23. Владивостокский Вокзал. Русская сказка

Владивосток. Точки на карте.
Владивостокский Вокзал. Русская сказка

(Из цикла статей "О чем рассказала старая фотография")

Сокращённая версия планируется к публикации в печатной газете "Владивосток" за 3 июня 2026 г.

----------------


Самые романтичные места на Земле – это морские и железнодорожные вокзалы. В самом деле, можно назначать свидания в кафе, в клубе, в кинотеатре, а то и по-старинному – под часами или у памятника. Но только на вокзалах радуются встрече не двое, а десятки людей – встречающих и прибывающих. Наверное, случается романтично расставаться и в кафе, и в клубе и даже у памятника. А расставание на вокзалах – это всегда поэзия, всегда эмоции, всегда хотя бы небольшая, пусть даже скрытая, но грусть. Владивостоку повезло: его вокзалы стоят рядышком. Лаконичный Морской и будто вынырнувший из русской сказки Железнодорожный.

За всю историю Владивостокского железнодорожного вокзала его перроны впитали в себя столько человеческих эмоций, что с ним не смог бы соперничать ни один театр. Встречая и провожая, сюда тоже иногда несут цветы, как и в театры. Но эмоции на перроне совсем другие, даже если внешне очень похожи. И слёзы на глазах, пролитые на перронах, не сохнут через пять минут. А радость не прекращается сразу после представления. На перронах живёт сама жизнь.

Ещё совсем недавно у вокзала можно было видеть человека с цветами, спешащего наперегонки с прибывающим поездом, чтобы успеть-таки к нужному вагону до того, как на перрон ступит дорогая туфелька. Теперь и, видимо, уже навсегда – в таком трагическом и безумном времени мы живём – на перрон можно попасть только через турникеты и металлоискатели, и встречающие стараются приезжать заранее.

Эшелоны на войну с германским фашизмом и японской военщиной в 1941-1945 годах уходили не отсюда, а с перронов Второй Речки. Но поезда с возвращавшимися с войны бойцами Западного и Дальневосточного фронтов в 1945 и 1946 годах приходили именно сюда.

История Владивостокского железнодорожного вокзала началась задолго до строительства железной дороги, в 1865 году, когда экипаж паровой шхуны «Алеут» облюбовал для себя пологий склон на западном берегу бухты Золотой Рог.  Прямая просека, соединившая место их высадки с Владивостокским постом, со временем стала улицей Алеутской. А пирс и несколько домиков, построенных матросами на берегу, дали начало Адмиралтейству – судоремонтным мастерским и складам – и  Коммерческому порту. И когда в середине 1880-х годов запланировали строить Уссурийскую железную дорогу, вполне логично решили начать её именно от порта. И рядом с портом специальная комиссия в 1888 году выбрала место для будущего пассажирского вокзала.

Проект первого вокзала Владивостока был создан военным инженером Платоном Базилевским, имя которого мы ещё вспомним в наших дальнейших рассказах. Он лично уложил символический первый камень в фундамент будущего здания и руководил строительством. Построенный в 1893 году вокзал был симметричной формы и состоял из пары разнесённых двухэтажных корпусов, соединённых одноэтажной средней частью с центральным входом со стороны привокзальной площади. Кстати, площадь тогда находилась значительно ниже – на уровне железнодорожных путей, для чего срезали часть склона напротив вокзала.

Прошло всего лишь десять лет – и вокзал стал тесен. Не хватало места для пассажиров и администрации, было недостаточно путей. А кроме того, его вид, хоть и аккуратный, и гармоничный, больше подходил для школы или больницы, чем для конечной станции Великого Сибирского пути. В Москве, на западном окончании Транссибирской магистрали, к тому времени уже был построен грандиозный новый Ярославский вокзал, который заменил такую же эклектичную постройку, каким был в то время вокзал владивостокский. И в 1908 году было решено основательно перестроить вокзал и во Владивостоке.

Автором нового проекта стал замечательный владивостокский архитектор Владимир Антонович Плансон, о котором мы уже упоминали в нашем рассказе «Замок для владивостокских принцесс». Здание нового вокзала выстроили в 1912 году на старом месте, частично на старом фундаменте и даже с включением части старой постройки (которая на фотографии отмечена цветом). Однако новое здание ничем не напоминало того, что было раньше. Новый вокзал не только вдвое вытянулся вдоль путей, не только прибавил в высоте, частично став трёхэтажным, но и совершенно поменял облик.

