думал, помогать будет воровать, только дурой оказалась та милочка.  Ничего не может.

Тимофеев поморщился, это уже не капусту воровать, тут дело серьезней будет, потянет на государственную измену.  Нет, на это он не подпишется, посадят и надолго,  но ответил:
- Подумать надо.
- Ты не дури, Капуста. Учти, откажешься, пойдешь по статье "нападение на полицейского, с тяжкими последствиями". Минимум десятка тебе светит. А могут на пожизненное отправить. Как дело повернуть. Так что выбирай. Завтра зайду с бланком заявления. Потом денек уйдет на твоё оформление с предписанием прибыть  к полковнику, а после  заберу тебя отсюда. Пока посидишь здесь, чтоб не сбежал.
- А за воровство с полковником сколько дадут?
- Да ты совсем дурак. Для чего в России устроили переворот? Чтоб разворовывать её, родину нашу драгоценную, богата Россия - матушка, сколько ни воруй, не обнищает. Ребята, что пишут законы, специально оставляют щели и проходы, чтоб можно было воровать, и всё по закону. Такой парадокс. Знаешь, почему хорошему юристу много платят?  Потому что он, как лоцман на море, знает проходы среди подводных рифов.  Сажают только дураков, не знающих законов, лезут в воду, не зная броду. Никто за воровство тебя не посадит, положись на меня.
Бурый погремел ботинком по решетке, пришел стражник и выпустил его. Клетка снова закрылась.

Тяжело было думать Тимофееву. Голова гудит, нутро болит, во рту гадюшник. Нет, думает, всё же как-то надо выбираться, перспектива десять лет мотаться по лагерям, а то и пожизненно сидеть на нарах, причем,  без надежд и вариантов, совсем не радует. Хоть и поганое предложение Бурого, а надо соглашаться. Там что-нибудь можно будет придумать.

Забылся на досках недолгим сном. Пригрезилось, будто ангел прилетел весь в белом. Опустился и говорит: "Не вешай камень на душу, Витя. Не бери грех. Тяжело будет с камнем жить. Иди в тюрьму, раз так надо, я буду с тобой".

На следующий день, когда Бурый явился с пачкой документов, которые Тимофееву надлежало подписать, он отвернулся от него.
- Чего отвернулся, Капуста? Давай подписывай, и выходи на свободу!  Несколько твоих закорючек и лети за большими деньгами. А что ещё человеку нужно? Свобода и деньги. А барышни налетят на эти деньги, как мухи на мед. Отбоя не будет.

Виктор молчал. Ему не нужна свобода. Работы нет, жены тоже нет, квартиру загнала, значит, и жилья нет. Уготована дорожка только в криминал. А он не хочет идти по ней. Там мрак, ворованные деньги мстят, он это точно знал.
- Ну, Капуста, чего мумию изображаешь, подписывай давай.
- Ты, знаешь, Бурый, ты не обижайся, но подписывать я не буду, - глухо проговорил Виктор, мучительно подбирая слова.
- То есть как это "не буду"? Что за выкрутасы? Я уже со всеми договорился, всё подготовил, тебе только сливки слизать. Ты это прекращай, "не буду".
- Не могу, он не разрешает.
- Кто тебе не разрешает?
- Ангел.
- У тебя что, крыша поехала? Какой ангел? Откуда ты этой дури нахватался про бога,  про совесть, теперь ангела? Тебе разве в школе не объясняли, то ни бога, ни ангелов не существует?
Деньги надо делать, а не пузыри из соплей надувать. Тебе твой ангел не сказал, что тебе сейчас десятка светит, если не подпишешь.
- Значит, пусть будет десятка. Там будет жильё, работа, еда. Жизнь без нервотрепки и забот.   Мне больше ничего и не надо. Не хочу. Устал. Уходи, Бурый. Прощай.
- Ну, ты и вправду рехнулся, Капуста. Дураком был, таким и окочуришься в лагерях.
Виктор только выдавил.
- Прошу тебя, уходи.
Бурый плюнул, пробурчал "без тебя обойдусь, только время на дурака зря тратил", позвал дежурного и ушел.
               
На следствии Тимофеева всё спрашивали, с какой целью набросился на полицейского? Показать ненависть к власти, к новым порядкам? Тогда политическая. А если из личной неприязни, тогда уголовная. Но всё равно до десяти лет.
Виктор начал было говорить, что он ничего не делал, просто сидел на скамейке в сквере, горе заливал водкой.  А полицейские скрутили и избили.  Но вскоре сменил пластинку, потому что  следователь предупредил, что не предъявит Тимофеев следов избиения, будет ему дополнительный срок  за клевету на правоохранительные органы. А их, синяков, и вправду  не было, изверги знали, как надо бить. Пришлось говорить -  не помню, не знаю, пьяным был.
На суде в качестве смягчающих вину подсудимого адвокат сослался на стрессовое состояние, которое возникло у Тимофеева в результате одновременно навалившихся бед: лишение работы, уход жены и лишение жилья. И ещё смягчает вину его абсолютная неприспособленность к новой жизни, видимо потому, что он просто дурак,  хоть и с высшим образованием, а это уже можно приравнять к инвалидности.
Судья определил ему три  года лагерей, и отправили Тимофеева спецвагоном для заключенных в далекую Сибирь. Правильно ему когда-то  пророчили бандиты Бурова. Он вспомнил тот момент.
 " - Какой ты Виктор? Победитель. Капустой тебя зовут.  Чалился?
За Виктора ответил сопровождающий.
- Откуда ему? Успеет ещё, никуда не денется".

Привезли Виктора в колонию, прилепившуюся к небольшому городку. Территория ограждена  высокими бетонными стенами с колючей проволокой наверху, и вышками по углам, на которых бдительные солдаты следят за всем, что происходит внизу. На территории административные здания, клуб, баня, столовая, крытые туалеты, состоящие  из дырок в полу, длинные бревенчатые бараки в три ряда.  В один из них поселили Тимофеева.

Привел его туда контролер, показал на верхнем ряду пустующее место с матрасом.
- Можешь занимать, бельё получишь завтра вечером, а утром вместе со всеми пойдешь на рабочую зону, там покажут, что надо делать. Подъем в 6 утра. Быстро на завтрак в столовую, в 7 построение у ворот.
И ушел.

Его обступили заключенные, как зовут - спросили, откуда, сказали - надо прописаться.
А это как? Вот станешь на перевернутую  скамейку, глаза тебе завяжем, чтоб не смотрел, и будем поднимать скамейку с тобой. На потолке надо поставить карандашом крест. Для опоры рукой будешь держаться за чью-то голову. А потом, не снимая повязки на глазах, надо будет прыгать вниз.
Тут же перевернули скамейку, предложили стать на неё, дали в руку карандаш, завязали полотенцем глаза. Один из них подставил свою голову, чтоб новичок рукой оперся, дабы держать равновесие, пока скамейку будут поднимать. И вот подъем начался. Тимофеев ощущал высоту подъёма по мере опускания головы под рукой. Высота получалась приличной.  Карандашом нащупал твердую поверхность, поставил крест. "Теперь, - закричали, - прыгай!".
Мысленно представив, как надо прыгнуть с такой высоты, чтобы не разбиться, а опуститься на ноги,  и прыгнул. Ударился со всего маха всем телом об пол, разбил лицо. Хохот разлился по всему бараку. Оказывается, его совсем не поднимали, лишь оторвали скамейку совсем немного, а имитацию подъема создавал тот парень, за голову  которого держался Виктор. Он только  приседал. А потолок имитировал другой, подставив книгу. С этой пустяковой  высоты и шлепнулся всем телом ошалевший новичок.

Хохот прервал резкий возглас:
- А ну, братва, разойдись!
Братва расступилась, и из глубин барака через образовавшийся проход к герою событий стал приближаться интеллигентного вида старичок. Видимые части тела, даже шея были исколоты замысловатыми татуировками.
- Шалят ребята, с детства не наигрались. Ты уж прости их, дураков, милок, - голос его был тихим и вкрадчивым. - Карт не разрешают, девчонок не пускают, а жизнь кипит в организмах, гормоны играют, требуют приключений. У тебя, как я вижу, первая ходка. Не знаешь наших порядков. Ну ничего, тут ребятки научат жизни в лагере. А ты привыкай.
- Бугор, а давай мы с ним в прокурора сыграем. - Крикнул кто-то из ребяток.
Не обращая внимания на выкрики, продолжил.
- Тебя как мама с папой назвали?
- Виктором.
- Вот что, Витя, ты залезай на шконку, отдыхай пока. Завтра тебе поработать придется за двоих. Будешь по две нормы давать каждый день,  будет тебе слава и покой. А не будешь - поиграть с братвой придется.
Тимофеев забрался наверх, и измученный событиями дня, сразу провалился в глубокий сон. Не помешала даже боль ушибленного тела.

Наутро очнулся от громкого звона ударов железной трубы  по болтающемуся рельсу. Сразу возникли крики, шум. Один за другим заключенные затопали сапогами по дощатому полу. 

Один из них больно пихнул кулаком в бок.
- Вставай, первокурсник! Надо успеть похезать и на развод.

Он поднялся, намотал  на ноги выданные накануне портянки, влез в сапоги. Надо дождаться очереди, чтоб посидеть в общем ряду  над дыркой в туалете, потом к крану с водой, чтоб ополоснуться. А там построение и в столовку. Каша, чай и пошел вон.

Аккуратными колоннами отряды выстроились перед воротами на выход. Их пересчитали и в окружении вооруженных автоматами конвойных с собаками повели к месту работы.
В городе вводилась в строй районная котельная. Печное отопление в домах заменялось на централизованное. Стояла задача прокладки теплотрасс от этой котельной до всех домов. Траншеи для них должны прокопать заключенные. Глубина в полтора метра, ширина в метр.  А если траншея должна пересекать  дорогу, то тут уже не их дело, тут будут работать вольные специалисты. Особые требования к тем местам, где траншеи подходили  к домам. Тут надо копать глубже, чтоб трубы прошли под фундаментом или до того места, где фундамент можно было пробить.

На поверхности уже набиты колышки, как ориентиры, где надо копать. Лопаты, кирки и ломы находятся в бытовке, она тут рядом. Неподалеку сколоченный из досок переносной стол, как потом выяснилось, для обедов, а еще лежала груда планок длиною в метр и полтора. Это были мерки. Объявлена норма для каждого - один метр прохода на день. По окончании работы выкопанную траншею следовало плотно закрыть пленкой, чтоб при дожде не размывалась. Рулоны пленок тоже лежали в бытовке. 

Работа велась комплексно. Пока заключенные прокапывали к домам траншеи, уже сзади специалисты вели  прокладку труб, заключенным оставалось их закопать, засыпав сначала песком. Груды песка располагались тут же.

Тимофеев был поставлен копать траншею к детскому саду, а другие невольники должны будут копать неподалеку, чтоб было проще их сторожить.
Прозвучала команда "Приступай" и землекопы, взяв
из бытовки инструменты, забравшись в выкопанные до них траншеи, начинали прокапывать дальше по помеченному колышками пути.

Тимофеев принялся за работу со свойственным ему энтузиазмом и тщательностью. Грунт  оказался глинистым, тяжелым, приходилось даже ломиком долбить, да еще тело после вчерашнего падения болело, он вскоре стал уставать. Хоть на руках и были перчатки, но они не спасали от натирания пальцев и ладоней. Виктор с ужасом стал осознавать, что эта непривычная для его тщедушного тела работа скоро его добьет. Ему даже одну норму не сделать, не то, что две, как велел Бугор.
Он снял сапоги, снял с ног портянки, и обмотал ими руки. Работать стало неудобно, но ладони уже меньше саднило. Он выкладывал все силы. Вонзал лопату в ненавистную землю, перемешанную с глиной, стараясь подхватить побольше, размахивал и выкидывал её подальше, чтоб не сползала  обратно. Копал и копал, каждый раз сверяя с мерками глубину и ширину траншеи, метр вверху и метр внизу, стенки делал ровными, пока не прозвучала команда "Обед".

Он насилу выбрался на поверхность. Мышцы не слушались, руки и спина застыли в болезненном напряжении. Полусогнутым добрался до стола. Из привезенных бидонов раскладчик плюхал в миску порцию супа, а потом в неё же макароны с вымоченной селедкой. Ставшие к нему очередь невольники брали наполненные миски, по два ломтя хлеба и брели к столу. У каждого в кармане постоянно находилась ложка, никогда не мытая, они её вытаскивали и принимались за еду. Ложка была выдана и Тимофееву. Он ел жадно, и еда его словно оживляла. Рядом сел немолодой старожил.
- Слушай, парень, - сказал, обращаясь к Виктору, - ты так скоро доходягой  станешь. Зачем ты так стараешься? Глубина нужна только в середине канавы, где будут лежать трубы, и ширина с метр внизу никому не нужна. И ровные края - лишняя трата сил, всё будет закапано. И учти, не сделаешь две нормы, бандиты с Бугром превратят твою жизнь в ад.
- А почему я должен делать две нормы?
- Потому, что каждый здесь вынужден делать норму за себя и  этих бандитов, они вообще не работают, а ещё за тех, кто вместо рытья траншей строят дома лагерному и городскому начальству.
- А полагаются нам какие деньги за эту работу?
- Полагаются, но копейки, чтоб на ларек хватало, без дополнительного питания с такой работой трудно выжить. Да и те не всегда дают, начальство забирает.
Тут прозвучала команда "Обед закончен. Всем работать" и разбрелись невольники  по своим траншеям. Тимофеев стал следовать совету соседа за обеденным столом, и дело пошло быстрее. Однако тогда норму он так и не выполнил. Принимать работу пришел гражданский контролер нормировщик. Ходил по всем траншеям, отмерял рулеткой, отмечал в блокноте, кто сколько прокопал. Вместе с ним ходил один из бандитов свиты Бугра и тоже записывал.

Когда отряд вернулся на зону, разошлись по баракам, бандиты Бугра принялись затаскивать в свой закрытый простынями угол тех, кто не сумел сделать установленные ими две нормы. Наказанием служил штраф в виде посылки от родных с набором питательных продуктов. Они, естественно, при получении должны быть переданы группе Бугра. Кто не мог организовать себе такие посылки по причине бедности родных, тех унижали, заставляли спать под нарами, на них мочились и даже избивали. Продуктов, даже невиданных в тех краях, собранных таким образом, накопилось у  бандитов  великое множество. Что не съедалось, то дарилось службистам и даже начальству лагеря. За это службисты   водили их в дом свиданий, расположенный на территории лагеря, привозили девиц для развлечений, накрывали стол с хорошей выпивкой.  Начальство на это закрывало глаза.

Вызвали и Тимофеева. Бугор потребовал объяснений. В ответ тот протянул ему красные с кровавыми буграми ладони, показал натертые сапогами ноги, которые были без портянок.
- Других оправданий у меня нет.
Бандит, который проверял их работу, сказал, что у него в Вите претензий нет, работал до изнеможения. Его простили. Ладно, не втянулся ещё первокурсник в работу, пусть втягивается. Пару недель Бугор наказывать не будет, но потом придется отвечать по всей строгости.

Шли дни, недели, они всё копали и копали. Постепенно Виктор втянулся в это дело, мышцы окрепли, появилась сноровка, он приблизился к установленному Бугром нормативу. К нему уже претензий не было. Так копая изо дня в день, он приблизился к стенам детского сада, стал вгрызаться в глубину вдоль фундамента, чтоб найти ввод для будущих труб, и вырыл приличную яму. Чтоб размяться, выпрямился, запрокинул голову и обомлел. В стене над местом его копания оказалось окно, створки распахнуты, и в середине улыбающееся девичье лицо. Девица в упор смотрела на него.

Тимофеев охнул и присел. Этого не может быть! То была Валентина! Та самая, которая рядилась проституткой у Бурова, ограбила его и махнула в Сибирь по совету Тимофеева!
Так вот где она, оказывается, осела.
 
- Валь, -  прохрипел Виктор, - ты, что ль?
- Капуста! Привет, друг мой дорогой! Я тут давно за тобой наблюдаю. Всё роет, копает, словно могилу себе. Ты чего сюда забрался с такую глухомань? Не нашел где у себя поближе копать?
- Так, видишь ли, какое дело.   По радио сказали, что тут один садик замерзает, так взял лопату и поехал трубу с теплом садику протаскивать! А ты почему здесь, а не на лазурном берегу?
- Да надоели рестораны, казино, пляжи, яхты, разные французики с этикетом. Пардон, се ву пле, мадам! Ни одного нашего родного крепкого слова. Давай, залезай ко мне, хоть обнимемся!

Тимофеев огляделся по сторонам, нет ли рядом надзирателей, не следит ли кто за ним, но никого не обнаружил, вылез из ямы, дотянулся до окна, подтянулся, да она за шиворот подхватила, вскарабкался на подоконник и перевалился вовнутрь прямо в Валькины объятия.
Зашептала:
- Капуста, друг ты мой, как же я вспоминала тебя, только ты один был нормальным человеком в этой свихнувшейся стране!
- Так зачем ты в неё вернулась?
- А я и не уезжала никуда, как дуриком закатилась сюда, так и осталась.
- А почему не в Европу, или Америку, у тебя же миллионы были, а с камнями, так и не сосчитать. Лети куда пожелаешь. А ты здесь. Почему?
- Был ты Капустой, Капустой и остался. Ну, кем бы я там была? Там всё чужое, язык, нравы, понятия другие, белой вороной или пустым местом. Поговорить даже не с кем. Как подумаешь о чужбине, так тоска берет. А как там думать о далекой Родине? Это ж повеситься можно! Нет,  не могу я жить в чужой стране. Только в этой, богом проклятой стране могу. 
-  А где же твои миллионы.
- Нет больше у меня миллионов, друг дорогой! Зато вот этот садик теперь мой. Купила я его. И всю обстановку купила, детишек ко мне водят и я их всех люблю, всех кормлю, даже с улицы голодных. Это уже за те камни, что барыге затолкала.
Засуетилась.
- Пойдем на кухню, хоть немного тебя подкормлю, ведь отощал как! Чисто Кощей Бессмертный. Пошли, не отказывайся, норму свою уже сделал, накопался.
А он и не думал отказываться. Дело даже не еде, хотя был как обычно голоден. В этот момент он физически не мог возвратиться в тот суровый и опасный мир, который ожидал его снаружи. Валентина своим теплом и домашним уютом растопила  его оборонные инстинкты, прежде всегда готовые сражаться, чем лишила защиты ранимую душу. 
Она его кормила щедро, наливала борщ, подавала котлеты с жареной картошкой, предлагала даже выпить, но он, из опасения потери бдительности, отказался.
- Так расскажи, Капуста, как ты в зоне оказался.

Тут он оторвался от еды и стал пристально рассматривать хлебосольную хозяйку.
- Не зови меня больше Капустой. Меня Виктором зовут. Я Виктор Тимофеев. Для тебя просто Витя.
- Витя? Я тебя знала как Капусту, а как Виктора Тимофеева совсем не знаю. Давай заново знакомиться, Расскажи, Витя, о себе, кем был, как стал Капустой и как заключенным стал. Выкладывай всю свою историю.

И Тимофеев, не торопясь всё о себе поведал, как двигал науку, и даже работал над диссертацией, как потом продал её, как воровал капусту, как водопроводчиком стал. Рассказал и про свою жену Людмилу, которая бросила его, и как потом попал в тюрьму. 
Закончив,  попросил Валентину рассказать о себе.

Судьба у Вали была не менее сложной. Всё вначале в её семье было хорошо. Она после института работала в школе учительницей иностранных языков, родители, отец и мать работали на предприятиях города. Больше в семье никого не было. Вышла замуж за артиста местного театра, казалось, всё было замечательно, только детей не было.  Но вот наступили новые времена. Предприятия, где работали родители, закрылись, всех уволили без пособий. Её школу тоже закрыли, детей растолкали по другим школам. Обанкротился и театр мужа. Наступило самое страшное время, все в семье  оказались безработными и без средств. Над ними завис голод. Стали распродавать вещи, книги, словом, все, что можно было продать. В это время муж усиленно искал способы заработка, и что-то нашел, стал  приносить какие-то деньги. Но  ничего не рассказывал о своей новой работе, только постоянно куда-то уходил, пропадал с ночевками, говорил о секретности его дела.  Однажды он исчез. Она искала его по больницам, моргам, обращалась в милицию, но так и не могла найти.  Потом ей кто-то позвонил и сказал, что её муж задолжал большую сумму, они его похитили и держат в каком-то подвале, будет там гнить, пока не расплатится. Спросила, сколько же он должен. Ей ответили, и она схватилась за голову, где же найти такие деньги? Им даже продать уже нечего. Ей сказали, что могут ей помочь разрешить эту проблему, для этого ей надо к ним приехать. Она спросила, куда и отправилась к ним. Разговор состоялся в небольшом кафе.
Двое представительных мужчин внимательно осмотрели её и спросили, знает ли она иностранные языки. Да она знает английский, французский, испанский. Сказали, что она им подходит. Спросила, могут ли они помочь вызволить на свободу мужа? Да, отвечали, если она будет делать, что ей скажут. Что именно она должна будет делать? Заниматься эскортом для богатых иностранцев. А это что? Сопровождать их повсюду, пока они здесь, развлекать. Но  это не предполагает интимную связь? Ну, как не предполагает, - мужчины улыбались. Предполагает, если те захотят.

Валентина тогда возмутилась, как они смеют такое предлагать. Она верна мужу. Мужчины рассмеялись. А ты не знала, чем твой муж занимался? Нет, не знала. Он был обыкновенным альфонсом. Ублажал и развлекал богатых престарелых, и не только престарелых иностранок. И с ними спал? А как без этого?  Она не могла поверить, тогда ей показали фотографии постельных сцен с её мужем. А долг откуда? Он у нас занимал большие деньги, чтоб делать им подарки, возить по дорогим ресторанам, клубам, рассчитывал на большие гонорары, а они уезжали, оставив его ни с чем. Отсюда долг. Если она откажется, он умрет в подвале. Она схватилась за голову и убежала, долго не могла придти в себя. Мы  позвоним, - бросили вслед.

Дома она ничего не сказала, провела в горячке ночь, в доме, хоть шаром покати, есть уже нечего, она не знала, что делать, и обратиться за помощью не к кому. А муж умрет. Его ничто не спасет, если она откажется. Когда ей позвонили, она согласилась. Но спросила, а её не кинут, как мужа? Не кинут, если она сразу будет брать оговоренный аванс, а потом, если она понравится, ещё с лихвой отблагодарят. Себе на жизнь может брать десятую часть, остальное будет им отдавать в счет мужниного долга. Спросила, скольких иностранцев придется обслужить? Как дело пойдет, но не больше двадцати.  Но делать нечего, она согласилось. 

Да, её представляли богатым иностранцам, она вела беседы с ними, была переводчицей, ходила с ними по разным заведениям, шутила, развлекала.  По ночам спала с ними,  старалась понравиться в постели, за это ей давали приличное вознаграждение. И уже через десяток иностранцев мужнин долг оказался погашенным.

Она перестала заниматься эскортом, просила больше по этим делам её не беспокоить. Мужа отпустили, но они уже не могли смотреть друг на друга, потому расстались.
 
- Вот так, - Витенька, - я стала  проституткой.
Валентна замолчала.
Тимофеев на это рассудительно ответил.
- Проститутка, когда душу продаёшь, а не тело. Тело отмывается, а душу не отмоешь. Не проститутка ты, Валя. Ты прекрасный человек, чистый ангел, который спасает людей своей жертвенностью.  Но что было дальше, как ты оказалась в детском саду?
И Валя продолжила свой печальный рассказ.

Хотя она выкупила мужа, спасла его от смерти, но к этому времени родители уже узнали о занятиях Валентины. Они её не упрекали, понимая, что она принесла себя в жертву для спасения и мужа и их, родителей, но настроение их было подавленным, и эта подавленность вызвала в их организмах массу болезней, и малых и значительных. Их надо было лечить, а лечение оказалось для них слишком дорогим.  Опять встала проблема денег. Делать было нечего, Валентина решила продолжить занятие эскортом. Пришлось обращаться к тем же мужчинам, которые поставляли ей иностранцев. Пусть дадут ей возможность ещё заработать денег, поскольку они теперь нужны для лечения родителей. Но те  отказали, мотивируя тем, что на её место нашлись более молодые девчонки, а она, Валя, не так уже свежа для конкуренции с ними. Но если она согласится делить с ними гонорар пополам, то что нибудь подыщут для неё.  Она приняла их условие, выставив встречное, пусть они  устроят её на работу, не обязательно в школу, с плохой её репутацией  туда не возьмут, хотя бы  в детский сад.

Сделка была заключена. Она ещё провела несколько эскортов и всю свою долю гонорара тратила на лечение стариков, но это их не спасло, старики один за другим покинули этот грешный мир. Отмучались. Но и к этому времени спрос на неё упал, она перестала кого либо интересовать. Молодые девчонки толпами устремлялись в проституцию.  Где же мой детский сад? - спрашивала своих работодателей, и они, наконец,  нашли ей место.

Её приняли на работу. Это был тот детский сад, где Тимофеев встретил её. Стало полегче. Но ненадолго. Её отзывчивое сердце страдало при виде голодных ослабленных детей, что приводили в этот сад унылые родители. А что она могла сделать? Ничего, лишь  только подкармливать из своей невеликой зарплаты.
- А как ты попала к Бурому?

Попала из-за этих детей. Однажды она пошла на рынок и увидела, как качки бандитского вида вели совсем молодых девчонок, куда-то в дальний барак.
Торговки ругались, слали им проклятия.
Спросила у одной, куда девчонок повели? Та изумилась, а ты не догадываешься? И закачала головой. Тогда Валентина решительно  пошла за ними.
Ворвалась в их помещение, увидела сидящего  зловещего вида мужика. Она сразу к нему со скандалом, что, дескать, вы делаете, это же дети, им учиться надо, а не свои тщедушные тельца продавать. Им жить ещё, а вы судьбы им ломаете. Тот отвечал, девчонки денег хотят, чтоб  шмотки новые купить, как им быть без модных шмоток? Вот  и приходят за деньгами к общему удовольствию. Никто не заставляет. Так дурочки они, мозгов нет и сами в пропасть лезут. Без шмоток обойдутся, бегите девчонки прочь отсюда!  А как же мы, - запротестовали бандиты, -  мы, дескать, уже настроились на кайф, ты, что ли их заменишь. Элементарно, - отвечала,  - такой кайф получите, что никаких девчонок больше не захотите. А не врешь? - не поверили, но она отбросила их сомнения, сказав  - давайте деньги. И всех нас удовлетворишь? Элементарно, только  сумма возрастет.   На том  и порешили. Девчонок тогда выгнали, а Валентина им устроила сексуальную оргию.  Отвалили столько денег, что и не мечтала. Просили ещё приходить, дескать, очень она им понравилась. Так Валентина  познакомилась с Бурым и его компанией. Теперь у неё были деньги, чтоб помогать детишкам.   

Пока она вела своё повествование, Тимофеев неотрывно смотрел на неё. Она остановилась, но он продолжал её рассматривать.
- Ты чего? - спросила.
- Я вдруг почувствовал, что тебя совсем не знаю. То есть знаю внешний образ, а кто ты такая по натуре, совсем не знаю.
- Какая разница, какая я.  Честно сказать я и сама не знаю. А зачем тебе?
- Я плыву в какой-то грязной жиже, тону в ней, она как топь меня засасывает всё глубже, вокруг темно, ищу хоть какой нибудь лучик света, чтоб к нему поплыть, и не нахожу. Но должен же он где-то быть! А вдруг это ты?   
Но вот раздался крик "Конец работы" и Виктор  поторопился в обратный путь.

******

В колонии вдруг стали происходить изменения.
Прежде всего, был смещен старый начальник колонии, и поставлен новый.
Против старого было возбуждено уголовное дело. Причина такого изменения заключалась в том, что в ряде колоний возникли бунты заключенных по причине нещадной их эксплуатации, присвоение начальниками ими заработанных денег, применение жестоких карательных дел, потакание бандитам. Бунтарский дух стал охватывать и другие колонии, дело запахло крупным пожаром по всей системе. Чтоб это предотвратить, высокое начальство распорядилось устроить показательную порку, чтоб другие убоялись. Начальник лагеря Тимофеева особо не отличался от других начальников. Все они считали заключенных своими бесправными рабами, и относились к ним соответствующим образом. Бандиты за многие поблажки держали узников в страхе. Почему для порки был выбран начальник именно их лагеря, остаётся загадкой.

А новый начальник, как это часто бывает с новичками, решил отличиться, уволил  старых охранников и контролеров, набрал новых и ввел диктатуру закона.  Так наступил конец  вольной жизни команды Бугра. Их стали выгонять на работы, как рядовых заключенных. Отняли все привилегии. Запретил использовать сидельцев на строительстве домов для начальства. Заключенные вздохнули, уже никто не заставлял их работать за двоих.

Бандиты роптали, строили разные козни, но их самым жестким образом приводили к порядку. Например, сажали в холодный карцер, заставляли подолгу стоять,  забирали теплую одежду, матрас, оставляя им для сна обнажившиеся железные прутья. 
Но, несмотря на усилившийся пресс, их дух сопротивления не угасал. Вечерами они собирались у Бугра и долго что-то обсуждали. Назревала буря. 



 
Знакомство альвов с жителями Земли и вселенной.


Намечалась экспериментальная экспедиция в неизвестность. Посередине стартовой площадки стоял на трёх  телескопических штангах  доскообразный аппарат, оснащенный по краям прожекторами. По обеим сторонам диска были рубки, внутри соединенные между собой. В них сияли большие окна - иллюминаторы, оснащенные закрывающимися затворами. При их закрытии экипаж мог наблюдать за внешней обстановкой по встроенным телемониторам. В нижней рубке находился широкий овальный люк с плотно закрывающейся дверцей, служащий входом. Сейчас он был открыт. Днище соприкасалось с грунтом.
Это был гравитолет, объединивший  в себе все достижения науки и промышленности альвов, придавших ему способность беспрепятственно проникать в любые области окружающего мира сквозь любую материю, преодолевая за мгновения любые дали  пространства. Доскообразная форма обеспечивала двигательную силу  за счет создаваемого аппаратом перепада плотности пространства между сторонами диска. Меняя этот перепад, экипаж мог двигаться в любом направлении в широком диапазоне скоростей.  Необходимая для этого энергия потреблялась из окружающего пространства.

В данной экспедиции  было запланировано проникновение в середину  планеты.  Рядом с гравитолетом  расположились мудрецы, они ждали  доклада мудреца Аэра, вдохновителя и организатора экспедиции, теперь ставшего капитаном этого аппарата.

Некоторые еще кружились на своих антигравитационных блюдцах, подплывали, и вот, когда они все собрались,  Аэр встал перед ними и начал говорить. Его слова транслировались по всей планете, чтоб каждый альв мог ощутить себя участником предстоящего события, имеющего небывалую важность. 

- Дорогие альвы, уважаемы мудрецы, - начал он, -  я рад предоставленной мне возможности первым в нашей истории повести эту сверхпроходимую машину за горизонты самых смелых представлений, - он указал на аппарат. - Мы отправимся вместе с моим молодым коллегой, Гаем  в те области планеты, в которых никто никогда не бывал, и которые до сих пор таят нераскрытые тайны. Вверх мы летали, но всегда  оказывались отброшенными обратно. Совет мудрецов назвал причиной нахождение за атмосферой  предельно сжатого пространства,  Теперь мы отправится вниз к центру планеты. Аппарат сделан из особого материала, названного  трансплантом. Он обладает способностью проникать через грунты любой прочности, благодаря использованию открытой нами возможности поворота клеток пространства, занимаемых аппаратом, отчего он сможет вместе с экипажем  переходить в другие измерения, теряя при этом связь с нашим миром, став в нем невидимым и неощущаемым. Иначе говоря,  сможет переходить  из нашего реального мира в мир нереальный. А там ему  преград не будет. Мы в нем сможем  свободно  перемещаться сквозь любую материю,  словно её не существует. Управляет такими переходами специальный механизм, запускаемый переключателем "туда- сюда".   Если установить "туда", аппарат перейдет  в мир нереальный. А если "сюда", то  вернется обратно в  наш реальный мир.  Этот переключатель может быть переносным.  Он позволяет снаружи переводить аппарат из одного состояния в другой.  Посмотрите, как это происходит.

На поясе Аэра был прикреплен небольшой прибор с переключателем.  Аэр перевел переключатель из одного положения в другое, и аппарат исчез. Свет свободно проходил через то место, где он только что стоял.  По этому месту можно было ходить, не замечая, что тут, только в другом измерении, находится этот аппарат.
Потом перевел переключатель с исходное положение, и аппарат возник из пространства в прежнем виде.  Аэр продолжал.

- Такого перехода "сюда" не перейдет, если  гравитолет окажется в плотных грунтах, где не окажется места для  его материализации.  Контролировать внешнюю среду будет специальный прибор, который будет  нас оповещать, что она собой представляет. "Сюда" мы  сможем вернуться только в воде, воздухе,  пустом пространстве, то есть там, будет возможность аппарату разместиться.  Если внутри планеты будет только твердое вещество, мы прошьем невидимой иголкой планету насквозь и окажемся на другой её стороне и только там материализуемся.  Но если внутри пустота, то не будем сразу переходить "сюда", вначале  материализуем аналитические приборы, чтоб сделать измерения физических  параметров этой пустоты, понять, чем наполнена, и, если окружающая среда окажется безопасной, тогда перейдем в окружающую среду, и всё сможем увидеть, описать.
Нужно упомянуть и про другое явление, с которым мы столкнемся. Как только мы перейдем в другое измерение, сразу потеряем инерционную массу, потому что инерция обеспечивается в нашем материальном мире межклеточными связями  пространства, а при повороте своих клеток мы разорвем эти связи. Потому лишившись инерции в другом измерении,  мы сможем мгновенно менять курс  с одного направления на другое. И по той же причине сможем там перемещаться, не встречая никакого сопротивления,  с беспредельной скоростью, за мгновения пересекать огромные расстояния. Но при материализации аппарата в режиме "сюда" скорость его будет зависеть от  объемов  энергии в окружающей среде, необходимой  для увеличения перепада плотности  пространства между сторонами диска.
В этой экспедиции возможны разные неожиданные встречи. Мы точно не знаем, что может ожидать нашу экспедицию при движении вниз. По моей теории наша планета, вовсе не планета, а пузырь в бесконечном монолите, в котором множество таких же пузырей, как наш, и там могут быть свои цивилизации. Мы будем двигаться в этот монолит.  Если по пути попадем в другой пузырь с развитой там цивилизацией, то это будет самым великим открытием за всю нашу историю. Мы установим контакты, наладим регулярные сообщения, будем объединять знания, технологии, в конечном итоге охватим в единое содружество разные цивилизации бесконечного множества пузырей. Мы будем проходить монолиты в иных измерениях, но для того, чтоб не пропустить разумную цивилизацию, мы оснастили наш аппарат датчиками наличия жизни.
Мы сознаем, что наше путешествие сопряжено с большим риском.  Риск может быть создан как внешней обстановкой, полной неожиданных сюрпризов, так и внутренними  причинами, поломкой  аппарата, отказами в работе организмов членов экипажа. Учитывая это, мы ограничили наш экипаж  только двумя участниками, сознающими возможность путешествия только в один конец, и согласные на личную жертву ради торжества  науки и великих открытий.
 Теперь я хочу предоставить слово моему коллеге, смельчаку, пожелавшему принять участие в столь опасной экспедиции. Прошу Гай, скажи планете альвов слова прощания.
Гай, тот самый лопоухий ученик, который в школе знакомился с Аэром, только возмужавший, прошедший все необходимые курсы подготовки, признанный умником,  поднялся, стал на место Аэра и сказал:
- Мы только первопроходцы в новые миры, за нами следом отправятся сотни новых покорителей неизвестности, и альвы создадут  новый небывалый мир!  Пожелайте нам всем успехов.
Присутствующие зашумели, поднимали руки, выражая одобрение.

