Глава 7. Говорящий пельмень

Аклерь с Эквиком с большим удовольствием проходят путь под названием «время», пробуя по дороге всё самое интересное и увлекательное; но вот до обещанного говорящего пельменя они добрались только сегодня – 23-го ахааны, в млеммаклин. И хоть, как теперь известно, мяса неликлинцы не едят, а начинка (мякоть) больше подходит вареникам (на водной планете эта субстанция напоминает картофельное пюре); данный продукт мы всё равно будем называть пельменем, так как по форме он именно его и напоминает.


И вот супруги идут в продуктовый магазин, находящийся в их Квартале-кровати, и обсуждают данный феномен.

– А кто и зачем вообще придумал оживлять пельмени? – спрашивает Аклерь.
– Это такой необычный маркетинговый ход, который используют писатели, чтобы привлечь внимание к новой книге. Они сначала связываются с компанией-производителем-1, потом оставляют заявку на персонификацию пельменя – то есть прописывают его характер, тембр голоса, поведение, и всё, что нужно, чтобы отразить настроение своего произведения. Писатели также нанимают магических программистов, потому что пельмень изначально – это механическая-1 материя, а значит, прежде чем они начнут выполнять свою функцию – то есть зачитывать произведение, – с ними нужно проделать кое-какие действия.
– Какие?
– А всё будет в инструкции написано. То есть такие пельмени обладают осознанностью, интеллектом, способностью к интерактиву. Писатели же, как правило, делят свою книгу на главы, поэтому такие пельмени производятся сериями. Обычно продажа одной главы длится примерно криэну. И на самом деле это очень взаимовыгодное сотрудничество – так как такая акция удерживает интерес покупателя, она мотивирует его купить пельмени этой же компании в следующий раз – то есть это выгода для производителя с одной стороны и подстёгнутый интерес читателей к книге писателя – с другой. Ведь если сюжет действительно интересный, его сопровождает такая вот оригинальная подача. К тому же обсуждение сюжета в режиме реального времени уже создаёт фан-пространство этой литературной вселенной. Поэтому у любителей пельменей интерес к таким книгам и вправду оживлённый.
– То есть получается, что те, кто не любит пельмени, в этом смысле остаются как бы немножко в минусе?
– Не совсем. Но у них проблема не в том, что они не любят пельмени, а в том, что они не хотят делить свои впечатления от книги с кем бы то ни было, потому что для них это очень личное. Но в таком случае они просто ждут, когда пройдёт серия пельменных продаж, и дожидаются выхода книги в печать. И у них главная задача на этот период – отгородиться от спойлеров. Правда, когда слишком долго идут пельменные продажи, на них это плохо влияет, потому что за это время состояние интриги может перегореть.


Пара уже подошла к продуктовому магазину и заходит в него. В кварталах Неликлина, как правило, огромные торгово-развлекательные комплексы – как на Земле – отсутствуют. Вообще они, конечно же, существуют, но расположены в торговых блоках квартальных объединений. В самих же кварталах находятся обычные магазины – по размеру такие, чтобы товаров хватало на всё население данной административной единицы.

По интерьеру неликлинские магазины также ничем не отличаются от земных – внутри такие же витрины.

Так как, согласно неликлинским сезонам, ахаана – это конец осени, то в магазин Аклерь с Эквиком зашли в верхней одежде. И супруг аккуратно помог девушке снять кофту, обнажив тем самым привычные для неё прерывистые рукава. И сегодня их цвет – коричневый. В них фрагменты ткани соединены между собой двумя не очень толстыми нитями.

Когда супруги приблизились к “заморозке”, они нашли раздел с говорящими пельменями. И стали смотреть, с какими произведениями предлагает ознакомиться каждый из авторов. А вот что касается литературного творчества, то здесь, конечно, неликлинские жанры отличаются от земных. Если вторые определяются степенью и характером драматургии, то первые – так как одну из ключевых ролей там играет историография – либо темой, либо видом подачи информации, либо и тем, и другим. В частности, Аклерь увидела, что пельмени готовы поведать как историографические очерки с поучительными историями, так и произведения, нацеленные на соединение пользы и кайфа.

