Сосед

Я живу в 16-ти этажном доме на последнем этаже. Этим летом купил здесь двухкомнатную квартиру, на которую копил много лет, не досыпая и работая с базами данными сверхурочно. Я трудоголик, из-за этого у меня нелады с семейной жизнью. Если за что-то берусь, то работаю маниакально, пока не закончу. А на удаленной работе типа моей, чем больше сделаешь, тем больше заработаешь. Это не нравилось ни одной моей пассии, и мы долго вместе не жили. К тому же, я сова, и мне комфортно заниматься своими делами по ночам. Но я не отчаивался: значит мне просто не попалась моя вторая половинка.

Итак, я был полон надежд на новую жизнь. Обставил квартиру, набрался заказов, работал и отдыхал когда хотел. Пока не начал замечать странные вещи.

Каждую ночь, когда я ложился спать или просыпался ночью от тревожного предчувствия, мне слышались тихие шорохи и шаги, доносящиеся из тамбура или лестничной площадки. Можно было подумать, что это просто соседи, но тамбур был всего на две квартиры и соседняя пустовала. Бывший хозяин моей квартиры сказал, что в ней мужик допился до белочки и вышел из окна. Наследники готовились её продать. Он с кем-то созвонился и передал мне ключи и от соседней квартиры, вроде как наследник попросил, чтобы была возможность показать потенциальным клиентам. Обещали вознаграждение. Тогда я подумал, что с одной стороны это хорошо – может заедут лучшие соседи, чем невменяемый алкоголик.

В других двух квартирах на нашем этаже жили пожилая пара и тётка на инвалидной коляске. Вряд ли старики или инвалид могли бы расхаживать в ночное время. Соседям снизу для этого резона тоже не было.

В очередной раз проснувшись посреди ночи, я услышал шорохи, потом протяжный тихий стон. Я встал, прильнул к дверному глазку и увидел, как длинная худая тень скользнула по лестничной площадке (дверь из тамбура на неё отсутствовала. Тень была настолько тонкой и с такими длинными конечностями, что даже за те мгновения, что я её видел, можно было уверенно предположить, что она не принадлежит человеку. Но тогда кому? Сердце заколотилось, и я решил, что так дальше не пойдет. Нужно выяснить, что происходит.

На следующий день, в субботу, я отправился в рейд по нижним этажам и начал расспрашивать соседей о странных ночных звуках. Не участковому же жаловаться на шаги, вздохи и постанывания. Вот если бы орали или дебоширили. Так что я решил действовать сам, заодно перезнакомиться с соседями. Меня дружелюбно встречали, говорили, что я хороший парень, но как только я заводил тему про ночной шум, собеседники принимались старательно избегать обсуждения проблемы. В их глазах я видел откровенный страх.

Впрочем, одна пожилая женщина, живущая на десятом этаже, Мария Александровна, решила рассказать мне то, что меня интересовало. Она пригласила меня на чай, и разлив по пузатым голубым чашкам дымящийся напиток, поведала мне, что с прошлого года в этом доме обитает монстр, дух самоубийцы, который появляется только ночью. Того самого алкоголика, что вышел в окно своей квартиры. Мол, он уже старичка с восьмого до инфаркта довел. Добавила, что призрак питается страхом людей и может принимать любую форму. Я прихлёбывал чай и думал, что хозяйка не в себе.

— Ну раз все про это знают, то почему не вызовут батюшку? Не освятят, например, или не проведут церковные ритуалы? Я не знаю, не особо верующий, может вы скажете, что нужно делать? — задавал я резонные вопросы.

— Так вызывали попа, милок! Неделю всё было тихо, а потом опять, — грустно отвечала она. — Надо Петровну звать в ту квартиру, об этом я говорила новым хозяевам. Но они не захотели, им лишь бы продать. А остальные побаиваются, но не делают ничего.

— Что за Петровна? — заинтересовался я.

— Моя двоюродная сестра. Злых духов прогонять умеет. Вроде знахарки, чтобы тебе понятнее было, — голос старушки стал заговорщицким и таким таинственным, что я чуть не засмеялся.

— Ну знаете! Я ни в церковных, ни в самозванных колдунов не верю!

— А в то, что видел и слышал, веришь? — парировала она, тоже улыбнувшись. — Ну раз и ты не хочешь, то живи и терпи. Ты первый кандидат, между прочим, по соседству. Как Николай Палыч, который самоубийцу постоянно обзывал.

— А я-то тут причем? Я и не знал его даже! — воскликнул я.

— При том, что владелец твоей квартиры ему дважды морду бил, и не раз кляузы писал участковому. А призраку до фени то, что человек другой, он тебя по месту жительства ненавидит и доведёт до беды, — пояснила старушка.

— И что вы предлагаете? — спросил я, не веря тому, что ведусь на эту сверхъестественную ерунду.

— Позвать Петровну. Вместе с ней ритуал в той квартире провести. Ключи, ты говоришь, у тебя есть. Берёт она за услуги недорого, но одна не будет работать, нужен рядом молодой и заинтересованный в успехе для страховки. — она налила мне ещё полчашки пряного чая.