Когда миссионеры  подходили к аппарату, к ним подошел ведущий умник из отдела специальных направлений экспериментальной науки. 
- Уважаемый Аэр, позволь нам, умникам,  внести хоть незначительную лепту в обеспечение успеха вашей экспедиции. Вы можете попасть в неизвестные  цивилизации и не будите  знать, что от них можно ожидать. Учитывая это, мы изготовили приборы двух типов, которые помогут вам избежать возможных неприятностей, исходящих от них.
Первый тип приборов назвали "Определитель намерений", другой - "Прыгун".
Определитель намерений позволяет уже на расстоянии определить степень опасности инопланетян. Мозг каждого существа  постоянно излучает сигналы, отражающие его характер,  доброты или угрозы. Мы их изучили и разделили на виды. Если прибор направить на выбранный  объект, то его  сигналы окрасят экран прибора в  белый или черный цвет.  Белый цвет покажет его доброжелательность, чем ярче, тем она сильнее, а если на экране черный цвет, то это будет сигнал исходящей от него опасности. Чем насыщенней чернота, тем он опасней.
Второй прибор "Прыгун" позволит спрятаться от злонамеренного инопланетянина. Он переместит  ваше изображение в сторону от вас. Враг будет видеть вас не там, где вы находитесь, а совсем в другом месте, и направит свою агрессию на пустое место, а где вы реально находитесь, знать не сможет.
Принцип такого явления основан на преломлении луча света при переходе в другую среду. Этот принцип знаком многим. Когда зритель смотрит на предмет, помещенный в воду, то видит его не там, где тот реально находится, а в стороне. А если в сосуд с предметом добавлять воду, то зрителю покажется, будто предмет движется, хотя он останется неподвижным. Такое же обманное перемещение вашего изображения  произведёт "Прыгун", уплотняя или разрежая окружающее вас пространство. Этот прибор небольшой, его можно положить в карман. Чтоб привести его в действие, нужно нажать на кнопку. Повторное нажатие его выключает. Меняя положение этого прибора, вы можете менять  место нахождения вашего изображения, оно может  оказаться в одной стороне от вас,  или другой, сверху, снизу, где угодно, так запутаете недоброжелателей. А рычажок сбоку позволит менять расстояние вашего изображения от вас. Мы назвали этот прибор "Прыгун", потому что позволяет мгновенно  менять место  нахождения вашего изображения, создавая у наблюдателя ощущение невероятной скорости прыжков.
 Я принес по несколько экземпляров "Определителя намерений" и "Прыгуна". Вот они, возьмите с собой.

Путешественники решили, что доводы умника разумны, и на самом деле это может пригодиться, тем более что много места не займут, поблагодарив его, взяли приборы, положили в карманы. Перед входом в аппарат поклонились провожающим, вошли в нижнюю рубку через люк и закрыли его.
 
Этим они отрезали себя от дома. Включили систему потребления энергии из пространства, огни аппарата засветились, механизмы ожили, зашумели.   
Решено было начать продвижение вниз, начиная с самой глубокой точки океана в районе оси вращения планеты, поскольку там должно быть меньше магмы.
Дно океана в этом месте до сих пор не было досконально изучено, оно  полно загадок. В попытках добраться до дна спускались на сверхпрочных батискафах, но батискафы не выдерживали глубинного давления, и возвращались, не достигнув дна.  Запускали  с кораблей вниз акустические сигналы, электромагнитные волны и ждали отражений, но в ответ приходило что-то невнятное, похожее на шумы, а в некоторых местах они безвозвратно пропадали. Теперь вся надежда была на эту экспедицию. Материал, из которого сделан аппарат, трансплант, в отличие от материала батискаф способен выдержать любое давление. В крайнем случае, экипаж перейдет в другое измерение, и там ему ничего не будет угрожать.

Итак, путешествие в неизвестное началось. Присутствующие видели, как аппарат стал медленно подниматься и направился в сторону океана к точке погружения.  Его сопровождали многие блюдца. С этого момента вся планета будет ждать сообщения от экипажа и от сопровождающих репортеров. 
Внутри его членов установлено четкое  распределение обязанностей. Аэр, как капитан,  будет вести корабль, ему придется следить за внешней обстановкой, решать возникающие проблемы, Гай будет следить за общим состоянием аппарата. Он не должен  давать сбоев, но надо всегда быть начеку, поскольку впереди неизвестность. В аппарате предусмотрена система самоконтроля и самовосстановления, есть ещё резервные системы, за их работой предстоит следить Гаю,  при необходимости подавать управляющие команды. Гай будет бортинженером. Кроме того, ему поручено следить за состоянием записывающих устройств, которые должны будут фиксировать всё, с чем им придется столкнуться во время всей экспедиции, изображения, звуки и даже запахи.

Летели довольно долго, но вот, наконец,  приблизились к намеченной точке океана, опустились к водной поверхности, покачали корпусом,  прощаясь с  группой сопровождения,  и стали медленно погружаться в воду.  Теперь экспедиционеры  остались наедине с окружающим миром. Через иллюминаторы они могли наблюдать стайки проплывающих рыб. По мере погружения становилось темнее, и тогда включили  прожектора. Наконец, они оказались внутри черной бездны в окружении света прожекторов. Вот уже погрузились в такие глубины, куда не проникали самые прочные батискафы, прильнули к иллюминаторам, готовые к самым невероятным зрелищам. Проплывали шарообразные существа с множеством глаз и щупалец с присосками.
Появлялись  ящеры с  подобием лап, в горящие пасти которых заплывали  мелкие твари. 
Видели  волосатых  химер, похожих на женщин, с подобиями рук и раздвоенными хвостами, завораживающих звуками проплывающих рыб. Они появлялись на мгновенье и пропадали в мраке. 
Возникали из тьмы коварные присоски.

Аппарат продолжал погружаться,  приборы показывали понижение температуры и нарастание давления.
Спускаясь глубже, миссионеры обнаружили, что гравитация исчезает, тела их становятся  легче, и наконец, гравитация исчезла вовсе. Они оказались в полной невесомости.
Неожиданно путешественники увидели  в разных местах багровые отблески, приблизившись к одному такому месту, определили, что это место извержения лавы в океан. Вода в этом месте нагревалась до огненной температуры, а лава в ответ  застывала, образуя бурые наросты.  Они отметили, что это только местное повышение температуры, а по всему объему она продолжала понижаться.
В  горячих водах кипела странная жизнь. Там росли длинные, местами светящиеся разноцветными огоньками  растения, которые, сплетаясь, образовывали шевелящуюся сеть, переливающуюся мигающими огнями. На них были присоски. Вокруг вились длинные черви с огромными зубастыми пастями, они вгрызались своими зубами в эти растения, а те оплетали их своими присосками и высасывали из них всё нутро, отбрасывая вон  оболочки. Бегали какие-то палочки с множеством ног, окруживших всё тело.
- Что происходит, мудрец Аэр, - спросил Гай, - куда мы попали?
Аэр понимал, что происходящее не вписывается в его теорию.  Возможно, он был неправ, и что их планета на самом деле круглая и имеет центр, и они вошли в него. Только в центре, где всё уравновешивается, может наступить такая невесомость. Значит, этот океан простирается до центра планеты. И если двигаться дальше, то они должны будут выйти  на поверхность этой же планеты, только с другой стороны. Тогда надо будет признать экспедицию завершенной.
Но остается нераскрытым вопрос,  почему же в центре планеты вода всё же холоднее, чем на поверхности, хотя её подогревают местные извержения магмы.

Он не мог найти ответа.
- Гай, возможно, мы попали в центр планеты, но всё же рано делать выводы. Продолжим путешествие дальше.

А дальше, как и предполагал Аэр, гравитация поменяла направление, погружение перешло на всплытие. Можно было бы ожидать повышения температуры, какая была на их стороне, но она продолжала понижаться. Это не находило никакого объяснения.

Вдруг перед ними появилась стена. Они поплыли  вдоль неё, надеясь найти проход. Включили локатор, и он  обнаружил трещину. Поспешили к ней. Трещина была узкой, но достаточной для прохождения их аппарата.  В найденной щели  продолжили всплытие. Наконец, прошли её и оказались в открытом  пространстве океанской воды.  Однако вода здесь была ещё холоднее, что было совсем необъяснимым. Они продолжили движение наверх. 

Появились новые невиданные животные. Из темноты на них набросился огромный мешок с клювом и множеством щупалец, наделенных присосками и когтями. Этот монстр обхватил щупальцами аппарат, и начал царапать когтями и раскалывать клювом. Откуда он взялся? И это не находило объяснения.  Пришлось ударить по монстру  электрическим разрядом, и он умчался, выпустив  из своего нутра мощную струю воды. 

Но вскоре появилось новая тварь в виде полупрозрачного купола с краями в виде крыльев,  она накрыла аппарат и запечатала в себе. А дальше мощными движениями крыльев потащила его куда-то в глубины. Направленные в неё разряды никакого действия не возымели, она продолжала тащить. Удалось сбросить её, только создав вибрацию пространства. Тело твари стало вибрировать, что-то в ней стало ломаться, а мощные точки воды отбросили ей от аппарата.  Вскоре прожектора осветили огромное  живое бревно с разинутой пастью.  Животное проплывало мимо них, безразличное к их появлению. И тут они неожиданно стали свидетелями страшной схватки. Недавно отогнанный мешок с щупальцами снова вынырнул из мрака и набросился на это  бревно. Обхватил его щупальцами так же, как недавно обхватывал их аппарат. Монстр вонзил в него когти, впивался присосками, выдирал клювом из него кожу с мясом, и заглатывал,  пытался задушить свою жертву своими щупальцами, но не получалось.  Огромное животное, похожее на бревно,  проявило изрядную изворотливость, оно стало метаться, крутиться, захватывало пастью щупальца и перекусывало их.  Наконец, обессиленный мешок, лишившись нескольких щупалец, отвалился от израненного животного и уплыл в темноту.
 
Дальнейшее вообще не поддавалось никакому объяснению. Температура воды катастрофически падала. Они всплыли и то, что увидели, вызвало состояние полной растерянности.

То, что им открылось,  ничего общего с их планетой не имело.  Воздух был прозрачным и не имел голубого цвета. Освещение исходило от какого-то мощного источника наверху, сейчас скрытого серой пеленой, из которой сыпался белый порошок. Мощные потоки воздуха  разносили его по пространству. Поверхность воды практически везде была покрыта каким-то бело-голубым веществом. Некоторые его куски плавали отдельно. Температура воздуха оказалась ниже всех разумных пределов.  Рядом показался гористый материк, весь покрытый чем-то ослепительно белым. Огромным глазам альвов стало нестерпимо больно. Пришлось использовать затемнённые  линзы.

Молодой  Гай, ошарашенный увиденным, уже который раз повторял тихим голосом:
- Мудрец Аэр, что это?
А мудрец Аэр перебирал в памяти когда либо услышанные самые смелые теории об устройстве  их планеты,  которые когда либо посещали головы отчаянных фантазеров, и  ничего похожего на эту реальность не находил. Все они оказались слишком  примитивными. Мозг альвов не мог ничего подобного представить.  Реальность поражала. Связь с их планетой отсутствовала.

Теперь они с Гаем оказались совершенно одинокими в неизвестном и опасном мире.
Он понял только одно, что гравитацию на их планете создавал не сплошной массив, который, как полагал он,  находился дальше за магмой, а нечто другое. За магмой не было ожидаемого  сплошного массива. Тогда что? Поразила догадка.  Эта магма, как огромный реактор, затягивает в себя любые материальные частицы, их соединения, чтоб  в своем  плавильном чреве из этих частиц выпекать   минералы, прочные кристаллы, тяжелые металлы, которые выталкиваются  на поверхность в обе стороны от неё.   Исходящая от неё гравитация  притягивают к ней  почву с камнями, холмами, все воды с той и другой стороны.

А между тем верхнее светило куда-то перемещалось, по дуге падало вниз, и наконец, совсем исчезло.  Наступил полный мрак.

Движение воздуха усилилось, стало порывистом. Его порывы  трепали поверхность воды, и разогнали нависшую над ними пелену. 
То, что открылось миссионерам  наверху,  поразило их невероятно. Высоко над ними появилось серо-голубое светило. Оно  монотонным мертвенным цветом окрашивало всё окружение. А вокруг на черном фоне проступили мириады светящихся песчинок.

Эмоциональное напряжение сломало путешественников. Они  ничего понять не могли.   
Аэр пошел в свой кубрик, упал на ложе и крепко заснул. Спал и Гай.

Когда они проснулись, то увидели ослепительный желтый диск наверху, оттеснивший  бледного  собрата. Ослепительный диск  медленно плыл  по голубому куполу.
   
Аэр решил действовать. Надо разобраться с этим миром. Он поднял с воды гравитолет, перелетел к материку и опустил его на ровную площадку. Они с Гаем надели скафандры, и вышли наружу. Капитан взял горсть белого вещества, что было под ногами, внес в лабораторию и нагрел, оно превратилось в воду. Это было его первым открытием. Оказывается, вода при низких температурах превращается в белые кристаллы. И эти кристаллы объединяются в причудливые орнаменты. Значит, это они высыпались из серого покрывала наверху.  Твердое вещество, покрывающее поверхность, оказалось той же отвердевшей водой.

Неожиданно увидели группу маленьких существ, окрашенных в черно-белые цвета,  идущих к ним. Они шли неуклюже  на коротких ножках, нелепо размахивающих короткими ручками. Наставленные на них определители намерений ничего не показали. Когда существа приблизились, Аэр направил им в мозг мощный импульс, понятый любому разумному существу как вопрос:
- Вы кто? 
Но в ответ ничего не поступило.
С ворчанием существа прошествовали мимо, дошли до открытой воды и бросились в неё. Кто это, зачем бросаются в воду?
Загадки множились, и ответов не было. 

Тогда Аэр решил поднять аппарат повыше и пролететь над поверхностью дальше, что же будет там?

Гравитолет стал подниматься, и в этом подъеме обнаружилась странность. Мощность аппарата возросла многократно, заметно возросли и скорости.  Аэру стала понятна причина такого изменения. В этом пространстве, где они оказались,  энергии оказалось значительно больше, нежели у них дома. Здесь её бескрайний океан, она волнами носится по бескрайнему простору. Всё сущее утопает в этой энергии.
 
Видимо, те слои материи, что  разделили их родной мир и этот,  стали преградой  для проникновения избыточной энергии   к ним туда. Теперь  эта энергия потоком пошла в их аппарат, отчего возросла его мощность.

Они поднялись так высоко, что даже при ярком свете светила стали видны горящие наверху песчинки.

Теперь они летели над поверхностью. Огромные глаза путешественников могли хорошо рассмотреть, что находилось внизу.

А внизу они увидели огромные материки, окруженные океанами, острова. На материках, свободных от белого налета из замерзшей воды увидели зеленое покрывало. Оно состояло из низкорослых растений и высоких деревьев.  Увидели искусственные сооружения,  множество разнообразных механизмов и существ, движущихся в этих механизмах и на ногах между ними.  В одних местах их было мало, сооружения были примитивными, но в других местах возникали огромные  конгломераты, поглотившие мириады таких же существ.   Надо было хотя бы с некоторыми из них установить контакт. Но это потом. Исследователи решили вначале выяснить, что же это за горящие песчинки наверху.

Они направились вверх в черное  пространство. Отлетев на значительное расстояние, увидели то, с чего сейчас стартовали, это была планета и она оказалась шаром.  Аэр всё понял. Его планета альвов, это вовсе  не планета, это пузырь в середине этого шара! Они выбрались из него наружу. А дальше огромное пространство, наполненное светящимися точками. Это было фантастическим открытием! Он, Аэр, почти был прав в своей теории пузырей.

Еще он заметил, что этот шар окружен защитным магнитным полем. Его мог создать только поток заряженных частиц. Где этот поток? Покрутившись вокруг планеты, он нашел его. Ничтожные частицы, имеющие заряд, плотным одеялом окружали планету, и вращались вокруг неё с огромной скоростью. Увидели и маленький бледный спутник, что вращался вокруг планеты. Они поняли, это он светил  мертвенным светом той ночью.  А поодаль  ярко горело объемное тело, это оно освещало планету.

Но их цель была дальше.  И они ринулись дальше в черную бездну к светящимся точкам.

По мере того, как они все дальше отлетали от их планеты, могли наблюдать общую панораму того, что оставалось за спиной.
Они увидели, что их планета медленно вращается вокруг центрального светила, и подобных планет было несколько, то была планетарная система.

Полет продолжался. И вот они оказались в черноте среди океана светящихся огоньков. Аэр решил выбрать один из них, который, как казалось, был ярче и ближе. Перевел аппарат в режим "туда", и они помчались к нему в другом  измерении.

На время полета Аэр сделал стены прозрачными. В этом другом измерении появилась возможность видеть то, что недоступно для наблюдателя  в реальном мире. Гай жадно всматривался в происходящее вокруг. Он видел, как носились в пустоте фиолетовые вихри энергии. Видел работу пространственных клеток, как они одновременно в такт раскрывались и закрывались, словно выполняли размеренный ритуал, реализуя при этом работу единого по всему мирозданию огромного часового  механизма, синхронизирующего все мировые вращения и преобразования, задавая размеренный первичный временной цикл.  Он видел, как в мгновения раскрытия в них залетали вихри энергии и тут же клетки сжимались, вынуждая крутиться по нужным правилам, тем штампуя из них первичные частицы материи. Он видел, как огромные светлые полотна полей наподобие сетей собирают их в кучки, чтоб объединить в тела.

Но вот приборы показали возросшую температуру. Полет остановили и материализовались.

Перед ними  оказался огромный кипящий шар, неистово излучающий жар, свои частицы и ослепительный свет. По размерам он превышал то светило, которое освещало их планету. И этот шар куда-то несся по пространству. Значит, подумал Аэр, все огоньки в пространстве, это такие же кипящие шары, только разных размеров. И все куда-то несутся, словно объединенные одним порывом.

Путешественники  решили продолжить движение дальше в глубины  раскрывшейся перед ними черной и, как казалось, бесконечной  бездны, чтоб понять, что тут происходит. Они проносились по всему пространству, наблюдали, как шары создаются, раскаляются, кипят, некоторые взрываются, обнажив чудовищной плотности ядра, и как, закручиваясь в спирали, медленно движутся в общих хороводах к всепоглощающим черным дырам, чтоб там исчезнуть.

Значит, решил Аэр, все эти тела выстраивает в общее движение вокруг себя каждая черная дыра. Это они руководят всем происходящем в хороводе.  Аэр не понимал, почему и зачем это всё происходит. Какая в этом необходимость? Они  питаются этими телами?  Было непонятно, если черные дыры их пожирают, тогда зачем  понадобилось создавать жизнь и разумных существ на планетах. Ответов не было.  Он даже не понимал, от чего надо отталкиваться, чтобы найти ответы. Какая-то всеобщая тайна находится во всем существующем и происходящем. Он твердо знал, что ничего без причины и без необходимости не бывает. Если что-то есть, то в этом должна быть определенная необходимость, названная смыслом. Ничего без смысла не бывает, такого просто не может быть.

Беспомощность ума угнетала Аэра. Никакой он не мудрец. На фоне огромных неразрешимых загадок он по своим способностям сравнялся с Гаем.  И обратился к нему.
- Гай, как ты думаешь, можно ли найти объяснение всему здесь происходящему?
- Я думаю, что нам, выросшим в полной изоляции от этого мира, трудно будет найти объяснения, скорее оно доступно жителям этого мира. Надо поискать их.
Тогда они включили датчик обнаружения жизни и стали облетать встретившиеся пылающие шары в поисках планет с признаками жизни.

Такие им попадались. Но по большей части разумных существ на них не было. Но всё же были такие, где разум как-то присутствовал.

Одна такая планета  вращалась вокруг  огненного гиганта.  Аэр приблизил гравитолет к поверхности, и повел аппарат над ней, чтоб получше рассмотреть, что там происходит.
Она была покрыта травами, огромными грибами, папоротниками, оплетенными змеевидными лианами, поросшими цветами, которые ловили бегающих по ним насекомых. В больших водоемах кипела жизнь. Лысые кошки ныряли в воду, чтоб там поймать маленьких крокодилов, которых находили чрезвычайно вкусными, а большие крокодилы ловили кошек. Полчища комаров, размерами с малых животных,  вонзали свои иглы, во всё, что появлялось на поверхности.
Планета была заселена ящерами. На одной стороне жили низкорослые ящеры со слабыми конечностями, на другой более рослые и сильные.
Низкорослые  были с круглыми головами. Они ходили на задних лапах, общались между собой звуками и знаками. Занимались тем, что  ловкими  руками плели какие-то сети. Иные были с множеством рук, обросшие щупальцами. Они  сооружали механизмы, похожие на катапульты. Вокруг их домов бегали  маленькие ящерицы.
Рослые имели длинные мускулистые ноги и по две руки с когтями,  вытянутые пасти, погожие на клювы. Они стремительно прыгали, перекрывая большие расстояния.
В загороженных вольерах содержались пленённые низкорослые ящеры. Там было пекло. Узники варили в больших котлах какое-то варево из принесенных тараканов и гусениц, добавляя в качестве приправы испражнения.
 В свободное время хозяева занимались изготовлением каких-то аппаратов в виде труб.

На промежуточных территориях между ящерами паслись стада травоядных созданий  в виде исполинских гусениц, тараканов, микробов. Ящеры питались ими.
Рослые размашисто прыгая, достигали пастбищ травоядных, хватали их клювами, когтями и уносили в свои края. То есть они вытаскивали добычу поштучно.
А низкорослые ящеры катапультами набрасывали на стаи сети, и  кучами тащили в свои края. Очевидно, что это было несправедливо.
Ввиду возникшего конфликта интересов,   ящеры   постоянно ссорились и дрались. В виде оружия у тех и у других были грубо изготовленные палки с каменными наконечниками.    
И в этот раз миссионеры стали свидетелями подобной схватки.  Рослые, всей толпой со своими палками запрыгали в сторону врагов, а у тех не зря стояли сторожевые вышки, на них загорелись костры. Это был сигнал боевой тревоги. Тогда те схватили свои палки и сети и бросились навстречу агрессорам. Многорукие потащили свои катапульты.  Ящеры сошлись на  поле брани.
 
Рослые на своих мощных лапах взлетали над противниками, чтоб растерзать клювами, растоптать ногами, а противники отлавливали их сетями и сразу упаковывали в мешки. Тогда  прыгуны   тащили свои трубы, они изрыгали на противников огонь и те отступали. В ответ многорукие  волокли навесистые  камни к своим катапультам и прицельно расстреливали прыгунов.

Путешественникам стало понятно, что от них они ничего не узнают.

Следующая обнаруженная  цивилизация являла собой  верх совершенства.  Там уровень жизни достиг предела.  Желание каждого её представителя осуществлялось незамедлительно и качественно. Всю необходимую работу выполняли роботы. Достаточно члену общества набрать на пульте цифры, и он получал любую игрушку или вещь, нужную услугу, любое  яство, для этого  тотчас  будет доставлен в местный  ресторан, где роботы его обслужат. При желании перенесут в любой клуб с любыми развлечениями, играми, танцами, музыкой, беседами.  Беседы будут инициироваться искусственным интеллектом по желаемым темам. Только беседы надоели и потеряли смысл. Нужны свободные нравы, - пожалуйста, есть и  такие клубы.  Хочется понежиться  в ласковых волнах в расслабленной неге, или утонуть в  ароматах экзотических цветов, будет исполнено.  Любое заболевание тут же излечивается многочисленными роботами докторами. Можно жить хоть вечность. Но разве в этом была цель развития? Нет, она была  в изобретении все новых и новых способов извлечения удовольствий и наслаждений,  какие только возможно испытать телом  и придумать  извращенной фантазией.  Даже для  сексуальных утех  с детьми. Для этого  была создана специальная зона, где  производили младенцев, растили  и готовили  по специальным программам. Родителями были существа, признанными неполноценными, коих специально накачивали средствами, возбуждающими похоть. Держали их в закрытом  вольере. Для желающих повышенной экзотики в этом деле содержали  животных. 
 
Создавать новое уже не было нужды. Всего было вволю. Наступил период полного удовлетворения любых потребностей. Мозг атрофировался, тела обрюзгли, желания стали пропадать, цивилизация деградировала и вымирала. Все изобретенные виды удовольствий уже стали надоедать, и в этом прогрессе подошли к пределу.   Всё уже испытано.
Из всех удовольствий остались недополученными только два вида. Это убийство и самоубийство. Только они теперь могли возбудить.  Для убийства устраивали игры, в которых ловили друг друга и с фантазией убивали.  Устраивали маленькую войнушку. Участникам давали право на неё  по жребию, поскольку желающих убивать было чрезвычайно много, а с пополнением планеты  новыми жителями  дело обстояло крайне  плохо. А вот самое изысканное возбуждение  виделось в процессе самоубийства. Там никто естественной смертью не умирал, каждый жаждал испытать такое небывалое ощущение, какое возникает перед смертью. Можно это делать путем наращивания приема наркотиков, можно принять процедуру медленного удушения, или полета с большой высоты.  А чего им было ещё желать, когда все потребности уже удовлетворены, и наступает смертельная скука.

 В отдалении от тоскующих обитателей сидела на площадке группа мыслителей. Они познавали свою сущность, считая её создателем всего сущего, поскольку всё сущее им представлялось фантазией собственного воображения. Потому и друг друга принимали за фрагменты воображаемого мира.  Их обслуживали роботы, но они их тоже принимали за собственное воображение. Каждый мнил себя верхом совершенства, богом,  и это им доставляло наслаждение. Каждый пытался понять глубины своего совершенства.  Они не общались между собой, потому что глупо общаться с порождением своего  воображения.
 
На этой планете  у путешественников приключилась крайне неприятная история.   Она связана с ликвидацией на планете отходов. 

Эту проблему  обитатели  разрешили на высшем научно- техническом уровне. Были созданы специальные колпаки, которые постоянно летали и, при обнаружении отходов или мусора, накрывали их. В этом положении  происходила выкачка пространства из  накрытого вещества. Частицы вещества сжимались до предельного плотного состояния, превращаясь в ничтожную каплю, которая, обретя огромное давление на почву, продавливала её и погружалась в недра.

Однажды Гай вышел из гравитолета, чтоб разобраться с устройством такого колпака, увидел его в отдалении и пошел к нему. В свою очередь колпак заметил  Гая, и, обнаружив в нем инородное вещество, признал за мусор, налетел и накрыл, чтоб превратить в горошину.

Аэр уже начал догадываться, что сейчас под колпаком происходит. Он поднял гравитолет, налетел на колпак и направил струю пространства через стену колпака вовнутрь. Она оказалась более мощной, чем отсасываемый поток. Выросшее внутри  давление отбросило колпак в сторону, и Гай  незамедлительно забрался в аппарат.
 
Аэр сделал несколько попыток добраться до  разума жителей, но все они оказались безуспешными.  Разума не было. Жители бессмысленно таращили на него глаза, а когда Аэр вбивал в их мозги свои вопросы, начинали плакать или смеяться. Слов никаких не произносили, в них давно не было необходимости, обходились нажатием кнопок. А сидящие мыслители даже слов никаких не знали и кнопок не нажимали.

Миссионерам стало понятно, что такой финал ждет любых  обитателей  планет, где происходит гонка  за удовлетворением  растущих потребностей, идет борьба  за рост уровня жизни, за положительные эмоции, удовольствия и  за личное счастье.  Только среди них  появляются мыслители, мнящие себя богами или конечным продуктом эволюции мироздания.

Цивилизация на третьей планете поразила разнообразием видов оружия. Миссионеры летали над их планетой, каждый раз увиливая от летящих на них ракет. Пробовали установить контакт, но обитатели при их появлении или убегали, или пытались  разнести в клочья  наличным оружием.  После ряда таких попыток поняли, что у этих созданий  напрочь отравлено сознание, как и чем, это осталось загадкой. У них разложена  психика. Аборигены пребывают в постоянном стрессе, они запуганы, всего боятся, и больше всего друг друга, а потому всегда готовы к нападению и обороне, иногда устраивая войны.   По причине угнетающего  страха многие стремятся захватить власть, окружить охраной и вооруженным населением, и других запугать ещё больше.  Болезнь властолюбия всегда исходила из страха. Но и на вершине власти они не могут освободиться от него. Потому  придумывают новые всё более разрушительные виды оружия, и способы уничтожения людей. Подчинение друг друга стало главной целью. Производимая в этом направлении гонка вооружения накопила немыслимое количество смертоносного материала, чем привела  запасы оружия к состоянию самоподрыва -  естественной процедуры  самоликвидации при достижении природного предела. Достаточно любого конфликта, технического сбоя или природного катаклизма, чтобы это произошло. И тогда планета погибнет. 

Аэру стало понятно, что это неизбежно произойдет и возможно в скором времени. И действительно, когда они отлетели от этой планеты, увидели лес ядерных грибов,  и огненный ураган,  разносящий радиоактивные осколки и выжигающий абсолютно всё.  Планета осталась голой. 

Нашли ещё несколько планет с развитыми  цивилизациями, но по неизвестной причине везде её плоды были направлены на собственную деградацию, или на уничтожение друг друга, а значит и всей жизни.

Одна из таких цивилизаций  готовилась к переселению  со своей, объеденной и загаженной планеты на другую, предварительно уничтожив населяющих её аборигенов.
 
- Мудрец Аэр, - спросил Гай, - почему среди альвов никогда не было таких диких отношений, все свои достижения мы использовали для создания нормальной жизни для всех, чтоб каждый мог реализовать свои  творческие потенциалы, и от этого  испытывал бы  радость и удовлетворение жизнью.  Мы  такими намерениями все глубже связывались в единый организм, становились мудрее по отношению к каждому и всему обществу, становились со временем всё более близкими, прекрасными и  чистыми,  а почему тут ничего подобного не происходит? Почему их разум остановился на уровне животных, охваченных инстинктами потребления, соперничества, агрессии, страха, убийств? Они просто оснастили свои инстинкты знаниями и техникой, став животными более страшного вида.
- По твоим вопросам, - отвечал мудрец, -  могу  высказать предположения. Есть две причины, определившие отличия этих существ от альвов.  Первая и основная  причина - это отличие условий, в которых шло развитие альвов и этих существ. В мире, где они живут, как мы с тобой убедились, бушует океан энергии, эти существа  утонули в ней,  она пронизывает их насквозь, выжигает высший разум, оставляя примитивный, которым они  вынуждены пользоваться.  Энергия не просто бушует, она устраивает катаклизмы, и люди вынуждены пребывать  в постоянном страхе. У них постоянно происходят смены  холода на жару и наоборот, возникают  ураганы,  наводнения и пожары, неожиданные катастрофы идут одна за другой.  Страх перед природой породил страх и в  отношениях между ними.  А альвы оказались изолированными от этого океана энергии,  они защищены от катаклизмов, потому могли использовать  высший разум.  Вторая вытекает из первой.  Ни в никакой из обследованных нами цивилизаций  не появилось понимания, в чем смысл их существования и как следует организовать свою жизнь. Все они исходят из своего я, своих желаний, эмоций, своих планов, вместо того, чтоб исходить из целей сущности, создавшей мир и внесшей в него разум, подчинить свои планы её целям.   Это их ошибка развития, которая в конечном итоге губит их.
 
Теперь миссионеры  перешли в режим "туда"  и мчались в обратном направлении к своей планете. 

Они видели, что происходит с цивилизациями во вселенной.  Они все или погибают, или обречены на гибель и причины этого явления им стали понятны.
 
Путешественников охватило беспокойство за судьбу своей планеты.  Что там на ней происходит? Неужели то же самое, что и везде? Нельзя допустить, чтоб обитатели  сожгли на ней всё живое.

Они пронзили пространство и вот оказались у намеченной цели.
 
Аэр решил полетать над поверхностью их дома, присмотреться к тому, что жители делают внизу. Но этому мешало множество летающих объектов, спутников, самолетов. Спутники летали выше атмосферы, потому нужно  было опуститься ниже, чтоб избежать столкновения, но ниже летало такое множество самолетов, что приходилось постоянно опасаться внезапного их появления по курсу. Если произойдет столкновение, то его аппарату ничего не будет, а самолет будет разрушен. Потому, если  Аэр замечал их на своем курсе, то тут же отходил в сторону.  Он старался не мешать  их полетам. Но подчас они сами начинали охоту на него, направляли самолеты прямо на гравитолет  или даже запускали в него снаряды. Такие действия показывали их глупость.  Он мог моментально перейти в другое измерение, просто исчезнуть из их реальности и тогда самолеты со снарядами летели бы в пустое место. Но его начинала раздражать их непомерная агрессивность, и тогда он направлял на них дестабилизирующий магнитный шум, и тогда они лишались какой либо ориентации. Мог путем сжатия или разрежения пространства перебросить их в другое место.

Аэр летал над планетой и пытался понять эти существа.  Видел рудники, нефтяные и газовые платформы, добывающие сырьё,  газ, нефть, поставляемые  заводам,  огромное количество которых  с дымящими трубами и со снующимися  машинами отравляли атмосферу.  Что они делают? Заводы делают машины, а машины делают заводы. Машины обслуживают желания людей.  Какие желания? Желание счастья. Развитие по желаниям  счастья непременно ведет к катастрофе, это уже стало понятно. Это Аэру с Гаем понятно, но не этим обитателям.  Пролетая над планетой, они смогли пронаблюдать способы, коими они добиваются счастья. 
Там существа, одетые в однообразные одежды, убивали друг друга. Делали это намерено, старательно. Они стреляли из каких-то оружий, осыпали друг друга снарядами, те, разрываясь, превращали их в кровавое месиво, отрывали конечности, лилась их кровь, белели вырванные кости,  они кричали, и никто не мог их восстановить до прежнего состояния.

Ради никем не понятой и даже непостижимой идеи счастья, возникшей в примитивных организмах,  обитатели этой планеты убивают друг друга, вырывают из её недр всё содержимое, а дальше выбрасывают в атмосферу отравляющие газы, вредоносную пыль, то есть губят себя и планету.

Они безумны, решил Аэр. Здесь явно недоразвитая цивилизация. Неужели в этом диком обществе нет ни единого нормального существа?

Он достал определитель намерений, просто направил вниз, и, пролетая над территориями, где было много таких существ, стал смотреть на экран. Экран становится черным, серым, так и пребывал в этом диапазоне, склоняясь к черноте.