– Я как-то в целом не очень интересуюсь художественной литературой, поэтому не знаю, что тут можно выбрать… – колеблется Аклерь.
– Ну а вообще тебе что-нибудь приглянулось?
– Интересно, а смысл существования любых точек сознания от первого лица – это вообще про что?
– Да я не знаю.
– «История стакана»… тут первая глава! Давай возьмём?
– Давай!

Таким образом, у Аклерь ушло не очень много времени на выбор, и супруги, подогретые интересом после покупки, вскоре вернулись домой.


Прежде чем наша пара доберётся до столовой через прихожую, гостиную и приготовление пельменей на кухне, давайте поподробнее рассмотрим её интерьер. Здесь, в отличие от других комнат, нет основного цвета, а мебели – минимум. Только коричневый звездоподобный стол со стульями в центре и по небольшим столикам тоже со стульями – по углам. Почему основной стол звездоподобный – потому что, когда человек садится в его внутренний угол, у него есть пространство, если ему надо разложиться. На полу столовой лежит бледно-жёлтый линолеум. А вот стены выполнены в жанре интерполяции жизненного стиля. И чтобы понять, что он собой представляет, необходимо рассмотреть каждую стену отдельно. На северной и восточной есть окна. Первое открывает вид на Квартал-шатёр, второе – на свой собственный. Так как в восточном окне виднеются дома в виде огромных кроватей, слева и справа от него на стене изображены по женщине и мужчине, танцующие на огромных подушках. Вид же из северного окна больше напоминает городские постройки в общем. Поэтому справа и слева от него, а также сверху изображены зелёные деревья. А дверь на кухню окаймляет арка в виде изображений вьющихся растений, только они голубого цвета. Из всех стен самой интересной, пожалуй, является та, дверь в которой ведёт в библиотеку. Так как сама дверь расположена в правой её части, то на стене от неё в следующем порядке изображено вот что: стеллаж с книгами коричневого цвета, дальше слева небольшой фрагмент коричневой  кирпичной стены, а на нём в свою очередь – шоколадный торт из толстых слоёв.


– Нам нужно сначала инструкцию прочитать, прежде чем их варить, – сказала Аклерь, когда супруги уже вошли в дом.
– Хорошо, давай тогда в столовой присядем.

Наши герои устроились друг напротив друга за звездоподобным столом. После чего Аклерь спросила:

– Интересно, кто автор?
– Какой-то ЯнгУст, – ответил Эквик, перевернув упаковку. – Ты его знаешь?
– Нет. Да это, наверное, как всегда, кто-то из новичков.
– Наверное… Слушай, а тут помимо инструкции по приготовлению есть ещё какой-то этический буклет, – произнёс Эквик уже после вскрытия упаковки.
– Да? Ну давай тогда я прочитаю инструкцию, а ты – буклет.
– Давай, – и протягивает жене жёлтую брошюру.
– Так… Прежде чем говорящий пельмень, – зачитывает. – Станет выполнять свою функцию, его нужно – как и все остальные – сначала сварить. Говорящего пельменя от остальных можно отличить по наличию номерка. Как правило, он совпадает с номером выпускаемой главы, – Аклерь видит, как Эквик начал изучать содержимое упаковки. – Варить его необходимо в отдельной кастрюле, предварительно открепив номерок. Затем пельмень нужно активировать. Это можно сделать, коснувшись зубцом вилки о его край. Во время пересказа главы пельменю также необходимо находиться одному в кастрюле с водой во избежание пересыхания – ведь неизвестно заранее, сколько по времени у него займёт пересказ. Пельмень также может плескаться в воде, смеяться, плавать, взаимодействовать с окружающими или даже обсуждать главу. Перед употреблением в пищу пельмень необходимо развоплотить. Для этого нужно… проткнуть зубцом вилки его краешек.
А что, магические программисты не дают им имён? – задала Аклерь уточняющий вопрос.
– Ну, судя по наличию этой штуки – нет, – Эквик помахал красной брошюрой, имея в виду этический буклет.
– Что там написано?
– Во время прослушивания главы обычные пельмени есть можно. Говорящий при этом видит, как люди поедают его неживых сородичей, но это его не беспокоит, потому что он запрограммирован так, что знает, что они не мёртвые, а просто не ожившие. Поэтому говорящий пельмень нормально воспринимает этот процесс. Развоплощение на самом деле не такое жестокое, как может показаться. Для гуманности говорящие пельмени не знают ни его способа, ни того, что оно вообще должно случиться. Но в самОм факте развоплощения ничего страшного нет – как правило, такие пельмени сами чувствуют, что больше ни для чего не предназначены.
– И что, магические программисты реально сами всё это закладывают в пельменя?
– Слушай, я не знаю… Но магические программисты по идее должны, во-первых, заложить сигнал к активации пельменя, во-вторых, сделать так, чтобы он проговорил нужный текст, и в-третьих – заложить сигнал к развоплощению. Остальное – всё, что касается персонификации, – находится в компетенции Норфлунклина.
– Понятно, спасибо… Ну что, пошли готовить?
– Пошли.


