Узник Фороса. Глава тринадцатая

Вернувшийся после нервной беседы с бывшими соратниками в
апартаменты, Алексей Петрович застал жену в своей спальне.
Рита скорбными, заплаканными глазами посмотрела на мужа
и вновь спросила: «Зачем они прилетали?». «Уговаривали меня
вернуться в Москву», – коротко ответил муж. «Что ты решил?». «Остаться
здесь». «Почему? Ты боишься, что они тебя арестуют и посадят в тюрьму?» –
спросила Рита. «Нет. Другая причина. Ты о ней скоро узнаешь», – ответил Алек-
сей Петрович. «Я совсем перестала понимать происходящее в стране. Два
дня назад эти люди объявили тебя тяжелобольным человеком, изолировали
от всего мира и забрали государственную власть в свои руки, а сегодня но-
чью они прилетают к тебе в резиденцию и просят вернуться в Москву. Вроде
взрослые все, а ведете себя как дети. Чувствует мое сердце – не доведут до
добра эти игры. Кончится все плохо не только для вас, но и для государства
в целом. Тебе сейчас необходимо быть в Москве, а не обиженным прикиды-
ваться и в крымской резиденции ждать, когда кто-то потушит политический
пожар. Ты же Президент, и в том, что сейчас происходит в стране, твоя вина
есть», – ровным голосом высказалась Рита и добавила: «Алексей, лети с ними.
За нас не беспокойся. Мы с Наташкой одни не пропадем». Слова жены острым
лезвием прошлись по самолюбию Губанова. Он с удивлением взглянул на Риту
и, с трудом сдерживая себя, ответил: «Тебе и не обязательно понимать все, что
происходит в стране, а я не обязан обсуждать с тобой дела государственной
важности. Если в настоящее время не до конца откровенен с тобой – значит,
на это есть веская причина. Ты – моя жена, а не политбюро ЦК КПСС или съезд
народных депутатов, перед которыми я подотчетен по конституции. Поэтому
205
я сам приму решение, когда возвращаться в Москву и приступать к исполне-
нию служебных обязанностей главы государства». Резкий ответ мужа непри-
ятно зацепил Риту, которая свою жизнь посвятила ему и успешному развитию
его карьеры. Она считала, и не без основания, что во всем, чего достиг муж,
есть и ее доля. Чтобы не увязать глубже в неприятный разговор и не услож-
нять взаимоотношения, Рита тихим, примирительным голосом предложила:
«Давай, Алексей, прекратим выяснять отношения. Ни к чему хорошему это не
приведет. Лучше время, которое осталась до завтрака, используем для отдыха.
Нервы у обоих до предела напряжены, и их необходимо успокоить». Не ожи-
давший от жены такой скорой капитуляции, Губанов с тревогой посмотрел на
нее, но, не заметив в глазах привычных для последнего времени слез, соглас-
но кивнул головой и пошел в спальню.
Уснул он почти сразу, как только голова оказалась на большой пуховой по-
душке. Президент даже не слышал рокота взлетающего вертолета, поднимаю-
щего в своем брюхе разочарованных невыполненной миссией ночных визите-
ров. Видно его мозг настолько устал за последние дни, что уже не мог или не
хотел заниматься переработкой новой информации.
Проснулся Алексей Петрович в двенадцатом часу в хорошем расположе-
нии духа. Он попытался понять, что придало ему прилив бодрости и восстано-
вило душевное равновесие, но как ни напрягал сознание, явной причины не
вспомнил. «Наверное, просто выспался хорошо», – подумал Губанов и с удо-
вольствием потянулся всем телом. В спальню вошла Рита и почти с порога за-
явила: «Все рекорды продолжительности сна побил. Пора вставать, дорогой.
К тебе уже дважды Силин пробовал прорваться, но я его не пускала. Не знаю,
какие у него к тебе вопросы, но его возбужденный вид наводит меня на мрач-
ные мысли». «А вот мои мысли подсказывают обратное. Навряд ли помощник
стал бы сильно спешить сообщать мне плохие новости. Думаю, что у него для
меня есть хорошая информация. Ладно, гадать не будем, скоро все от него уз-
наю», – произнес Губанов и поднялся с кровати.
В личных апартаментах Президента Силин появился минут через двадцать
после того, как Губанов завершил легкий завтрак. Поздоровавшись, он сде-
лал загадочный вид и сообщил: «Алексей Петрович, резиденция полностью
осталась без охраны. Сегодня, в шесть утра, Литвинов посадил в автобус всех
своих подчиненных и вместе с ними выехал с территории резиденции в не-
известном направлении». «А Рытов где?» – машинально спросил Президент.
«Он с ними уехал», – коротко ответил помощник. Неожиданная информация,
полученная от помощника, вновь включила мозги Президента в интенсивную
работу. «А сторожевой корабль не вернулся на прежнее место?» – поинтере-
206
совался Губанов. «Пока не видно. Может, позже подойдет», – неопределенно
ответил Силин. «Странно. Очень странно. Что задумали эти кретины? Неужели
решили взять меня на испуг? А может, создали условия для моего физическо-
го уничтожения? В такой агонии, в какой сейчас находятся, они могут пойти
на любое преступление. Дурные предчувствия вновь Риту не подвели. Что де-
лать? Не сидеть же сложа руки и ждать гибели? Да, задали вы мне задачку с
многими неизвестными, товарищи дорогие! Придется очень сильно поломать
голову над ее решением», – подумал Президент, а вслух спросил: «Связь не за-
работала?». «В жилых апартаментах и в дежурной комнате охраны телефоны
молчат. В вашем кабинете я не проверял», – ответил Силин. «Понятно. Значит,
условия домашнего ареста остаются, а свобода передвижения возвращается.