— Простите, но я не верю во все это. А та тень, скорее всего мне показалась. Мне пора, спасибо за чай! — во мне победил голос разума, и я поспешил распрощаться.

— Передумаешь, приходи! — донеслось мне вслед, когда я уже шагал к лифту.

— «Не передумаю, ещё в своём уме», — злорадно подумал почему-то я.

Однако, несмотря на свою браваду и то, что не мог поверить в это, у меня из головы не выходил рассказанное Марией Александровной. Я снова решил действовать по-своему. Протянул в тамбур запасную веб-камеру, вкрутил на площадке лампочку поярче, и решил остаться бодрствующим в эту ночь, чтобы выяснить, что же на самом деле происходит. Как я говорил, я ночной работник, для меня не проблема доспать потом днём. Я работал оставшуюся часть дня, весь вечер, а после полуночи сел на диван с перцовым баллончиком и планшетом наготове, ожидая, когда начнутся странные звуки. Видеокартинка с лестничной площадки была отличного качества, оставалось только ждать.

Ночь была тихой, вдобавок я закрыл все окна и убавил кондиционер, чтобы не шумел. Примерно через час услышал знакомый шорох. Холодок пробежал по моему телу, когда на экране я увидел, как жуткая тень снова скользнула по площадке, на секунду застыла посреди её, потом метнулась и встала у моей двери. Как я ни силился, но не мог разглядеть лицо чёрного человеческого силуэта. И человеческого ли? Худого как жердь, с руками до колен, и с конусной головой. Одежда тоже непонятна: какое-то бесформенное рванье.

И вот тут я совершил вероятно самую большую глупость в своей жизни. Я разозлился и помчался к двери с баллончиком наперевес и желанием навалять наглому шутнику, косящему под монстра!

Ещё в коридоре я почувствовал ледяной холод, а когда открыл дверь, то нос к носу столкнулся с незваным гостем. Точнее, не нос к носу. Носа и прочих видимых частей у незнакомца просто не было. Меня встретил кошмарный, худощавый, угольно-чёрный силуэт под три метра ростом и с дымящимся клубком вместо ног ниже колен. Свет замерцал, нагоняя жути, и существо протянуло ко мне длиннющие руки, погрузило их без сопротивления в мою грудь, остановив меня и заставив стоять столбом!

Поначалу я ощущал просто холод, мое тело не было повреждено, и я не понимал как эта тварь меня держит. Но потом сердце стало так колотиться, что чуть не выскакивало из груди. Мне не хватало воздуха, я ощущал себя рыбой, выброшенной на берег. Я задыхался. В голове мелькнула мысль про мужичка с восьмого, которого эта гадость довела до инфаркта. Кажется мне грозило тоже самое, но я ничего не мог сделать. Перцовое оружие, всё равно бесполезное, выпало из моей ослабевшей руки. Это был конец.

Хлопнувшая на этаже ниже дверь и тяжелые шаги в сторону общего балкона заставили тварь выпустить меня. Тень дёрнулась назад, прошла сквозь дверь соседней квартиры и исчезла за ней. Я, собрав силы, закрылся на все замки и прихватив настойку пустырника из холодильника, вернулся на диван. Всю ночь я провел в страхе, просто надеясь на то, что призрак не зайдет ко мне домой. Мария Александровна говорила, что оно питается страхом, и постепенно доводит своих жертв. Вот на это «постепенно» и была моя надежда.

В восемь утра я уже звонил в дверь Марии Александровны. Та, взглянув на меня, сразу всё поняла и принялась звонить своей родственнице-знахарке. Через пять минут я пил ромашковый успокаивающий чай и слушал всё, что она мне говорила.

— Дарья Петровна приедет вечером. Поднимется к тебе, делай всё что скажет или съезжай. За услугу тридцать тысяч, ерунда по сравнению с жизнью! — сказала она.

Я не спорил. Только согласно кивал. Крыть мне было нечем. Выгонять себя из квартиры этому гаду я тоже позволить не мог.

Я вернулся к себе, но работа не шла. Сосредоточиться не выходило, просто бездумно слонялся из угла в угол. Поспал немного. Потом сходил погулял по парку и вернулся только к вечеру. Прогулка помогла, набрался сил и храбрости. К 11 вечера ко мне поднялись Мария Александровна со спутницей. Она была гораздо моложе её, лет на пятнадцать, то есть выглядела лет на пятьдесят. Нас познакомили, и Мария Александровна ушла, оставив меня с родственницей.

— В полночь пойдём! Просто постоишь рядом со мной и ни шагу в сторону. У себя он уязвимее, но злее и сильнее будет. Может и в окно сопроводить, ну или сердечко прихватит. Ты уже испытал на себе кое-что, — спокойный, рассудительный голос знахарки гипнотизировал.

— Всё понял, — проговорил я. — Дело несложное рядом постоять.

— Постоять, и, если увидишь, что надо мной он верх берёт и отключаюсь я, поддержать, чтоб из круга не выпала. Ну что, готов?

