Сибирская мантра

Когда то эта мантра из поселковых названий Заполярья , звучала среди коренных жителей Западной Сибири каждый день . Теперь Салехард , своим названием , манит по гриновски как Зурбаган . Если бы ( с большой прохладцей отношусь к этому обороту из сослагательного наклонения ) не репертуар песен Дины Верни , мог набраться тогда смелости сделать турне поближе к Северному полюсу, как когда то в Магадан , вспоминая студенческий авантюризм. Но конечно не стал рисковать , пришлось бы ( опять возвращаясь к этому противному слову из двух букв ) покинуть с оказией , на мимо проходящем сухогрузе , свою команду на свой страх и риск , - сомневаясь , что в случае очередной аварии без меня в цепях управления , стар мех -коммунист , согласится искать спеца на берегу , ему было лучше лишний раз меня укусить на ежемесячном партийном собрании , которые он ни одного не пропускал , пропадал всегда в такой поездке почти на неделю , не менее , поскольку путь был не близкий . О нём никто из нас не скучал - тем более представителю от "штрафбата" , после его убытия , говорил сразу в лицо : " одна скотская пьяная твоя выходка очередная - тут же по рации , заказываю тебе замену!". Пропадал коммунист из каюты своей основательно , ему надо было облазит все брахолки в Тюмени , - в конечном итоге он отдыхал конечно от нас , а мы от него. Зато как он доблестно потом давал интервью для местного телевиденья , но лично мне не пришлось это всё лицезреть ,- в ноябре срочно возвращался домой. Как то провожал на вокзале в Тюмени меня , выше упоминаемый "штрафбатовец" , радостно махая на перроне рукой и сверкая золотою фиксой , со стороны он выглядел не хуже "законника" , - а на плече у него висела в элитной беличьей шубке , внезапно возникшая молодая подруга . По моей сбывшейся догадке - это оказалась наводчица из какой ни будь "мутной" квартиры , куда она заманила его , где пьяненького кандидата в "законники", "выпотрошили" как Буратино , до нитки -в балаклавах Кот и Лиса. Он конечно тогда на перекладных кое как "зайцем" , вернулся назад в ПредЗаполярье , на нашу базу , та что функционировала круглый год на берегу и остался там до весны , работая крановщиком , в ожидании навигации по весне. У Пушкина подобное звучало : " Жестокий век , жестокие сердца " , а здесь по той же Дине Верни : " Суровый климат , суровые нравы".