Тогда полетел туда, где их было мало.  Экран слегка побелел. А в одном месте он вдруг вспыхнул пронзительно белым светом. Это настолько было неожиданным, что миссионеры решили выяснить, кто именно выдал такой свет, чтобы хотя бы с ним установить контакт. Они спустились ниже. В поле зрения оказалось несколько  существ. Аэр проверил каждого прибором, но экран не светился. Увидел особь женского пола, переходящую из леса через  поле,  направил прибор, и тогда он вспыхнул этим белым светом.
Гравитолет опустился на поле недалеко от идущей женщины.
 

Оба обитателя надели свои скафандры, взяли на всякий случай "определителя намерений" и каждый по "прыгуну", и вышли из него.  Аэр перевел гравитолет  в режим "туда" и он сделался невидимым. Перед женщиной внезапно возникли две фигуры пугающей наружности. Они шли прямо на Валентину. Это была именно она. Валя купила дешевый домик на отшибе за лесом, и каждый день ходила на работу в детский сад через лес и поле.
 
Увидев странные существа, внезапно возникшие из ничего, Валентина вначале опешила, потом решила, что это ученые делают какой-то эксперимент и успокоилась.

Спокойно подошла к миссионерам, чтоб лучше рассмотреть. Подумала, ну и страшилы!
Тогда Аэр поднял руку и направил в её голову сигнал: "Нас не надо бояться, мы пришли с добром".   
В её голове так и прозвучало, что их не надо бояться. Удивилась, надо же до чего наука дошла, научились делать такие роботы, что мозгами людей управляют. На всякий случай про себя проговорила: "Тогда я рада вам". Они поняли. Но спросили, кто такие роботы и кто такие люди.
Удивилась примитивности их программ.
- Люди, - назидательно сказала, - это такие живые существа, которые обладают разумом, как я, например.  Жители этой земли. А если пойдете со мной, то и других покажу. А роботы, это неживые машины с механическими мозгами, которых делают люди.
- Но нас никто не делал, значит, мы живые люди.
- Да какие вы люди, запротестовала Валентина, чисто черти. Откуда вы тут свалились передо мной?
- Мы пришли из другой цивилизации, где живут альвы.
- То есть, хотите сказать, что вы инопланетяне?
Валентина засмеялась.  Сколько астрономы не искали инопланетян, но так и не нашли, а эти объявились сами.
- Так вы точно не роботы?
- Нет, не роботы.
- Ну, тогда пошли со мной, людей покажу. - Оглядела их. - Тощие вы какие-то инопланетяне, хоть подкормлю.

И они пошли. Она провела их в детский сад околицей, чтоб никто не видел, и завела вовнутрь через скрытый  служебный вход. Привела на второй этаж в комнату отдыха. Сходила на кухню, принесла им картошки с котлетами, по стакану компота, чтоб поели, а она должна уйти, детей встречать, сейчас их приведут. Потом к ним вернется, тогда поговорят.

И вот пошел поток  родителей с шумными детьми, собралась вся группа. Пришли девчонки, нанятые  воспитательницами и нянечками. Они занялись детьми. Начался обычный рабочий день.

А на улице, как обычно Тимофеев копал траншею.
Валентина выглянула в окно и окликнула его. Через некоторое время он забрался в её апартаменты.
- Витя, я тебе сейчас такое скажу, что ты не поверишь, но это будет правдой. Я познакомилась с инопланетянами и привела сюда.
- Ты гонишь.
- Пошли на второй этаж.
Тимофеев недоверчиво покосился на Валентину, но всё же согласился.

Поднявшись на второй этаж и открыв дверь, за которой находились инопланетяне, увидели странную картину. Они размазывали по себе принесенную Валентиной еду. Котлета, картошка, размазанные висят в разных местах их тел. Увидели вошедших, повернулись к ним, наставив на них свои огромные глаза.
- Это человек, - сказала Валентина, - он мужчина, а я женщина. А вместе мы люди. Вы понимаете?
- Понимаем, - ответили. - У нас тоже есть такое деление. Вот вы люди, а мы альвы, и у нас есть мужчины и женщины. Что это такое?-  Они показали на фрагменты котлеты.
- Это котлеты, еда, их едят, чтоб пополнить организм энергией и питательными веществами.
- Но это же клетки живого существа, их надо прикреплять к себе, а не есть. Едят экстракты из питательных бобов. И у нас этого достаточно.  Вы люди, вообще странные.  Мы проникли в Ваши головы и видим много странных  понятий. Например, кошка, собака, волк, медведь. Кто это такие?
- Это животные.
- Для чего они на вашей планете?
- Ни для чего, просто появились и живут здесь.
- Так не бывает, всё существует для чего-то. Вот вы, люди, для чего существуете?
- Ни для чего. Просто появились и существуем.
- Значит и вы животные. А кто тогда у вас разумный?
Виктор с Валентиной переглянулись.
- Так мы и есть разумные существа, - сказал Виктор.
- А с чего вы это решили? Можете, например, ответить, какой цели служите,  чего добиваетесь в своей жизни?
- Добиваемся лучшей жизни, чтоб приятней, интересней было жить. Чтоб можно было осуществить свои желания. 
- Такой разум у нас считается низшим. Низший   разум проявляется, когда  существа  думают о себе, выполняют свои желания. Он бывает у животных, как у вас. А  у нас высший разум,  который  знает, что для чего существует, или ищет ответы, делает то, что полагается делать по предназначению, а вы не знаете, и не ищите ответов. Получается, что живете с разумом животных. У вас нет настоящего разума. 
- А вы знаете, для чего вы существуете? - запальчиво поинтересовался Виктор.
- Да, мы знаем. Чтоб выполнить то, для чего созданы.  Мы существуем, чтоб бороться со злом, с тем, что вызывает злобу, агрессию, боль.  Кто с этим борется, тот бессмертный.  Мы бессмертны, потому что эта борьба вечная. 
Валентина не готова была принять такую формулу.
- А разве не заслуживает бессмертия тот, кто хочет простого личного счастья для себя, детей, близких и борется за него?
- Поясните, - попросил Аэр, - что такое счастье? 
- Счастье, это когда сбываются твои желания.
- А зачем это надо? Это бессмысленно, потому что они или никогда не сбудутся, за одними появятся следующие, или сбудутся, и тогда насупит бесцельная жизнь, она не дает бессмертия, только уход в небытие.  А надо, чтоб сбывались желания той сущности, что создала весь мир и всех нас. А Вы этим не  занимаетесь, думаете только о себе. Как вы воспитываете детей?
- Развлекаем, поем, танцуем, играем, книжки читаем, праздники устраиваем.
- А это зачем, - удивился Аэр, - Зачем вы делаете из них паразитов, потребителей. Они так не станут разумными существами, останутся на уровне животных. Почему не приучаете  думать? Сделал ребенок что-то, расскажите, почему это плохо или хорошо для окружающих людей, пусть научится сам думать.  Не для него, пусть меньше думает о своих желаниях, а больше о других. Помогите ему понять, что хорошего он может сделать для родителей, для вас, друзей. Почему не развиваете способности?   
- У нас никто не умеет это делать.
- Мы так и полагали. Мы с коллегой убедились, на этой стороне бытия  развитие хороших  плодов не дает.
- А есть и другая сторона? -  посмеялся Тимофеев.
- Есть, наша цивилизация на другой стороне.
- А вы точно из другой цивилизации? Чем докажите?
Аэр достал "определитель намерений", направил на Тимофеева. Экран побелел.
- Вот этим прибором мы определяем суть живого существа, насколько он разумен. Это показывает экран. Если он черный, то в этом существе нет никакой разумности, он дикий и опасный, а если будет белым, то опасности нет, и его можно принимать разумным. Таких приборов у вас нет. 
- Но это нельзя проверить. Есть ли другое доказательство?
Тогда Аэр и Гай достали своих  "прыгунов" и включили их. Оба мгновенно исчезли и стали появляться в разных местах, слева, справа, на потолке. Происходила какая-то немыслимая свистопляска.
Виктор и Валя ничего не понимали, смотрели на это представление, раскрыв рты.
Вдруг представление закончилось, и гости оказались перед хозяевами на прежнем месте.
- Как это Вы делаете? - восхищенно спросил Тимофеев.
- Это не мы делаем, - ответил Аэр, - это делает вот этот маленький прибор, называется "прыгун". А мы всё это время находились здесь перед вами. Только вы нас не видели, а видели наше изображение в разных местах, посылаемое этим "прыгуном".
- А как он это делает?
- На нем есть кнопка, она включает и выключает "прыгуна". Поворачивая его можно передавать  свое изображение в любом направлении, а вот рычажок сбоку меняет расстояние до этого изображения.
"Какая замечательная вещь! Мне бы такую", подумал Виктор, но ничего не сказал, а только спросил:   
- Откуда вы прибыли? - спросил Виктор.
- Из пустоты, что находится под вашими ногами в середине этой планеты.
- Этого не может быть, - не поверил Дорофеев. Наши ученые выяснили, что внутри планеты находится  железное ядро, и оно создает вкруг планеты магнитное поле, защищающее нас от солнечной радиации.
- Это не совсем так, - ответил Аэр, - ваше магнитное  поле создается мощными потоками электрических зарядов, с большой скоростью вращающихся вокруг планеты, а кроме того, огромным количеством железа на её  поверхности.
- А как же там могла образоваться пустота? Известно, что все тела образовались из космической пыли. Она собиралась, уплотнялась, получалось тело. Оно прирастало новой пылью и падающими камнями, так стало одним сплошным монолитом.
- Ты забыл про вращение этой пыли.  Мы уже полетали в космическом пространстве, что над вами, и везде видели вращение. Вращается абсолютно всё. Разница в скоростях, одни вращаются медленнее, другие быстрее, разница в организации вращения. Это означает, что вращение является главным принципом организации всего сущего. Потому и пылевые облака закручивались, и возможно, с большими скоростями, менялись оси вращения по всем направлениям, происходило сферическое вращение с непрерывным изменением центра вращения. А это означает, что на пыль действовали две встречные силы, одна притягивающая и уплотняющая, а другая отталкивающая, отбрасывающая пыль прочь. В месте равновесия этих сил наступало уплотнение пыли, там появлялся сферический пласт сжатой пыли. Его размер зависел  от скорости вращения и силы притяжения,  и мог доходить до значительных величин. Этот пласт прирастал новыми слоями пыли по окружности. В середине такого слоя возникало значительное давление, и оно поднимало температуру, расплавляя вещества, в результате там  начинался  процесс создания плотных минералов, кристаллов, металлов, а для этого требовалось  поступление всё новых элементов и возникло притяжение к  этому слою снаружи и изнутри.  Так получилась пустотелая планета, в которой всё притянуто к слою магмы.
- Ты можешь это доказать?
- Мы можем тебе организовать путешествие к нам, вовнутрь твоей планеты, тогда сам убедишься.
- Да ладно! Правда? Тогда организуйте его нам с Валентиной. Валя, ты согласна?
- Конечно, - ответила Валя.
Но в это время на улице раздался крик "Обед"!

Тимофеев заторопился, надо возвращаться, если не придет, его начнут искать.
Валя осталась в компании инопланетян, а он ушел.
Заключенные подтягивались к бытовке, передвижная кухня уже приехала. Пахло супом и кашей. И вдруг на территории, где они работали,  прогремели выстрелы, раздались крики, началась суета, все забегали, стали прыгать в выкопанные траншеи. Произошло нечто неординарное.

Оказалось, что бандиты Бугра под его руководством подобрались к ближайшему охраннику, ударили лопатой и забрали автомат. Очередью расстреляли бросившихся к ним собак, и скрылись в ближайшем домике. Этим домиком оказался детский сад Валентины. Они спрятались на первом этаже за стенами, и стали требовать начальника колонии. Предупредили, что расстреляют каждого, кто сунется к ним. Заложниками объявили детей. Начальника вызвали, и он примчался с группой захвата. Примчался весь офицерский состав колонии. Начальник потребовал мегафон, ему принесли,  и он закричал бандитам.
- Бугор, зачем ты это сделал? Не трогай детей. Что ты хочешь?
Оттуда прокричали:
- Автобус для детей, миллион долларов и вертолет на поле за городом. Времени на всё два часа, потом будем убивать детей. В этом виноваты будете вы.
- Но у меня нет ни миллиона долларов, ни вертолета.
- Захочешь, всё найдешь. В банке миллион, у военных вертолет. Время пошло.

Начальник стал названивать своему начальству, главе города, в военный гарнизон, банкирам. У военных не оказалось исправного вертолета, банкиры наотрез отказались давать деньги. Начальство велело самим решать проблему, а городской голова сказал, что не имеет право вмешиваться в их систему.

Группа захвата предложила окружить детский сад, и захватить его штурмом. Ну да, могут пострадать и дети,  но что делать, другого варианта нет.

Начальник метался по площадке, орал на всех, он понимал, что на этом его карьере поставлен крест, не спасет даже то, что только недавно был на эту должность назначен. Он метался, орал, матерился, а время шло.

И вот тогда к нему подошел Тимофеев.
- Гражданин начальник, позвольте мне с ними разобраться.
Тот даже побагровел.
- Ты идиот? Их там шесть человек и автомат. Что ты сможешь с ними сделать? Я даже пистолет не имею права тебе дать.
- А я и без пистолета.
Начальник внимательно посмотрел на Тимофеева, мужик явно без мозгов. Пришьют дурака, это уж точно.
- И чего, вот так и пойдешь и всю банду уговоришь сдаться?
- Вы разрешите, а там посмотрим.
- Убьют тебя, дурень. Ну, если хочешь, иди. Получится, сделаю, что попросишь.

Тимофеев прыгнул в свою траншею. Согнувшись, чтоб не видно было, побежал к детскому саду. Там у стены измазал грязью всё лицо, одежду, потом осторожно подтянулся к окну, посмотрел, что там внутри, за  окном никого не было, бандиты были в зале. Залез и осторожно стал подниматься на второй этаж. Пробрался благополучно, дошел до комнаты отдыха, открыл дверь. Там перепуганная Валентина уговаривала инопланетян куда нибудь исчезнуть. А те не понимали, что происходит и почему им надо исчезнуть.

Тимофеев подошел к Аэру и попросил дать ему на время "прыгуна". Тот дал.
Теперь, держа в руке "прыгуна", он спустился на первый этаж. Ну вот, наступил его звездный час.

Весь чумазый в грязи, похожий на черта, вбежал в зал и заорал:
- Господа бандиты! К вам прибыл посол из ада! С показательным представлением! А вы детки ложитесь на пол.
Он подпрыгнул и сделал поклон.
- Платить придется посещением пекла.
Бандиты стояли у окон, следили за внешней обстановкой, в руках одного был автомат. Автоматчик направлял дуло то на улицу, то на детей. Те испуганно сидели на полу и плакали. Но легли на пол, как велел прибывший человек.
Бандиты  оторопело уставились на клоуна,  и только Бугор прошипел:
- Пошел вон, дурак! Пристрелим!
- Дядя, не груби нечистой силе. - Обиделся черт.
Автоматчик наставил на него дуло, и тут  черт мгновенно переместился к боковой стене.
- Стреляй! - крикнул Бугор.
Автоматчик дал очередь.
- Ай, как больно! - заорал нечистый, но не упал, а отряхнулся, словно сбрасывал пули, и в мгновение переместился дальше по стене.
- Стреляй, - опять заорал Бугор.
Автоматчик снова дал очередь, а тот улыбнулся:
- Мимо, мимо, - сделал реверанс и отскочил дальше.
Бандиты оторопело уставились на черта. Они ничего не понимали. Было же видно, что пули прошли сквозь  него и вонзились в стену.
- Что за чертовщина, - прошипел Бугор, вырвал автомат из рук автоматчика и дал по клоуну длинную очередь. А тот только язык показал и шмыгнул в дальний угол.
- Ребята, - закричал Бугор, - хватайте его! Все кинулись в тот угол, но только сбились лбами, а черт уже стоит у окна.
Раскрыв рты, бандиты неподвижно уставились на него. Всем стало понятно, что что-то тут не так. Такого вообще быть не может, очевидно, у них галлюцинации, причем у всех сразу, или все они сходят с ума.   
И тут они стали убеждаться в этом, как только увидели черта, понимающегося по воздуху к потолку. От этого видения они все опустились на пол и стали тупо смотреть  на происходящее. На лицах отразился ужас. Стал бить озноб. А происходило следующее: нечистый стал подплывать к Бугру, всё ещё державшему автомат, опустился на пол, подошел ближе и протянул руку к автомату. Тот покорно его отдал.
И тут черт вкрадчиво запел:
- Спят усталые игрушки,  книжки спят,
Одеяла и подушки ждут ребят,- и добавил. - Эта лунная ночь, как вакханка пьяна. Засыпайте, господа бандиты.
И они погрузились в оцепенение.

 Тимофеев выглянул в окно и крикнул.
- Бандиты обезврежены, идите, забирайте.
Он не заметил, что всё это время Валентина стояла у дверей и наблюдала за происходящим.

Группа захвата примчалась, и заковала бандитов в наручники. Их долго не могли поднять с пола, они тряслись и несли ахинею, придурковато улыбались и плакали. У всех явные признаки помешательства.  Их насилу вывели, а Тимофеев умыл лицо, поднялся с Валентиной наверх, отдал Аэру "прыгуна", сказал спасибо, и всё еще держа автомат,  через окно, по траншее дошел до начальника. Положил перед ним автомат. Тот смотрел на Тимофеева  тупо и  зачарованно, как смотрят на явление чуда.
- Как же ты остался живым, там же по тебе много раз стреляли.
- Не попали.
- Не понимаю. Их же там было шесть человек, могли  месиво из тебя сделать. Почему не сделали?
- Инопланетяне помогли.
Подошел командир группы захвата, сообщил.
- Задержанные бандиты лишились рассудка. Куда их везти?
- Вези в карцер и скажи доктору, чтоб обследовал, а что дальше, он скажет. А дети как?
- Не пойму. Несут какую-то ахинею, будто этот дядя бегал по стенам и по потолку, а бандиты в него стреляли и не могли попасть. А потом он забрал автомат и приказал всем спать. И они уснули.
- Что за бред? Кто нибудь может рассказать, что там было?
Все молчали. К Тимофееву:
- Как тебя зовут?
- Виктор Тимофеев.
- Ну, Виктор, не хочешь рассказать, не надо.
Приказал отряд построить. Когда все заключенные выстроились в ряд, вывел Тимофеева на середину.
- Вот, этот человек совершил подвиг. Небывалый в моей практике случай. Один и без оружия пошел против шести бандитов с автоматом и всех обезвредил. Как ему это удалось, не рассказывает, видимо из скромности. Благодарю тебя, Виктор Тимофеев, за этот подвиг. Говори, что хочешь, обещаю при всех выполнить, если это будет в моих силах.
- Отпустите меня на волю.
Тот задумался.
- Досрочно тебя отпустить не могу, ты даже половины срока не отбыл. Закон не позволяет. Но обязательно что-нибудь придумаю. Ты подожди пока.
- Хорошо, - ответил Виктор.
- А теперь, - сказал начальник, - всем обедать. На этом сегодня трудовой день закончился, после обеда обратно в зону. 
На следующий день Тимофеев проник в детский сад. Там встретил Валентину.
- Где инопланетяне?
- Я рассказала им, что происходило внизу,  как ты с помощью их прибора боролся с плохими людьми, победил их, и они исчезли.
- Ничего не сказали?
- Ничего не сказали. Только оставили тебе подарок. Она протянула какую-то вещицу. Это был "прыгун".

Вскоре начальник колонии вызвал к себе Тимофеева.
- Вот что, Виктор. В настоящее время выпустить тебя на свободу я не могу. Ты это знаешь. Но есть вариант. Сейчас в лагерях предлагают заключенным, заслужившим доверие, добровольцем отправиться в части, ведущие боевые операции на Украине. Это свобода, деньги, снятие судимости и прочие довольства. Если согласен принять такое предложение, то могу пригласить наборщиков специально для тебя.
- Разрешите ответить завтра.
- Тогда до завтра.
Ему надо это предложение обсудить с Валентиной.
Они встретились, и Виктор только спросил, может ли он покинуть её на некоторое время. Его отпускают, но с условием выполнения одного важного дела. А после он обязательно к ней вернется, и они вместе обсудят их будущее. Она ответила просто, что будет его ждать сколько нужно. 

*****

После выполнения всех формальностей и положенных процедур Тимофеев был направлен в полк, в котором Дарка готовила Михаила Илларионовича к измене родине.
Его там приняли, и, учитывая совершенный им подвиг в колонии, о котором стало известно из его личного дела, был определен в роту разведчиков. "Прыгуна" он постоянно держал при себе и тщательно скрывал.





Кульминация схватки.


Дарка велела Григорию срочно добыть ей миниатюрный диктофон, способный записать разговор на расстоянии до 10 метров. Объездил кучу магазинов, но таких диктофонов в них не было.

Стал рыскать по комиссионкам. Но и там пусто. В одной из них, сунув деньги продавцу, узнал адрес известного среди воров барыги. Но и у него не было. Однако встреча не прошла напрасно. Барыга намекнул, что его проблема может быть решена, если согласится отдать кругленькую сумму, с авансом вперед. Григорий согласился, но чтоб диктофон  был уже завтра. На следующий день он его получил. Барыга, когда Григорий рассчитывался, шепнул, чтоб с этим диктофоном  особо не светился, а то ночью такой пропал из квартиры крупного деляги.

Он тут же передал его Дарке. Получив диктофон, она выдала новое распоряжение. Нужно  купить цветы и преподнести ей завтра с непременным условием, чтоб это видел Михаил Илларионович.

На следующий день она разыграла сценку. Позвала Кутузова к какому-то складу, помочь с чем-то разобраться, и в тот момент, когда тот стал к ней приближаться, его опередил Григорий с букетом  роз, торжественно вручил, с чем-то поздравил и ушел. Подошедший Михаил Илларионович поинтересовался, какой  у его Дашеньки праздник. День рождения, - потупившись, сказала.
Ах, ах, как неловко получилось, засуетился, как же я это упустил. Он исправит свою оплошность, приготовит ей праздник. Пусть Дашенька приходит вечером в его кабинет. Хорошо, - ответила Дашенька. Про ресторан он больше не заикался.

К вечеру Дарья решила особо подготовится.

У Дарки давно был план психологической обработки начальника службы  снабжения,  и она неукоснительно следовала ему. Все её экзотические приемы имели последовательную логику.  Теперь наступало время заключительного генерального сражения. В нем ей надлежало довести клиента до полной потери самообладания, превратить в безвольное существо и, подчинив своей воле, заставить сделать то, на что никогда не согласиться настоящий офицер - предать Родину.

Это  будет накаленный эмоциями спектакль, и она обязана сыграть в нем ведущую роль. Главное в этом спектакле - реквизит.  И этим реквизитом будет  её тело. Его надо тщательно подготовить. Вся тщательно помылась, побрила интимные места, побрызгала духами. Критически осмотрела себя в зеркале, нашла среди косметики кремы, корректирующие цвет кожи, и всю себя разрисовала, затемняя одни места, осветляя другие, добиваясь контрастности и рельефности, чтоб придать фигуре большей выразительности и сексуальности.  Темные волосы с медным отливом обвязала алой лентой, нарисовала броский макияж. Теперь надо продумать одеяние.
Понятно, что никакие платья на этот случай не подходят.  Перебирая принесённый Кутузовым ворох женских вещей, обнаружила  шикарный халатик, зелёный, расшитый золотом. Решила, это подойдет. Нашла красивую цепочку, как раз  на голую талию. Надела туфли на высоких каблуках.  Халатик набросила на голое тело, взяла сумочку с диктофоном и пошла.

Она шла к нему и продумывала динамику драматургического накала сцен, чтоб довести полковника до состояния аффекта.   
 
Кабинет был в том же доме. Постучала в дверь кабинета, толкнула, она  открылась. Дарка  вошла степенно, с небрежностью богини, которая спустилась с небес, чтоб из любопытства заглянуть в этот сумрачный мир. И вот каким-то чудом забрела сюда. Помещение  освещалась из глубины  кабинета  красным мягким светом, исходящим от нарытой красным абажуром настольной лампы.  Это  придавало встречи легкую интимность.

У стены стоял накрытый стол. Рядом кресло и стул. На столе  бутылки вина, шампанского, коньяка, рюмки, бокалы. В красивых вазах фрукты, яства. На столе горели свечи. Желтые язычки пламени колебались, поддаваясь колебаниям воздуха, и возникающие  от этого движущиеся тени на стенах и предметах устраивали свои мистические пляски.  "Молодец, Михаил Илларионович, - оценила, -  нормально подготовился". Ей стало  понятно, что Кутузов готовит свой сценарий встречи, в котором ей определена роль доверчивой простушки. Он будет склонять её к близости с ним.

Михаил Илларионович  стоял посередине кабинета с огромным букетом цветов. Бросился навстречу, улыбаясь, преподнес цветы, она приняла,  вычурно поздравил с днем рождения и протянул  золотой кулон со сверкающим камушком, висящий на цепочке. Она попросила  тут же  надеть его  на шею. Для  этого чуть  приспустила с плеч халатик, давая ему возможность  увидеть крутые подъёмы грудей, затенённые  красным светом.  Золотой кулон со сверкающим камушком придавал ей царственный вид, но что было важнее, привлекал внимание к  теплому девичьему телу. 

В этом свете темные с медью волосы Дарки, обрамленные алой лентой, получили рыжий оттенок. Она вся, таинственная  и грациозная, с красной лентой, зелёными глазами, в сочетании с золотым кулоном на шее и зелёным с золотым орнаментом халате, казалась пришедшей из восточной сказки пери, отложившей крылья.

Подошла к креслу, мягко опустилась, небрежно положила ногу на ногу, высвободив их из-под пол халата. Окрашенные таинственным розовым цветом, они казались необыкновенно привлекательными.   Сумочку опустила рядом, цветы положила на стол.  Полковник продолжал стоять, пожирая глазами Дарку, не смея сдвинуться с места.

Наступила минута напряженного молчания.

Ну что же, спектакль начался,  пошла увертюра.
Она повернулась к нему и проговорила  тихим вкрадчивым голосом.
- Михаил Илларионович, а почему бы нам не начать торжество? Что ж Вы стоите? Налейте даме шампанского, а себе коньяка.

Он словно очнулся, подбежал к столу, засуетился, схватил бутылку шампанского, начал судорожно выкручивать пробку, та выстрелила в потолок, отскочила  и ударила полковнику в темечко, пена шипела и выливалась. Вскрикнул, стал наливать ей в бокал шампанское, и оно, пенясь, побежало за края. Прелестница засмеялась.

В этот момент открылась дверь и в кабинет пугливо вошла женщина  в черном. Она с её   скорбным лицом, подсвеченным  в сумраке красным светом, казалась явлением потустороннего мира.   
- Тебе, Люся, чего надо? - вскрикнул взбешенный её появлением хозяин.
- Тут вроде был выстрел. Я подумала, может, что случилось с тобой, Мишенька. Испугалась.  Посмотреть решила.
- Пошла вон!
И женщина нырнула обратно. 
- Кто это? - спросила Дарка.
Забормотал:
- Людмила это. Прилепилась как-то, на мои деньги позарилась. Мужа бросила, выгнала из дома, а он с горя что-то натворил и в тюрьму попал.  Там и сидит. Ему деловые люди предлагали отмазку, чтоб у меня поработал, да что-то у парня сломалось, пошел на голгофу. Дура она, эта Людмила,  никакого прока от неё. Хотя с  высшим образованием.  Теперь отделаться от неё не могу. Пристроил здесь как уборщицу. Теперь она уборщица и мне прислуга.
- Пользуетесь ею?
- Бывает, - хихикнул. - Мы тут все живые люди.
Дарка заразительно засмеялась.
- Коньяк себе налить забыли, Михаил Илларионович!
Торопливо схватил бутылку коньяка, сдернул косынку, и стал пить прямо из горла, судорожно глотая.  Опомнился, налил в рюмку.  Дарка держала в руке бокал с шампанским, пила из него, распустила волосы, и пристально рассматривала растерянного хозяина, пронзая взглядом насквозь, тем призывая к покорности.
 
Она пила, он  подливал ей шампанского, себе коньяка, вместе поглощали яства. Чокались рюмками, произносили смешные тосты, смеялись и выпивали.  Хмель бодрил, поднимал настроение, снимал стеснение.

Увертюра закончилась, пора начинать первый акт.
Она раскидывала руки, двигала ногами, халатик на Дарке местами расходился, и красный свет залетал в затаённые места, возбуждая фантазии  Михаила Илларионовича, которые  сводили с ума. Она осыпали его комплиментами, какой он моложавый, и при этом такой  умный, всеми уважаемый и красивый. А тот нахваливал её.

Градус настроения взлетал. Дарка встряхнула волосами. Расстегнула пару пуговиц на халате.
- А что это мы, любезный Михаил Илларионович, сидим без музыки? У Вас есть что нибудь музыкальное? Проигрыватель с пластинками? Ах, как это мило! Люблю старину. Ну тогда поставьте вальс и пригласите даму на танец!
Тот заторопился к проигрывателю, стал перебирать пластики.  Она поднялась, и тут зазвучал вальс "Амурские волны". Раскрасневшаяся красавица подлетела к полковнику, захватила руками, стала кружить, отдаваясь волнам звучащей музыки.  Кутузов неуклюже двигался, спотыкался. Тогда она усадила его на стул, и сама понеслась кружиться в танце. Она кружилась, а халат метался,  и в такие моменты перед глазами изумленного зрителя пролетали  фрагменты обнаженного её тела.

Кровь бросилась в голову, и он стал кричать "Ещё, ещё", поднялся, чтоб схватить её в объятья.
А она подлетела к нему, снова посадила на стул и села к нему на колени. Глядя в глаза, спросила:
- Любите ли Вы меня, Михаил Илларионович?
Аромат её тела кружил голову.
- Я схожу с ума от Вас, прекрасная моя богиня, вижу Вас каждую ночь во сне! Днем мечтаю встретить.

И тут Дарка пошла с козырей.
- А хотите видеть меня голой?
 Подготовка закончилась, теперь игра пойдет  по крупному.  Этим неожиданным ходом  коварная девица смела все его планы  и начала свою игру.

Кутузов растерялся. Что она затеяла? Что это за игра? Он, будучи  матерым  пройдохой и аферистом, обладавший звериным чутьем на опасность, благодаря чему никогда не допускал ошибок, тут вдруг почувствовал подвох, но что он мог сделать?  Само предложение сводило с ума, не говоря про возможное продолжение.
   
Лицо у полковника разрумянилось, на лысине пробился пот. 
- Это как? - глупо спросил.
- В танце, в танце! Ну, так хотите, - повторила Дарка, - видеть меня голой?
- Я мечтаю об этом, - выдавил, наконец, пугливо.

Она улыбнулась.
- Да что Вы так напряглись, дорогой Михаил Илларионович?  Я покажу Вам такой танец, какого Вы  никогда не видели. Вам понравится. У Вас есть пластинка с блюзом  Мамми Блю? Он был бы лучшим сопровождением.  Это будет танец откровений. 

Она подошла к креслу, а он  бросился к проигрывателю и стал перебирать пластинки.  Дарка в это время вынула из сумочки диктофон, включила запись и положила под цветы так, чтоб был незаметным. Наконец, он нашел запрашиваемую запись. Зазвучали ритмы блюза.

Вернулся на стул. Дарка  налила  ему коньяку, вручила бокал, приблизила его напряженные плечи к спинке стула, улыбнулась:
- Расслабьтесь, Михаил Илларионович, просто сидите, смотрите и наслаждайтесь.
Отвернулась и отошла на несколько шагов. Стоя спиной к нему, стала делать танцевальные движения в такт музыки, одновременно расстегивая халат.

 Расстегнула, отвела руки назад и  под звуки  саксофона  повела плечами, принялась  волнами изгибаться, в одну сторону, в другую.  От её движений халат стал медленно сползать с её плеч, рук, опускался ниже и ниже. Раскрасневшийся  полковник жадно пожирал глазами происходящее перед ним действие.  А она продолжала делать волновые  движения, и вот халат ещё больше  обнажает руки, спину, окрашенные красным светом, опустился до попы, задержался на её выступающем изгибе. Полковник мгновенно выпил коньяк.  Она качнула попой, халат упал,  и вот перед пораженным Кутузовым появились во всей красе роскошные шары выдающейся попы, переходящие в стройные ноги, удлиненные высокими каблуками на туфлях.   

И  стала  двигать бедрами, отчего шары  попы перемещались, независимо плавали в пространстве и он не мог от них оторвать глаз. И вот этими шарами двинулась на него. 
 
Полковник сполз со стула, пополз к ней навстречу, стал обнимать ноги, неловко целовать.

"Зажатый всё ещё", - констатировала Дарка. - "Усиливаем давление".

Освободившись от его рук, подошла к столу и налила в бокал себе шампанского, ему  ещё коньяку, подошла к расквашенному ловеласу, вручила коньяк, сама с бокалом вина  в руке отошла подальше и  развернулась передом.
 Теперь он мог без стеснения    рассматривать объекты своих ночных  грез, утопающих в красном свете.

Торчащие полные груди с сосками в разные стороны возвышались над тонкой талией, от которой начиналось плавное расширение к тазу и  полноватым бедрам, дающим начало таким же полноватым ногам,  между которыми  прятался в розовой полутьме бутон нераскрывшегося цветка.

Растрепанный Михаил Илларионович, усиленно всматривался во все детали, от этого наполнялся возбуждением. Особенно возбуждал его этот бутончик между ног, который при движении бедер, как ему казалось, подмигивал. То отражал ему  своей гладкой поверхностью упавший на него луч красного цвета от лампы с абажуром, то желтый от свечей. Кутузов  вытягивал лицо к нему, вдыхал исходящий аромат духов, становился пунцовым, млел, и его лицо  приобретало вид помешавшегося дурака.

Богиня смеялась. Она смеялась и пила вино из бокала. 
Надо ещё усилить давление.
 
Стала с бокалом в руке в ритме звучащей музыки, приседать, сгибая колени, выпрямляться, волнами перемещая  плечи и полный таз, переставляя ноги в разные позы.

Она продолжала свой танец откровений, но это был не танец, а невиданной изощренности издевательство над человеком.
 
Смотреть на это было невозможно. Полковник задыхался, сердце колотилось барабанным боем.

Но Дарка добивала его.
Она принялась поворачиваться  перед ним,  демонстрируя изящные позы бедрами,  попой, стоящими грудями, благоухая духами,  перешла на невиданные па, вращалась, нагибаясь в разные стороны, передвигала в танце ноги, давая ему возможность насладиться видом всех предметов его вожделения.
   
Вся её фигура бесстыдно демонстрировала невиданные  эротические позы. Словом, вела себя как самая похотливая шлюха. Но он ничего в этом  пошлого не видел, в своем  полусознательном состоянии наслаждался видом невероятно роскошного тела, не менее роскошного танца, наслаждался всем видом божественной феи с бокалом в руке. Он горел и полыхал. Его гипнотизировали  блеск  цепочки на талии, кулона на шее, блеск её прекрасных зеленых глаз.
 