— Готов! — бодро ответил я, демонстративно звеня ключами от соседской квартиры. Хотя был совсем не готов морально, и только делал боевой вид.

После полуночи мы пошли со знахаркой в обиталище призрака. Квартира наподобие моей, но на одну комнату больше. В воздухе витал запах плесени и затхлости, пыль и грязные разводы повсюду. Обычно квартиру к продаже убирают «от и до». А тут новым владельцам как будто всё равно. Мы включили свет и начали осматривать комнату за комнатой. Изучала и осматривала Петровна, а я ходил вслед за ней и таскал её увесистую холщовую сумку. Мебели в помещениях было по минимуму. В зале, который Петровна назначила главным местом действия, находился только старый деревянный шкаф, который выглядел так, будто его никто не открывал много лет. Да ещё скособоченный диван, которому давно место на свалке.

— Здесь сильнее всего чувствуется, — выдохнула Петровна. — Давай сумку.

Я отдал реквизит, и она извлекла на тусклый свет запылённой люстры несколько пучков сухих трав, из которых я определил только полынь. Остальное, по моей просьбе, она назвала сандалом, лавандой и зверобоем. Потом знахарка прочертила цветным жёлтым мелком круг диаметром метра в полтора, поставила несколько открытых баночек с водой, зашла в круг сама и позвала меня. Чувствуя наступление решающего момента, я похолодел, вспоминая прошлую встречу, которой не дал стать фатальной только вышедший покурить на общий балкон сосед снизу.

Пока я терял остатки боевого духа, Дарья Петровна подожгла свои травки, заставив их не гореть, а немного тлеть и дымить. Зал наполнился разносортными ароматами. Запахи были чрезвычайно сильными, от них у меня начала кружиться голова. Прошло несколько минут.

— Сейчас! — воскликнула моя спутница, резко развернувшись к балкону и поворачивая под локоть меня. Лучше бы я остался смотреть в сторону выхода. Ибо я снова не верил своим глазам. Потому, что в этот момент из балкона в зал шагнул силуэт. Он уже не был просто чёрным, безликим, просто контурным. Теперь это был очевидный мертвец годичной выдержки со всем вытекающим из этого положения образом. Ростом он стал поменьше, те шаги, что прошел, двигался как сломанный манекен. Череп лопнувший, одна глазница пуста, вторая полыхает зелёным светом. Руки тоже стали короче, но болтались как плети. Ощущение такое, что он весь переломан изнутри. Неудивительно, после падения с шестнадцатого этажа. Однако он всё-таки не полностью обрёл плоть, сквозь него то и дело проглядывала рама балконного блока.

В этот раз не было ледяного холода, видимо работал ритуал. Призрак медленно приближался, а Петровна начала нараспев произносить незнакомые мне слова, которые вроде и звучали по-русски, но воспринимать их смысл у меня не получалось. Монстр дошел до круга запнулся ногами о меловую линию, зашатался и упал бы на нас, если бы не упёрся гнилыми пальцами о невидимую преграду на уровне меловой черты.

— Дарья, Алексей. Дарья, Алексей. Дарья, Алексей, — покойник начал шептать наши имена, и я почувствовал, как меня буквально парализует. Знахарку же вообще шатнуло так, что она едва не выпала из круга, не подхвати я её и не удержи на ногах.

— Ещё немного! — закричала женщина, собравшись с силами. — Он сильный, злой, но он уйдёт!

Она снова принялась произносить странные слова, которые, казалось, многократно отражались от стен и пронизывали пространство. С каждым произнесённым словом монстра дёргало, словно било током, он пятился обратно к балкону, шептал наши имена и стонал. Но у Петровны не было жалости. Она не могла себе её позволить.

Ещё полминуты отчаянной схватки живого и неживого и мертвец начала тускнеть и оплывать. Наши имена уже не вылетали из иссохшихся губ, а их владелец терял форму, оплывал, стекал сам с себя. Вскоре он исчез, оставив только зелёно-чёрную лужу на полу, которую вышедшая из круга Петровна аккуратно собрала большим шприцом без иголки в стеклянную пустую бутылку. Заметив, что я недоумеваю с её манипуляций, она пояснила:

— Нужно для других полезных дел. Лекарства будут из эктоплазмы.

Так себе пояснение, но оно меня вполне устроило, как и результат нашего мероприятия. Я даже повеселел, как будто только что не подвергался смертельной опасности.

Мы убрали следы нашего пребывания в чужой квартире и вернулись ко мне. Там я рассчитался за предоставленную услугу, а женщина одобрительно похлопала меня по плечу и сказала, что я крепкий малый и на меня можно положиться в трудный момент.

Внимательно глянув на меня, она добавила, что скоро в моей жизни появится замечательная девушка и я буду последним дураком, если её упущу.

После этого, я проводил её до лифта и очень довольный собой вернулся к себе. На дверь соседней квартиры я уже смотрел без страха, а последний прогноз знахарки грел мне душу. И этот шанс я твёрдо решил не упустить…