Эволюция от Города Владимира к Сахарному Кремлю?

Сегодняшние баталии «левых» и «правых» уморительно нелепы в своей неадекватности, когда дело касается прошлого. Столь же смехотворны их рассуждения о настоящем. Ну, а образ «светлого будущего» хоть в виде монаршей пасторали, хоть в виде пролеткульта 2.0, сконструированного псевдомарксистами, не лезет ни в какие ворота.

Гегелевская диалектика духа, диалектический материализм Карла Маркса равно как и иные попытки взглянуть на историю не как на смену дат, а как на процесс развития, напрочь забыт обеими лагерями. Лево- и правоориентированные «мыслители» всё больше напоминают остро- и тупоконечников из «Путешествия Гулливера в Лилипутию» Джонатана Свифта. Действительно, куда важнее убедить (заставить) оппонента в необходимости разбивать яйцо с тупого конца (или острого), чем печь хлеб, врачевать или учить детей. То есть и с той, и с другой стороны искусственно созданные противоречия наделяются всеми признаками реальных проблем. Насущные же вопросы увязываются с тупо-/остроконечным мышлением.

Но давайте отвлечёмся от околоинтеллектуального вивария: все посаженные туда разномастные «мышки» служат целям закулисных игроков. Мы же обратим взор на Россию-матушку. И начнём с её начала, с Киевской Руси, с Крещения, ставшего фундаментом нации. И тут же замечу, что в тот период Восточное христианство несло революционный заряд в область сознания, в морально-этическое устройство общества, в государственное устройство. О свете и тьме, о добре и зле, о рае и аде говорили не попы с швейцарскими часами стоимостью в годовой бюджет учителя. Равно как и внимали им не представители малохольного, скверно выученного офисного планктона, а люди, чей ум был направлен на решение весьма практических задач, для которых навь и явь сплетались как соседние улицы, а смерть напоминала о себе с младенчества в любое время дня и ночи.

Так в России воцарили Рюриковичи
с изначального 862 года до Смутного времени 1610 г. Династия начала своё восхождение ранее, чем было принято христианство на государственном уровне. Благодаря отказу от язычества Владимира Святого и принятию на тот период наиболее прогрессивного религиозно-социального устройства – христианства – власть киевского князя стала всероссийской.

Русь двинулась к централизации с Владимиром I Святославичем и Ярославом I Владимировичем. С множеством потомков Рюрика пережила феодальную раздробленность и монгольское нашествие, рухнула в смутное время после смерти Ивана IV Грозного.

Огромная территория формально стала  царством, управляемым «господарем всея Руси» Дмитрием Шемякой. И по иронии судьбы последний из великих Рюриковичей, Иван IV обрёл титул Государь, Царь и Великий князь всея Руси, а Василий IV Шуйский завершил правление династии. Слово «монарх» тогда не использовалось, да и перед тем как стать «помазанниками божиими» представители династии демонстрировали волю и хитрость, дипломатичность и бескомпромиссность, учитывали интересы народа, когда это было целесообразно, договаривались с элитами и устраняли непокорных, безжалостно давили восстания. Семь с лишним веков у власти, шутка ли?!

История (воля Божья) не устранила Рюриковичей окончательно, но Смутное время (1598-1613 гг.) вынесло следующую династию – Романовы. И если Рюриковичи были субъектами экспансии, то новый правитель – Михаил Романов – стал объектом договорённостей элит. Тем не менее и «тишайший» убийца своего народа Алексей Михайлович (второй Романов), и прогрессивный Пётр I, он же и первый Император Российский, как и большинство иных правителей, включая женщин на престоле,  через призму личных качеств демонстрировали завидные способности к адаптации и вполне ницшеанскую волю к власти.

Однако, адаптации и монаршей воли было недостаточно для удержания власти. Короля делает свита. В противном случае, трон мог быть весьма шатким сооружением, как это было в период бироновщины при Анне Иоановне, очевидно при Павле I и уж совсем показательно при Николае II. Монархия – это не более чем «точка сборки» хоть святого воинства, хоть алчного отребья.