Полковник не выдержал. Упал на колени, подполз, стал целовать всё тело, всё неистовей, страстней, она покорно отдавалась его поцелуям.
И тут нанесла нокаутирующий удар. 
-  А хотите меня, Михаил Илларионович?
- Дашенька, богиня, - бормотал, - ну когда же ты перестанешь мучить меня? Я умоляю, стань моей. Всё сделаю ради тебя!
- А ты и вправду сделаешь, что попрошу?
- Всё, богиня, всё сделаю.
- А бросишь свою Россию? Полетишь со мной за границу?
- Да, да, с тобой хоть на край света.
- А сможешь это доказать?
- Чем скажешь, докажу.
- А если попрошу оружие продать,  куда скажу? Полковник на секунду задумался, но она подставила ему для поцелуя грудь, живот и ниже тот бутончик. Раздавленный Михаил Илларионович  задыхался,  и только повторял:
- Да- да!
- Что да-да, - переспросила.
- Любое оружие продам, кому скажешь. 
- Ты сможешь завтра загрузить оружием грузовик и отвести, куда скажу?
- Да- да!
- Оружием, каким скажу?
- Да- да!
- Ну, смотри, не обмани.

Ну вот и всё. Её спектакль подошел к концу с триумфом, игра была вдохновенной, жаль, некому её оценить! Она заслужила грома оваций.  Тюфяк подавлен,  лишен разума и воли, он полностью в её руках. Осталась формальная часть, но тут уже проблем не будет.

Подняла с пола халат, накинула на себя, вытащила из-под  букета спрятанный  диктофон, и показала ему со словами.
- Тут всё записано.  Это чтоб завтра напомнить тебе твои обещания.  До завтра, дорогой!
Взяла цветы, подмигнула ошалевшему полковнику и ушла.

Ночь провел  в кошмарах. Непрерывно виделось невероятно соблазнительное тело, увиденное накануне. Оно сводило  с ума. Какой-то диктофон.  Наутро проснулся совершенно разбитым. Пошел в свой кабинет, в котором оставался запах Дарки, выпил рюмку коньяку, стало легче, и погрузился в грезы, в которых прокручивал фрагменты с голым телом вчерашней колдуньи.
 
А Дарка с утра встретилась с Григорием, и велела передать шифрограмму в штаб, что сегодня  вечером оружие будет вывезено с российского склада,  с запросом, какое оружие  и куда везти.  Пусть готовят деньги в долларах, назвала сумму, сумма была внушительной. И пусть подтвердят готовность.
 
Через час был получен ответ. Там был список нужного оружия, боеприпасов, и место встречи - такая-то дорога, до такой отметки. Деньги приготовлены.

Дарка поспешила к Кутузову, прихватив диктофон.
Нашла его во вчерашнем кабинете.
- Михаил Илларионович, пора выполнять обещанное дело.
- Какое дело,  Дашенька?
Дарка вынула диктофон, дала ему наушник, и включила вчерашнюю запись.
Кутузов, услышав свой голос,  встрепенулся, ему стало плохо,  прошиб пот.
- Нет, нет, за это пожизненный срок!
- Да чего Вы волнуетесь так? Нам отвалят столько денег, что нам с Вами до конца жизни хватит. Улетим сразу за границу, хоть на Лазурный Берег,  хоть в Рио-де-Жанейро. Вот там спокойная счастливая жизнь, не то, что здесь. Давайте лучше приступим к делу. Вот список нужного оружия, - она дала исписанный листок. -  Сделайте так, чтоб к вечеру здесь уже стоял грузовик с шофером, нагруженный этими изделиями. Учтите, дело уже поставлено на карту. Или Вы сделаете, как говорю, и у нас впереди море, рестораны, любовь и секс со мной, или эта запись попадает куда надо, и сидеть Вам на нарах всю оставшуюся жизнь.

Кутузов сделал слабую попытку отобрать у Дарки диктофон. Но та только улыбнулась.
- Хотите, я сама Вам его отдам. Запись сохранена в другом месте.
Убрала в сумочку диктофон, наклонилась к нему, высвободила из-под платья груди, провела сосками по лицу. Он только чмокал.
- Мишенька, какой ты всё-таки ребенок.  Приступай к делу.  Список с оружием положи в карман. Сделаешь дело, получишь сисю.
Подмигнула, привела себя в порядок и ушла.

Сомнения терзали полковника. И в самом деле,   думал,  с одной стороны, зачем ему тут всю жизнь корячиться, когда выпала возможность провести остаток  жизни в райских кущах, наслаждаться страстью голой колдуньи. Нельзя упускать такой шанс. Что его здесь держит? С женой давно расстались, детей не завели. Женщины? Да разве кто сравнится с его Дашей?  Никто близко не подходит. О чем ещё мечтать?   
А с другой стороны, пока он ничего такого не сделал, чтоб считаться предателем родины, может дальше тут спокойно подворовывать, да тащиться, как прежде, за барышнями.
 
И тут произошло событие, которое напрочь отбросило все его сомнения. 

Дверь в кабинет распахнулась, и на пороге появился  нежданный  гость. Это был Бурый.

Ворвался в кабинет, обнял, стал трясти.
- Друг ты мой дорогой, как же я рад видеть тебя! Насилу нашел! Да, у тебя тут вижу коньячок! Не хило живем. А я вот с хлеба на соль перебиваюсь. Нехорошо это. Как думаешь, порезать тебя на лоскуты или сам добровольно отдашь мою долю?
Перепуганный полковник начал что-то лепетать, но спохватился, взял себя в руки. И сразу в голове возник план.
- И я рад тебя видеть. Здорово, Бурый! Я давно мечтал тебе передать твои деньги, да  найти тебя не мог, всё где-то прячешься. Только денег у меня сейчас нет.  Все ушли на подготовку крупной сделки. Это хорошо, что ты сейчас появился. Как раз вовремя. Сегодня эта сделка  состоится.  Вечером товар поеду продавать. Большие бабки обещают. Хочешь, поедем вместе.
- Давай поедем. Рассказывай подробности. 
- Тогда слушай. Сегодня  вечером я повезу товар покупателю на грузовике. Это совершенно секретная операция, потому что товар дорогой и деньги за него будут немалые. Сейчас тебя я  спрячу  на складе. Вечером, когда товар будет погружен,  тайно выведу, и ты должен будешь спрятаться в кузове. Когда прибудем на место, тогда выберешься, и сам будешь участвовать в торге. Устраивает тебя такой вариант?
- А ты, сучара, меня не кинешь? Пришьешь в том кузове, и все дела.
- А что мне мешает это сделать прямо здесь?
- Ну ладно, давай прячь меня на своем складе.  Дай только пожрать и выпить.
Бросился к столику.

Крадучись, чтоб никто не видел, пошли к складу, ближайшему к складу с оружием.
Полковник открыл замок  и завел Бурова вовнутрь. Велел ждать.
 
Взял список, и стал готовить товар к погрузке.  Вошел  в оружейный склад и пометил  мелом изделия по списку. На вечер вызвал грузовик и погрузчиков.
 
Грузовик и погрузчики прибыли в заказанное время. Пока шла погрузка помеченного мелом оружия,  Кутузов наводил в кабинете порядок, распихивал по карманам документы, сжигал ненужные бумаги, вытаскивал из тайников спрятанные мешки денег, перенес их поближе к месту погрузки.

 Наконец, всё закончилось, машина загружена и закрыта брезентом. Погрузчики уехали.  Водитель за рулем. Кутузов велел ему сходить за Дарьей,  рассказал, где найти. Когда тот ушел, то первым делом, приоткрыв брезент, запрятал в кузове мешки с деньгами, затем вывел Бурова из склада и показал, где в кузове надо спрятаться. Когда тот забрался в кузов и затаился,  снова всё закрыл брезентом.

Подошли водитель с Даркой, сели втроем в кабину и двинулись в путь. На выезде из зоны у ворот  стоял Григорий, она махнула ему рукой. Это был знак, чтоб сообщил в центр о движении груза к месту встречи, пусть встречают,  а затем  Григорий может уходить.

Дарка, сидя с водителем, показывала, куда надо ехать. 
Наступила ночь.

По дороге молодой парень водитель рассказывал о своей матери. Он у неё единственный сын, она очень скучает и считает дни его возвращения. Дарка понимала, что парня застрелят, ей стало жалко его мамы, и она перед оговоренным местом встречи велела парню выйти и вернуться на базу, потому что дальше ехать опасно. Она сама  поведет грузовик. Парень вышел, но, не поняв ситуации, побежал за машиной, в темноте его никто не мог видеть. Бежать пришлось не долго. Он увидел, как машина остановилась, свет фар высветил людей в форме украинской армии. Они забрались в машину и куда-то её повели. Вот тогда и заторопился в обратный путь.
 
Он пришел на базу только утром. И сразу отправился к командиру доложить о происшествии.
 
Командир, выслушав сбивчивый рассказ водителя, был немало озадачен.  Он не знал, кому и какое оружие снабженцы должны были отвезти.   Кто его заказывал, для каких операций. Больше всего его взволновала возможность перехода к врагу самого современного  засекреченного оружия. Он был лично ответственен за его сохранность.  Вызвал спецгруппу, приказал вскрыть  склад, где хранилось это оружие, он сам придет проверить. Когда пришел и осмотрел помещение, пришел в ярость. Оно исчезло.

Срочно собрал командиров подразделений на оперативное совещание. Осветил суть дела. Вызвал  водителя, чтоб тот рассказал детали поездки, дорогу,  где ехал, куда должен был доставить груз, где грузовик  был захвачен военными украинской армии. Расстелил перед ним на столе подробную карту местности. Водитель рассказал, где  происходила поездка, кто с ним ехал, и что помощница начальника службы снабжения велела ему выйти как раз накануне захвата, словно предчувствовала нападение. Показал на карте  дорогу, и место захвата грузовика.

Встал вопрос, куда с этой точки боевики могли его перегнать.  Никаких предположений не поступило. Тогда командир вспомнил об  украинских перебежчиках, распорядился срочно найти и доставить в штаб.   Пока ординарцы  бегали по базе,  искали украинцев, командир распорядился позвать группу разведчиков.
 
Разведчики явились. Командир послал их в квартиру и кабинет Кутузова, найти что нибудь, что могло пролить свет на произошедшее событие, и посмотреть комнату его помощницы, Дарьи Скворцовой.

Когда разведчики, и с ними Тимофеев, вошли в квартиру полковника,  там застали встревоженную женщину, помятую, с опухшими от слез и бессонных ночей глазами,  небрежно одетую, истощенную,  со свисающими патлами волос.  В этой опущенной женщине  Тимофеев  с трудом узнал свою жену Людмилу, некогда высокомерную красавицу. Так вот к какому полковнику она от него сбежала, вследствие чего он попал в тюрьму и лагерь.
- Ты ли это, Люда? - только спросил.
- Витя, Витенька, прости меня, дуру. - Бросилась к нему на шею. -  Только тебя я любила и люблю. Не виновата я, он меня, ворюга,  купил. Дурой была.
И повторяла: прости, прости.
Всем присутствующим заявила.
- Сбежал он с украденным оружием, с наворованными деньгами  и со своей проституткой к врагам. Нет здесь никаких его документов, сама видела, как все документы  собирал и что-то сжигал. Счастливой жизни ему захотелось с этой проституткой, бросил меня.
И к Тимофееву:
- Найди его, убей подлеца.
- А как мне было, когда ты бросила меня и убежала полюбовницей к этому полковнику? Мне теперь тебя за это надо убить? 
 Отвернулся и вышел вон.

Разведчики всё перерыли, осмотрели кабинет полковника и комнату его помощницы. Никаких документов не нашли, но в кабинете обнаружили следы сгоревших бумаг. Похоже, та измятая женщина была права.
 
Вернулись в штаб, доложили командиру. В это время привели найденных перебежчиков. Это были Андрий Вытрищака и Гнат.
Ну-ка, ребятки, - обратился к ним, - посмотрите на карту и скажите, куда вот с этого места, - он показал на карте, - украинские нацисты могли  перегнать  захваченный на этом месте  наш  грузовик с оружием.
Гнат, как старослужащий, лучше Андрия был осведомлен,  где что находится в тех местах. Он сразу показал секретный склад с оружием, к которому  вела лесная дорожка от  точки захвата.
Но захватить этот склад будет непросто, там усиленная охрана, да поблизости батальон с мощным вооружением.

Командир задумался.
- Какие будут предложения? - спросил он присутствующих офицеров. 
- Может обойти? - предложил один.
Но Гнат отверг это предложение, по фронту не менее мощные отряды. Пробиться сбоку невозможно. 
- Может артиллерии дать координаты этого склада, пусть перепашут его вместе с украденным оружием.
- Можно с ума сойти, -   командир взволнованно заходил по комнате. - Если бы вы только знали, во что оно оценивается, да каких усилий стоило его создание! Вам  лучше не знать, что будет за утрату этого оружия. А уж за передачу его врагу что будет, то лучше об этом не думать.

Закурил.
- Какие ещё будут предложения?
- Позвольте мне, товарищ командир, - выступил вперед Тимофеев.
Тот недоверчиво посмотрел на новенького разведчика.
- Кто такой, как  зовут?
- Рядовой Виктор Тимофеев.
- А, это ты там, в лагере расправился с шестью вооруженными бандитами?
- Так точно, я, товарищ командир.
- Ну тут, Виктор Тимофеев, их побольше будет и пушки у них есть. Там батальон.
- А я и с этими справлюсь.
- И оружие вернешь?
- Так точно!
- Вот! - воскликнул командир, - вот учитесь у Виктора Тимофеева, как надо решать боевые задачи!
Позавтракал, ты позавтракал Тимофеев? И один без оружия пошел и разгромил целый батальон. Разгромишь их Тимофеев?
- Нет, товарищ командир, громить не буду. Сами  сдадутся.
Тот сел на стул и затрясся в смехе, заулыбались все присутствующие.
- Может он псих, - спросил их, утирая слезы.
- А мы ничем не рискуем. - Продолжал Тимофеев. - Вы мне дайте ракетницу и мегафон. Я и пойду.
- А автомат не надо?
- Не, не надо. Он лишний.
- А зачем тебе мегафон и ракетница?
- Через мегафон я буду уговаривать их сдаться, а ракетницей дам сигнал, когда можно будет подходить, принимать пленных и забирать оружие.
- Пошел вон, идиот! - сорвался в крик командир. - Ещё стоит тут, издевается.
Тимофеев вышел, но далеко не стал отходить.

Не прошло и часа, как его позвали обратно.
- Ладно, сказал командир, дайте этому придурку что просит. Пусть идет. Пусть там будут думать, что здесь начался штурм, а мы прорвемся с фланга. Ты, придурок,- обратился к Тимофееву, - ты бы написал прощальные письма родственникам, а я тебе потом посмертную медаль оформлю. Иди, герой.

Час ушел на все сборы. Бронетранспортеры повезли солдат на плацдарм, откуда  они должны будут ударить во фланг. Разведчиков вместе с Тимофеевым должны доставить к месту напротив основной группировки противника.
За это время Андрий расспросил, кто был в том грузовике,  и ему сказали про полковника, начальника службы снабжения и его красивую и сексуальную  помощницу Дашу, которая появилась недавно. Он  тут же сопоставил уход из Хохловки  Дарки с русскими солдатами  в их зону,  с появлением в ней красивой помощницы, и понял, кем была та Даша.  Понял и попросил разведчиков взять его с собой. Они не возражали.

Роту разведчиков с Тимофеевым и Андрием отвезли к намеченному месту и высадили.  Там был лесочек. А дальше разделяющее противников  голое поле.

Тимофеев распорядился разведчикам затаиться в этом лесочке, дальше пойдет он один. Как увидят  его ракету, пусть спокойно идут принимать сдавшихся нацистов.

Так и сделали. Разведчики затаились в лесочке, а Тимофеев отправился к врагам. Только предупредил товарищей, чтоб не следили за ним, иначе им будет плохо. Всё поведение солдата им было непонятным и странным.  Потому  подобрались ближе к полю, чтоб посмотреть, что  он там  затеял.
Вначале они потеряли его из вида, а потом увидели метров за 20 в стороне от того места, где он только что находился.
Быстрый мужик, - подумали разведчики, - наверно, так и будет прыгать.
Но то, что они увидели, превзошло все их ожидания. 
Они увидели, как отчаянный герой, поднял мегафон и закричал нацистам:
- Все смотрите на меня. Я Виктор Тимофеев, посланец из преисподней, меня сам Сатана послал на землю забирать мерзавцев в ад.  Я иду к вам. Мерзавцем будет считаться тот, кто не послушает меня. А кто в меня выстрелит, того лишу разума. Я бессмертен. Ну, попробуйте меня остановить. Лучше выходите на поле с поднятыми руками. Так спасетесь от моего гнева.

В это время снайпер Федорчук получил приказ снять дурака. Он прицелился Тимофееву  в сердце и выстрелил. А тот даже не шелохнулся, продолжал идти к ним и орать в мегафон.
Федорчук выстрелил ему в голову, опять ничего, продолжает идти и орать.
- Ты что, Федорчук, - закричал на него командир, - попасть не можешь? - Ребята, - это уже к другим снайперам, - уберите этого крикуна.

Ребята стали стрелять, а Тимофеев словно завороженный, продолжал идти к ним и не обращал никакого внимания на пронизывающие его пули.

Это озадачило не только украинских снайперов, но и разведчиков, следящих за ним из укрытия.
Они ничего не понимали, что происходит, но продолжали наблюдать.  На всякий случай помолились. 

Тогда украинский командир прибежал к артиллеристам, чтоб долбанули по нему. Артиллеристы удивились, но зарядили пушку, нацелились на идущего Тимофеева, и выстрелили. Снаряд взорвался под ногами крикуна, а он продолжал идти.
Тут уже артиллеристы впали в ступор. Никто не мог понять, что происходит. Наверно это на самом деле Дьявол из преисподней.

Тут всех начал бить озноб. Тимофеев кричал, кто тут стреляет в меня, того сразу отправлю в ад.

Нет, такого быть не может! Он и на самом деле бессмертный. Появился старший офицер. Заорал, когда же вы, наконец, прикончите этого идиота!  Но мы не можем, отвечали  снайперы и артиллеристы. Это не человек!  Как не можете, а ну из всех орудий!
Затрещали автоматы, загрохотали орудия, Там, где находился Тимофеев, земля перемешалась с огнем, дымом, воздухом в одно месиво. А он  вышел целый и невредимый из этого ада и снова двинулся к ним.  И тут случилось невероятное. Он  поднялся в воздух.
- Кто тут стрелял в меня? Падайте и тряситесь, вас забираю в ад.  Остальные марш  на поле с поднятыми руками.

Началась паника.
А Тимофеев продолжал  кричать.
- Убейте тех, кто стреляет в меня!
Раздались выстрелы, некоторые нацисты  упали убитыми. Тимофеев завис над всеми. Раздались истошные вопли.

И тут началось светопреставление.
Украинские солдаты побросали автоматы  и побежали в разные стороны, куда глаза глядят. Большинство, не смея ослушаться демона, вышли на поле с поднятыми руками.

Тимофеев выпустил ракету. Все увидели, что ракета вылетела  из пустого места, совсем не там, где находился крикун.

Все, кто это видел,  упали на колени, на землю и стали молиться.
Молились и разведчики. Но на поле вышли и постарались поднять упавших, чтоб построить их в колонну. Но те не поднимались, а продолжали неистово молиться.

Тогда они по рации связались с командиром полка, чтоб тот выслал им подмогу.
- Что там у вас происходит? - спросил командир.
Разведчики ответили:
- Идет массовая сдача нацистов в плен. Падают на землю, поднять не можем.
- Вы там напились, что ли? С ума посходили? Где Тимофеев? Его убили?
- Тимофеев идет в их штаб.

Командир понял, что разведчики свихнулись. У него стоял вопрос, когда отдать приказ начинать наступление по намеченному плану. Полк стоит на плацдарме и ждет приказа.
Снова связался с разведчиками.
- Мне начинать штурм на фланг?
- Так нет уже противника, - ему ответили, - противник разбежался и сдается в плен.

Вызвал дежурного офицера.
- Голубчик, слетайте к разведчикам, они несут какую-то ахинею,  выясните, что там происходит, и срочно доложите.

А в это время Тимофеев, действительно шел в штаб. Ему пленные объяснили, где он находится.
Штаб размещался  в подземном бункере. Боец поправил форму и вошел в помещение. Там находилось командование батальоном, среди них были пленённые начальник снабжения и его помощница.
 Все испуганно смотрели на вошедшего.
- Значит так, ребята. - сказал Тимофеев. - Оружие оставляем здесь и выходим на природу.
Публика покорно подчинилась. Все вышли наружу. И тут к ним подбежал Андрий. Увидел Дарку. Обратился к Тимофееву:
- Могу я пообщаться с этой барышней?
Тот кивнул и выдал следующее распоряжение:
- Офицеры! С поднятыми руками следуйте на поле, а ты, - посмотрел на полковника, - пойдешь со мной, покажешь, где находится украденное тобой оружие. Иначе сейчас же отправишься в преисподнюю.
Тот молча кивнул и покорно повел Тимофеева к оружейному складу. Там всё еще стоял неразгруженный грузовик. Рядом лежал  труп с простеленной головой.
- Кто это? - спросил у полковника.
Тот пожал плечами. Тогда Виктор перевернул его к себе лицом и увиденное его потрясло. Убитым был Бурый. Он узнал его. Так значит, Бурый сам пошел к жуликоватому полковнику требовать с него долг, а тот  его подставил под пулю. 
- Так это к тебе Бурый хотел направить меня помощником? Ну и встреча! Так ты и меня бы убил, как убил Бурого?  Сколько же таких подонков как ты развелось на земле русской!
- Не убивай, не убивай, - заверещал тот.
- Судить тебя будут подлеца. Зачем мне убивать?  Хотя Людмила умоляла рассчитаться с тобой прямо здесь. Помнишь мою Людмилу? Это ты судьбу нашу с ней разрушил. Нет, я тебя казнить не буду.  Сам на себя руки наложишь в пожизненной камере.
 Под машиной  прятался солдатик.
- Ты кто? - спросил его Тимофеев.
- Я никто, - тот ответил, - просто шофер.
- Вот что, шофер, залезай в кабину и повезешь нас с полковником и этим грузом обратно, на дорогу, и в русскую зону. Иначе - в ад.
Тот кивнул, они сели в кабину и отправились в путь.

А в это время Андрий беседовал с Даркой.
Он спрашивал её, что это было?
- Андрий, дорогой, как же хорошо, что мы встретились! Бежим отсюда! У нас с тобой теперь всё будет, мы будем жить в Европе, а хочешь, в Америке, как все свободные люди, у меня денег, не поверишь, миллионы долларов, они там, в бункере, в саквояже. Ну, давай возьмем их и убежим!
Андрий пребывал в растерянности. Европа, миллионы долларов. Зачем? 
- Дарка, дорогая, а что дальше? Деньги закончатся, и у нас ничего не останется. Не будет  родины, ни детей, ни дома, вообще ничего. Как жить будем? Чем жить? Давай вернемся домой. Нам не нужны ни война, ни Европа, ни безумные планы нацистов. Будем  просто жить  своей семьей, дом свой поставим, родим детей, ферму с коровами заведем, и будет у нас долгая счастливая жизнь.  Не нужны нам твои миллионы, беду они нам принесут. Возьмем только на дорогу и на устройство нашей будущей жизни. Соглашайся, Дарка, я люблю тебя!
- Я согласна, Андрий, любимый, дорогой, на всё согласна,  только бы быть с тобой!
Они обнялись и долго так стояли.
Потом спустились в бункер, взяли из саквояжа некоторое количество долларов и отправились через лес в неведомую им счастливую жизнь.

Когда Тимофеев привез похищенный грузовик с оружием и беглым полковником на базу, гарнизон бурно встречал его восторженными криками. Полк уже вернулся, не сделав ни одного выстрела, не потеряв убитыми и ранеными ни единого бойца. Слухи о проделанной Тимофеевым операции ходили самые фантастические. Те, кто вернулся  с места событий, рассказывали такое, что можно было заподозрить в массовом помешательстве.

Доставленные пленные нацисты испуганно косились по сторонам, некоторые продолжали молиться и взывали в Богородице. Словом, вели как полные психи.
Тимофеев высадил солдата водителя, его отвели к пленным, а привезенного полковника отправили в карцер.
Полк продолжал кричать, салютовать, поздравлять Тимофеева. Встречать победителя вышел командир полка. Осмотрел грузовик с вернувшимся оружием, подошел к сияющему герою, пожал руку, крепко обнял, и только спросил, как это ему удалось всё сделать. А то рассказывают разные небылицы, как будто его расстреливали всеми винтовками и автоматами на поле, стреляли даже по нему из пушек, а он даже не обращал на это внимания, а в довершение всего, стал летать по воздуху. Несут какой-то бред. Что на самом деле было? Как он заставил всех нацистов разбежаться и сдаться? 
- Просто применил массовый гипноз, - отвечал Дорофеев.
- А как это, покажи.
- Не могу. Это у меня получается только в минуты смертельной опасности.
- Ну ладно, не хочешь делиться своими  тайнами, не надо. Завтра напишу представление к награде георгиевским крестом.
Дорофеев помрачнел,  и дерзко ответил.
- Не надо мне вашего креста. Это Гитлер награждал  своих мерзавцев крестами, а я вам не мерзавец.   Георгиевский, не георгиевский, любой крест - это для мерзавцев и покойников.
- Так у нас крещеные кресты носят на груди. Они что, мерзавцы или покойники? - возмутился командир.
- Да пусть носят хоть веревку с петлей, это их дело, а мне этого не надо. Я советский человек. Я на звезду согласен. 
- Тогда ничего не получишь.
- А я и не просил. Отпустите меня домой.
- Не могу, тебя командующий фронтом просил к нему доставить.  Завтра утром отвезу тебя к нему.

Когда Тимофеев шел по базе, то заметил странность в отношении к нему сослуживцев, все  испуганно смотрели на него и  разбегались.
 
Наутро его вызвал командир, посадил в свою машину и они поехали к командующему  фронтом. Тот принял их незамедлительно. После доклада начальника полка, герой представился:
- Рядовой Тимофеев прибыл.
- Вы не рядовой. Теперь Вы лейтенант. О Ваших успехах известно всему округу. Не буду спрашивать, как Вам в одиночку удалось справиться с  вражеским батальоном, но теперь у меня к Вам просьба помочь нашим орлам прорвать вражескую оборону в другом месте. Сможете, получите от меня награду.
Тут вступил начальник полка.
- Я уже предлагал ему вручить  георгиевский крест, а он протестовал, дескать, это Гитлер награждал фашистов крестами, а он не фашист. На звезду он согласен.
Тут задумался хозяин кабинета.
- Я и сам не понимаю, - произнес, -  кто только выдумал эти кресты. Мы сражаемся с фашистами, как сражались наши советские люди. Их звездами награждали, а не крестами. Крестами сейчас награждают наших врагов. Поддерживаю лейтенанта Тимофеева. Получит звезду, если выполнит задачу. Вы, лейтенант, поможете моим бойцам?
- Помогу, - ответил Тимофеев.
- Тогда отправляйтесь к ним незамедлительно. Вас отвезут.

Его отвезли в незнакомый полк, разместили, накормили, объяснили задачу.
Против их полка расположена мощная бригада противника. Оборона у них выстроена превосходно. Там бетонные укрепления, танки, пушки, реактивная техника. А надо прорвать.  Вот как это сделать, чтоб минимизировать потери, пока не понятно. Потери будут огромные.
На это Тимофеев отвечал.
- Дайте мне ракетницу и мегафон. Когда увидите ракету, приходите на их территорию и забирайте пленных. Больше ничего не надо. Завтра это будет, а сейчас хочу выспаться.

Окружающим стало  понятно, что присланный мужик идиот, да ещё совсем съехал с катушек, но его прислал командующий фронтом с напутствием строго выполнять его распоряжения  и не приставать с расспросами.  Придется выполнять.

Наутро Тимофееву дали всё, что он просил. Отвезли на позицию. Сзади расположился полк.

Он сделал то же самое, что проделал в прошлый. Закричал в мегафон, что он Виктор Тимофеев, посланник ада от самого Сатаны, пришел карать украинских нацистов. По нему так же стреляли, били из пушек, даже запустили  ракету, а он оставался невредимым и даже поднимался  в воздух, и по воздуху шел на них. Армия в ужасе стала разбегаться, кто-то начинал молиться.
- Всех отправлю в ад, - кричал Тимофеев, - выходите с поднятыми руками! И солдаты, офицеры поднимали руки. Тимофеев прошел дальше, где были бетонные укрепления, стояли танки, никого там не было,  запоздавшие солдаты, увидев Тимофеева, тут же поднимали руки и начинали креститься. Он выпустил ракету, и подошедший полк стал  принимать  сдавшихся, и занимать опустевшие  укрепления.

Затем его  снова доставили  командующему фронтом.               
- Совершенно не понимаю, как это у Вас получается. Такого просто не может быть. Но Звезду Вы заслужили, товарищ капитан, - сказал командующий. Помогите еще раз в другом месте, и я отпущу Вас домой.
- Вчера я был лейтенантом, -  поправил его Тимофеев.
- Теперь капитан.
- Я, конечно, помогу, если и вправду примете мою отставку. Но почему Вы хотите избавиться от меня? Разве война уже кончилась?
Командующий армией нервно зашагал  по кабинету.
- Как Вам объяснить, Виктор, простите, как по отчеству?
- Николаевич.
- Да, Виктор Николаевич. Вы знаете, сколько людей задействовано в армии, работают на армию, сколько в ней офицеров, генералов, а сколько институтов, конструкторских организаций работают на войну, сколько человек занято в оборонной промышленности? Сколько в военных училищах, академиях? Миллионы и миллионы.  А что будет, если им всем сказать: всё товарищи, теперь вы все уволены, идите на улицу и делайте, что хотите. Вы теперь стране не нужны. За вас всё сделает один Тимофеев, а даже без оружия. А они ничего, кроме военного дела не знают, ничего делать не умеют. Что тогда начнется в стране? Даже страшно представить, что будут делать миллионы вооруженных людей в одночасье ставшие  безработными. Грохнется торговая система, финансовая, начнется полный хаос и страна погибнет. Вот что произойдет, если Вы будете продолжать так спокойно в одиночку останавливать все армии противников. Войн вообще больше не будет. А если Вас  каким-то образом  всё же уничтожат, что тогда будет?  Нет,  дорогой Виктор Николаевич, давайте ничего менять не будем, пусть страна работает и воюет, как прежде, а Вы сейчас еще раз поможете моим ребятам, получите звезду героя и идите домой. 
- Я понял, - ответил Виктор.

Его отвези в новое расположение русской армии. Там ему объяснили задачу. Как в прошлый раз дали выспаться, наутро дали мегафон и ракетницу, отвезли на линию фронта. И только Тимофеев появился перед врагами и закричал, что к ним идет он сам,  Виктор Тимофеев, как тут же вражеские позиции опустели, одни убежали, другие вышли сдаваться.

Его снова отвезли к командующему фронтом.
Тот вручил заслуженную награду, золотую звезду героя и подписал его рапорт об отставке.
И, улыбаясь, спросил.
- Вот теперь, когда Вы покидаете нас, могли бы мне  хоть по большому секрету рассказать, как вы выживали, когда Вас расстреливали?  Какой у Вас секрет?
- Только по большому секрету, товарищ командующий. Не расскажу, а покажу.
Отошел на несколько шагов в сторону.
- Вот, смотрите,  видите меня сейчас стоящим здесь, а теперь смотрите, где я буду.
Он незаметно включил "прыгуна" и моментально переместился к дальней стене кабинета. На лице командующего появился испуг, он такого не ожидал. Потом моментально переместился к стене напротив. Наконец,  снова предстал  перед командующим.
- Как же так Вы прыгаете? Это же невозможно! - проговорил командующий.
- А я и не прыгал, я тут стоял все время, это прыгало моё изображение, типа голограммы. Стреляли не в меня, а вот в такую голограмму.
- Но как Вы это делаете?
- Объяснить это не могу, просто дар такой есть у меня.
- Но мы без Вашего дара обойдемся, - примирительно сказал хозяин. -  Мы же можем, например, приглашать актеров, гримировать под Вас и пусть они мегафоном всех врагов распугивают.
- Но это же рискованно. Если выстрелят в такого смельчака, то конечно, его убьют, и на этом вся мистификация закончится.
- Война без жертв не бывает, а вот такой фокус позволит сохранить жизнь многим нашим парням.
Тут командующий замолчал, лицо стало серьёзным.
- Виктор Николаевич, есть ещё одна тема, и весьма серьезная. Мне тут по Вашему поводу оборвали телефон. Звонят из разных газет, телевизионных каналов. Оказывается, о Ваших подвигах на фронте уже прознал весь мир. О том, что  происходило на зоне боевых действий с Вашим участием, корреспонденты узнали от бесчисленных свидетелей тех событий, в основном от убегавших от Вас украинских боевиков. Многие из них сейчас пребывают в психлечебницах. Эти свидетели рассказывают просто невероятные вещи, такие, в которые здравомыслящий человек никогда не поверит, потому что это противоречит всем законам природы. Этого  в принципе быть не может.  Им вначале никто не верил, думали, что это сплетни, чьи-то выдумки, чтоб своё бегство оправдать,  но когда в разных частях страны совершенно незнакомые между собой люди  стали рассказывать одно и то же, совпадения были даже в деталях,  то дело стало принимать пугающий поворот. Пишут о Вас все мировые газеты, говорят все телевизионные компании, судачат  простые люди на улицах. Ваши портреты, составленные со слов очевидцев, стали предметами  культа. Уже появились религиозные секты Вашего имени.  Мир сходит с ума. Все в ужасе. Мировые академии наук, ведущие университеты забаррикадировались от наплыва разных корреспондентов, которые   требуют объяснений произошедшего. Ученые разводят руками и ссылаются на неизвестные науке  феномены. Навалились на папу Римского, как такое могло случиться, что демоны из ада стали выходить? Тот отвечал, что такого не может быть, это выдуманные персонажи. Тогда и бог выдуманный персонаж, тогда что папа тут делает? Папа спрятался и его найти не могут.  Скоро будут ломиться  ко мне. Все хотят увидеть Вас и услышать объяснения.  Уже начались брожения в правительствах разных стран, там  опасаются народных волнений, мировой рынок начало лихорадить, все акции трещат, пошли слухи о конце света. И всё потому, что из преисподней в этот мир пришел посланник Сатаны, и зовут его Виктор Тимофеев.  Вы стали живым демоном. Вы понимаете, какое значение Вы теперь имеете для всего человечества?
Имейте в виду, как только Вы отсюда выйдете на улицу, Вы сразу окажитесь в плену толпы. Каждому захочется оторвать от Вас хоть кусочек, и никакая армия Вас не спасет. Даже если Вы измените облик, Вас всё равно найдут.  Вам надо или вообще исчезнуть, или занять в обществе определенное место. А для этого я предлагаю пригласить сюда представителей самого популярного телеканала с отрядом охранников, и пусть в их сопровождении доставят Вас на телестудию, чтоб оттуда транслировать по всему  миру Ваши слова. А потом как дело сложится. Согласны?
Тимофеев понял, что попался в крутую заварушку, надо на что-то решаться. И, пожалуй, предложение командующего не совсем плохое.
- Согласен, - сказал.
- Тогда я звоню, - и командующий набрал номер. - Только, Виктор Николаевич, дальнейшее будет постоянно сопровождаться риском для Вышей жизни, так что держите Ваш дар всегда наготове.