Приготовление пельменей, прежде чем они окажутся в столовой, а говорящий начнёт выполнять свою функцию, в общем-то, несложное и недолгое. Но, всё-таки, стоит признать, что супруги немного волнуются. И нет – не потому, что им придётся разрываться между моралью и кайфом от предстоящего досуга, а потому – что им всё равно нужно настроить себя, чтобы с уважением принять судьбу персонифицированного пельменя.

И тем не менее пара пошла на кухню, взяв с собой пачку пельменей. Аклерь достала две кастрюли, налила в них воды и поставила на плиту. Эквик нашёл в пачке пельмень с номером «1», отколупал этот номерок, бросил его варить в одну кастрюлю, а все остальные – в другую.

Примерно через 4 аптары пельмени приготовились. Аклерь выложила основную часть на тарелку (в этот раз круглую) и посмотрела на будущего говорящего пельменя – у него есть “личико”, и сейчас он как будто спит. Девушка понесла в столовую тарелку и хлеб, а Эквик – кастрюлю. И сейчас им действительно предстоит выполнить очень волнительную процедуру.


К моменту, когда всё необходимое на звездоподобный стол уже было поставлено – не только тарелка с кастрюлей, но и хлеб с вилками, Аклерь потянулась к “спящему” пельменю. Они с Эквиком договорились, что активацией займётся она, а развоплощением – он; и перед этой процедурой девушке не стоит подавать вида при пельмене, что она волнуется. Аклерь одёрнула себя и сделала резкий вдох.

– Страшно? – уточнил супруг.
– Да, немного… слушай, а в инструкции случайно нигде не прописан характер пельменя или, быть может, сценарий его поведения в этой… ммм… сессии?
– Нет, они обычно такое не пишут.
– Ладно, хорошо. Садимся.

Они уселись так, что оказались друг напротив друга, кастрюля с пельменем при этом – справа от Аклерь. Девушка снова к нему потянулась, держа в руках вилку, на этот раз более уверенно. И она смогла поближе его рассмотреть – у пельменя действительно есть глаза, нос и рот. Видимо, они выполнены специальным крошечным инструментом, который делает рельеф в “тесте”. А ещё у него есть небольшие ручки. Судя по всему, они понадобятся ему для жестикуляции.


Девушка коснулась зубцом вилки о край пельменя, он открыл глаза, немного осмотрелся и произнёс своим голосом – средним между мужским и женским, похожим на тот, что у гермафродитов; – следующее:

– Всем привет!
– Привет!.. – хором ответили супруги. Аклерь при этом всё ещё не вышла из замешательства.
– А какие у вас имена?
– Аклерь.
– Эквик.
– А я Пельмень! Рад познакомиться!

После этих слов девушка с небольшим осуждением во взгляде посмотрела на тарелку с обычными пельменями, из которой Эквик один уже утащил себе в рот.

