Засидка

  Итак, рядом с одним небольшим селом, в котором в ту пору уже жило с десяток человек, а сейчас в пять раз меньше, был небольшой овраг, по которому из большого леса в небольшую речку тёк ручеёк, и два товарища решили его запрудить. Сказано через два года сделано, но и эффект получился двойной: хотели просто по рыбачить, а тут осенью утки прилетели, так что товарищи с ловлей рыбы решили подождать, коли дармовое мясо завелось, не зря ж в народе говориться, что лучшая рыба – это колбаса.

Засидку построили быстро благо не капитальное строение – сосенок-ёлочек чуть выше своего роста нарубили, макушки верёвкой скрутили… надо то всего три стены: обратная сторона от воды – это вход, да и стены то… чем больше дыр, тем лучше: главное, чтобы силуэт и движения охотника скрадывало, ну и уток было видно. Есть желание можно землю сеном постелить, чтобы ждать удобней было, но спать не рекомендуется – начнёшь ворочаться и развалишь всё строение. Так что за полтора часа утром управились и решив, кто пойдет первым, так как на двоих места и уток не хватало, стали ждать вечернего лёта – есть очень хотелось…

И вот, заранее, до того, как начнёт темнять, а утки летать, зарядив двухстволку утячей дробью и не взяв патронташа, ибо незачем, охотник пришёл в засидку, благо идти пятьдесят метров от села.

Закурив, чтобы не уснуть, стал ждать, а ждать да догонять – хуже некуда, поэтому вторую прикуривал от первой, а когда прикуривал третью от второй, ему показалось, что на него кто-то смотрит.

– Вот, блин, – вздохнул, хотя по правде признаться слово было на туже букву, но другое, двухстволка была, а вот путёвки не было…
 
Пришлось разглядывать село – соседи что в городе, что в деревне везде одинаковые, и отношение у них к тебе разное: один стопкой угостит в честь твоего же дня рождения, а другой настучит, что браконьеришь. Тут из-за одной утки такой штраф выпишут, что не только выпить не на что будет, так и зубы на полку, а потому охотник смотрел долго и упорно, но никого в огородах не увидел.

– Во, блин, почудилось, – воздохнул, прикуривая третью уже от спички.
 
Но видение не думало пропадать – снова стало мерещиться, что опять кто-то на него смотрит…

Куря третью, охотник начал рассматривать дома: вдруг кто-то смотрит из окна, но ни одной интересующейся рожи не увидел, но видение пропадало. Тогда он повернул свой взор к лесу передом…

…В пяти метрах от засидки, облокотившись на старую осину, стоял здоровенный медведь и нагло пялился...

А чего ему не посмотреть-полюбоваться – косолапому утячя дробь что слону, но слон-то животное травоядное, а медведь и лося завалит, если догонит.

Так что рванул наш охотник за утками, засуча рукавами и штанинами, кода газа глядят, а глядели они на полати в доме другана – он был ближе, чем свой собственный, и, хотя «мой дом – моя крепость», но и там выпито не меньше, а его дом намного ближе.
   
Но едва влетев в дом утятик как получил хук справа:

– Утки где?

На подтопке русской печи уже скворчиха маслом сковорода и ей всё равно было что жарить…

Но как бы-то не было, люди твари Божии, хотя и бывают соседями, а эти были ещё и товарищами, потому дверь на всякий случай заперли, ружья потому уже поводу зарядили «жаканами» и выпили, не закусывая, ибо и души требовали и закусить было нечем, только что горячей сковородой, а медведь не утка даже вдвоём и пьяными на одного идти боязно…