И, как следствие, обратите внимание на то, что монархия – это не предустановленный порядок вещей, и уж точно не опекаемая Господом вотчина. Более того, берусь утверждать, что единоличное (вы верите?) управление страной представителем той или иной семьи всего лишь общее название в череде «актуальных трендов». Правление Ярослава I Владимировича это очевидно не монархия Ивана IV Васильевича, равно как или самодержица Екатерина II Алексеевна, которая явно «держала» империю покрепче нелепого самодержца Николая II Александровича.

Подытоживая вышесказанное, берусь утверждать, что так называемая монархия является весьма размытым определением различных процессов и явлений, разворачивающихся в тех или иных плоскостях общества.  На поверхности же явлен народу и будущим историкам образец правителя из конкретной фамилии. Этакий благородный «петрушка».

Реальная власть заключается во владении и управлении собственностью, порядке взаимоотношения с населением и реализацией суверенитета во внешней политике. Да, монарх один на троне, но не един как субъект управления. Копните глубже и вы всегда найдёте иных заинтересантов и выгодоприобретателей. Причём ничтожность последнего горе-императора – Николая II – отлично продемонстрировала и никчемность структуры, управляющей этой марионеткой.

Как бы мы не называли правление отделённого от народа с помощью религиозной мифологии лидера, его время закончилось. Новые мифологемы нарисовали госуправляющего «плоть от плоти народа». Великая русская революция 1905-1917 гг. убедительно проиллюстрировала мысли графа Льва Толстого о том, что величие правителя определяется его пониманием исторического момента. Говоря другим языком: видение сочетания производительных сил и производственных отношений.

Советский Союз стал революционной попыткой создать общество ориентированное не на обслуживание частного интереса, а на развитие социальных структур. Замечу, что советская революционность в духовной сфере сопоставима с принятием христианства в X веке. Бездоказательно замечу, от времён Владимира Святославича до XXI века Русь объединяли христианство и коммунистическая идея, как бы последняя не называлась. В этом отношении только СССР дал образ наиболее удобоваримого будущего, несмотря на спорность многих решений его лидеров и развал 1991 г. в результате тотальной бюрократизации и предательства элит.

В целом, говоря об истории, уместно изучать и сопоставлять множестве процессов, имеющих позитивные и негативные последствия в ходе исторического развития или стагнации. Всё это формирует определённый концепт отношений, отличающихся в разные периоды. Всё это составляет путь развития или, наоборот, деградации общества. Распад Союза ССР 35 лет назад стал первым этапом деградации Западной цивилизации. Далее посыпалось всё – от структур международных отношений до системы традиционных христианских ценностей.

На фоне всего происходящего рассуждения о возврате «богоспасаемого» монархизма или революционных колонн 1920-х гг. становятся одинаково нелепыми фантазиями. Подобные выдумки мало чем отличаются от  реконструкций средневековья или конструирования Средиземья из фэнтези Д. Р. Р. Толкиена на среднерусской возвышенности. Эскапизм сам по себе не порок, но попытки выстроить на его основе реальный мир явно порочны. Изображать из себя светлейшего принца (принцессу) в период общественных потрясений и войн чревато неприятными последствиями. Объединение различных социальных групп как с помощью мифа о монаршей пасторали, так и с использованием пролеткультовской кальки не просто глупы, они могут быть опасны.

Историю необходимо изучать каждому гражданину России да и любому мыслящему человеку. Осмысление исторических процессов и событий необходимо не для игр в реконструкцию, как бы благостно она не выглядела. Немецкий народ в XX веке дореконструировался до III Рейха. Реконструкторы средневековых халифатов режут головы от Ливии до Ирака. Реконструкторы Make America Greate Again «переключают» гражданскую войну в США в режим мировой.

России как и миру точно не нужны реконструкции. Необходимо конструирование социально справедливого общества, основанного на разнообразных экономических моделях при действительно народном представительстве во власти. Общество будущего в виде историй, описанных в «Сахарном Кремле» Владимира Сорокина или «Мы» Евгения Замятина, явно не должно появиться на свет в результате сегодняшних реконструкций.