и бабушка Кати Кловер Манго

     Творя щиро профинансированный Кремлем и Госдепом - впервые объединившимися на стезе творчества, модный римейк ещё советской шутошной комедии о жизни простого сантехника на производстве и в быту, также модный режиссер, пожелавший остаться на Западе, Звягинцев буквально в первом же эпизоде ощутил чувствительный укол совести, будто малярийный комар утычкнувшей его долгим носом в затылок, тут же вспотевший.
     - Какой Вольдемар ? - прошипел он, прерывая съёмочный процесс. - Какой фонтан ? Вы хотя бы представляете нездоровый ажиотаж в Украине и России, когда зрители в темноте кинозала услышат такие кощунственные намёки ? Почему, - сурово повторил он высказанное в кадре, - сам Вольдемар не прыгал в фонтан. А следом, конечно, разумеется, логичный ответ главного героя, что она меня называла Вольдемаром. Почему ?! - завопил Звягинцев, содрогаясь и трясь от ярости благородной. - Почему Афанасий Афоня сам себя наименовал Вольдемаром ? Намёк на русское самозванство ?
     - Витухновскую в государыни, - приторно зевнула заменяющая Симонову любая Ходченкова. Голая.
     - Как Куриленка, - осклабился играющий роль Куравлёва тоже Куравлёв, но не родственник, а просто псевдоним в резиновой маске Кори из Слипнот, на Мосфильме перепутали амерских рокеров с советским бардом безруковщины, - та всю дорогу голая и эта колхозная кошёлка туда же.
     - А это всё ещё с голландки Кристель пошло - поехало, - словоохотливо поддержал партнёра по фильму партнёр, соответственно старорежимного Леонова, тоже, как ни странно, Леонов, но уже через дефис Гладышев, точнее, внук того советского Леонова - Гладышева, взявший творческое псеудо Бабарян - Замойский, - оставила она после своей смерти лишь голые сиськи в памяти народов. И больше ни х...я.
     - Одни волосы да глаза, - присоединилась к их шёпотку помреж, толстозадая девица в клетчатой рубахе, - у Брук Шилдс - то.
     - А у девиц Гамильтона титек тоже нету, - парировал сурово Леонов, - но вторичность половых признаков овеществилась густой волоснёй.
     - То есть, - захохотала помреж, - сиськи отстают от волосни !
     - Вот ! - завопил Звягинцев, какое - то время прислушивавшийся к разговорам. - У всех свои Мадонны !
     А я такое именую ассоциативностью и экзистенцией, прёт меня такое.