Как и Ярославский вокзал в Москве, он был выстроен в ярком русском стиле – асимметричным, с имитацией русских боярских палат, с кокошниками, пузатыми колоннами и широкими арочными окнами, с шатровыми крышами, из которых выглядывают глазастые слуховые окошки, с декоративными узкими оконцами-бойницами под крышами, с разнообразными богатыми орнаментами и изразцовыми украшениями по всему зданию внутри и снаружи. В этом же бесподобном русском стиле построен и старый владивостокский почтамт, о котором мы уже рассказывали в нашем цикле статей.

Добавили к вокзалу и пару новых железнодорожных путей, проложив их с западной части здания перед бывшим входом так, что вокзал стал эдаким островком между прибывающими и оправляющимися поездами. А чтобы можно было удобно и безопасно пересекать эти пути, над ними на изящных арках перекинули на уровне второго этажа широкий крытый переход, открывающийся на площадь великолепным входным порталом под высокой шатровой крышей с тремя арками и островерхими сторожевыми башенками по бокам. Крытый переход настолько широк, что в нём целиком уместился огромный зал ожидания. Что примечательно, этот зал оформлен не в русском стиле, а в более спокойном стиле модерн, модном в то время. В стиле модерн оформлен и высокий атмосферный зал ресторана, который разместили в надстроенной средней части бывшего здания и пристроили к нему длинный балкон.

Со стороны путей вокзал выглядит потрясающе приспособленным к обрывистому рельефу, а на самом деле обрыв тут искусственный. Его сделали, приподняв всю привокзальную площадь на 5 метров, чтобы она была вровень с новым входом.

В правой части вокзала – выполненный в виде триумфальной арки второй вход в вокзал, к которому ведёт открытый переход с привокзальной площади. На фронтоне арки – герб Приморской области. На нём изображены огнедышащие горы, – но в этом нет ничего странного. Просто в начале XX века в состав области входило не только нынешнее Приморье, но и восточная часть Хабаровского края, и Камчатка. А на обратной стороне вокзала – столичный герб. Оба герба изображены на вокзале как символ связывающей Владивосток и Москву Великой Транссибирской магистрали.

А на крыше в юго-западной части вокзала – дозорная башня, какие ставились по углам в старинных русских кремлях, добавляющая вполне серьёзному зданию – вокзал-таки! – окончательную несерьёзную былинность.

Русский стиль роднит Владивостокский вокзал с его ярким западным братом – Ярославским вокзалом Москвы. Но при этом здания так не похожи, что проще говорить о сходных элементах, чем о различиях – настолько их много. Но главное – Ярославский вокзал огромен и массивен, он возвышается над Комсомольской площадью, как неприступный богатырский замок.

А Владивостокский вокзал, за счёт того, что расположен на двух уровнях, со стороны Привокзальной площади кажется невысоким, изящным, даже каким-то игрушечным. И если парадный вход Ярославского вокзала как будто задвинут внутрь между двумя мощными башнями и скрыт под навесом столь же мощной крыши, то вход в вокзал Владивостокский приветливо выдвинут навстречу пассажирам.

Да и с обратной, западной, стороны – со стороны путей – он не подавляет своей массой. Скорее всего, за счёт того, что западный фасад искусно разделён на несколько частей, отличающихся друг от друга этажностью, архитектурными элементами, украшениями, формой крыши, размером и количеством окон, оконцев и окошек, – и при этом так удивительно гармонично связанных между собой, что эти части хочется разглядывать снова и снова, чтобы разгадать загадку этой непостижимой гармонии.

В одной из предыдущих статей мы рассказывали о государственной нивелировочной сети, предназначенной для точного определения высот по всей стране. А первые трассы этой сети прокладывали как раз вдоль железных дорог. И на здании Владивостокского вокзала есть реперы, нивелировочные метки, для которых определены точные высоты в этой системе – старый, ещё 1913 года, и уже советского периода с номером 3323.

Интересен и ещё один памятник, сохранившийся на цоколе восточного фасада – чугунная доска с линией, отстоящей на 2,4 сажени (5 м 12 см) от среднего уровня воды в заливе Петра Великого. Интересен он тем, что уровень озера Байкал исторически считается не от уровня Балтийского моря, как все высоты в стране, а от уровня Японского моря, то есть, по сути, вот от этой метки.

