Агония

Конверт был испачкан, оборван, и слова внутри разбирались с трудом.

«Прости, мне есть за что просить прощения. На протяжении вот уже стольких лет я пытаюсь бороться с собой, но иногда мне кажется, что куда проще убить каждого человека по очереди, чем смириться с этой болью. Но я пытался… я терзал себя ежесекундно, пока не оказался там, где я сейчас. Я хотел жить, но всё глубже и глубже тонул в мыслях. Я понимал, к чему это ведёт… ещё тогда. Но уже нечего было менять. Я это заслужил… допустил ошибку… предал себя и свою натуру. Мне нужно было, чтобы кто-то поставил меня на место.

Но чуда не случилось, никто не пришёл…

Я начал грызть себя и сразу же откусил важный кусок себя. Я перестал жить привычной жизнью, забыл про быт и потерялся в толпе. Уничтожил всё, что когда-либо напоминало мне о себе. Слишком… много…
Нет, слабый маг не справился. Хребет треснул, больше так продолжаться не могло. Помочь было уже некому, появилась неутолимая боль, и ничего не могло помочь мне от неё избавиться.

Раньше я мог сбросить её. Погибнуть и заставить её оставить меня в покое. Уничтожить себя, повергнуть в прах и восстать свежим и чистым человеком. Но сейчас такой фокус уже не спасает меня. Я умираю, а оно словно падальщик продолжает поглощать меня. Снова и снова. Словно ненасытное существо, смысл жизни которого — моя боль. Мысли сплелись, ничего не осталось. Голова болела всё сильнее. Жизни заканчивались, и, видимо, всё подошло к своему логическому завершению…

Прощай. Я был рад знать тебя. Доверять мне больше некому.»

Обрывок листа смят, видимо, автор положил его в конверт уже будучи в агонии.