– Ну что, приступим? Сегодня мы знакомимся с первой главой «Истории стакана» писателя Янгуста. Начнём.
Стеклянный стакан с шестью гранями живёт своей обычной жизнью – стоит в кухонном шкафу вместе с другими своими собратьями – стаканами и бокалами – и иногда выполняет свою прямую функцию – служит хозяевам посредством того, что предоставляет им свою ёмкость для временного хранения и последующего употребления чая, – на этом моменте Аклерь заслушалась и тоже вслед за мужем стала есть обычные пельмени. Говорящий тем временем продолжил. – Давайте же посмотрим, с кем именно гранёному стакану приходится разделять одну полку в шкафу. Во-первых, это бокал с принтом. На нём изображены зелёные деревья, и хозяин им пользуется, только когда устраивает чаепитие на веранде. И он всегда чувствует себя хорошо. Ещё есть обычный белый круглый бокал без принта. Он обижен на своего производителя как раз за то, что он не сделал на нём никакого рисунка – по факту не присвоил атмосферу. Из-за этого белому бокалу очень трудно ассоциировать себя с какой-то конкретной атмосферой, хотя он всё время пытается. И по этой причине сильно завидует бокалу с деревьями. Есть ещё треугольный бокал. Хозяева им не пользовались уже больше трёх аргэктунов. От сильной обиды он начал трескаться. Также на полке стоит круглый стакан, который почему-то моют нерегулярно. Но ему на это всё равно. А вот высокий красивый квадратный стакан у хозяев предназначен только для сока. И как раз из-за этого он на них обижен – стакан очень хотел бы испробовать на себе и другие напитки, только непонятно, почему ему не дают этого сделать. Не доверяют, что ли. Но в целом он тоже чувствует себя неплохо. А вот стаканом-главным героем хозяева пользуются один раз в криэну. И его такой расклад полностью устраивает. Что будет с этой небольшой компанией дальше – узнаем в следующей главе. Всем спасибо за внимание!
– …И всё? – выйдя из небольшого оцепенения, уточнила Аклерь, с удивлением обнаружив при этом, что тарелка с обычными пельменями уже пуста.
– Ну да. Я открою небольшой секрет: дальше в сюжете будут не только стаканы. И вообще это произведение основано на реальных событиях, а если быть точнее – на четырёхаргэктунных наблюдениях автора за предметами, техникой, магией и растениями. Автор хочет доказать, что судьбы неодухотворённых частичек нашей Вселенной схожи с судьбами людей. И, несмотря на то что пока нет технической возможности доказать наличие точек сознания у механической материи, автор хочет это сделать пока только с историографической. Ведь отношение хозяев к предметам пользования влияет на них и на их отношения между собой. А это, в свою очередь, и создаёт атмосферу в доме.
– Я думаю, что я с тобой согласна. Я по профессии дизайнер интерьера, и она требует от меня знаний основ амбиалогии. Так что я считаю, что в позиции автора есть доля истины.
– Ну что, вы будете следить за продолжением истории?
– Да наверное да, – с раздумьем, но интересом ответила Аклерь, после чего вопрошающе посмотрела на Эквика.
– Да. Почему бы и нет? – подхватил супруг.


– Слушай, а как всё-таки быть с теми, кто не любит пельмени? Ведь если книга популярная, во время пельменных продаж практически невозможно отгородиться от спойлеров.
– Если кто-то не любит пельмени, это очень печально, – говорящий с грустью опустил глаза. Но потом резко поднял и продолжил. – И тем не менее спойлер – это административное правонарушение.
– У судебных приставов есть какой-то хитроумный прибор, – подхватил тему Эквик. – Не помню, как он называется, но вроде бы точечный стиратель памяти.
– А это ещё что такое? – уточнила Аклерь.
– Ну если кто-то кому-то что-то проспойлерил, то виновнику обычно выписывают штраф и заставляют в отношении пострадавшего воспользоваться как раз этой штуковиной. Пристав и следит за тем, чтобы стиратель был настроен исключительно на то, что надо удалить из памяти, ну и в целом контролирует всю эту операцию. Только я тебе честно скажу – я вообще не знаю, как работает этот прибор, я только про него слышал.
– Хорошо. Ну а потом пристав как-то проверяет, сработало ли это всё?
– Вроде как да. Он задаёт пострадавшему наводящие вопросы, которые помогают понять, правда ли он больше не знает этой информации. И говорят, это очень сложная работа, потому что с одной стороны нужно в этом точно убедиться, с другой – сделать это так, чтобы опять всё не проспойлерить.


– Пельмень, – обратилась Аклерь, чтобы говорящий не заскучал ну и чтобы как-то отложить на подольше процедуру развоплощения: –  А ты случайно не знаешь, какого ты сорта-3?
– Знаю, цветочного. Видите, у меня края в виде маленьких дужек? – и показывает пальчиком на свою большую голову.
– А ты случайно не в курсе, есть ли у каждого сорта какой-то особенный характер?
– А этого я не знаю, – разводит руками. – Я никогда не видел ни своих собратьев, ни представителей других сортов.