В истории Владивостокского вокзала, как и всякого другого, – великое множество маленьких, личных радостей и огорчений, вспыхивавших и гаснувших на перронах, много семейных памятных событий, случались и такие, которые объединяли сотни и тысячи горожан. Да, когда возвращались фронтовики, когда возвращались «афганцы», когда сюда приходил «Поезд Победы». Здесь в 2015 году торжественно встречали поезд с прахом приморских воинов, погибших под Вязьмой в 1942 году и пролежавших более 70 лет в Смоленской земле.

Есть в истории Владивостокского вокзала и трагическая страница. Осенью 1919 года социал-революционеры (партия эсеров) Владивостока подготовили мятеж против власти адмирала Колчака, объявившего себя правителем России. К мятежу примкнул и австриец Радола Гайда (при рождении – Рудольф Гайдль), командующий чешскими легионерами в России, бывший подчинённый Колчака, уволенный им за неисполнение приказов. Отстранённый от командования, лишённый звания и всех наград, Гайда хотел отомстить Колчаку и занять его место, и мятеж эсеров рассматривал как шанс осуществить свой честолюбивый замысел.

17 ноября 1919 года здание вокзала заняли сторонники Гайды, намереваясь отсюда начать захват города, но юнкера и гардемарины, срочно вызванные с Русского острова, в ходе штурма ворвались в здание и забросали противника гранатами. Юнкеров поддержали и корабельные орудия с судов, стоявших в бухте, кроме того, снаружи вокзал обстреливался пулемётами. Мятеж был подавлен самым кровавым образом. Проголодавшиеся и замёрзшие в ожидании начала мятежа юнкера, эти сопливые 20-летние мальчишки, просто озверели от крови, закалывая штыками даже павших. Вокзалу был нанесён колоссальный ущерб. В его помещениях лежали сотни убитых – в залах, на лестницах, в переходах. В окнах не осталось почти ни одного целого стекла.

Сейчас ничто не напоминает о тех страшных днях, когда жизнь человеческая во Владивостоке не стоила почти ничего. Но раны, нанесённые зданию, исправили далеко не сразу – его полностью отреставрировали только после установления Советской власти. Одновременно его лишили символов Российской государственности – имперских гербов, памятных табличек и изображений российских монархов, заштукатурили керамические украшения с древнерусскими сказочными сюжетами, сочтя их старорежимными, а потом и перекрасили вокзал снаружи в изумрудный цвет.

В 1994-1996 году в здании вокзала была проведена масштабная реконструкция. Вернули исторические гербы, восстановили росписи на стенах и потолке, очистили от штукатурки и воссоздали заново всю мозаику, возвратили зданию цвет слоновой кости. Обычный железнодорожный километровый столб с табличкой 9288, отмечающий окончание Транссиба, заменили на изящную стелу на гранитном основании. На вечной стоянке рядом с вокзалом установили паровоз серии Еа, трудившийся во время Великой отечественной войны.

Денег не пожалели – ведь Владивостокский вокзал это не только местный бриллиант, но и памятник государственного значения, самый красивый железнодорожный вокзал.

Да, Владимир Плансон создал чудо. Ещё одно чудо из той серии чудес, за которые Владивосток будет вечно благодарен этому талантливому художнику. Он умел проектировать и строить не только изысканно красивые, но и очень удобные здания. И это при том, что проектировал он постройки самых разных назначений: доходные дома, вокзалы, банки, магазины, склады, клубы, административные здания разной величины. Создал величественную церковь и построил прекрасную гимназию – ту самую, «Замок для принцесс».

Потомок наполеоновского офицера, осевшего в России, Владимир Плансон за проект Владивостокского вокзала был удостоен специальной награды Российской императорской академии художеств. В популярнейшем столичном еженедельнике «Нива» в 1912 году архитектура Владивостокского вокзала была названа лучшей на всём протяжении Транссибирской магистрали. Такой она остаётся до сих пор.

О Владивостокском вокзале можно написать целую книгу. Однако пора ставить точку. И всё-таки самые романтичные места на Земле – это железнодорожные вокзалы. Ведь даже окончание статьи об одном из них – это немножко грустно.


Константин Смирнов-Владчанин
Фото автора (2012-2026 гг.), Ф. Робинсона (1918 г.) и из открытых источников.