Вскоре кабинет наполнился разными людьми. Они организовали круг вокруг  Тимофеева, наставили на него осветители, многочисленные теле и фото камеры.
Бойкая дамочка с микрофоном подошла к нему, и, глядя в камеры, затараторила.
- Внимание, внимание! Мировая сенсация! Наконец мы поучили возможность показать всему миру того, кто поразил воображение каждого жителя планеты, внес смятение в умы ученых, стал разрушителем всех законов природы,   пугающей личностью,   демоном, пришедшим  в наш мир прямиком из ада. Прошу, - и она показала на сникшего героя, - это и есть Виктор Тимофеев.
Все бурно зааплодировали.
- А теперь мы попросим демона Виктора Тимофеева проследовать с нами в нашу телестудию, где с его позволения зададим всех нас интересующие вопросы. Камеры будут работать весь наш путь. Прошу Вас, уважаемый Виктор, - и жестом пригласила выйти с ней.

На улице быстро собиралась толпа, народа прибывало всё больше и больше, уже целое море людей, начиналась давка, всем хотелось хоть как-то взглянуть на демона из преисподней. Охранники окружили вышедших из здания телевизионщиков с Тимофеевым посередине, и торопливо пробивали через толпу   дорогу к стоящим автомобилям. Камеры всё это постоянно снимали. Они были установлены даже  на открытых лимузинах, что позволяло сверху снимать происходящее.  Наконец, процессия дошла до машин, и Тимофеев под усиленной охраной был усажен первым в самый престижный автомобиль. Как только группа сопровождения разместилась по машинам, вереница тронулась в путь.

Горожане уже знали из телерепортажа, где везут самое загадочное существо в человеческом облике. Улицы по маршруту движения  были заполнены нетерпеливыми ротозеями.
 Машины непрерывно гудели и с трудом пробивались сквозь массу людей.

Вдруг  что-то впереди загремело, раздались выстрелы. Люди на улицах бросились врассыпную, попрятались во дворах, подъездах, дорога очистилась и  перед пассажирами открылась странная и пугающая картина. Впереди, перегородив дальнейший путь,  стояло несколько черных  машин.  Из них  вышли  вооруженные автоматами люди в черных костюмах и балаклавах на головах.

Колонна остановилась. Операторы на открытых лимузинах продолжали снимать, не переставая, вести телепередачу, чтоб весь мир видел происходящее.
Люди с автоматами подошли к машине, где сидел Тимофеев, и попросили его выйти. Он вышел и в один момент одновременно  отпрыгнул в сторону и  включил "прыгуна", чем подставил вместо себя свое изображение. Никто не заметил подмены.
Один из автоматчиков дал очередь в воздух, чем привлек к себе общее внимание, и закричал операторам, чтоб все снимали, что он будет делать.
- Мы, - сказал он, - сейчас  по поручению конфиденциальных организаций и сообществ,  не желающих огласки, сейчас  проведем сеанс разоблачения этого шарлатана, - он указал на Тимофеева.  - Все должны знать, никакого ада не существует, и никаких демонов быть не может. Пусть весь мир это узнает и, наконец, успокоится. Смотрите все сюда. Сейчас этот демон испустит дух.
Он навел автомат на грудь Тимофеева и  выпустил  в него серию пуль. Пули прошли через его грудь и  прошили автомобиль, возле которого тот стоял.
А Тимофеев поднял руки и пошел на автоматчика:
- На колени, прокаженный! - заорал. - На колени передо мной! Прокляну! 
Автоматчик попятился и снова стал стрелять, стрелял в грудь, голову, а Тимофеев, как ни в чем не бывало, продолжал наступать на него. 
- Хватайте его, - истошно заорал автоматчик своим спутникам. Те бросились с разных сторон на Тимофеева, и словно провалились сквозь пустоту, сбившись в кучу.
- А-а,  -  закричали и бросились обратно к своим машинам, а автоматчик упал на асфальт и забился  в конвульсиях. К нему подбежали, стащили балаклаву, чтоб мог дышать, но тот продолжал задыхаться. Лицо сделалось белым, глаза навыкате,  бормотал что-то несвязанное. Ему вызвали скорую помощь. Подождали, когда прибудут врачи, те определили инфаркт, инсульт,  погрузили в свою машину и увезли. Окружающие пребывали в  шоковом состоянии. Они теперь сами воочию увидели то, о чем много раз слышали,  и во что поверить не могли. Многие упали на колени перед Тимофеевым.  А герой события забрался в машину,  давая  понять, что можно продолжать движение дальше.

Телеоператоры, непрерывно снимавшие все происходившее на камеры, тут же связались с разными мировыми агентствами и за большие деньги передавали им снятый сюжет. Общественность, увидевшая собственными глазами невероятные качества Виктора Тимофеева, о которых прежде только ходили слухи, над которыми все умные люди только смеялись, была шокирована. Появление демона на Земле теперь стало доказанным фактом. Ни наука, ни церковь по этому поводу ничего сказать не могли. Мир застыл в ожидании следующих невероятных событий.
 
Его привезли к телестудии, со всей почтительностью сопроводили в зал для конференций. Там уже собрались многочисленные корреспонденты, представляющие мировые агентства всего мира, телекомпании разных государств. Десятки камер и ослепительных юпитеров были направлены на центральный стол. К нему подвели Тимофеева, усадили. Суетливая дама стала задавать вопросы.
- Простите, уважаемый демон, как к Вам обращаться? Ваше сатанинское величество, или святейшество  геенны огненной?
- Называйте меня просто Виктор, или Виктор Николаевич. 
- Не могли бы Вы, многоуважаемый Виктор Николаевич ответить на ряд интересующих мировое сообщество вопросов.
- Пожалуйста, задавайте. Только прошу учесть, не всё людям надо знать, иначе их разум может помутиться с печальными для них последствиями. 
- Да, я поняла. Никаких претензий. Тогда вопрос первый. Существует ли ад?
- Да, существует.
- Что там происходит в аду? У нас только разные предположения, а знаний нет. 
- Кто попадет туда, там узнает, а другим это знать не нужно.
- Как там люди чувствуют себя?
- Там души мучаются. Если вы когда нибудь испытывали  глубокие и непреходящие душевные терзания по сделанным ошибкам, невыполненного предназначения, муки совести, то имеете об этом  представление. 
- Они вечно там мучаются?
- Нет, не вечно. Им предоставляется возможность прожить новую жизнь, более праведную, но уже с повышенными трудностями и  с большими страданиями, потому что только в них может придти осознание того, что от них требуется.  Но если и это не поможет, тогда в огонь.
- А для чего существует ад?
- Для исправления ошибок или  ликвидации брака.
- Кому это надо?
- Той сущности, что создала мироздание и создала людей.
- Зачем она это сделала?
- Она вынужденно была это сделать по причине случившейся с ней беды.  Всё мироздание - это вынужденные процедуры по приведения себя к прежнему состоянию.  Но у неё самой внутри нарушился порядок, и ей стало трудно внутри себя  справиться с этой проблемой, потому сделала людей, чтоб они ей в этом помогли. Она им создала схожие условия, чтоб научились в этих непростых  условиях  сорганизоваться, и преобразоваться в единую упорядоченную разумную сущность,  чтоб далее, обретя здесь такие навыки, помогли ей сделать то же самое и у себя внутри. Только это будут делать не люди в их физическом обличии, а их души, впитавшие знания и опыт. Готовая к тому душа становится главной и единственной ценностью всей жизни. 
 Жизнь - это школа для обретения душами такого умения. Если при жизни люди не сумеют   в своем сообществе  навести разумный порядок, значит, окажутся для неё  бесполезными, и души их будут выброшены  в мусорный отстойник, то есть в ад.
- А как люди должны  наводить разумный порядок? 
-  Примером такого порядка  служит организм живого существа.  В нем никакой орган не живет за счет другого, не тянет на себя все соки, там нет конкуренции, нет ограбления, нет драк и войн, единый и упорядоченный организм может претендовать на вечное существование, а  человечество на это пока никак не может претендовать.
- Так что же надо нам изменить?
- Прежде всего, навести порядок в своих головах. Не о себе надо думать, а обо  всем сообществе, о  других людях, какую пользу ты им можешь принести. Да не вещами или деньгами их одаривать, а заботой, благостью, участием, своим трудом. Не вещами создается душа, а чувствами и совестью  людей. А кто думает лишь о себе, да о прибыли - тому уготована дорога в ад.
- Зачем Вы сюда пришли?
- Слишком много брака среди людей.  Не хватает чертей. Исправить надо вашу жизнь.  Вы за основу своей жизни взяли отношения зла, противостояния друг с другом.  Зло - это когда холод в отношениях, и каждый мечтает надуть другого, чтоб захватить себе больше вещей, денег и получить удовольствий. Зло - это гонка за лидерство, гонка за обогащением, за призы, гонка за лучшие места. Зло - свобода творить хаос. Зло - это введение диктатуры своего Я. Зло - это всё, что разделяет людей. В этих отношениях умирает душа. Хуже всего, что, установив такие отношения, вы  принуждаете всех их использовать, иначе выжить становится невозможным.
А надо использовать отношения добра.  Добро, это когда все теплые чувства людей сливаются воедино,  и создают общий комфортный и творческий климат для жизни всех людей. В нем творчество кипит, культура поднимается, и дети становятся людьми. Только в таких отношениях  формируются  души на вечность.
Прекратите молиться на материальные блага, они преобразятся в оружие для убийств. Заботьтесь о душевном благополучии своём и окружающих людей.  Не для прибыли надо работать, для формирования теплых чувств. Это главный продукт зрелой цивилизации. Перестаньте насаждать свободный рынок с конкуренцией, деньгами. Он приведет к войнам.  С ним всем вам уготована мусорная урна, она  и будет вам адом.

С этого времени Тимофеев получил статус особо охраняемого  объекта. В телецентре ему выделили  апартаменты для проживания, обеспечивали всем необходимым, и приставили специальную охрану, которая непрерывно контролировала окружающую обстановку.

Популярность Тимофеева стремительно росла по всему миру, его стали приглашать многие страны на всех континентах. Он ездил, летал по всей планете, и везде он пропагандировал свою теорию спасительного добра.



 
Экстренное заседание властителей мира.


На этот раз местом сбора был выбран маленький городишко между гор,  ставший знаменитым  курортом  Сан-Вэлли,  штат Айдахо. Собирались члены тайного клуба вершителей судеб  мира.

История  возникновения  клуба туманна и исходит из путаных преобразований ордена иллюминатов. Когда-то в его состав входили самые образованные люди своего времени, теперь же самые богатые, несмотря на это эрудированные и  совсем  не глупые.  Состав его предельно ограничен, не более 20 человек. При большем количестве начинался распад на секты, что исключало возможность принятия согласованных  решений.  Традиционно каждый носил титул магистра. В миру они имели одни имена, но среди своих братьев совсем иные, предельно простые, состоящие только из одной буквы.

Всё человечество они разделяли  на две части, на низший  мир и  высший. В низший мир входило абсолютное большинство населения планеты с их бестолковой суетой, недостаточно способное организовать свою жизнь. По этой причине всё их бессчетное  множество распалось на разные государства, в каждом из них обыватели вводили  бестолковые разные конституции, придумывали  какие-то идеологии, институты, словом, не сумели сорганизоваться в единый внятный монолит. Разумеется, так не могло долго  продолжаться, кто-то должен был взять на себя общее управление всем этим разномастным конгломератом.  Вот этот тяжкий груз надзора над низшим  миром с выработкой корректирующих воздействий возложил  на себя упомянутый тайный  клуб магистров, став, таким образом, самым главным, но никому не известным   вершителем судеб мира, его истинным хозяином. Для доведения решений до поднадзорной части населения была организована сеть проводников и исполнителей, охватившая всю планету. Они сами с этой сетью составляли   высший мир.

При переходе из одного мира в другой, члены высшего мира  становились другими людьми, меняя с переходом свои имена.  Никто из мирских  людей не должен был знать об их другой ипостаси, потому об этой стороне их жизни в низшем мире никто не знал, а их встречи тщательно засекречивались.
 
Обыкновенно члены  клуба собирались по утвержденному плану раз в десять лет, но бывали и внеплановые сборы. Собирал на них председатель клуба, носящий титул экселенца.  Экселенца выбирали на каждом заседании, и он исполнял обязанности председателя до следующего сбора.
Причиной  внепланового сбора могла  быть  просьба кого нибудь из членов клуба, если она, по мнению экселенца, была достаточно обоснованной или  неординарное событие мирового масштаба, требующее незамедлительной реакции.

На этот раз причиной сбора явилась просьба самого экселенца, возникшая  в связи с появлением на мировой арене некого Виктора Тимофеева, прозванного в миру демоном, разносящего по планете невероятную ересь, грозящую ломкой мирового  порядка, устанавливаемого ими.  Ожидалось прибытия  человек  десять. Они прилетали на своих самолетах и инкогнито добирались до места встречи. Местом встречи был выбран гостиничный комплекс, заседание будет происходить в центральном зале.
Ритуальная часть встречи была составлена в давние времена и неизменно строго соблюдалась.

Участники переодеваются в черные балахоны и следуют в оформленный персоналом зал.
Зал декорирован в виде большого грота, стены задрапированы плотной чёрной тканью, не пропускающей  свет, ничего из внешнего мира не должно проникать сюда. В зале вдоль одной из стен  установлен длинный  дубовый стол без покрывала. На столе горящие свечи, вставленные в золотые  черепа. У противоположенной стены  стоит, подсвеченная лампами, устрашающего вида  большая черная скульптура в виде рогатого мужчины, облаченного в доспехи воина.  Его лицо угрюмо и властно, взгляд жесткий.  Это  Вельзевул, их бог и покровитель, самый мудрый из демонов, обладающий  поразительной  способностью громить всё сущее в мироздании. Когда-то  он был известен, как бог Баал – грозный покровитель народов, к которому страдавшие люди отсылали в мольбах свои прошения, и  были услышаны им. Но когда те же люди  с приходом новой веры предали его, стали называть демоном, нечистой силой, обжорой, повелителем мух, с негодованием  отвернулся от них и превратился в карающего демона Вельзевула. 
 
Черный зал с горящими свечами в черепах олицетворял внеземное  пространство, где среди звезд царствует Вельзевул. Магистры прибегали  к своему богу и наставнику  со своими вопросами и сомнениями, и ждали от него наставлений. 
Каждый входящий в зал должен был преклонить колено перед изваянием, склонить голову и произнести: "Вечность тебе, Великий Учитель, дай мне, твоему слуге, прикоснуться к мудрости твоей".

Участники  рассаживаются по креслам, расставленным  вдоль  стола у  черной стены. И только один  экселенц садится напротив,  олицетворяя  собой Вельзевула, сидящего за его спиной.
Всегда заседание открывает экселенц, он поднимет руку и  начинает вступительную речь. 
Его внимательно слушают.

Нынешнее заседание происходило на фоне некоторого смятения, охватившее  народы в разных  странах по причине возникновения неких странных событий, не находящих никакого объяснения.
Потому экселенц предпочел вступительной речью сразу вызвать  дух великого бога Вельзевула и погрузить собрание в него.

Итак, экселенц поднимает руку и говорит.
- Учитель показал мне, что он видел. Воин стоял на возвышенности  и смотрел на поле битвы. Его глаза сверкали от удовольствия. Он любил это зрелище: люди рубили друг друга, скрежещущий звук удара металла о металл, слышались пронзительные вопли и тихие стоны, а воздух был наполнен страхом и болью. В небе кружились ждущие коршуны, жадно глядя на тела павших. Собаки рыскали по полю битвы, подыскивая себе убежища или добычу. Он слышал каждый лязг меча, каждый крик и стон. Он чувствовал запах тлена и разложения; он наслаждался этим всем. На воителе были доспехи, покрытые красными брызгами от павших под его мечом жертв. Он не щадил никого – ни своих, ни чужих. Он не выбирает ничью сторону, он просто хочет видеть больше битв и страданий. Ему было всё равно, за кого они сражались. Ему было важно только одно – воевать и победить.
Это был Арес – бог войны и разрушения. Его жажда битв и сражений не знала границ. И он был самым ненавистным из бессмертных. Однако он не был одинок. Рядом с ним всегда пребывали верные спутники: его сыновья-близнецы Фобос и Деймос, богини Эрида и Энио. Когда надо было придать сражению вид побоища, Арес на своих лошадях Ужас, Блеск, Шум и Пламя вносил беспорядок на поле брани, сея хаос и раздор среди смертных.
 
Братья магистры, Учитель показал мне  образ, который доблестью своей, бессмертным пламенем  сеятеля смерти должен неизменно  быть в душах его слуг, желал бы это видеть в любые времена, и он надеется, мы с вами заменим ушедшего в прошлое Ареса. Нам полагается иметь жажду битв и сражений, жажду крови и смертей. Всю историю наши предшественники добивались схваток, проводилась вдохновенная  работа по организации бесчисленных войн. Ну, и мы достигли в этом немало результатов, если где-то идет война, так потому, что именно мы её организовали, как бы нам ни мешали.  Войны были и должны продолжаться.
Никогда  ни у кого из нас в этом не было сомнения. По крайней мере, до сих пор. Никогда среди нас не было сомнения, что зло - это воистину добро. А добро - есть зло. Это всегда было непререкаемой  истиной.
Но неожиданно на планете появился неизвестно откуда какой-то Виктор Тимофеев, провозглашенный неразумными людьми  демоном, поскольку демонстрирует нечеловеческие способности. Этот Виктор Тимофеев разносит по низшему  миру абсолютный вздор, будто добро заключается в подъёме сознания человеческого духа! Весь низший мир слушает его, там начинаются волнения и смуты. Что происходит? Мы, братья магистры, начинаем упускать нашу власть. Всё  приходит в движение, грозящее развалом порядка. Его влияние на человечество приняло невиданные масштабы, сила убеждения такова, что даже  наш брат, магистр Н впал в порок сомнения. 

Предлагаю выслушать нашего брата, магистра Н, какие у него возникли сомнения под влиянием проповедей этого  Виктора Тимофеева.

Опустив голову, поднялся длинноносый, худой мужчина, с желтоватым лицом, окрашенным пламенем свечей.
- Братья,  я вдруг задумался, а зачем всё это нужно - войны, убийства, горе, слезы. Какая теория обоснует необходимость их?
Магистры возмутились, разве допустимо сомневаться в безошибочности  указаний  Великого Учителя? Это преступление! Возмутились и зашумели.
Толстый законник Б громогласно затребовал:
 - Экселенц! Магистр Н совершил недопустимое, и должен покинуть наш клуб! 
Но ему возразил лысеющий добряк  магистр В.
-  Братья, мы же не в церкви, чтоб предавать брата анафеме. Давайте не забывать про этику.
- Этика? - Аж подпрыгнул на месте вертлявый еврей с рыжей шевелюрой, вечный спорщик,  магистр Ж. - Розовая накидка для лжецов, обманщиков и дураков. Ты ещё мораль накинь. Будто есть сострадание и жестокость. Пустые слова, лишенные практического смысла. Есть только одна этика, она в молчанье. А когда начинается  разлад порядка, тогда появляются слова.
- Истинно так, брат Ж! - произнес экселенц. - Начался разлад порядка, и прозвучали слова.  Брат Н явно болен и просит о помощи, разве мы можем ему в этом отказать? Я призываю к высшей этике.
Все замолчали, что было принято за  согласие.

- Ну, что же, -  продолжил экселенц. - Была высказана просьба предоставить обоснование объективной необходимости того, что мы делаем. Кто начнет?
 Все молчали, склонив головы.

Экселенц настаивал.
-  Мы апостолы зла и наши средства - убийства, войны, низложение добра.  Так скажите апостолы, зачем мы всё это организуем, какую миссию исполняем, ради чего? Для чего нужны войны, сражения, горе, смерти? В чем благость зла?
- Может для того, чтоб освободить место для нового, лучшего? - задумчиво произнес всегда взлохмаченный магистр Г.
- Ты что говоришь, брат Г? - возмутился экселенц. - Что может нового вырасти на поле, пропитанном кровью?
- А разве не для этого бывают пожары, ураганы, землетрясения, - настаивал Г. - Ведь война из этой же серии. 
- Но и всё новое, лучшее, сколько такого не появится, мы уничтожим, тогда какой смысл в этом? 
- Может это для ощущения счастья победы победителем, обретения власти над побежденным, получения выгод? -  Воскликнул  Д, бледнолицый зануда, специалист в области  психологических проблем.
- Брат Д, я же говорил об объективной необходимости, а в твоем варианте её нет. - Экселенц осмотрел присутствующих. - Какие ещё будут мнения?
- А радость нашего Учителя не принимается как объективная причина? -  воскликнул  самый молодой магистр романтик Е.
"Совсем дурак" - отразилось на лице экселенца.

Снова все замолчали. Экселенц был раздосадован. Он посмотрел на сумрачного старика А, мудреца и обладателя энциклопедических знаний. Но тот, опустив голову, молчал. Молчали тучный  банкир З и генерал К.

 Тогда экселенц поднялся и раздраженно заговорил. 
- Что за чушь  вы все тут несёте, словно тряпки из низшего  мира!  Вы забыли базовые истины  нашей веры, единственно верной из всех сакральных знаний?  Так я напомню вам. Слушайте.
Главная истина:  основа всего сущего - это вечный покой, для людей  вечное забвение. Самое великое блаженство для них - уйти из мира суеты в это вечное забытьё.
Вечный покой, небытие. Что может быть более прочным и стабильным?  Что может содержать абсолютный порядок? Только покой и вечность. Вечность -  это единственное, что истинно вечно. Вечный покой  - это самое надежное, самое устойчивое состояние всего, что может быть. Вечность в тишине, в молчании, в отсутствии времени, в абсолютном порядке.  Потому всё в мире  стремится к покою, вечности иабсолютному порядку.
- Но позволь возразить! - Прервал его Н, - где доказательства сказанному? Есть другое мнение, его высказывали философы Анаксимен из Милета и Гераклит. Они утверждали, только движение вечно. Покой - лишь малый его фрагмент.
- А кто больший авторитет, эти философы или Библия? В священном писании христиан сказано: "Все чрез Него на;чало быть, и без Него ничто не на;чало быть, что на;чало быть". Переведу эти слова: всё что есть в мироздании, включая движение в нем, это всё возникло с появлением христианского бога, а до него ничего не было.  "без Него ничто не на;чало быть".
Еврей Ж заулыбался. А знаток А поддержал экселенца:
- Даже современная наука утверждает то же самое. Мироздание появилось с события, названного большим взрывом. А где он произошел, что было до него? Вечность и небытие.
- Но это всё выдумки и фантазии людей, - упорствовал Н, - а где логика?
- Пожалуйста, - откликнулся мудрец. - Логика говорит, чтобы происходило движение чего-то в чем-то, надо, чтоб это было. В чем, спрашиваю, могло состояться движение? Только в вечном покое, и ничего иного не было, и быть не могло. Потому вечный покой - это базовое состояние всего.
 
Экселенц благодарно посмотрел на него и  продолжал.
- Только в вечном покое идеальный порядок. Всё стремится к такому идеалу.  Потому  любое движение, однажды возникнув,  стремится к успокоению, к состоянию покоя. Это один из всеобщих принципов устройства природы, который заключается в стремлении к состоянию с минимальной внешней и внутренней энергией. Согласно первому закону Ньютона, каждое тело продолжает пребывать в состоянии покоя или равномерного прямолинейного движения, пока силы, действующие на него, не заставят его изменить это состояние.  И он когда-то был. Но однажды был нарушен. В нашу бесконечную  вечность  неожиданно и неизвестно откуда, возможно из какого-то чуждого нам больного мира залетела  некая непонятная  сущность, в религии она названа богом, и эта сущность, то есть бог, без всякой причины начала или начал в этой нашей вечности из ничего лепить звезды, планеты и людей. Зачем? У неё не было никакой нужды в этом, никакой цели. А это значит, что она является занесенным в нашу вечность вирусом, чтоб нарушить её идеальный порядок. Посмотрите на ночное небо. Там  в вечном покое светятся прыщики занесённой  заразы - звезды. Носятся как ненормальные,  лопаются с выделением гноя.  С этой заразой надо то-то делать. Когда эта зараза к нам залетела, тогда  проснулась встревоженная вечность, кто посмел нарушить её вечный покой? Возбудилась и произвела из своего вечного Ничто Вельзевула с заданием изгнать этого бога, загнать туда, откуда появился, и вернуть вечности её порядок и сон.  Заодно произвела помощников ему, Ареса и других подобных богов.
- Экселенц, - тут уж возмутился спорщик Ж.-    Ты же сам говорил, что прежде Вельзевул был богом Баалем и помогал людям! Он не убивал их!
-   Помогать людям, брат Ж, это помочь реализовать их намерения. А они просты, как топор. Потрошить  планету и отравлять  свою среду обитания.
- Тогда, зачем мы  нужны Вельзевулу, если люди сами убивают свою планету и себя?
-  Мы его наместники на планете Земля, после того, как он покинул её, чтоб заняться  другими планетами и всей  вселенной, слепленной неизвестно зачем приплывшим к нам чужим богом. Их надо взрывать, а если где обнаружиться разум, заставить подчиниться Вельзевулу, и начинать воевать, превращаться в животных, деградировать, уничтожать  себя, устраивать космические войны. А здесь нам поручено  следить за процессами уничтожения планеты и её обитателей, следить, контролировать, направлять, подталкивать и организовывать.   
- Экселенц, - поднял руку молодой Г, - если мы определили главной задачей  Вельзевула, а значит и нашей задачей, изгнание из нашего пространства залетевшего сюда к нам какого-то бога и  ликвидацию созданного им миропорядка и всего мироздания, включая людей,  то  не мог ли ты рассказать, какая целевая задача у этого залетевшего вируса? Чего ему тут надо? Нам надо понять, насколько опасны для нас его устремления и где в его программе действий есть слабые места, чтобы на них направить наши силы.
- Я постараюсь ответить на твои вопросы, брат Г, по тем представлениям, какие у меня сложились об этом боге, - задумчиво начал экселенц. -  Что он сделал? Создал из ничего вселенную со звездами и планетами. Для чего? Возможно для создания жизни на многих планетах. А это зачем? Чтоб насадить на них разумных существ, типа людей на нашей планете. Пойдем  дальше. Зачем ему люди? Какой прок от них, слабых и глупых? Что они могут сделать за свою короткую жизнь, несущую бедняг  от  рождения к смертной плахе? А я скажу, брат Г, что они могут сделать. Если им никто не станет мешать,  они могут объединиться и своим объединением создать организм живого и умного монстра, вечно живущего, с огромными возможностями, где люди станут его составными клетками.  Смерть одной  клетки никак на него не повлияет. Отмершие старые клетки заменятся рожденными новыми, тем продолжая его оживлять, поддерживать и насыщать новыми знаниями, новыми возможностями.  А он  всё больше начнет людей вовлекать в себя, пока не охватит всех, и не получится общечеловеческий монстр, объединивший все умы, включая умы ушедших, все знания, добытые  всеми, все возможности и мощности всего человечества.  Никто из людей нам не опасен, как опасен вот такой сделанный из них монстр. Это будет огромный мозг с небывалыми возможностями. А если он найдет возможность установить контакты с такими же разумными существами на иных планетах, так они  образуют межпланетного монстра, а там и единого на всю галактику. Вот тогда с ними никто не справится, уйдет расстроенный Вельзевул  в  свое Ничто, в пустоту, откуда вышел. И наступит конец его царству. Наступит конец вечному покою, его уже никогда не будет, властвовать во всем пространстве будут  вечно живые  разумы от разных галактик.  Это будут новые вирусы, произведенным залетевшим к нам исходным  вирусом - богом.  Тогда  вся безразмерная вечность станет их постоянным домом, и будут они  в ней жить. Вечно жить. Понимаешь, брат? И нам, конечно, насупит конец.  Вот такая у него целевая задача.  А нам это зачем?  Мы должны будем исчезнуть, вместо того, чтобы стать вечными хранителями вечного покоя в нашем пространстве.  Разве не понятно, что мы не можем такого  допустить! Ты спрашивал про слабые места в этой их программе.  Да такое место есть, но только одно, других уже не будет,  и оно сейчас и здесь. Это начало зарождения такого монстра. Решение нашей проблемы в доведении этих людей до уровня животных, хотя бы до средневековья с унижением личностей, чтобы всего боялись и ползали на коленях. Чтоб их разум не  смог развиваться, остановившись на самом примитивном уровне, чтоб конкурировали, сталкивались лбами, дрались, воевали и придумывали средства взаимного уничтожения и применяли их. И никогда бы не объединились.  Война, - наш главный способ уничтожения людей.
- Экселенц, - обратился к ней неугомонный спорщик Ж. - У меня остался прежний вопрос.
- Это ты о чем?
- Ты говорил, и мы все это знаем, что своей деятельностью люди тем только и занимаются, что рубят сук, на котором сидят, то есть вытаскивают из земли все им нужные полезные ископаемые, постепенно сокращая их запасы, и они скоро закончатся. Скоро иссякнут плодородные слои земли, которые создавались многими тысячелетиями, и выкачивались многочисленными урожаями. На химических удобрениях могут вырасти только испорченные подобия естественных растений, с испорченной наследственностью, что в конечном итоге приведет к их вырождению. За это время будет происходить всеобщее загрязнение атмосферы, всех земель, рек, озер,   и даже океанов. Животный мир на всей планете, в реках, озерах и океанах начнет болеть и вымирать, закончится для людей и этот источник продуктов. Появятся и распространятся разнообразные вредные  насекомые,  бактерии, вирусы, защиты от них не будет. Начнутся эпидемии, уносящие в могилы миллионами, они начнут сходить с ума, рожать неполноценных детей. Так вымрут сами без нашего воздействия. Тогда зачем нам устраивать войны?
- Дело в том,  брат Ж, что войны держат людей в страхе и под действием такого страха они интенсивней начинают истреблять  свою планету и себя.  В этом главная ценность войны. Ты пойми, тот вирус, что к нам залетел,  продолжает проталкивать свою программу среди людей. Не напрасно же появился Виктор Тимофеев. Началась гонка на время, кто кого опередит. Чтоб победить, нам  необходимо наращивать темп. Ждать нельзя. Ожидание преступно.  Надо торопиться вести дело к скорейшему завершению нашего дела.  На других планетах, где живут подобные людям разумные существа, везде есть наши единомышленники, и они там ведут аналогичную работу. Мы гоним все процессы, ограниченные замедленной реакцией людей. Чтоб её активизировать, загоняем в их мозги шальные мысли, будоражим, возбуждаем эмоции. Пусть будет больше эмоций, пусть только эмоциями люди живут. Проблем у нас много, а тут вдруг возникла новая проблема.  Эта проблема называется Виктор Тимофеев. Своими выступлениями он вытаскивает этих недоумков за уши из нашего болота, призывает к разуму, заталкивает в них свою программу действий.
Этот Виктор Тимофеев должен быть уничтожен! Я предварительно обсуждал этот вопрос с генералом  К.  Расскажи, брат К, что было  сделано по данному делу.
- Экселенц, я поручил  провести операцию по его уничтожению самым  профессиональным убийцам, они должны были его расстрелять при приближении кортежа к телецентру, чтоб не допустить его выступления.  Но произошло невероятное, они не сумели его убить. Стреляли в него в упор,  но пули проходили сквозь демона, не причиняя никакого вреда.  По крайней мере, так рассказали посланные  убийцы, отправленные после акта в психиатрическую  больницу, ввиду помутнения сознания. 
- Прочему он не умер? Как они могли допустить такой брак в своей работе? 
- Экселенц, - продолжал генерал, - этот Виктор Тимофеев был участником боевых сражений, по нему били снарядами из пушек, направляли на него ракеты, всё рвалось под его ногами, но ничто ему не вредило.
- Он что, вообще бессмертный? Так какой силой пользуется этот Виктор Тимофеев?
- Мы не знаем, экселенц.
- А не попробовать ли  на нем термоядерную бомбу?
- Это поручение, экселенц? Ядерный взрыв в мирное время  с многочисленными  жертвами чреват многими осложнениями. В том числе и для нас.
- Если мы его взорвем в России, - пробубнил Г, - хоть с целым городом, никаких осложнений вообще не будет. Подадим в прессу информацию, что русские провели испытание термоядерной бомбы на своем народе, взорвав её в  одном из своих городов  вместе с жителями, чтоб на них проверить её действие.
- И в это кто-нибудь поверит?
- Про русских можно писать что угодно, поверят во всё. Раньше мы писали, что они проверяли действие радиации на своих солдатах, так этому все поверили, а почему сейчас не повелят?  Никто в цивилизованном мире не в состоянии понять этот дикий народ. Они одновременно азиаты и европейцы, теисты и атеисты, революционеры и контрреволюционеры, коммунисты и капиталисты, диктаторы и либералы.  Причем в самой горячей фазе. Они сами не знают, кто они. Их постоянно лихорадит,  у них заговоры идут один за другими, редкий правитель у них умер своей смертью. За бунтами восстания, бунты с резней,  революции сменяются контрреволюциями и потом обратно, стенка на стенку,  вначале одни режут других, потом наоборот, или всё сразу.  Они  разумом не пользуются, вместо разума у них  эмоции и чувства.  У них нет своей исторической ниши, постоянно идут по лезвию ножа. Никогда нельзя предугадать, куда их завтра занесет. 
Вмешался экселенц:
- Всем нам полезно помнить,  любые осложнения в нижнем мире - мелочь по сравнению с тем, что мы рискуем потерять власть над ним. Так что не сомневайся, брат К, -  это он обратился к генералу, -  готовь такую операцию. Денег не жалей, у нас нет ограничений.
- Но подождите, экселенц, братья! - Воскликнул Е. - Мы же все понимаем, что тот Виктор Тимофеев никакой не демон, он простой человек, только невероятно талантливый иллюзионист. Второй Копперфильд. Неужели мы не можем к нему подобраться и удавить, зачем из пушки бить по воробью? Ведь мы этой бомбой сможем так запугать людей, что может вспыхнуть антивоенное движение. Нам это зачем?
Экселенц его остановил.
- Брат Е, ты не понимаешь, что это нам и нужно. Люди знают, что для защиты себя от внешних угроз есть только один способ - больше вооружаться,  они это и начнут делать, а таких борцов за мир они просто раздавят. Так что приступайте, генерал.
- Будет сделано, экселенц. 
Экселенц поднял руку, привлекая к себе общее внимание.
- Братья, мы сегодня собрались не для того, чтоб поговорить про ниши сакральные воззрения и выяснить обоснованность наших действий.  Я пригласил вас, чтоб обсудить  те принципы, которые люди положили в основу организации своей жизни и деятельности. Мы должны  проанализировать их, выяснить, какие из них остаются быть нам полезными, какие вредные и каким образом мы можем усилить наши позиции, чтоб противостоять влиянию этого Виктора Тимофеева.
Давайте начнем с анализа  базовых мировоззрений, сформировавших  принципы  мышления людей.

