Академический голос и телевизионный формат

Академический голос и телевизионный формат: почему мы не нужны друг другу?

Вступление:

Многие зрители искренне удивляются, почему на главных каналах страны редко показывают певцов с классическим музыкальным образованием. Я сама — профессиональная певица с академическим образованием,  и этот вопрос мне задают постоянно. Но самое больное даже не в том, что меня не зовут на ТВ. А в том, что я объездила весь мир с ансамблем ракетных войск «Красная звезда». Мы были шесть раз в США, дважды в Мексике, выступали во многих других странах. Там мы собирали залы-десятитысячники, нас встречали с восторгом, нас хотели слушать. А здесь, в своей собственной стране, мы оказались никому не нужны.

И когда я слышу разговоры, что всё дело в «братках из 90-х», которые кого-то пропихнули, я только горько усмехаюсь. Потому что ответ, как выяснилось, лежит не в плоскости заговоров и криминальных связей, а в совершенно другой системе координат. Телевидение продаёт не голос, не профессию, не душу — оно продаёт формат. И мне, как профессионалу с мировым опытом, пришлось это принять. Рассказываю, как всё устроено на самом деле.

Пояснение

Выступая с ансамблем «Красная звезда», я привыкла к другому отношению. В США нас принимали как артистов высокого уровня. В Мексике зрители плакали и аплодировали стоя. Десятитысячные залы были полны — люди приезжали за сотни километров, чтобы услышать живой голос, настоящее академическое исполнение. Это было признание заслуг нашей школы, нашей культуры, нашей страны.

Но когда я вернулась в Россию и попыталась попасть в эфир на федеральные каналы, я столкнулась с глухой стеной. Оказалось, что здесь не нужны ни диплом консерватории, ни мировые гастроли, ни аншлаги за рубежом. Здесь нужен «инфоповод» — скандал, слёзы в прямом эфире, история «из грязи в князи». А если ты просто профессионал, который хорошо поёт, — ты не интересен. Ты не продаёшь рейтинг.

И вот это самое обидное. Там, за океаном, мы были послами русской культуры. Нас ценили за мастерство. А дома нас не замечают, потому что мастерство не укладывается в формат утреннего шоу или вечернего прайм-тайма. Получается парадокс: страна гордится своей музыкальной школой, но на телевидении этой школе нет места.

Так что, когда в следующий раз кто-то скажет, что на ТВ «пропихнули бездарей», я отвечу: дело не в «братках». Дело в том, что телевидение перестало быть искусством. Оно стало конвейером. И пока это так, мы, профессионалы, будем петь для тех, кто действительно хочет нас слышать.