Что вам в имени моем?!

В. Винник
Что вам в имени моём.
Рассказ-эссе

Сельский двор, тёмная звездная ночь, тишина вокруг, в степи, в этом есть какое-то таинство природы – так мне думается. Может это от того, что раньше в жизни не находился при такой исключительной обстановке – не умствовал в окружающей меня тишине. Я смотрел на небо и задумался о нашей жизни, хотя раньше меня все это как-то не трогало, не забавляло, а тут, это бездонное небо, переполненное звездами, навеяло на мысль о нашем существовании. Однообразный хрустальный звон стоит в ушах от этой тишины. Глядя на небо, я решился на тяжкое занятие – стал думать, что творится под этим ночным небом и сколько зарождается в эти часы всего живого на земле. Мучительное это занятие – думать и искать какую-то правду и смысл своего существования и всему тому, что окружает тебя.
О чём всё же я думаю? Когда задал сам себе этот вопрос, то поймал себя на мысли, что думанье, есть занятие самое непостижимое и в тоже время удивительное в нашей жизни. От думанья рождаются всё новые и новые мысли, которые в свою очередь приводят к различным открытиям и решениям, находя новые явления в природе и ставя их на службу человеку. Немного тоскливо, конечно, от этого, когда подумаешь, что в эту ночь, нет только тебе покоя – нет бездумности.
День за днем, я, живя в социуме, в неком пространстве, окруженный людьми, исполняю свой долг перед ними – служу земному бытию. Живя в социуме и служа земному бытию – пребываю в неволе. Думая так, я вдруг возмутился тем, что, проживая в этом мире, среди людей, волновался всегда их судьбами, а не своей, принимая их как своих спутников моего земного существования. Но зачем? Какое их влияние на меня? Люди счастливы тем, что живут на свете, то есть совершают нечто «непостижимое» в мире. Зачем, для кого живут? Для меня? Что вам в имени моём? А они знают для кого живут? А ведь и правда будет думать, что живут для кого-то и для чего-то, для тех же детей, внуков. И живя, люди испытывают вечную боязнь показаться ненужными кому-то и быть недостаточно похожими на тех, кто рядом с ними.
В молодости, когда мы не знали и не были подвержены всякой телесной хвори, безмерно были чувственны в своём мироощущении, поэтому были «беспощадны» к самим себе во всяческой насыщенности своей похоти. Не жалели себя, ища себе место под солнцем. Поэтому с великой жадностью и страстью приемлели этот жестокий мир в котором живём – вкушая его соблазны.
Мы все привержены сожалению: как стремительно проходит время, и с годами, у человека рассудительного, конечно, возникает неутешительная мысль о том, что время как бы прошло мимо него. О быстротечности времени заметнее всего, когда меняются времена года – было лето, пришла осень, а затем зима и вожделенно для нас появление весны, пробуждение в природе всего живого. Всё это повторяется бесконечно, наматывая годы, и не заметишь,  как прошла молодость, зрелые годы и подкралась уже старость.
О чём я думаю? Что во мне такого, что заставляет меня мучить себя – эти мысли об моём окружении и стремлении зачем-то запомнить, сохранить в себе всё это окружение – бытиё. И хотя тягостны все эти думы, наводнившие мою голову, всё же, я испытываю чувство великого «счастья» и жажду использовать это «счастье», что-то создав нечто своё…
В будущем всё забывается, конечно, и память о прежних людях сопровождавших тебя на всем земном пути и любовь и скорбь утраты об этих людях. Потому как не существует великой скорби, великого раскаяния, неистребимых воспоминаний. Всё забывается. Это, конечно, очень грустно, но так устроен мир.
О чём я думаю? Знаете, не важно о чём, я думаю – важно, что это действо, думанье, не покидает меня вот в такие минуты тишины и одиночества. Хочется высказаться о самом сокровенном и самом нужном, поэтому я что-то пишу. Раз я так думаю, рассуждаю – значит я причастен к чему-то гораздо больше самого меня.
Я человек ничем не замечательный, разве что своей, извините, скромностью, добротой и, увы, полной неизвестностью окружающему миру.
Великий ли я мученик в своих думах или великий счастливец со своими этими думами – не знаю! Я думаю, что и то и другое. Потому как всю жизнь сознательно пытаюсь преодолевать трудности жизни, что-то строя – совершенствуя этим себя. Живу не только настоящим, но всем прошлым и не только своим, но всем человечеством, что бы утвердить себя для будущего…
Есть еще во мне что-то такое, что заставляет меня умствовать, а значит ещё не конец срока моего земного пути… Оставьте меня… Что вам в имени моём.