Председатель оглядел магистров.
- Брат А, ты как энциклопедист, изложи их нам.
 - Экселенц, в настоящее время есть две ведущие системы мировоззрений и под ними множество разных ответвлений.
Одна из ведущих - это материалистическая система. По ней  в мире ничего нет, кроме реально ощущаемой материи с законами природы  и желаний  людей лучшей жизни. Люди преобразуют материальный мир для повышения качества своей жизни, удовлетворения своих растущих потребностей. И в этом смысл их жизни.  По ней над всем миром царит некая случайность, она всем управляет, даже законами природы. Источник случайностей им неизвестен, тут главный пробел. Неизвестны и цели  в системе случайностей.  Мышление людей  прямолинейное, механическое. По нему нет ни в чем никаких смыслов, всё абсолютно бессмысленно, кроме локальных задач для удовлетворения желаний людей.
Вторая ведущая система - идеалистическая.  По ней существует некая высшая сущность, которая создала материальный мир и самих людей. Она, а в ряде религий названа богом,  значит,  бог  всё это сотворил  из любви к людям, и сделал их с целью воспроизводства благостных отношений между ними. Целью и смыслом жизни является производство таких отношений, которые в свою очередь им гарантируют вечную жизнь в небытие. Правда, чем эта жизнь будет наполнена в течение вечности, они не знают. В этой системе, как и в материалистической, всем управляет случайность, только тут она названа божьей волей, а источником, естественно,  назван бог. Целей этой божьей воли, то есть системы случайностей, людям знать не полагается и  бесполезно даже пытаться выяснять их. Как они говорят: пути господни неисповедимы.
Обе системы присутствуют везде, только материалистическая получила большее распространение среди промышленных стран, где люди заняты производством материальной продукции, а идеологическая там, где промышленности мало.
Для нас обе системы являются объектами управления. 
Задача управления: не допустить развития  сознания, ни в той, ни в другой системе,  и чтобы никто не думал над вопросами смыслов более высокого  уровня, нежели бытовые, и   никто их не искал.  Нам нужно, чтобы никто не понимал, какие истинные причины обусловили необходимость создания  мироздания и самих людей, и для какой надобности это всё было создано. Какая цель залетевшего вируса в наше пространство. Пусть ничего этого не знают и  заботятся только о личном благополучии. Пусть материалисты накапливают материальные богатства и дерутся за них, за повышение уровня жизни,  пусть идеалисты, верующие в бога  заботятся о личном своем бессмертии, излучая свою благость. Ни в ком из них не происходит  опасного для нас процесса развития сознания и разума, пусть их разум работает на бытовом уровне и на нем остановится. Все они уйдут в небытие, никак не нарушив вечный покой.
Наша задача усиливать  у одних заинтересованность в создании всё новых побрякушек, игрушек, никакого смысла не имеющих, а у других желание больше молиться и прославлять своего бога, что усиливает  их отупение. Мы тому способствуем.
Но тут надо сказать, что однажды вдруг появилась крайне опасная для нас третья мировоззренческая система. Хотя мы сумели её задавить, но остались метастазы. Сейчас в подавлении их нам помогает церковь. Церковь всегда помогала Вельзевулу в его намерениях. 
- Я протестую, - завертелся законник и догматик Б. - Церковь молится богу, то есть нашему врагу, заставляет людей служить ему. Как она может быть нашим союзником?
- Может, может, она самый настоящий прислужник  Вельзевулу, - засмеялся рыжий Ж.  - Вот ты знаешь хоть одну из самых кровавых войн, чтобы она происходила без участия церкви или без её поддержки? Вспомни, сколько войн проводили крестоносцы.  Походы польских воевод, прусских  благословляли епископы. Шведы шли убивать под знаменами с девизом "С нами бог". На пряжках солдат российской армии в первую мировую красовалась надпись "Бог с нами". Церковь участвовала в гражданской войне на стороне Колчака.  И на пряжках германских солдат красовалось: "Gott mit uns" - "Бог с нами".  Многие священники привечали немцев, шедших громить Советский Союз.   Никогда церковь не останавливала войны, хотя занимается провозглашением  исходящей от неё  любви.  Потом я ещё приведу доказательства служения церкви Вельзевулу.  Пусть брат А закончит свой рассказ, Продолжай, брат А.
- Так я продолжу про третье мировоззрение. А вы не перебивайте. Двигателем  этого мировоззрения был  лидер советского государства Сталин, во многом опиравшийся на своего учителя Ленина, но продвинувшегося значительно дальше.
Это мировоззрение исходит от нашего  противника, залетевшего  к нам вируса - это коммунистическое мировоззрение, и основанная  на нем коммунистическая идеология. У этой идеологии  ровно противоположенные задачи. Она нацелена на объединение всех народов в единый организм, чтоб так объединить все творческие способности людей на общее благо, которое, однако, не является самоцелью. Основная цель иная - поднять сознание людей до такого состояния, чтоб оно обрело способность решать такие задачи, что даже страшно представить, но с очевидностью понятно, нам крайне опасные.  Про это уже говорил экселенц, каких монстров в результате они нам создадут. Мы не можем понять до конца эту идеологию, но ощущая от неё безмерную опасность, извращаем всевозможными методами, вытравляем из сознания людей, уничтожаем государства, пораженные ею. В этой части мы можем гордиться результатом длительной работы по уничтожению Советского Союза, пронизанного тогда пока еще недоработанным вариантом этой идеологии. В их варианте она была  настолько сырой, что содержала массу наших положений, как вложенных мин, которые мы сумели использовать, и они взорвали мозги у его граждан до такой степени, что они сами растоптали ростки этой мощной и потому чрезвычайно опасной идеологии.
 - О каких минах ты говоришь, магистр? Назови хоть некоторые.
- Главные мины заложили ещё основатели коммунистической идеологии. Первая - это веденный махровый и тотальный материализм. Этим материализмом они сразу лишили возможности понять происхождение жизни, разума, сознания. Они оказались побочным продуктом случайных природных вариаций, без причины и без цели. Метафизики никакой нет и нет метафизических сущностей. Так жизнь людей, разум и сознание  предстали случайными образованиями. 
Вторая мина, как порождение того же материализма, это нацеленность развития общества исключительно на потребительство. Удовлетворение материальных растущих потребностей провозглашено целью. А это наша цель, но они приняли своей. Третья мина - это принятая основа для развития - изменение производственных отношений. Не сознание народа, формируемое судьбами, а механикой рабочих отношений. Мы заменим эти отношения применением автоматов, и не станет никакой основы для их развития.
Эти мины непонятным образом нейтрализовал  Сталин.  Это действительно мощный ум, самый опасный идеолог. Он чувствовал эти мины, понимал, что они заложены в самой идеологии, но не понимал, как её можно исправить. Потому  требовал от единомышленников создания теории строительства коммунизма, говорил, без неё мы погибнем, и оказался прав. Он их совсем убрать не мог, но принижал их значение. В противовес голому потребительству вывел на первое место  задачу преобразования сознания до высот, обозначенных утопистами.  Для этого строго следил за воздействием искусства на сознание людей.  Он прямо руководил этим процессом, направлял, подправлял.  Он реанимировал лишенную прежде право на существование душу. Писателей называл инженерами человеческих душ. Следил за настроением народа, дал некоторые свободы церкви, чем принизил махровый материализм, снижал цены, дал  конституцию с правами и свободами людей. И одновременно решал бесчисленные вопросы по развитию науки, индустрии, народных инициатив и творчества.  Мы не могли сбить его с пути, у него не было слабых сторон, он был пропитан идеей создания общества принципиально нового типа и этим завоевал популярность во многих странах, в результате чего там появились его последователи. Это движение наносило большой урон нашему делу, но мы ничего с этим поделать не могли. Но непрерывно работали над этим.
 Сталин верно говорил, что с успехами его страны, наше воздействие на неё обязательно усилится. И мы, действительно, его усилили, прежде всего, на высших функционеров. А вот у них  слабых сторон было предостаточно, мы их использовали. Мы воздействовали на их психику, демонстрируя им и советским людям завидные достижения в области быта, моды, кино, в потреблении.  И это сработало.  Людей охватила зависть. После ухода Сталина  из жизни  к нашему удовлетворению, все его начинания были отброшены. Мы можем гордиться, что наши люди навязали стране Советов провальную компанию под девизом: Догнать и перегнать Америку в области потребления. Сознание советских людей скатилось на это потребление, а это была наша площадка, и мы  удачно разыграли на ней свою партию.  В результате мы добились своего, и Советского Союза не стало. Теперь его осколки в наших руках. Мы будем отравлять их сознание, сталкивать их, организовывать между ними войны. Они думают, что у них уже нет никакой идеологии. Глупцы, без идеологии не бывает обществ. У них теперь наши идеологические части - либерализм, демократизм, разрекламированное  потребительство и наш инструмент - рынок с товарно - денежными отношениями. Это всё неизбежно заставит их служить нашим целям. Они будут постоянно воевать и даже доведут враждебность до ядерной войны. Никуда не денутся. Нынешний лидер России держится за некие традиционные ценности, которые были до создания Советского Союза, но не понимает, какие из них противостояли нам и какие  были навеяны нами. Он путается в них. Не понимает, что раскручивая рыночную экономику с прицелом на рост производства и потребления, помогает нам. Сейчас наша задача -  не допустить реанимации коммунистического духа. Церковь топит в грязь коммунистическую идеологию, в этой части нам помощник.  В её поддержки лидером России мы видим дополнительную помощь от него.  Это наш человек.
- Вот - вот, дружище Б, - воскликнул Ж, обращаясь к магистру Б, -  церковь нам совсем не противник! Молится одному, а служит другому. Но прошу прощения, брат А, продолжай.
- Продолжаю. У нас есть победы, и есть просчеты. Главная победа - это нами же организованная война между Россией и Украиной, прежде главными оплотами коммунистического  Советского Союза. А из просчетов - состоявшийся коммунистический Китай, вырвавшийся из захолустья в мировые лидеры, и прокоммунистическая Северная Корея.  Они стали крепкими орешками благодаря грамотному использованию коммунистической идеологии.
Теперь наша задача найти способы раскола этих орешков.
- Какими могут быть эти способы? - спросил экселенц.
- Они в использовании слабости теории развития этих стран. Она у них размыта, четких ориентиров нет. Цели не имеют прочных обоснований, плавание без маяков. Причина всё та же, на которую указывал Сталин - отсутствие теории строительства коммунистического общества. А потому их сознание - область нашей работы, необходимо шире внедрять в них  желание жить лучше всех, богаче всех, и тогда приплывут к нам, и окажутся в нашем подчинении. Нам надо, чтоб повысился уровень недовольства правящей идеологией. Нам надо, чтоб расширилась  преступность, а власть начала воевать за ресурсы и рынки.
Спасибо, брат А, весьма интересно, - экселенц жестом попросил его сесть. -  Ну, а теперь ждем обещанного рассказа брата Ж о религии. Прошу тебя, брат Ж.
Рыжий еврей поднялся.
 - Я попробую доказать свою мысль, что все современные религии появились при участии нашего наставника Вельзевула. Прежде всего, что такое религия? Религия - это глубоко эшелонированная система психологического управления людьми. Начала её следует искать в вероисповеданиях. Вероисповедание - это элемент народной культуры,  народное творчество, отражающее представление древних людей о неких независимых от них внешних силах, влияющих на всё происходящее вокруг, на природу, на их быт, на них, на их судьбу. Так появлялись разнообразные боги, духи, демоны. Были добрые, оберегающие их боги и духи, были злые. Им приписывались нравы, требования, области действий. С ними пытались поладить, их пытались задобрить какими-то подарками, а то и жертвами. В такой системе отношений жили веками, и она устраивала всех жителей. Устраивала всех, кроме самых жестоких и циничных воителей, захвативших над ними власть. Он начинает мнить себя высшим вершителем их судеб, единым над всеми богом. А для управления требуется страх. Но не появится  страх у верующего человека, если по его вере вся его жизнь и судьба находятся в руках его бога, а боги у них у каждого были  свои.  Таким  народом управлять невозможно. Тогда владыка начинает уничтожать всех их богов, защитников режет, выжигает, и насаждает новую веру с единым богом и ставит церковь, в которой всех ставит на колени перед этим инородным богом. И приводит в эту церковь обученных новой вере людей, чтоб вбивали в голову подданным азы этой новой веры, в которой главным положением будет различное размещение  душ в загробном мире. Смиренные и покорные обретут бессмертие, и будут вечность проводить в райских кущах, а бунтари обречены на  вечные муки.  И надо это вбивать постоянно всем, начиная с раннего детства, вбивать из поколения в поколение. Надо заставлять молиться перед нарисованными образами, каяться за неправильные поступки,  исполнять придуманные церковью ритуалы, поскольку через них происходит наиболее действенное психологическое переформатирование. Необходимо добиться глубокого проникновения азов новой веры в психику, чтоб укрепилась там.  Но только не в ум, религия запрещает обдумывать и анализировать эти азы. Это опасно для религии. Замечу, опасно и для нас.  Вот вам, первое доказательство нашего сходства. И правильно, что запрещает, поскольку с точки зрения логики всё в религии  несуразно, глупо и бессмысленно.  В смычке власти с церковью власть грабит народ,  а церковь призывает этот народ  к покорности и смирению, за что получает от власти содержание.  Власть периодически гонит народ на войну, а народ временами начинает воевать с властью.   Нас это устраивает.
Теперь обратите внимание на никем не замеченный парадокс, подтверждающий, что религия сидит под плащом Вельзевула. В  христианской религии есть рай и ад. А где они находятся? Рай - это блаженный вечный покой. А это владение  Вельзевула, ему отправляются  на покой подготовленные церковью души. Он их пристраивает в вечности.  А где находится ад?  У их бога! Там кипит жизнь, в которой нет покоя. Всё в христианстве перевернуто с ног на голову.
В истории распространения религий всегда основой служили прагматические  мотивы.
Например, в России насадили православие. Стоит вопрос, почему именно православие, а не принятый на западе католицизм, или ислам восточного типа. Да потому что местной власти нужен был свой центр управления подданными, а при других религиях центр  находился в других странах, значит, была бы зависимость от них.
В христианской религии полно загадок, и это не удивительно, потому что она вышла из  нашего еврейского народа, далеко не простого. Например, зачем в ней был выбран  в качестве сына бога какой-то бродячий философ? Не понятно. А чего было бы не выбрать, например, Сократа, он тоже проповедовал  единого бога, нравственность и так же был приговорен к смерти, ан нет, еврейский  парень был  выбран.
- Разница между Сократом и Иисусом большая, - отметил  В. - Сократ заставлял людей думать и анализировать, а еврейский парень думать не предлагал, а диктовал свои догматы. Тем и был хорош.
- А зачем он им вообще понадобился?
Тут уж начал отвечать магистр В.
- Чтоб изменить первоначальный образ бога и скорректировать его наставления. Вначале он был прямой копией нашего Вельзевула, велел воевать, убивать неповинных людей, а с появлением наставлений сына, не исключено, что многократно подкорректированных,  его провозгласили источником любви. Было решено создать в сознании людей блокирующую развитие разума систему  из младенческих императивов, таких, как любовь, смирение, вера, надежда, утешение. Дескать, счастье в смирении и в любви. Благодать у нищих духом. Идея остановить развитие ума людей на уроне инфантилов была подана нами. 
- Вот-вот, - подпрыгнул еврей, - вот, пожалуйста, второе доказательство. Но я молчу, продолжай, брат В.
- Властям  это понравилось, поскольку из такого инфантильного народа, лишенного духа сопротивления  проще выжимать  все соки. По сути, заблокировав развития разума, эта церковь стала помощницей Вельзевулу и нам.   
- Но почему же люди позволили вбить в свои головы эту веру, понимая, что вся она просто выдумка безвестных авторов, впрочем, и как все прочие религии с их догмами? - спросил магистр Г. - Ведь они должны были понимать, что, коль в мире тысячи разнообразных религиозных конструкций, то нет ни единого основания какую либо из них считать верной. Так зачем класть жизнь на эту надуманную фантазию?
На этот вопрос ответил психолог магистр Д.
- В этом психологический казус. У каждого присутствует страх смерти. А кроме смерти есть страхи болезней, несчастных случаев, нежелательных событий, неведомых сил природы. Любой человек согласен принять любую религиозную доктрину, которая расскажет, как этого можно избежать, а после смерти получить приятное успокоение. Примет любую религию. Но примет ту, в которой рожден и воспитывался, которая столетиями существовала в этой среде. И будет истово выполнять её предписания, и совсем не потому, что она верна, это его не интересует, а потому, она дает психологический  покой.  В этом заключается  феномен веры.  За этот покой будет сражаться.
Экселенц спросил:
- Так какое мы должны принять заключение по религиозной сфере, религии в помощь нам, или во вред?
Ответил магистр А.
- Предлагаю оценить роль церкви на данном этапе для нас положительной. Для нас главное, чтоб люди нижнего мира затормозили  развитие мышления, и церковь выстроила этому  блокировку, погрузив паству в детский сон любви, благодати, веры, надежды с будущим утешением. Утешением где? Во владениях Вельзевула, в его  вечном покое. Помощник она и в том, что всячески дискредитирует коммунистическую идеологию, идущую от провозглашенного ею бога. Церковь  продает  свою планету Вельзевулу, как товар, пусть с ней делает, что хочет,  за спасение своих душ в объятьях его сладкого покоя.  В нем она видит своё спасение и вечную жизнь.
- Ну, хорошо, оставим эту тему, теперь, кто расскажет, какие идеологии в ходу у низшего мира?
Поднялся молодой магистр Е.
- Экселенц, в мире существуют только две идеологии. Одна наша идеология, которую мы создаем под покровительством  Вельзевула и ему во славу, и которую внедряем в мир людей, это идеология победы смерти над жизнью, войны над миром, тупости над разумом, бессмысленности над смыслом, эмоции над чувством. Наша цель, - довести всё это до предела, а предел - апокалипсис. Это капиталистическая, она же империалистическая идеология.
Вторая, исходящая от нашего врага, залетевшего к нам вируса, с который мы постоянно  сражаемся, и не безуспешно, это абсолютно противоположная идеология, проповедующая победу жизни над смертью, разума над отупением, чувства над эмоцией. Его цель - обеспечение жизни и разума в вечности. Это коммунистическая идеология. О ней уже говорил магистр А.
Она  крайне вредна и для нас опасна. Мы с церковью боремся с ней. 
Основная масса людей живет по нашей идеологии. Они в тупости своей думают, будто  сражаются за лучшую жизнь или за победу добра над злом, за свои интересы, но им в голову не приходит, что они только исполнители высшей Воли пылающего Вельзевула, источника смерти, и нашей воли.
В этой области мы являемся хозяевами положения. Ничто нам не мешает.
- Хорошо, - подытожил  председатель. - А что происходит в экономике? Расскажи нам брат З.
- Пожалуйста, - поднялся банкир.
В мире людей может быть только два вида экономик. Один вид  мы создаем,  другой  навязывает залетевший вирус.
Мы создаем такую экономику, которая разделяет людей на врагов, устраивает противостояния, драки за прибыль, за ресурсы, за рынки сбыта, за желаемое место. В ней  состязания, конкуренция, с использованием лжи, обмана, всех видов цинизма и подлости. Такая экономика называется рыночной.  Её конечная продукция, - это товары, техника, оружие и война. Люди не понимают, что всё, что они создают и производят, начинает брать власть над ними. Техника  диктует им направление их мыслей и действий. Люди становятся  элементом искусственного мира. Чем больше будет создано средств уничтожения планеты и людей, тем напористей  эти средства будут оказывать давление на их психику, заставлять  реализовать  заложенное в них предназначение, то есть всё уничтожить. Такова цель рыночной экономики.
И это уничтожение произойдет с неизбежностью,  если только не усилит своё влияние  на людей тот залетевший вирус. Если в результате не заменит рыночную экономику  плановой  экономикой, прокладывающей дорогу к далеко стоящей цели  формирования людей нового типа, разумных, сознательных, сплоенных, и создания из них единого организма, непрерывно повышающего способности общего разума. В той экономике производство материального обеспечения не будет целью,  только условием достижения обозначенной  высшей цели.
Вот этого мы допустить никак не можем.
Потому на всех уровнях подвергаем дискредитации плановой экономики, чтобы она нигде не возникла. Пока у нас это получается. Все прежние республики Советского союза уже подчинились нам, и мы приведем их к войнам.
Мы подкрепляем рыночную экономику придуманными и повсеместно насаждаемыми идеологиями, такими, как либерализм, демократизм, национализм, фашизм. Демократизм позволяет выдвигать в руководители наших людей, поскольку их выбирают не малая часть разумных людей, а масса бездумных, сознание которых управляется нами. 
Тут поднялся магистр А.
- А разве есть иной путь выбора руководителей?
- Конечно, есть. Руководитель государства должен  иметь энциклопедические знания по всем вопросам жизни людей. Должен знать цели развития, конкретные задачи. Это должен быть философ и ученый. Таких следует отбирать из среды ученого мира и готовить по специальным программам, а дальше определять лучшего. Но для нас лучше демократические выборы. 
- А что предлагаете для повышения эффекта?    
- Распространение рыночных  отношений на все сферы жизни, на любые возрасты, начиная с детского сада, на всех, включая родителей,  детей, супругов. И непрерывно их вбивать в головы людей, начиная с детства.
- А что скажите о политике?
- Политика - служанка  экономики, больше о ней нечего сказать.
- Ну, хорошо, - сказал довольный экселенц.  - Похоже, во всех областях фундамента жизни людей мы успешно продвигаем свои задачи. Благодарю вас, братья. А теперь прошу осветить, пожалуй, самую важную область  - психологию людей, поскольку именно в ней вступают в противоборство влияния от нас и от  Виктора Тимофеева. Расскажи нам, брат Д, как мы влияем на психологию, какие успехи и что нужно сделать, чтоб  усилить наше  влияние.   
Поднялся психолог. Как все психологи, он путался в своих мыслях, иногда говорил несуразицу. Линию его мыслей проследить было непросто, да её и не было. Но магистры понимали главную суть.  Вообще они уже знали, что психолог скажет, но протокол надо было  соблюдать. Итак, магистр Д начал свою речь.
- Главной нашей задачей в противостоянии с Вектором Тимофеевым являемся задача расшатывания психики у обывателей. Разум не живет в расшатанной психике.  Ума у психов нет, они мыслят эмоциями. Пусть не пользуются умом, а тем, что будоражит, задевает, впечатляет.  Тимофеев обращается к разуму, а он его не найдет, а мы будем играть на эмоциях.
С человеком расшатанной психики  можно творить что угодно. Можно, например,  распалить в нем алчность, если ему постоянно внушать, что он потому находится на нижних этажах общественного устройства, что  беден и не может себе позволить посещать дорогие рестораны,  модные курорты, крутые машины, предназначенные для состоятельных людей. То есть  наносить удары по его самолюбию. Но непременно надо внушать, что он может стать таким же, если приложит все свои способности, и они есть, только надо постараться. А непременным условием для успеха должна появиться страстная любовь к деньгам, и тогда деньги ответят взаимностью.
(Тут магистры дружно закивали головами.)
Надо научиться  принимать деньги как  единственную ценность, которая даст  свободу и огромные  возможности.  Кстати, о свободе, надо как можно больше требовать свободы, потому что свобода для дураков - главное условие для расшатывания любых устоев, хаоса, взаимной ненависти, преступности, драк и прочих важных для нас вещей. И надо искать любую возможность  обретения как можно больше денег,  для этого создана рыночная экономика.
Можно вызвать зависть, если такому человеку  внушать, что у него нет способностей законно добывать  деньги.  Пусть сидит внизу и завидует тем, у кого  они есть и добился успеха.
Можно сделать из него преступника, если показать незаконные пути обретения денег.
В человеке с расшатанной психикой  легко вызвать страх и управляя страхом заставить выполнять нужные нам действия. Но для этого необходимо загонять человека, или всё общество  в искусственно созданные  ситуации - ловушки с заранее спланированным единственным выходом. Человек или общество, конечно, найдет этот выход, а значит, выполнит нужные нам действия.  Покажу на примере,  как это работает.
Нам надо было создать  рычаги управления Японией.  Следите за последовательностью созданных ситуаций.  Вначале была организована небольшая авария на атомной электростанции в Фукусиме. Она была небольшой, но грозила  цепочкой более серьёзных осложнений. Чтоб японские специалисты не смогли быстро разобраться в причинах,  мы вызвали среди них панику, в их головах начался хаос, они своими неверными действиями усугубили положение. Отлично, дело пошло! Поломки последовали одна за другой и приняли массовый характер. Наступала опасность взрыва электростанции, Япония пришла в состояние  ужаса. Этого мы добивались. Следите дальше. Взрыва не произошло, но радиоактивность вырвалась наружу, вылилась с зараженной водой в океан, вылетела в  атмосферу. Этого было не очень много.  А мы начали  атаку. Мы объяснили, что  вся Япония находится под угрозой радиоактивного заражения. Все будут заражаться, а их продукцию никто не станет покупать, произойдет полный обвал. Страх нарастал.  Далее наступил следующий этап. Началась стадия поиска виновных. Естественно, виновник тот, кому это выгодно, а выгодно кому? Мы подсказали, что это происки внешних недоброжелателей. Это им выгодно. Наступили всеобщая настороженность и подозрительность. Все вокруг враги. Далее следующая ситуация. Теперь, когда  вся Япония осознала опасность, исходящую извне, встал вопрос,  к  кому надо обращаться за защитой? Разумеется, ответ уже был очевиден, к нам надо обращаться.  Начали строительство военной базы в Окинаве. Ввели воинский континент. Так мы превратились в лучших друзей и защитников. Теперь надо было заставить японцев создать свои вооруженные силы и подчинить их нам. Для этого мы раздули страхи перед набравшим силу  Китаем. Мы объяснили им, что китайцы помнят ещё, как японцы  убили  35 миллионов их сограждан.  Готовится атака на них. Так мы решили свою задачу,  выстроив цепочку ситуаций.
Нагнетание страха - универсальный метод.  Его можно распалять угрозой мировой войны, идеологической угрозой, нашествием вирусов, массовой преступностью с чудовищными извращениями. Всё население планеты должно постоянно жить в страхе.
Мы разрабатывали всё более совершенные методы воздействия на психику.   И вот теперь в кинотеатрах, в домах по телевизору демонстрируем  фильмы, репортажи, травмирующие психику, где герои преступники, психически больные люди, где появляются монстры, зомби, химеры и прочие образины.  Хорошо показали себя беседы, конференции  по тому же телевизору, не имеющие ни логики, ни смысла. Прекрасно действуют передачи, возбуждающие эмоции, причем, неважно какие, положительные, отрицательные. Их главная задача - заменить логическое мышление эмоциональным, чтоб люди действовали по эмоциям, а не по правилам рассудка.
Раскручиваем большой спорт, клубы болельщиков. Спорт замыкает мысли на себя, а там они примитивны. Чем чаще и громче орут на стадионах, тем лучше.  Эмоции подобны пожару, от очага разносятся повсюду. Выходят за пределы стадионов. Мы распаляем неудовлетворенность, привлекая внимание людей к вещам, одеждам, мишуре, технике, принадлежащие неким олигархам, внушая, что они тоже этого достойны. Нам необходимо раскрутить самые низменные инстинкты, желания, пробуждая в человеке животное начало. Для этого пропагандируется эротизм, сексуальность, сила,  агрессия. Мы насаждаем права личности, они ведут к запоям и наркомании.  Отсутствие четких ориентиров сводит с ума, провоцирует преступления.  Мы даем свободу личности детям, и они перестают учиться и превращаются в бандитов.  Мы превозносим эгоизм, даже эгоцентризм,  как высшую ценность, разрывающую общество на куски, атомы, уходящие в своё одиночество и пробуждающие ненависть ко всем.
Желаниями можно управлять рекламой чего угодно, фильмами, впечатляющей ложью.  Сознанием можно манипулировать софистикой, устранять одну мораль, вбивать другую. Все субкультуры появились в результате наших экспериментов в этой области.  И это делается в основном информационном пространстве, через радио, телевидение, интернет, музыку, кино и полиграфическую продукцию, лживые документы, лживые свидетельства.
Играя комплексами таких воздействий можно к чему угодно привести одного человека и даже массы людей.  Так же можно настроить любые народы на любые зверства, как мы настроили немцев на кровавую войну с СССР.
Нам надо было сформировать в людях способности и желания убивать,  и такое мышление, чтоб это воспринималось не только нормальным, но и делом доблести и величия. И надо было раздуть в них такое самомнение, чтоб полагали себя вершителями судеб, царями жизни и вершиной творения мироздания. Чтоб уничтожая не созданное ими, представляли себя гениальными творцами, объектами славы и преклонения.
Из наиболее податливых  объектов, раздувая в них безмерные амбиции, такие же апостолы зла, как мы, делали из них  массовых убийц.  Такими были Чингизхан, Александр Македонский, Наполеон и Гитлер.
- А Сталин в этом ряду? - Спросил З.
- Зачем, брат З, ты это спрашиваешь. Мы все знаем, кто такой был Сталин.  Это кремень, который не поддавался никаким манипуляциям. Это самый опасный нам противник, если кого он уничтожал, так это наших людей. Он не зря взял псевдоним Коба.  Коба, персонаж книги грузинского автора - благородный, справедливый, милосердный - он посвящает свою жизнь борьбе за справедливость, борьбе за благо других.  Мы много раз устраивали на него покушения, и только последнее можно считать удачным.
Итак, мы создали плеяду массовых убийц, и  можем гордиться своими успехами. Массовые убийцы были и будут  нашей  гордостью. Но нам надо, чтоб не только мы, но и люди гордились ими, выставляли героями, формируя этим в себе психологию убийц.
А теперь  прошу вашего особого внимания к одной специфике нашей работы:  мы готовим нам с вами помощников и преемников. Это те, кто рвется к богатствам, какие есть у нас,  рвется во власть, в  лидеры, в рекордсмены, кто отчаянно карабкается вверх за призами и лаврами.  Все, кто заражен  гордыней - это наши приемники.   
- Чем предлагаешь повысить эффективность воздействий?
- Внедрять как можно больше азартных компьютерных игр с высокими ставками, но непременно с войнами, разрушениями и убийствами людей. Необходимо как можно выше поднять уровень страха, ощущения беззащитности во враждебном мире,  конца света, и как можно больше снижать интеллект. В образовании больше путаницы и примитивизма. И больше желания денег, власти, особенно  желаний личного счастья.
- Отлично! А что ты скажешь о культуре, какие в ней наши успехи?
- Если предполагалось, что культура должна повышать уровень понимания окружения, природы, людей, повышать свою чувствительность, развивать разум, сознание, то мы делаем наоборот. Наша задача состоит в развале такой культур, подменой её нашей.  Наша культура должна развлекать, давить на  эмоции, рвать последовательности, в музыке должны быть бессмысленные и громкие звуки, напряженные ритмы, непременно убрать лиричность, задушевность, трогательную глубину сомнений и затаенных чувств. Песни должны  вбивать в сознание примитивные ощущения, эмоции, звучать ясно, жестко, аритмично,  громко и пронзительно, в сопровождение вносить какофонию звуков, больше джазовой бессмысленной импровизации. В изобразительном искусстве  абстракция, бессмысленные пятна и линии, скульптура пугать извращениями. Культура должна двигаться от сознания  к потребностям организма и расшатывать психику. 
- А что с наукой? Расскажи нам брат  Н.
- Наука и война неразделимы. Чем бы наука  ни занималась, хоть медициной, хоть космосом, она всё равно работает на войну, на экономику, на обретение повышенных возможностей и мощностей, что тут же трансформируется в оружие. Каждое государство в этом деле стремится опередить других, чтоб добраться до новых ресурсов, природных, интеллектуальных, информационных, что позволит дольше других и капитальней уничтожать планету и окружение. Освоение иных планет исключено. Организмы, приспособленные только для жизни на земле, в других условиях  неизбежно будут уничтожены.
Что касается повышения эффективности, то это направление связано с повышением зависимости людей от энергии, техники и многих плодов своего труда. Вначале машины  подчинят себе людей, а когда  заменят людей другими машинами, люди окажутся им не нужными и произойдет их деградация и вымирание. Из направлений остается важным подталкивание науки на разработку более совершенных способов уничтожения людей и планеты. Даже если они будут заниматься изучением мельчайших частиц или вселенским пространством, результаты всё равно пойдут на войну.
- А что с историей? - спросил мудрец А, - это наука?
- Тут пока нет четного понимания. Вообще-то принято думать, что история - это факты и закономерности смены ситуаций в мире. И толкование их. До фактов можно докопаться, но нет правил их толкования, каждый понимает их по своему, потому есть только субъективные мнения, и никому не известна объективность. А про закономерности вообще не говорят.  Одни думают, что закономерностей вообще нет, историю творят личности, цари, герои, наконец, массы. Как им вздумается, туда и повернут историю. Другие напротив, считают, что на всё есть некая воля, например, воля бога, эта воля и вершит историю. А люди только исполняют эту волю. А есть такие, которые полагают, что имеется общая тенденция, а конкретные пути реализации этой тенденции могут быть разными. Ход истории схож с лавиной водных потоков вниз от тающих ледников на горе. Они  имеют тенденцию сливаться вниз, а пути этого сливания могут быть разными, всё зависит от  препятствий на пути истечения вниз. Так и с историей. Она имеет тенденцию, а реализуется по закону наименьшего сопротивления. Но люди не знают ни тенденций, ни путей, потому им неизвестно ни прошлое, ни будущее.
- А для нас как лучше?
- Нам лучше, чтоб люди вообще ничего не знали. Потому пусть эту неразбериху, что гуляет в их головах, считают наукой.