И тут, кажется, пришло понимание, что тот самый момент настал. Ни «Пока!», ни «Спасибо за беседу!» в этом случае тоже лучше не говорить – пельмень вообще не должен знать, что произойдёт дальше. А вот ощущение того, что покупатели говорящей еды насладились сеансом ознакомления с литературным фрагментом и что данный конкретный пельмень с удовольствием исполнил своё недолгое предназначение, у людей оставаться в этом случае должно; и конкретно у Аклерь оно есть.

Вообще нельзя сказать, что такой способ времяпрепровождения плохо влияет на усвояемость пищи, а предстоящая процедура развоплощения – на душу неликлинцев; потому что в целом они не так часто этим занимаются. Ведь главное – что им нравится такой необычный способ подачи литературного произведения.

Так что Аклерь, конечно, с небольшим волнением – но в целом со спокойствием в душе – посмотрела на Эквика; и тот взял свою вилку, наклонился к пельменю и проткнул её зубцом его цветочный краешек. После чего тот “отключился”. В этот момент девушка внимательно следила за взглядом мужа, который также оказался довольно спокойным, а после “отключения” пельменя с грустью выдохнула.

– Как ты считаешь, если с точкой сознания после процедуры дарования осознанности плохо обращались, она же потом не захочет опять в этом участвовать? – спустя несколько пта спросила Аклерь.
– Я не знаю, какая у неё дальнейшая судьба, но думаю, Норфлунклин таким заказчикам отказывает чаще.

Потом, когда Аклерь уже немного пришла в себя, Эквик разрезал последний пельмень напополам, и они съели его.


– А тебе не кажется, что чем больше таких необычных способов, тем сильнее растёт конкуренция? – Аклерь решила продолжить беседу, после того как п(т)анарлое “официально” завершён.
– Конкуренция? Мне кажется, это явление давно устарело. Ведь она заставляет человека отказываться от собственных приоритетов в угоду правилам, прописанных для конкретной группы людей, что вынуждает людей только соответствовать этим правилам, не развивая себя. Но следование своим приоритетам не снижает спрос, а наоборот, повышает его. Например, человек ищет какую-то услугу, которую оказываешь только ты.


– Понятно. А я, если честно, не так часто в своей жизни ела пельмени, поэтому даже не знаю, какие бывают сорта.
– Да я тоже. А давай в Интернете посмотрим?
– Давай.

Супруга достаёт свой смартфон, забивает в поиске «сорта пельменей» и через какое-то время произносит:

– Ну вот, в Справочной Информационной Базе указано, что пельмени растут на пельменных кустарниках. Форма окаймовки плода зависит от сорта. Они бывают круглыми, звездоподобными, волнистыми. Мякоть также может отличаться, но она уже зависит не от сорта, а от того, какой ген при опылении окажется доминантным. Бывают со вкусом картофеля, грибов, сыра, попадаются также сладкие и комбинированные… Вот как у нас картофель с грибами, – отвлеклась девушка, потом продолжила. – При созревании пельмени обрастают материалом по составу схожим с сырым тестом, а мякоть внутри размягчается. После созревания их нужно сразу собирать и замораживать, но учёные уже давно научились прогнозировать этот момент, поэтому у производителей со сбором урожая проблем не возникает. Семена находятся внутри мякоти. Но прежде чем их высаживать, необходимо сначала очистить пельмени от этого “теста” (в естественных условиях кожура со временем сама сбрасывается). Очень интересно! – сказала Аклерь, поднимая глаза с экрана смартфона. – Спасибо, что помог мне разобраться в этих пельменях! Я интересно провела вечер, – после чего девушка сложила грязную посуду на поднос и пошла относить её на кухню.

В это время супругу остановил Эквик, схватив её за плечи.

– Подожди, это же левитант?
– Да, а что?
– Сам долетит.


Примечания:

1 – На Неликлине так же, как и на Земле, на один вид товара приходится несколько компаний-производителей.
2 – Неживая.
3 – На Неликлине пельмени – это плоды растений. Речь об этом пойдёт дальше.