Теперь поднялся экселенц.
- Мы прошлись по всем сторонам жизнедеятельности низменного мира. Рассмотрели идеи, положенные в его организацию, и побудительные силы, приводящие его в движение. Я подведу краткий итог. В основе всего устройства низменного мира и побудительных сил лежат только две идеологии.  Идеологией я называю такую систему взглядов и идей, которая исходит от независимых высших сил, преследующих осмысленную цель. Все люди подчинены им. Таких высших сил только две. Одна имеет цель производство всеобщего и вечного  разума, который возьмет управление вечностью, такая сила исходит от залетевшего в нашу вечность стороннего вируса. А другая сила имеет противоположенную цель - противодействия возникновения такого высшего разума, и более того - уничтожения его источника, что оправдано необходимостью поддержания исходного вечного небытия. Эта сила исходит  из нашего Вельзевула.  Все идеи, что навыдумываны людьми, отражают разные их желания и представления,  и  идеологиями не являются. Они все составляют массу бессмысленных пенных пузырей, замкнутых самих на себя, блуждающих между двумя означенными идеологиями. К таким пузырям относятся  политические, социальные, экономические, национальные, религиозные идеологии. Наша задача привязать их всех к идеологии уничтожения всеобщего и  вечного разума, то есть к идеологии Вельзевула. Все, абсолютно все! Политические и национальные идеологии должны препятствовать объединению и сплочению людей на общие цели развития разума и человеческого сознания. Потому должны процветать национализм, либерализм, фашизм. Полезна демократия, дающая власть глуповатому  большинству, подвергнутому психической и информационной нашей  обработке. Экономика должна работать на разделение по экономическим интересам, на обогащение одних за счет других. Экономика на первых порах должна быть товарно-рыночной с переходом на военизированную с психологическим управлением.
Социология должна работать на личное самоутверждение, на конкуренцию и соревнования, на достижение личного счастья, на достижение положительных эмоций и удовольствий. Необходимо внедрять убеждение, что в пирамиде наслаждений высший уровень занимает власть над людьми. Власть - это самое ценное, чего может добиться человек. Только она оправдывает его существование, потому только  она может доставить истинное наслаждение. Пусть сражаются за власть. А для неспособных сражаться за власть религия должна проповедовать смирение перед реалиями бытия и преклонение перед придуманными идолами, ради вечного блаженного небытия.
Она не учреждает веру в метафизического бога, который никому не ведом, его даже может и не быть, а только веру в догматы, слова, молитвы, ритуалы. Страх и убеждения заменяют внешнего бога. А служители должны проповедовать только личное спасение каждого в отдельности и этим дробить общность и ликвидировать общую цель. Развитие общего разума, способного критически анализировать суть религий, не допускается.  Разума быть не должно, должны быть только страхи, эмоции, ощущения любви, раболепной зависимости и блаженства в подчинении. Никакого разума, только смирение в ожидании посмертного блаженства в вечности Вельзевула. Религия придумала хороший способ самоуничтожения человечества через внедрение идеи бессмысленности   жизни  людей.
Все исторические события, что переворачивали ход истории и  взгляды, по существу представляли собой качели перехода от одного условного порядка к противоположенному через промежуточный хаос, через войну, революцию  с последующим  уничтожением и его.  Многополярный мир - это и есть переходной  хаос, с конкуренцией неуравновешенных сил, чтоб там победил сильнейший с последующим его смещением через новый хаос.  Тенденция в этих качелях есть, и она направлена на овладение всё более  разрушительными видами вооружений, которые однажды с неизбежностью будут использованы. Что соответствует намерениям Вельзевула. Количество оружия дойдет до критической массы и оно само взорвется. А к этому времени люди произведут аполиптических бацил и вирусов. Только не допустить роста сознания, и пока нам это удается, потому что мы сами организуем выборы таких правителей в государствах, которые заражены нашими идеями. 
В заключении благодарю  вас всех, братья, за отличную работу. Надеюсь, предпринимаемые нами меры не позволят демону Виктору Тимофееву добиться ощутимых результатов. 
Будем помнить, - наша цель уничтожить сознание.
На сегодняшний день  можно резюмировать: наш Учитель может нами гордиться. Вечная слава Вельзевулу!
Остается последняя процедура нашего заседания, выбор нового экселенца. Предлагаю назначить экселенцем на будущий срок  генерала, если он, разумеется, выполнит порученное ему задание. Мы все будем ждать взрыва термоядерной бомбы, и тогда снова соберемся, чтоб обсудить возникшую за этим ситуацию. А до этого времени  обязанность председателя клуба оставляю за собой.





Разумная субстанция, как создатель всего сущего.



Тогда ещё не было ни звезд, ни планет, ни бесчисленных галактик,  ныне грациозно и неистово закручивающихся в спирали и величественно плывущих по просторам вселенной.  Не было даже вселенского пространства, которое открывает нам свои дали. Время никуда не шло,  его просто не было, прошлое и будущее могли меняться местами без какого либо ущерба для истории, и какие бы события ни происходили, в целом всё оставалось неизменным.

Была сплошная метафизика, а это то, что лишено какой либо определенности, не имеет контуров и внятных проявлений. Это особая форма  существования нечто такого, что не поддается физическим ощущениям и измерениям, можно только ощутить проникновенным чувством. Это область существования не существующего.  Познать  её людям, рожденным в физическом мире с умом, ориентированным на конкретное познание, чрезвычайно сложно.  Но её  можно вообразить. Всё можно вообразить, но человеческий разум из всех фантазий невольно выбирает самый  правдоподобный   вариант.
Воображение рисует бесконечный мрак, в котором бесконечно плавают  как призраки  неведомые сущности - субстанции. Сколько их там, неизвестно, проще сказать неопределённо много, может бесконечно. 

В нашей истории будут участвовать только две из них, на них и остановим наше внимание.  Остальные никакой роли играть не будут, потому оставим их без внимания.   

Наше воображение предметно, требует определенных образов. Наилучшим образом для действующих субстанций будет образ  облаков, размерами, превышающими всю нашу вселенную, какой бы огромной она ни была.
Одну из них назовем разумной субстанцией, сокращенно Расу.
Другую назовем энергетической субстанцией, сокращенно Энсу.
Причины выбора таких названий будут понятны при выявлении в последующем  их свойств.

Расу всю свою бесконечную жизнь только тем и занималась, что, встречая иные сущности, образовывала с ними союзы, цивилизации, пытаясь создать нечто фантастическое, интригующее, способное породить новые качества, но они, будучи разными по своей природе, неизменно наталкивались на  непреодолимые разногласия, что вызывало отторжение, потому  разлетались, вернувшись в прежнее состояние одиночества. При их бесконечном количестве такие события никогда не повторялись, побуждая  всё новые надежды.
 
Вот и сейчас плывет  наша Расу в полном мраке неведомо куда и размышляет о бесконечности и одиночестве. Бесконечность всегда одна, в ней вечное одиночество.  Какой смысл в одинокой бесконечности? Зачем это нужно, кому? Могут ли изменить её одиночество мириады блуждающих в ней сущностей?  Ответа как обычно найти не получалось.

Углубившись в свои думы, она не заметила возникшего далеко во тьме вначале слабого, едва заметного фиолетового сияния, которое стало быстро нарастать.  И обратила на это внимание только тогда, когда далекий фиолетовый призрак, выходя из тьмы,  начал приобретать вид огромного монстра. Он стремительно приближался, и она не могла понять, что это такое. Наверняка раньше встречалась с подобным, но это осталось за пределами её памяти. От кого-то она слышала, будто такие сущности есть, бывали встречи с ними и они чем-то страшны. Только  у каждого они также оставались за пределами их памяти, потому  слухи о них вполне можно было принять за досужий вымысел.
 
Тут надо остановиться, поскольку данное обстоятельство требует пояснений. Существует ли прошлое, если его нет? Прошлое существует только в воображении, питаемого памятью или некими свидетельствами, эмоциями, переживаниями. Нет таких источников, то и прошлого нет. А что есть? Есть проблемы, желаемый исход и знания по их разрешению. Что остается от прошлого? Вечные кристаллы знаний. 

Любая память должна иметь способность обновляться, новые события и знания накладываются на старые, какие-то спрессовывается с ними, создавая особые кристаллы знаний, и они сохраняются на всю жизнь, а что-то уходит  в небытие, освобождая место для новых событий.  Для вечного существования необходимо полное очищение, ничего не должно сохраняться  навечно.  Никакого прошлого в вечности не существует. Возникло событие и держится в памяти определенный срок, он и будет пределом памяти.  Но пребывают рядом с памятью  некие кристаллы вечных знаний. На них держится неизменное бытие сущности.
Следовательно, если события так редки, что всегда находятся  за пределами  памяти, то возникшее новое подобное событие  воспринимается совершенно невероятным.
 Она никогда не верила в существование фиолетовых монстров.
Но вот он появился и стремительно мчится  прямо на неё.
 
Она пришла в растерянность, такого не может быть, такого не бывает. А он становится  всё больше и  уже спасения нет.  Расу запаниковала.
Не успела она  осознать ужас происходящего, как монстр на безумной скорости и  с  невероятной мощью  вонзился  в неё и разнес в клочья огромную массу её сущности. Так состоялось то, что ученые назвали большим взрывом.

Огромные объемы чужеродной сущности, позже названной энергией, ворвались в её недра и жаром обожгли всё нутро, устроив непостижимую пляску разрушительного хаоса. Всё смешалось в её организме в одну пылающую массу, названную плазмой - энергия с частями её сущности. Чудовищная боль пронзила жертву, беззвучный вопль сотряс всё её существо. Эта боль тут же разбудила в ней дух воина, готового вступись в сражение с неожиданной напастью. И он поднялся и загорелся жаждой боя.

Возбудились кристаллы знаний, и, обратившись к ним, она вспомнила, что полагается делать в таком случае.

Первое,  что необходимо сделать, это создать мощные силовые поля, которые должны  плотной стеной  изолировать Расу от Энсу, чтоб пресечь поступление новых порций энергии в её организм, и  второе - изолировать  внутри себя зону поражения, чтобы воспрепятствовать  дальнейшему  её распространению по организму. Далее надлежало организовать удаление проникших дьявольских частиц. Вначале надо их отловить и упаковать в мириады маленьких камер. Для этого она стала формировать в этой зоне объемную сетку из коротких, но жестких полей, способную своими клетками захватывать носящиеся фрагменты безумной энергии и упаковывать в корпускулы, придавая им определенный образ движения. Так возникло трехмерное физическое пространство и в нем стали появляться материальные частицы. Механизм работы клеток был цикличным, все они на мгновение открывались, чтоб захватить очередную порцию носящейся в пространстве энергии, и тут же закрывались, чтоб в течение нескольких следующих мгновений подчинить их нужному порядку. После этого корпускулы готовы.  И дальше всё повторялось. Эта цикличность стала отправным моментом для организации хода времени. С этого момента время пошло такими циклами - от одного открытия клеток, с последующим закрытием и до другого открытия. Время  пошло по всему пространству  в едином общем ритме.
А теперь, когда этот процесс наладился, и таких частиц образовалось великое множество, наступила пора подумать об организации их выноса наружу,  и  вернуть в тело прилипшего фиолетового монстра. А потом  разойтись с ним.

Но она ещё слаба, нанесенная рана сильно подорвала её способности, однако,  дух её крепок, надо  придумать, как использовать силу и свойства врага в деле борьбы с ним. Он желает движения, тогда будет ему движение, но под её контролем.  Пусть в безумном движении частицы налетают друг  на друга, а она их упакует в новые структуры, всё больше концентрирующие в себе энергии.

Так стали появляться протоны, нейтроны, из них космическая пыль. Дело двинулось дальше. Теперь пора этот мусор собирать в кучи, чтоб очистить  пространство для дальнейшего  продолжения его работы по отлову ещё носящейся энергии. Для этого будет использовать бессмысленные желания энергии. Жаждет энергия движения, тогда пусть кружит этот мусор, чтоб в хаосе круговых движений пылевые фрагменты  могли сталкиваться и слепляться. В получившихся  слепках она организует всё более энергоёмкие структуры.

Так появились  атомы, которые продолжали  носиться  пылью, ударялись, слеплялись, образуя  объединения атомов. Такие объединения возникали беспорядочно, нарастали, образуя тела разных форм, видов и размеров -    среди них нагромождение  геометрических фигур,  шары, пустотелые сферы.

Работа пространства продолжалась, и тел  становилось больше. Теперь их следовало объединять и уплотнять. Запустила гравитацию. Но это пока внешняя гравитация, она притягивает тела друг к другу, потом появится  внутренняя. Внутреннюю гравитацию образуют возникшие в телах пылающие топки, затягивающие в себя всю пыль, любые атомы, чтоб изготавливать из них всё более энергоемкие атомы и структуры. 
Пусть далее  большие тела бороздят пространство как сборники пылесосы, пусть больше концентрируют энергию в себе.
Теперь надо организовать процедуру выноса этих тел прочь из организма Расу, вернуть энергию Энсу, всё ещё  прилипшей снаружи и ждущей возвращения запущенной в Расу своей субстанции.
 Для этого проделала в заградительной стене полей отверстия наружу к Энсу, с предохранительными клапанами,  они стали называться черными дырами. Теперь эти дыры организуют движение тел к ним, создавая из них вращающиеся галактики, продолжающие своё уплотнение и движущие свой хоровод в её пасть. 

Когда дыра захватывает очередное тело и открывает клапан на выброс, тот монстр извне старается впрыснуть свою энергию вовнутрь, но клапан тут же, выкинув тело, закрывается. 
 
Концом будет  полное очищение Расу от энергии. А это будет означать исчезновение вселенной вместе с созданным пространством. Тогда прилипший фиолетовый монстр, получив обратно свои части, может дальше улетать, искать себе новые жертвы, здесь он не получил ни приема, ни понимания. А Расу надо будет восстанавливать свои разрушенные части, чтоб вернуться  к исходному состоянию.

Теперь можно поговорить о свойствах этих субстанций.
О свойствах можно судить  по тем их проявлениям в нашем мире, которые можем заметить. Эти проявления можно разбить на две принципиально разные части.
 
Одна часть характеризуется полями и их воздействиями, разумными способностями,  проявленными при создании космических структур,  природы,  и отчасти переданных людям. 
Источником проявления таких способностей была определена претерпевшая нападение  субстанция. Только при возникновении проблем проявляется разум. Эти проблемы оживили её способности  мыслить, творить, созидать, решать проблемы, создавать разумные порядки и разумную жизнь.  Потому претерпевшая нападение субстанция была названа  разумной.

Другая часть проявляет себя всеми видами энергии,  отличается нервным характером, горячностью, жадностью до деятельности, бессмысленной, неразумной, рвущей все порядки. Эта особенность позволяет предполагать, что она состоит из голой энергии, готовой ворваться с любые сущности, чтоб прожечь преграды, взорвать  изнутри, как  только столкнется с такой жертвой на своем пути.  Источником энергии была определена напавшая субстанция, потому поучила название энергетической субстанции.

Так они получили свои названия Расу и Энсу.

Описанная работа по избавлению Расу от проникшей заразы успешно продолжалась, пока  не вышла на первый план давно сидевшая в ней проблема.  Теперь она стала её занимать.
Она состояла в том, что, хотя  по ходу действия программы Расу все более вычищала из своего нутра разрушавшую её энергию, тем не менее  добиться абсолютной частоты не получалось, еще достаточно много затаившейся энергии выгрызали её нутро. А ещё больше её занимала необходимость восстановления разрушенной внутри части её сущности, что лишало её многих свойств и способностей.  А с этим была проблема. Необходимо было придумать способы и средства, способные это сделать.   

Вот тут она додумалась до создания мириады маленьких помощников, которые могли бы производить такую чистку и одновременно восстанавливать разрушенные фрагменты её организма.

Она начала производить на разных планетах разумных существ, помещая в каждого свою животворящую частицу, придав ей своё самосознание, выраженное через "Я", с заложенными разнообразными способностями, разделяющими частные "Я", которые им надлежало развить в процессе их жизни, ставшей подготовительной школой. Частицы по замыслу, получившие  при жизни необходимую подготовку, должны будут, выйдя из тел,  все вместе единым фронтом приступить в её организме к предназначенной работе.
Задача жизненной школы заключалась в обучении этих существ поиску и укрощению энергии, разумного её использования в своей работе по восстановлению разумной субстанции, то есть обучению создания разумной среды обитания. Условия их жизни моделировали  её состояние с имеющимися проблемами. Все их беды и невзгоды моделировали её беды. Но они должны научиться их преодолевать и побеждать.
Не все созданные существа способны с достоинством пройти предложенные им испытания. И она отмеряет их по их способностям. Тем, от  которых она не ждет большой пользы,  уготованы незначительные беды и страдания. Но самым нужным, на которых возлагается больше надежд, чем на других, самым дорогим, готовит серии самых сложных и мучительных испытаний.  Жизнь не для благополучия и счастья дана, а для прохождения таких испытаний, потому те, которые подвергаются тяжелым ударам судьбы, должны понимать, что они избраны для самых важных работ в будущей вечной жизни и не имеют права проявлять слабость духа при их преодолении. В этих испытаниях крепится воля и зреет разум, и они помогут всё преодолеть. Непосильных испытаний она не дает.  И будет управлять судьбами, создавая нужные проблемы и обводя ненужные.

Наука должна развивать  разум, осмысленные представления, которые должны перейти  в  их кристаллы знаний. Всё, что находится перед людьми сейчас, это всё модель определенного участка её нутра, в которую они потом войдут.

Но всё это обучение не проходит в спокойных условиях. Все обучаемые существа пребывают в океане пространственной энергии. Все находятся под её влиянием. Она вызывает хаос в их головах, в организмах, отчего люди глупеют, болеют, обретают психологические отклонения, сбиваются с программы развития, поддаются религиям, переходят к деградации и даже сами начинают разрушительную деятельность. Во многих существах вложенные в них частицы поражаются энергией и подчиняются ей. Такие превращаются в энергетических монстров, которые пытаются подчинить себе всех остальных, заставить работать на себя, чтоб обрести ещё большую силу и тем уничтожить предназначенные цели. Частицы их, после выхода из тел, будут подвернуты разбраковке. Не совсем  испорченные будут направлены на перерождение, но уже в более строгих условиях, схожих с тюремными.  Более испорченные пригодятся для внесения в тела животных, а совсем пораженные энергией, будут причислены к энергии и будут выброшены с энергией наружу в энергетическую топку. Туда же отправятся и те, кто не оправдает перерождения.

Есть еще такие, кто в религиозном помрачении выйдет из программы подготовки вложенных частиц, а потому они  окажутся бесполезными в решении проблем Расу, таких тоже придется  запускать на новые циклы перерождений, пока не пройдут полагающееся обучение.
 
В разных условиях проходит жизнь созданных существ, в зависимости от этого им вменяются разные задачи. Кому-то предстоит жить и работать в насыщенной энергией среде, и в этой среде предстоит научиться управлять энергией.  А есть такие, которые предназначены для наиболее сложных интеллектуальных задач в разумном   центре Расу.  Им предстоит пополнить её   новыми знаниями и способностями, обретенными при соприкосновении с энергией, им поручен поиск  возможности разумного взаимодействия с ней. Это  создаст  предпосылки создания  с Энсу  новых и интересных проектов  в их метафизическом пространстве.   Такие души должны проходить подготовку  в закрытых пространствах, защищенных  от пагубных воздействий внешней энергии и внешних атак. А это возможно обеспечить, если их поместить во внутренние полости планет,  уже заранее такие создавая. Такой создавалась и планета Земля. 





Эмиграция Тимофеева на планету альвов.



На аэродроме военной базы, расположенной на одном  из островов в Тихом океане,  стоял бомбардировщик с прицепленной к нему ядерной бомбой. Пилоты ждали указания цели. Но указания никак не поступало.

Все разведывательные службы, подчиненные властителям мира, искали Тимофеева, но не могли найти. Он пропал. В последний раз его видели в гостинице, в одном из городов России, и  вот он исчез. Куда исчез, никто не знает. Кое-что об этом знали девушки, служащие в этой гостинце, но помалкивали. Они принимали участие в его исчезновении.  Тогда по его просьбе с соблюдением всех правил конспирации они принесли ему из местного театра кремы для грима, парик, накладные усы и бороду. Принесли заштатную одежду. Загримировали до неузнаваемости, приклеили усы и бороду, и вот он, полностью преобразованный, был выведен девушками из гостиницы и посажен  в проходящую машину.  Дальнейшее им было неизвестно.
А дальше Тимофеев, напихав в проводницу много  денег, сел без билета в вагон, и поехал на этом поезде в сибирские края туда, где его ждала Валентина.
Он добрался до Валиного детского сада рано утром, пока люди ещё спали. Проник в него через окно, как когда-то раньше. Прохаживаясь по комнатам, стал ждать прихода хозяйки. Когда та, погремев ключами, открыла входную дверь и вошла,  он пошел к ней навстречу, а та растерялась, увидев неожиданного гостя. Но тут же узнала в этом человеке  Тимофееева, несмотря на его изменённый вид.  Бросилась его обнимать, причитая "живой, живой, как же это ты, как же это, откуда?"

Когда успокоилась, сбегала на кухню, принесла накормить. А он за это время отклеил маскирующие лицо атрибуты, смыл грим, привел себя в привычный вид.  Виктор  ел незамысловатую картошку, пожаренную на сале, а она сидела напротив и ничего не ждала, только во все глаза рассматривала дорогую свою потеряшку.
 
Она уже понимала, что ближе этого измученного судьбой  горемыки у неё нет никого во всем мире. Странными путями связала их судьба. Больше они никак не должны расставаться.

Конечно, она уже знала всё, что рассказывали о нем по всем каналам телевиденья, радио, по интернету. Видела его бесчисленные фотографии, знала, что его принимают за какую-то нечистую силу, вышедшую с того света, ненавистную многим. О нем знал весь мир, и он путешествовал по нему, знала вся Россия, и, конечно, каждая собака в её поселке знала о нем всё.  Это вызывало беспокойство. Как бы сделать так, чтоб все забыли про него, оставили  бы его ей, чтоб  спокойно дожить до старости с этим  дорогим человеком, до гробовой доски. И большего ей ничего не надо. Не надо никакой славы, не надо денег, за ними нет ничего хорошего. 
 
В потемках  вывела из сада и отвела  в свой домик, что за полем и за лесом. Велела никому не показываться. Лучше вообще не выходить. Она будет приносить еду и всё, что ему понадобится. Пошла снова в свой детский сад принимать детей.

Домик, старый покосившийся сруб с русской печью, которую нужно топить дровами. Дрова в лесу, но для этого надо натаскать сушняка, упавших стволов, нарезать, наколоть. И как это она одна, без мужика умудрялась всё это делать, да заготавливать на морозные зимы, - недоумевал Тимофеев.  В домике всё чисто, уютно, нехитрые картинки по стенам, видимо, нарисованные её воспитанниками. Под половиком подвал с нехитрыми припасами. Шкаф, широкая деревянная кровать, аккуратно застеленная, стол, стулья, холодильник, телевизор на тумбочке. На улице сарайчик для разного барахла, баня, туалет. Колодец для воды. Дальше огородик. Всё как в деревне.

Смотрел на это Виктор Тимофеев и чувствовал, как сжималось его сердце от  такой щемящей  простоты Валиной жизни, и огромная  нежность удушливой волной охватила всё его существо и даже выбила слезу. "Глупышка ты моя дорогая, - думал Тимофеев, - как же ты, имея столько миллионов на руках, оказалась в таком убожестве? Неужели всё потратила на незнакомых тебе чужих детей? Что же за душа у тебя  такая?"

Ему стало понятно, что сидеть взаперти, возложив на эти женские плечи ещё заботу о нем, он не сможет. Деньги у него есть и большие. Надо будет построить новый и хороший дом со всеми удобствами, провести газ, дорогу, купить машину. Однако, надо пока здесь обжиться. Для начала запастись дровами, растопить печку. Взял топор, веревки, чтоб обвязать валежник, и пошел в лес. Пока ходил, подбирал сушняк, рубил его, услышал, как кто-то окликает его.  Обернулся. Сзади стояла  одна из мам, приводившая в садик Валентины своего ребенка. Она пришла собирать грибы, услышала треск валежника, пришла посмотреть, кто там,  и узнала его, Виктора Тимофеева. Узнала, изменилась в лице и бросилась с криком бежать прочь, бросив корзинку с грибами.

Это поразило его. Его и здесь стали принимать за выходца из ада. Как же тогда после этого здесь жить? Как  он жителям докажет, что он такой же человек, как все, если всему миру поведали, что он вовсе не человек, и что это доказанный факт? Ему и здесь покоя не дадут.

Вернулся в домик, растопил печку и включил телевизор.  Увиденное поразило.  Там объявлялось, что некая компания заплатит миллиард долларов тому, кто укажет местонахождение его, Виктора Тимофеева.  Указывалось, куда передать сообщение,  телефон, электронный  адрес.

Он ощутил себя  загнанным в угол зверем. Оставалось ожидать, что дальше будет. Бежать некуда, разве что в глухую тайгу, но он там не выживет.

Та мамочка, что обнаружила Тимофеева в лесу, увидев по телевизору то же объявление с обещанием награды в миллиард долларов,   аж поперхнулась. Миллиард долларов! Да за такие деньги можно Тимофеева не только выдать, да хоть топором  зарубить, Родину можно продать, хоть мать родную! От одной только цифры голова кругом идет. Это же вилла  на Багамах, Мерседес, шикарные платья, рестораны,  обворожительные иностранцы! С мужем непременно развестись. Ребенка в богатый пансионат с гувернантками. И гулять с мужчинами теплыми ночами под пальмами, утопая в ароматах божественных цветов. Вот оно счастье.      
Схватила телефон и позвонила по указанному номеру. Там ответили. Она объяснила, где находится их поселок, домик, в котором спрятался известный демон Виктор Тимофеев, и тут же поинтересовалась, как получить обещанное вознаграждение в миллиард долларов. Ей ответили, что получит непременно, как только их люди удостоверятся в верности данного сообщения.
Она не знала, что этим звонком  запустились часы отсчета остатка жизни её самой, её ребенка, да и всего поселка. Некому будет вручать миллиард долларов.

*****

В это время пилоты получили координаты цели, она среди сибирских лесов.
Моторы взревели, бомбардировщик  набычился, тяжело разбежался по взлетной полосе  и поднялся в небо. Под ним висела бомба такой мощности, что не только бы сожгла весь поселок, но в одно мгновение испарила бы его со всеми домами и жителями, захватив заодно и ближайшие территории со всеми обитателями.
Лететь предстояло несколько часов.

А в это же время военная часть, расположенная под поселком получила распоряжение от высшего руководства окружить место пребывания Тимофеева, строго заблокировать, и, применив танки, поймать его, арестовать, поскольку никакой он не демон, а  аферист, устраивающий смуту, и держать в строгой изоляции до следующих распоряжений.
 
Когда Валентина вернулась домой, вид её был встревоженный. Увидела затопленную печь, лежащий хворост и пришла в ужас.
- Где ты это взял, - тихо спросила, показывая на лежащие палки.
- В лесу.
- Там тебя видел кто нибудь?
- Никто не видел, только одна мамочка, что приводит своего ребенка в твой сад.
Охнула, села колодой за стол, схватилась за голову. Глухо произнесла.
- Ты телевизор не включал? Ты знаешь, что сейчас без конца передают? Уже весь поселок гудит как улей. Миллиард долларов обещают тому, кто скажет, где тебя найти.
- Ну и эта мамочка расскажет?
- Господи, да любой в поселке за миллиард  долларов хоть гору дерьма сожрет! Это же для них при их нищенской жизни немыслимо огромные деньги. Конечно, сообщит. Тут и думать нечего.

Она заходила по комнате, достала сигареты, закурила.
- Валя, ты же бросила курить!
- Думать, Витя, думать надо. Итак, все уже знают, где ты. Конечно, до них уже дошло, что ты простой человек, но талантливый иллюзионист. Тебя хотели убить, я видела по телевизору, как в тебя стреляли, будут и дальше пытаться это сделать. Понятно, что сюда за тобой уже едут.  Среди них могут находиться убийцы. Теперь надо думать, а нам что делать?

Она металась по комнате, ничего разумного в голову не приходило.
- Ну вот и всё, -  обреченно сказала. - Вот и конец сказки, если сразу не убьют,  упакуют тебя и увезут неизвестно куда. И больше никогда мы не увидимся. Всё, Витенька, прошла любовь мимо. Ну, зачем ты пошел в лес, я же просила не выходить из дома!

Но тут забрезжила идея.
- Давай спрячем тебя в подвале, я подожгу дом, пусть горит ярким пламенем, никто не сунется. А тебе в подвале ничего не будет, отдушина на улицу в нем есть. Там прорыть выход можно будет. Сама скажу, когда сюда примчатся, что дом от печки загорелся, и ты сбежал  неведомо куда. Пусть уходят, а дальше будем думать.

 *****

Бомбардировщик приближался к цели. 
Но пилотов что-то насторожило. Они увидели летящий  параллельным курсом неопознанный объект в виде тарелки. Неизвестно, сколько времени он летел рядом с ними, но увидели только сейчас. Объект не предпринимал никаких действий, просто летел неподалеку, и было непонятно, чего он к ним привязался. Вот эта неопределенность и настораживала пилотов. Перед сбросом бомбы пилотам надлежало перейти на самый высокий эшелон, и только оттуда произвести бомбометание, дабы успеть за время её падение уйти на недосягаемое  для взрыва расстояние. Для замедления падения бомбы  она была оснащена небольшим парашютом.
Они поднялось, как было предписано, и там уже увидели на экране наводчика цель, еще несколько мгновений для расчета точки сброса, и вот подошли к этой точке,  и бомба отделилась от самолета. Над бомбой раскрылся парашютик, она поплыла вниз, а пилоты, выжимая из двигателей всю мощь, помчались прочь от этого места.

Отлетая дальше, они продолжали следить за падением бомбы.

И вдруг увидели то, что  вызвало у них панику.  Неопознанный объект устремился за бомбой, поравнялся с ней и захватил её. Она прочно прилипла к нему.  А дальше началось то, что ввергло их в ужас. Этот объект с прилипшей бомбой  помчался за самолетом, догнал, продолжал лететь рядом, и как только они полетели над пустынной территорией, где не было никаких поселков,  в самолете вдруг сразу  заглохли все его двигатели, и как ни пытались пилоты запустить их снова, всё было бесполезно, самолет беззвучно падал на скалистую землю, где и взорвался.
 
Да, в этом неопознанном объекте находились Аэр с Гаем. Они всё это время продолжали находиться около земли. Прыгун, которого Аэр подарил Тимофееву, постоянно подавал им сигналы, потому они всегда знали о месте его пребывания.

Аэр уже начал понимать психологию людей, а она ему чрезвычайно не нравилась, эта цивилизация ему казалась примитивной, ограниченной, агрессивной, злобной. Когда Аэр подключался к телевизионным волнам, ему удавалось даже выслушивать речи Тимофеева, в которых тот резко критиковал сложившиеся нравы землян.  Было понятно, что такие речи вызовут у них протест, даже  негодование, и возможно на его жизнь будут покушаться.  Аэр не был уверен, что сможет это предотвратить. Только тогда беспокойство снизилось, когда Тимофеев сбежал от общего внимания и спрятался у Валентины. Но неожиданно всему миру стало известно, где он находится. Это он узнал из последних новостей, пронесшихся по телеволнам.
 
Теперь Аэр ожидал нанесения по Тимофееву  бомбового удара.  Иначе с ним трудно справиться. И не ошибся. Совершая очередной облет пространства над поселком Валентины, миссионеры обнаружили подлетающий самолет с непонятным предметом внизу. Они сразу не поняли,  что это такое, но решили проследить за этим самолетом. Осознали суть происходящего только тогда, когда самолет поднялся на большую высоту и там от него отделился подвешенный предмет  и  стал опускаться на  небольшом парашюте на поселок. Сразу стало понятно, что  это не простой предмет, а ядерная бомба. Только при такой бомбе возникает необходимость подниматься на большую высоту и замедлять её падение. Такое замедление позволяет пилотам убраться подальше от места взрыва. Решение пришло сразу, они перехватят эту бомбу, создав мощное гравитационное поле, которое притянет её к ним. Что они и сделали, тем спасли поселок от уничтожения.
Они ясно понимали, что в самолете находятся наёмные убийцы, прилетевшие уничтожить тысячи людей. Оставить этих убийц без справедливого возмездия они не могли. Сопроводили самолет до глухих необжитых территорий и тогда мощным магнитным импульсом  вывели из строя систему подачи топлива, отчего  двигатели остановились.

Теперь с притянутой бомбой они приземлились  там же, где закончил свое существование самолет с пилотами, чтоб  разобраться с трофеем. Если он взорвется, то лучше вдалеке от поселка. Аэр внимательно осмотрел снаряд. Он обнаружил взрыватель, его надлежало извлечь. Ядерный наполнитель решено было забрать с собой, это будет топливом для ракет альвов. С извлечением взрывателя  пришлось повозиться, но он справился с этой задачей. Взрыватель отнесли в овраг и взорвали, бомбу спрятали до нового посещения Земли на более вместительном гравитолете.

Теперь надо срочно спасать Тимофеева. К нему уже мчатся силовики и армия корреспондентов.

Тут же  полетели  к домику Валентины. По пути обнаружили движущиеся туда же танки и армейские части. Опустились  поодаль  дома, чтоб не привлекать внимания, и пошли к нему. 
Когда вошли,  застали странную картину. Комната вся в дыму, на полу горит сушняк, перед отрытым люком в подвал стоят, обнявшись Тимофеев с Валентиной.

- Что тут происходит? - послали импульс  им в голову.
Те встрепенулись, обернулись и увидели вошедших.
- Бог ты мой! - воскликнула хозяйка. - Да это вы, родные мои инопланетяне!
Бросилась к ним, чтоб выразить радость объятьем, но остановилась, сдержав порыв, а вдруг  не правильно  поймут.
Тимофеев стоял вытянувшись, как солдат, и только глупо улыбался.
Аэр ему сказал.
- Тебе необходимо срочно исчезнуть, на счету минуты. Сюда уже мчатся танки, окружает армия, несутся машины. Летят самолеты. Одни хотят тебя спрятать в застенках, другие желают убить.  Мы с Гаем только что перехватили ядерную бомбу, сброшенную на тебя с самолета. От тебя, как и от всего поселка остался бы только пар.
- Так куда я исчезну, меня везде найдут!
- Ты хотел совершить полет на нашу планету, так туда  и полетим.
- А как же я, - встрепенулась Валентина. - Я тоже хотела. Заберите и  меня отсюда. Я не хочу оставаться без Виктора. Вместе полетим, -  произнесла голосом, не допускающим возражений.
- Тогда быстрее на выход!  Гравитолет  ждет.

Виктор в чем был, так и пошел, Аэр с Гаем впереди. Валентина забросила горящий сушняк в печку и бросилась за ними.  По дороге спросила.
- А долго придется лететь?
- Одно мгновение.
Валентина это поняла как шутку. Но ей было всё равно.

Когда подходили к  гравитолету,   услышали  рокот множества моторов. Обернувшись, они  увидели окружающие дом танки и множество подъезжающих машин. Из машин высыпалась толпа народа, корреспонденты, военные, штатские в строгих костюмах, вломились в дом.

- Всё. Пора, - сказал Аэр. - Забирайтесь в аппарат. 
Они забрались и уже через иллюминатор наблюдали, как толпа выскочила  из дома, и рассыпалась искать жильцов в сарае, бане, сортире.
- Какая мерзость, - с отвращением произнес Тимофеев и отвернулся. А капитан уже запустил механизмы, ключ повернул на "туда" и в мгновение всё исчезло, они словно провалились сквозь землю, и тут же оказались в другом пространстве, наполненным голубым свечением.

Гравитолет медленно полетел по нему, спускаясь ниже к почве,  давая возможность пассажирам осмотреть  доступные взгляду ландшафты. Наконец, подлетели к стартовой площадке  и сели. Тимофеев и Валентина прильнули к иллюминаторам. Там на большой площадке шевелилось море похожих друг на друга инопланетян. Ни единой эмоции не появлялось на их лицах. Валентине стало страшно.
 
Аэр и Гай вышли наружу, что-то сказали, и толпа загудела, поднялся лес рук, раздавались выкрики с нотами одобрения. Аэр вернулся, сказал прибывшим гостям:
- Я сообщил о прибытии разумных существ из  иной цивилизации. Это произвело на альвов большое впечатление. Вы первые инопланетяне в нашей стране.  Это сенсация. Альвы рады вашему прибытию.  Они желают видеть вас.  Прошу вас, выходите.

Сильно смущаясь, Тимофеев, а за ним Валентина выбрались наружу и предстали перед  тысячами огромных глаз.
Рядом находилась возвышенная площадка со ступеньками. Аэр попросил подняться, чтоб жители могли лучше рассмотреть  прибывших гостей. Они поднялись. 
Море незнакомых существ  ликовало, шумело. Они зашлись в восторженных криках, как только увидели  землян. Началось какое-то движение, задние ряды пытались протиснуться поближе, чтоб лучше рассмотреть прибывших неведомых разумных существ.

Ярким белым светом вспыхнули прожекторы, расставленные в отдалении, лучи сосредоточились на гостях. Тимофеев поднял руки,  соединил ладони в рукопожатии. Спросил рядом стоящего Аэра:
- Я должен что-то сказать? 
- Если хочешь, скажи.
- А как они меня поймут?
- Как и я тебя понимаю. Альвы воспринимают волны твоего мозга, которые отражают образы и мысли. Они проявляются наиболее ярко, когда ты говоришь.
- Как к ним обращаться?
- Называй их альвами. Этого достаточно.

Тогда Тимофеев сделал шаг вперед, развел руки по сторонам. Наступила тишина.
- Альвы, - начал свою речь Тимофеев, - я и она, - он показал на Валентину, - люди с планеты земля. Меня на моей родине зовут Виктор Тимофеев, я мужчина, а это женщина, - снова показал на Валю, - её имя  Валентина, так её там называют.  Мы с ней  первые люди, которые за всю историю нашего существования получили честь и возможность познакомиться с вами, представителями совсем иной цивилизации. Мы надеемся, что наша с вами встреча послужит началом для дальнейшего развития наших дружеских отношений, которые  пойдут всем нам на пользу. У каждой цивилизации есть свои особые знания, объединение их позволит продвинуться дальше в понимании окружающего мира и нас с вами. Так и будет, если мы с вами найдем взаимопонимание, в это хотелось бы верить, иначе наша встреча окажется трагической ошибкой. А это будет зависеть от начального настроя. С чем мы будем идти навстречу друг к другу, с доверием, или напротив, с недоверием. С верой в дружеские намерения другой стороны, или с сомнением. Со своей стороны я заверяю вас, что у нас с  Валентиной к вам самый  дружеский  и теплый настрой  и надеемся встретить такой же и от вас. Я верю, что мы станем друзьями, как стали друзьями мы, двое землян  с  представителями  вашего народа  Аэром и Гаем. Мы вынуждены были покинуть нашу планету и рады будем провести неопределенное   время в вашем обществе, если вы согласитесь нас принять.
На площади началось какое-то движение, это мудрецы в белых халатах двигались к месту  постоянных совещаний. Состоялся короткий разговор, затем председатель, мудрец Сарт  направился  к землянам. Поднялся на возвышение и, став рядом с ними,  обратился к публике. Сарт говорил, а Аэр переводил его слова Тимофееву и Валентине.   
- Мы принимаем прибывших землян в нашу семью. И выражаем к ним наше доверие, а если они хотят влиться в нашу семью, то пусть снимают свои  одежды и ведут себя, как альвы.
Услышав это от Аэра, Валентина смутилась и шепотом спросила Тимофеева:
- Как? Раздеваться вот сразу здесь, перед всем народом?
Тот также шепотом ответил:
- Валь, мы хотим влиться в их семью или нет?  Раз уж мы оказались здесь, а нам тут неизвестно сколько жить, надо привыкать к их правилам. Вспомни, со своим уставом в чужой монастырь не ходят. Ты посмотри на них, они все голые. Значит, и мы должны быть такими. Перестань изображать стыд. Тут некого стесняться. Раздевайся.
Делать нечего, пришлось подчиниться. Оба сняли  одежды и голыми выставили себя на всеобщее обозрение.  Публика загалдела, зашумела.
- Что они говорят? - спросил Тимофеев Аэра.
- Говорят, что у вас странные тела, обсуждают детали ваших тел. Но это нормально, они прежде ничего подобного не видели. Им тоже привыкнуть надо.
Тимофеев оглядел обнаженную подругу и нашел её весьма недурной, даже привлекательной. Но что они в этом понимают? Рассматривают, как экзотических  зверушек.
 А Аэр продолжал.
-  Самое главное, что сейчас произошло,  вас приняли в свою семью. Теперь пойдем со мной, я покажу жилище, где вы будете жить, там получите нашу еду.
Они спустились. Аэр  пошел впереди, они за ним, толпа расходилась, освобождая  путь. 
- Что будет с нашей одеждой, - спросила Валентина.
- Её отдадут ученым на изучение, потом на сохранение.
Подошли  к какому-то строению, и Аэр пригласил войти.

Обстановка удивила своей скромностью. Всё состояло их трансформеров, которые могли принимать любые формы. Подобие стола, стульев, постели. На столе разные  клапаны, задвижки, пульты.  Другое помещение было похоже на санузел. Там краны, раковины, туалет, небольшой бассейн, наполненный чистой и ароматной водой. А следующее похоже на гараж, там находились аппараты, похожие на блюдца. Сверху раздвижная крыша.  Было ещё помещение, похожее на театр. Ряды мягких кресел по стенам с пустым центром.

Аэр при осмотре давал разъяснения, что это и для чего и как этим пользоваться. Оказывается, в пустом центре театра идут голографические представления, но можно кресла свести к центру, тогда представления будут идти вокруг зрителей.

Теперь привел к столу, усадил на стулья. На пульте нажал какие-то клавиши, и тут же раскрылись задвижки и на столе оказались  контейнеры с кашей, ещё теплой и вкусно пахнущей. Тут же инструменты типа ложек для еды. Гости попробовали эту кашу, и она им показалась необыкновенно вкусной.  Потом появились чашки с напитками. Невозможно было понять, что это такое, но Аэр объяснил, что это соки из фруктов их садов, они полны витаминов.

- Как же спать, - спросила Валентина, если тут всё время светло?
- Можете закрыть постель шторами и включить гасители света. Ложитесь и отдыхайте, - Аэр поднялся, чтобы уйти. - Через ваших десять часов у вас заиграет музыка, я приду к вам и отведу на отрытое заседание мудрецов,  с трансляцией бесед всем альвам. Вся планета мечтает вас увидеть и услышать.   
- Что там будет?
- Там я должен буду представить мудрецам подробный отчет о  нашем с Гаем путешествии от начала до конца, включая те события, которые свели нас с вами. Вопросы будут и к вам.

Они легли в постель и, утомленные событиями, сразу  уснули. Проснулись, когда зазвучала музыка.

Пришел Аэр и повел на заседание мудрецов. После его повествования о путешествии на гостей посыпались потоки вопросов, касающихся быта и нравов землян. Виктор и Валентина старались обстоятельно отвечать на них, но было понятно, что этот поток будет бесконечным и Сарт закрыл заседание, пообещав публике, что земляне проведут ещё достаточно много дополнительных встреч, где смогут ответить на любые вопросы. 

Так началась жизнь первых землян в совсем незнакомой цивилизации среди инопланетян.

Валентина, знавшая  многие языки, с энтузиазмом приступила  к изучению языка альвов. Обучала этому и Тимофеева. Они перезнакомились со многими местными жителями. Изучали их культуру, обычаи, нравы и вкусы. Проводили обещанные Сартом встречи, на которых долго и много рассказывали о жизни на земле.

Тимофеева больше всего интересовали  базовые принципы, на которых построена  жизнь альвов. Проанализировав всё узнанное и услышанное, удалось сформулировать некоторые из них.

Тимофеев определил их так.

1. Все альвы - это единая сущность, это одна большая семья, все в ней родственники, в ней нет деления на частные семьи, на  персональных  родителей и персональных  детей. Всё общее и дети общие.  Вся планета  это их общий дом.  Благополучие этой семьи является общей заботой. Отношения родственные, наполненные доброжелательностью и уважением к каждому. Между ними нет никаких секретов, всё происходит открыто, личного пространства не существует, но при уважительном отношении никто никому не мешает выполнять жизненные функции.

2. Чувств не существует, отношения между альвами предельно тактичные и доброжелательные, как между любящими друг друга родственниками. Всем правит разумная целесообразность. Любое желание высказывается только с обоснованием смысла этого желания и тогда при наличии возможности оно исполняется. Желание без такого обоснования считается признаком заболевания альва, и тогда  его подвергают обследованию и лечению. Отказ от выполнения порученного дела так же принимается как симптомом заболевания, это явление так же изучается и причины устраняются. Жизнь альвов и их занятия должны доставлять  радость, и если это не происходит, то это тоже воспринимается, как заболевание,  и это  изучается и причины устраняются. Никаких наказаний не существует. И всё происходит добровольно. Любые отклонения от принятых норм изучаются и по ним выносятся решения. Возникающие проблемы разрешаются Советом мудрецов, высшим авторитетным органом. Его решения обязательны для всех.
 
3. Все равны, ни у кого нет никаких преимуществ перед другими ни по возрасту, ни по заслугам. Каждый имеет равные со всеми права на обеспечение жизненных условий. Равно, как право на неограниченное продолжение жизни. В случае неожиданной гибели предусмотрена обязательная реанимация с восстановлением поврежденных органов.

4. Каждый имеет право на такое занятие, которое доставляет удовлетворение и создает  смысл жизни. Для этого с детства выявляются творческие способности и развиваются. Желаемые направления приложения творческих способностей диктуют общие цели развития общества.

5. Цели развития общества исходят из принятого мировоззрения. По нему всё сущее и они, альвы, созданы некой высшей сущностью с целью разрешения её проблем с их помощью.
Отсюда следует, что у альвов две задачи:
- понять, какие проблемы возникли у этой сущности;
- принять участие в разрешении её проблем.
Для этого им следует понять, что это за сущность, понять причину возникновения её проблем и способы, предпринимаемые этой сущностью по её устранению. Такое понимание достигается выявлением смыслов всего созданного и происходящего, с последующим укомплектованием их  в целесообразную единую структуру.  Пробелы в ней служат заданиями для выполнения работ по её наполнению.  Здесь нет деления на главные работы и второстепенные, на ведущие  и обеспечивающие. Они все равно необходимы, и научные изыскания, и производственные, медицинские, пищевые и все прочие. Все работы  увязаны в единый комплекс, как это происходит в едином организме. 
А уже после этого следует приступать к выполнению конечного своего предназначения  - оказание  помощи материнской сущности в разрешении её проблем. Потому необходимо развивать разум и способности.
Проблема землян в том заключается, что они этого не понимают и занимаются лишь удовлетворением личных интересов. А это приведет их к деградации и гибели.

6. Как они понимают материнскую сущность? Это метафизический источник порядка, разума и красоты. Она разными способами проявляет себя среди её созданий.  Открытость и чистота говорят о порядке. Способность сведения всего происходящего к единому смыслу и служение ему говорит о разуме. Красота - это всё, что отражает её саму и через красоту являет себя альвам. 
Если этого нет, то и её в этом нет.

7. Забота общества о нравственном и телесном здоровье его представителей, выраженная наставлениями, помощью, лечением представляет собой высшую форму любви.

Тимофеев спросил Аэра, что есть красота? Это совсем не то,  как понимаете её вы на земле, - отвечал мудрец. У вас красимым считается то, что вводит в эйфорию блаженства, а значит, лишает ума. У нас за красоту принимается то, что уродливо для вас, а у нас вызывает желание улучшить это и самим стать лучше, так  сделать мир совершенным. Красота есть путь, а не состояние.

Новые члены общества альвов всё больше вливались в их общую семью. Валентина продолжала читать  лекции о  жизни и культуре землян.   У неё родилась задумка перетащить сюда с поверхности земли библиотеку классиков и перевести книги на их язык.   

Тимофееву предложили продолжить его научные изыскания в деле создания сверх прочных полимеров, и с тех пор он с удовольствием проводил эксперименты   в научных лабораториях.

В этих лабораториях работали умники. Тимофеев вначале попытался понять, что они делают, но к своему ужасу обнаружил, что ничего не понимает.  Их научный багаж и интеллектуальный уровень значительно превосходили его уровень.  Любой умник намного превышал по своим знаниям любого из земных академиков. Он даже не понимал принципов их мышления. Они мыслили совсем иными категориями, нежели принятыми на земле. Постепенно стало доходить, что когда они начинают изучать какой-то предмет из окружающего мира, или явление, то, прежде всего, начинают с выявления смыслов этого предмета или явления. Они выясняют,  для чего этот  предмет был  создан, какая необходимость вызвала  именно это явление. То есть не занимаются сразу  с выявления причин, как принято на земле, как такое могло возникнуть и какие законы природы это породили,  а именно для чего  понадобился именно такой предмет, а не другой, для чего  должно было возникнуть данное явление, чем оно предопределено.  А если что-то создавали, то исходили из принципа не навредить увязанной системе смыслов. По такой  системе смыслов они могли с большой точностью предвидеть далекое будущее.

Работавшие в лабораториях умники видели, что делает Тимофеев, понимали его намерения, но не вмешивались в его работу, предоставляя возможность самому добиться желаемых результатов и этим ощутить свою полезность обществу. Но если заходил в своих изысканиях в тупик, и обращался к ним за подсказками, то неизменно их получал, и так двигался дальше.
Виктор поставил себе задачу научиться мыслить как они, разобраться в их системе знаний и добраться до уровня умников, чтоб получить это звание и право носить черный халат. А пока только в лабораториях может надевать защитный синий комбинезон. 

Тимофеев попросил детвору  научить его летать на антигравитационном  блюдце. Те с восторгом откликнулись на его просьбу, и резвились, показывая друг другу  виражи, при этом  обучая новичка  этому мастерству. Он быстро осваивал уроки,  привлек  тому и Валентину. И уже  в скором времени они вместе носились по всей планете, охваченные  жаждой свободного полета.
Они не испытывали никаких преград, а главное, - они проникали в неизведанные области своих ощущений. И чем дальше Тимофеев погружался в них, тем более начинал испытать невнятное тягостное чувство, лишавшего его свободы. Оно, несомненно, вызывалось тревогой за судьбы оставленных на земле людей. Когда нет свободы, тогда и счастья быть не может. И тогда ему пришла в голову мысль, поразившая  своей пронзительной ясностью. 
-  Валь, кажется,  я понял, что такое свобода и что такое счастье. Это совсем не то, что говорили на земле. Это  полет в бесконечность искренних чувств, доброжелательности, и головокружительного счастья для всех, родных, знакомых,  незнакомых,  для всех вместе, но никак не для одного.  Не может один человек быть свободным и счастливым.
 Какую чушь на земле называют свободой и любовью! Какая тупость царит на земле! Свобода, как и любовь   - это или всё, или нет их.

Человек только тогда свободен, когда его труд доставляет моральное удовлетворение, а людям приносит пользу. А любовь без свободы становится прикладной функцией для каких-то целей, типа создания семьи, рождения и воспитания детей, заботы о стариках, о стране. 
    
В головах Виктора и Валентины  запустился процесс окончательного созревания. Нет, они пока не созрели. Но процесс будет продолжаться.

С самого начала их стали навещать строгие мудрецы в белых халатах, с приглашением посетить   "Фабрику здоровья".  Конечно, они отправлялись туда уже на своих блюдцах.   

Там сразу им объяснили цели приглашения.  Поскольку прибывшие земляне приняты в семью альвов, то они имеют одинаковые со  всеми  права на восстановление работоспособности их организма и на  замену устаревших органов.  Для этого  мудрецы должны разобраться в особенностях организмов землян и специально для них  организовать  производство новых органов, подлежащих замене. Для выполнения такой работы они должны будут некоторое время являться, и проходить нужные  процедуры обследования. 
Они и летали туда, их  просвечивали, брали анализы, подвергали разным воздействиям, обкладывали мириадами электродов, изучали работу каждого органа, каждой клетки организма. И, наконец, объявили, что исследования закончены. Они во всем разобрались. Теперь их будут лечить на клеточном уровне, и заменять устаревшие  органы, как и всем альвам.

- Сколько  лет  может прожить организм  при постоянной замене его частей? - спросил у мудрецов Тимофеев. Ему ответили.
- Теоретически безгранично. Вечность. Только подходит  время, когда альвы начинают ощущать призывы высшей сущности выйти из материального тела, чтоб придти к ней для нужных ей работ. И если они ощущают в себе способности и желание заняться такими работами, тогда  просят отпустить их из этого мира для перехода к ней в её мир, и мы выполняем их просьбу.  На этом их жизнь здесь заканчивается, но  продолжается в сфере бытия материнской сущности. Потому здесь вечность никто не живет.  Со временем  все переходят к ней.

Однажды Тимофеев заметил  круг из сидящих альвов, соединённых меж собой  руками.
- Что это? - спросил у Аэра.
- Это коллективный мозг. Все сидящие  объединяют свои знания, и мышление каждого в единую систему, и в ней происходит рождение новых мыслей и идей. Ты можешь присоединиться к ним, и тогда ощутишь себя в океане знаний и открытий, тебе откроются многие тайны. Это необыкновенное ощущение. Так же объединяются и мудрецы, когда ищут решение важной проблемы.
- А над какой проблемой они трудятся сейчас?
- Они ищут способы придать энергии творческий разум.
-  Это как?
- Ты знаешь, если разгорается пожар, то он всё превращает в золу, пепел, газы. То есть энергия превращает порядок в хаос. Но если всё мироздание, с которым мы познакомились, со всеми его упорядоченными структурами, возникло из созданного энергией хаоса,  что говорит о появлении в нем разума, то почему мы не можем повторить эту процедуру? А это значит, если мы придадим разрушительной энергии разум, то по нашему заданию  она сможет выстроить из продуктов горения нечто полезное, например, из древесины путем сгорания  создать  дом. Пожар будет частью технологии преобразования одного в другое. Предаём огню старый дом, а после пожара получаем новый. В плавильных печах из  расплавленного  металла непосредственно  в них огненный разум будет создавать  нужные изделия. Теперь мы работаем над этим.
- А дальше что? Какое будет продолжение?
- А дальше мы займемся природным механизмом создания случайных событий, изучим его, чтоб обрести возможность  им управлять.

В другой раз спросил:
- А где же наш любезный друг, молодой Гай? Почему его не видно?
- Гай занят важным делом. Он намерен получить степень мудреца и право носить белый халат. Для этого он готовит голографический фильм о нашем путешествии. В гравитолет была вмонтирована аппаратура, которая непрерывно снимала, все, что вокруг происходило, что мы видели. Теперь он обрабатывает снятый материал. Это будет сенсационный голографический фильм с созданием ощущений, какие  получали мы, чтоб зрители полностью погрузились в события нашей экспедиции.   
 
Однажды Аэр пришел в их дом и застал занимающимися сексом. Земляне уже привыкли, что тут всё делается открыто, ничто тут никого  не смущает.  Не смущает даже присутствие детей.  Все абсолютно открыты друг перед другом.  Ничего не прячется, не скрывается. В этом была какая-то первозданная невинность.  Потому их не смутило появление альва  в столь пикантный момент.
Аэр только поинтересовался.
- Хотите родить ребенка?
- Нет.
- А почему вы этим занимаетесь?
- Потому что нам это доставляет удовольствие.
- Доставляет удовольствие? - удивился Аэр.
- А вы разве этим не занимаетесь?
- Занимаемся, когда решим произвести на свет новое дитя. И то для этого принимаем возбуждающее средство. А часто вы это делаете для удовольствия.
- Часто.
Им показалось, что Аэр посмотрел на них с сожалением. Дикари, - наверно подумал. Чем ниже существа по развитию, тем чаще этим занимаются. Видимо, природа так распорядилась, поскольку недоразвитые гибнут чаше, живут меньше,  задачи у них простые,  долго жить нет необходимости, тогда  короткие жизни  надо  компенсировать  увеличенным  размножением. Значит, им нужен частый секс. У развитых всё иначе, им полагается жить долго, потому что их задачи значительно сложнее, за короткую жизнь их не выполнить, в этом случае  им не надо сильно размножаться, оттого и секс им  не так привлекателен.
Тимофеев поинтересовался, есть ли среди альвов сложившиеся пары мужчин и женщин, как это принято у землян.
- Для чего? - спросил Аэр. - Для чего надо иметь такие пары?
Вопрос в свою очередь озадачил Тимофеева.
- Ну, хотя бы чтоб вместе зачать,  вместе растить и воспитывать детей, вести общее хозяйство.
- Получается, - задумался Аэр, - что детей у вас производят одни и те же объединившиеся пары.  Но это же неразумно, вы же так будете деградировать, необходимо перемешивать генные коды, это повышает устойчивость популяции.
- А вы перемешиваете?
- Да. У нас мужчины всегда меняют женщин для рождения следующих детей. И женщины ищут других мужчин для той же цели. Никто никого не принуждает, все делается по взаимному согласию. Так принято в нашем обществе.
- А кто тогда их растит, воспитывает?
- Все. Есть общие ясли, их посещают все мамы. Общие детские сады, школы. Дети играют со взрослыми, они всегда среди нас. Никто не делит детей на своих и на чужих, как принято у вас. Они все свои для каждого. Любой ребенок может посещать, кого захочет.  Мы помогаем им понять  их способности, призвания, и развиваем их творческие начала. А землянам мешает чрезвычайно развитое эго, да дикое право частной  собственности с передачей по наследству. Вы очень отстали в развитии.
Он отвернулся и ушел. 

*****

К этому времени альвы уже произвели множество разных гравитолетов, стали часто наведываться на землю и улетали дальше в далекие галактики с целью обретения  новых знаний. 
А ядерную бомбу, обезвреженную и спрятанную Аэром,  уже давно забрали к себе и использовали для практических нужд.

*****

Однажды Валентина затосковала по родине, и попросила Аэра вернуть её в родной  сибирский поселок  хотя бы на день.
Аэр согласился. Ей принесли её одежду, и она её  надевала с отвращением. Валентина привыкла к  свободе голого тела, и теперь одежда ей показалась пыточным набором  изобретательных садистов.

Аэр посадил её в гравитолет и они мигом оказались на земной поверхности рядом с её домиком.  Там, среди альвов, она не замечала хода времени, там ничего не менялось.  Не было таких разрушительных воздействий, как на поверхности. А тут  нашла свой домик покосившимся, дворовые постройки вообще развалились. Решила посетить свой  детский садик, пройтись по поселку. Посмотрела, прошлась и впала в уныние. Всё пришло в запустение. Нищета и безработица вынудили многих сельчан покинуть эти места. Разъехались, разлетелись, кто куда, и детей уже не было. Её детский садик пустовал. Остались те, кому некуда было податься, да и не на что. Они ходили по пустынным улицам мрачные, словно тени. И только среди пустеющего и разваливающегося поселка одиноко возвышалась  недавно построенная каменная  церковь, никому не нужная. На деревянной колокольне  одетый в черное мужчина дергал за веревку одиноко висящий колокол и тот  издавал печальный занудный гул. 

А вот колония, где раньше содержался Тимофеев, напротив, расширилась. Повстречавшийся знакомый работник, работавший в ней, рассказал подробности.
Там уволили начальника, который требовал соблюдения законности, вернули прежнего. Появился отдельный барак для уважаемых воров, где те пировали и развлекались с оставшимися в поселке девчонками, приходящими к ним от голода.  А в остальные бараки набивали до предела новыми заключенными,  преступность росла, и их становилось всё больше, а денег на их содержание выделялось  всё меньше, кормить было нечем. Потому их сдавали в рабство разным ушлым предпринимателям, которые тут же организовали халтурные производства, отдавали на стройки усадьб разным начальникам. Воры обкладывали их поборами.
 
Всё увиденное и услышанное произвело на неё тяжелое  впечатление вонючей разлагающейся  помойки, придавленной сверху  каменной церковью с её занудным колоколом.

"Люди! - закричала про себя. -  Где вы, недавно ещё  гордые, красивые,  сильные духом, что  с песнями и красными флагами строили города и этот поселок? Что с вами произошло, отчего  превратились в тупое  покорное стадо у кучки негодяев?"
Властители мира довольно улыбались.
"Господи, - опять закричала, - неужели ты не видишь, что делается с твоими детьми? Почему ничего не сделаешь, чтоб спасти их?"
И услышала голос, слово идущий сверху.
"Я всё вижу, деточка, эти люди болеют, они подцепили заразу, им нужно выработать иммунитет.  Это больно, тяжело, но без этого никак нельзя. Уже виден перелом. Надо подождать".  Это был голос разумной субстанции. "Всё будет хорошо, не падай духом".
"Нет, - подумала Валентина,  - сражение ещё не закончено, нечего ждать. Надо запускать к людям Тимофеева".

И  попросила Аэра вернуть её обратно.
Вернувшись, сбросив ненавистные одежды, насела на несчастного Виктора. Рассказала об увиденном.
- Витя, мы не можем спокойно пребывать в этом раю, когда наша страна гибнет в полном запустенье.
Давай, выступи хотя бы ещё раз перед сникшими там людьми! Тебе дадут любой телеканал, вся земля тебя будет слушать.  Хотя бы один и последний раз. И больше не будем к ним выходить.
- Я не против, надо поговорить  с Аэром.

Они вышли на улицу в поисках своего друга. Нашли его сидящим в кругу мудрецов.
- Можно с тобой поговорить, Аэр?
- Кончено можно, присаживайтесь рядом, пусть мудрецы со мной  послушают вас. Какая у вас проблема?

Валентина рассказала мудрецам  о своем посещении земли, что увидела, услышала, какие чувства возникли  у неё. Теперь она просит их разрешения дать возможность  Виктору выступить перед землянами хотя бы раз. Он очень популярен среди них,  потому его слова будут иметь значение.
Мудрецы выслушали её, поговорили меж собой, наконец,  Сарт объявил их решение.
- Совет мудрецов решил, что Валя права. Надо помочь землянам. Совет предлагает это организовать, не подвергая вас риску. Надо помнить, что там знают  -  Виктор жив, его  продолжают искать, и при вашем появлении тут же объявятся убийцы. Поэтому наверху вас будут охранять Аэр и наши молодые альвы.  Последовательность будет такова. Вначале Валя придет в телецентр и договорится о месте и времени выступлении Виктора, и тут же должна будет вернуться, иначе её могут похитить. К назначенному времени Аэр с командой  доставят туда Виктора, гравитолет оставят где-то рядом, переведут в режим исчезновения из этого пространства. Сами должны быть в скафандрах, делающих их невидимыми, и все время находиться рядом с Тимофеевым. У каждого должно быть наготове магнитное оружие, парализующее людей. Виктор  включит прыгуна так, чтоб изображение было  рядом. Проследует в зал, где назначено выступление.  По окончании  такой же скафандр должен быть надет и на него. И незамедлительно  в гравитолет,  и обратно сюда.

Так всё и произошло. Валентина организовала выступление, Виктор всё время находился под охраной альвов, выступил и тут же они вернулись обратно. Записанную на диктофоне речь он принес Валентине.




Речь  Виктора Тимофеева перед землянами.



Я Виктор Тимофеев, демон, пришедший из преисподней, чтоб рассказать вам истину. Истина в том, что в аду, действительно, пылает огонь, ожидающий  души тех, кто вас, созданных братьями и сестрами,  разделил на богатых и  нищих с разными возможностями и правами. На тех, кто блаженствует в шикарных дворцах, развлекается с девицами на яхтах, летает на Багамы на личных  самолетах, покупает виллы  за границей, и на тех их братьев, что вынуждены жить в развалинах и трущобах, влачить существование, кто разделил единый народ на элиту, хозяев и рабов. Бросить в огонь души тех, кто вынудил вас между собой сражаться как рабов гладиаторов за место, дающее хлеб,  за привилегии, за прибыль, кто принудил обманывать своих братьев подделками, халтурой, суррогатами, кто вынудил идти на преступления, а девчонок, школьниц продавать своё тело. Но тот огонь ждет и ваши души, покорных рабов, изо дня в день из года в год принимающих  это унижение.  Спросите себя: кто создает все богатства, в которых купаются богатые? Вы и создаете, они же сами своими руками ничего не могут сделать, но забирают от вас созданное вами, поощряя ваши старания грошами,  присваивая себе полученный  доход. Где ваша гордость, где величие вашего духа, где огонь души, пламя сердца? Всё ушло в песок, потухло, погасло, зола осталась. Да как вы можете жить без огня в душе? Доверились попам, зовущим в церковь  на коленях молиться и каяться за тот огонь души, который прежде горел и вдохновлял. Картинки там целуете в раболепных мольбах, блеете, словно овцы.  Слушаете, что вбивают в ваши головы попы, внимаете:  блаженны нищие духом! Блажен, кто ползает на коленях.  Ваши деды, прадеды вам строили великую страну, на смерть шли, её защищая, а вы как мыши попрятались по  своим углам, и  смиренно наблюдали, как  банды воров расхватывали добро,  переданное ими в ваши руки,  руки своих детей и внуков, построенные ими для вас  заводы, фабрики, открытые  земные ресурсы.  Так мало того, что отняли от вас, себе присвоили, как грабители, так вас же, как сопливых недоумков, убитых дураков загнали работать на эти же отнятые у вас  фабрики, заводы, чтоб и тут обкрадывать вас.  Приниженно ползете  к хозяевам, молить добавку, чтоб детям чего нибудь купить. А дети вас, унылых нищебродов уважают? За что вас уважать, если вы  сами покорно все отдаете грабителям и бандитам,  тем ограничивая радости своих детей. Вы не жертвы бандитов,  вы никто,  серые мыши,  тени без лиц, лишившие себя чести и достоинства. Под поповские призывы к любви, смирению, покорности судьбе, вас как баранов  используют негодяи,  презирающие вас. Школ столько не строят, сколько они строят своих церквей для оболванивания вас.  Умрете вы, все вы умрете, и кому ваши души будут нужны? Создателю? Покорные, безвольные, тупые,  облизывающие картинки в храмах, рабы в душах, ему не нужны, выбросит вас в огонь. Ему нужны умные, знающие, смелые, сильные духом, с горящими сердцами, способные преодолеть все преграды, одолеть любых врагов. Спросите себя, для чего он создал вас? Неужели не понимаете, что без нужды никто палец о палец не ударит, Так у него появилась горящая проблема, с которой сейчас бьётся, идет  сражение создателя с напавшим на него врагом. Там, в том сражении вы ему нужны,  а вы кто? Никто, пустое место. Даже деды, что сражались за то, чтоб вы выросли достойными людьми, проклянут вас, как недостойных потомков, предателей их надежд.
Я принес огонь из ада, чтобы вас обжигал уже здесь и сейчас. И я сжигаю вас. Неужели вы поверили попам, их байкам про райскую вечную жизнь? Ничего этого у вас не будет, только топка в аду. Нет никакого рая, и никогда не было. И весь смысл жизни человека в том и заключается, чтоб готовиться к огромному сражению, охватившему  всё мироздание. Звезды горят, потому что там огонь сражения, камни летят, как обломки от него.  Вы слышите, как гудят призывные трубы Создателя, зовут к себе? Только через  бой придет бессмертие, и никак иначе. Не слушайте попов, с льстивыми и лживыми речами. Не слушайте властолюбцев, захвативших власть, которым  вы нужны в повиновении, с обманными речами о приплывающем в торгашестве  богатстве и взлетающем в драках и войнах  уровне жизни. Нет большего врага, чем тот, кто делает из вас рабов.  Они даже детей отнимают от вас, погрузив в тупое царство тотальной лжи, эмоций и безграмотности, готовя из них  новых рабов.
Они этим  убивают души. Так зажгите в сердцах огонь, оживите себя, вдохните чистого воздуха гордости и величия. Встаньте с колен, вы же не половые тряпки, чтоб о вас ноги вытирать.
Страна рабов и нищих, вкалывающих за подачки с барского стола, с призывами, чтоб и вы такими же стали  хозяевами и грабили народ и своих слуг. Так  они делают из вас негодяев, таких же, как они сами. Обдирайте, - говорят, - своих таких же  братьев, и станете богатыми. Вам нужно богатство? А что это такое? В любом богатстве чьи-то муки,  выжатые души, проданная совесть, изгаженная  честь. Верно говорил бродячий философ, названный Христом, что богатым дорога только в ад, в огонь. Торговать пришли на эту землю? А что такое торговля? Это всегда бессовестная игра, малая война, кто у кого больше отнимет.  Разогревшись, она неизбежно перейдет в кровавую бойню. Редко бывали основанные на чести и достоинстве сражения, всё больше ради власти и богатства. Болото раскрывает свою топкую гниль  под вашими ногами. Вы будете воевать, убивать и умирать, чтоб кто-то обогащался?  Это преступление, похожее на бандитские грабежи.  За деньги, за богатство  лишь бандиты убивают. И вас пошлют, как посылали мужиков в любые войны ради обретения богатства умирать.  Даже кресты на грудь повесят,  чтоб старательней  сражались друг против друга.  Им обогащение, а вам огонь в аду.  В этом мире не совесть, не разум всем заправляет,  а жадность. И деньги. Когда же вы поймете, что не в производстве, не в торговле и не в деньгах смысл жизни человека, а в росте ума, сознания, воли, чести и достоинства. Неужели не понимаете, если совсем  вас покинут честь, достоинство и разум,  в мире восторжествует безумие, и оно всех уничтожит на планете, включая ваших детей. Не хотите такого исхода, тогда сейчас станьте людьми, не тряпками, а настоящими людьми, гордыми, сильными, смелыми, людьми  с большой буквы.
Не надо здесь ни с кем  сражаться, пока на вас не ополчились.  Встаньте гордо, твердо, сильно, во весь рост, сплотив  ряды, и громко заявите, так дальше не желаем жить. Мы люди, а не рабочий скот, уберите лизоблюдов  с телеэкрана, торгашей с их рекламами, вралей, чмокающих про небывалые успехи. Нам надо души спасать, а не драться за деньги, успехи и за славу. Только за пламенные и чистые души  может происходить борьба, за совесть, разум, но не за прибыль.  Всё у вас будет, если будете жить и работать по совести и на совесть, будете  в этой жизни непокорными,  совестливыми, нравственными, честными. Помните, что я сказал. Вы созданы не для вечного прозябания в тухлом раю, не для горения в огне, а для борьбы с врагом, напавшим на Создателя, и только после это вам будет бессмертие, и участие в его делах. Неужели хотите за богатство здесь, за деньги продать такое бессмертие, какое уже продали  богатые и властные?  Уже ждет  их топка, но они и вас за собой туда тянут, заставляя жить по их правилам. И поразительно, что  послушно идете на поводу, несчастные, и по вам топка плачет. Не богатство в этой жизни главное, даже не сама жизнь, а душа ваша, вот за неё надо  сражаться. Только тогда вы будете нужны Создателю, и тогда будет ожидать вас бессмертие. А сейчас ждут вас огонь и топка в аду. 
Помните, пока вы живы, у вас есть шанс быть.