Подозрительно все это, Николай Иванович. Но панике поддаваться не будем.
Необходимо думать, как из этой ситуации выйти достойно. Ты пока иди к себе
и особо не откровенничай ни с кем. Я постараюсь принять решение по уре-
гулированию этого вопроса», – посоветовал помощнику Президент. «Алексей
Петрович, обслуживающий персонал просит разрешить на некоторое время
покинуть территорию резиденции, чтобы навестить близких. Эти люди, также
как и мы, трое суток находились на осадном положении. Некоторые родствен-
ники не на шутку испуганы их изоляцией и готовы пойти на самые радикальные
меры», – сообщил Силин. «Я думаю, что люди правы в своем требовании. Поэто-
му возражать не буду, если они на некоторое время покинут резиденцию. Но
смотри, чтобы это негативно не отразилось на условиях нашего пребывания
здесь. Надеюсь, что ты понял, о чем я говорю?» – спросил Губанов. «Конечно,
понял», – подтвердил Силин и вышел из президентских апартаментов.
«С какими проблемами приходил помощник? Наверное, жаловался на свою
незавидную долю?» – съехидничала Рита, когда Алексей Петрович зашел в ее
комнату. «Силин сообщил об отбытии с территории резиденции начальников
службы охраны и их подчиненных. А также передал просьбу обслуживающе-
го персонала по поводу посещения ими своих близких», – спокойно ответил
Губанов. «О том, что вся охрана вместе со своими командирами рано утром
покинула резиденцию, я и без Силина знала. Своими глазами видела, как они
в спешном порядке сели в автобус и выехали с территории. Но вот почему и
зачем это сделали, понять пока не могу. И, естественно, меня такая неизвест-
ность очень пугает. Может, ты знаешь причину столь неожиданного отъезда
своих телохранителей?» – спросила Рита. «Пока нет. Однако надеюсь, что уже
скоро все разъяснится. Поэтому прошу вас с Натальей сегодня в парк не вы-
ходить», – предупредил Губанов жену и направился к выходу.
Оказавшись на улице, Президент некоторое время раздумывал, в какую
сторону ему податься. «Может, в кабинет заглянуть? Вдруг там прямая связь с
207
Москвой включена? Должны же они мне какие-то варианты предлагать, чтобы
заставить вступить с ними в переговоры. Нет, с этим я торопиться не буду. Вна-
чале обследую обстановку в парке и на набережной, а уж потом решу, что мне
дальше делать», – определился он и медленно зашагал по аллее парка к морю.
Непривычная обстановка, которая заключалась в отсутствии наружного
наблюдения, и мягкий теплый ветерок, заставляющий слабо трепетать листья
на деревьях, успокаивающе действовали на нервы Алексея Петровича и по-
могали голове эффективней работать. Углубившись в раздумья, он незаметно
для себя оказался на набережной, прошелся по пирсу, спустился на пляж и
остановился у самого уреза воды. Невысокие волны, похожие на ребра сти-
ральной доски, лениво наплывали на песок и также лениво возвращались на-
зад. Неожиданно одна из очередных волн оказалась повыше своих сестер и
накрыла ноги Президента пенистой прохладой. Он встрепенулся, быстро от-
ступил на несколько шагов вглубь пляжа и тихо произнес: «Море не только
ласковым бывает, но иногда и зло от него исходит. Что мне на сей раз от него
ждать? Триумф и победу, или горе и разочарование? Поживем – увидим».
Пробыв на пляже почти час, Президент поднялся на пирс и направился в
сторону резиденции. Изредка поглядывая по сторонам, он не нашел ни едино-
го предмета, который вызывал бы подозрение. «Непонятно, зачем им этот де-
марш понадобился? Может, их ночной визит был последней попыткой не страну
спасти, а себя? А когда это не получилось, решили взять меня на испуг? Скорее
всего именно так и есть», – мелькнула в голове Губанова догадка. Чтобы под-
твердить ее, он решил заглянуть в свой рабочий кабинет в надежде обнаружить
там восстановленную связь. Но случилась непредвиденная осечка. Мощные ду-
бовые двери были закрыты на внутренний замок, ключи от которого он три дня
назад отдал Литвинову. «У коменданта обязательно должен быть запасной ключ.
Поручу Силину заняться этой проблемой», – решил Президент и пошел искать
своего помощника. И здесь Алексея Петровича поджидало разочарование. Как
только Силин услышал от Президента поручение, слабым голосом произнес:
«Алексей Петрович, а комендант вместе со всем обслуживающим персоналом
покинули резиденцию». «Он-то куда направился? У него же все родственники в
Москве проживают», – раздраженным голосом спросил Президент. «Наверное,
к сыну в Севастополь уехал. Он у него в высшем военно-морском училище учит-
ся», – ответил Силин. «Как только вернется, сразу направь его ко мне», – выдал
установку Губанов и с укором посмотрел на помощника.
Возвращаясь по коридору в свои апартаменты, Президент остановился
напротив номера, где находилась группа офицеров особого назначения, и
нажал кнопку звонка. После минутной задержки дверь распахнулась, и в ее
208
проеме появился капитан первого ранга. «Здравия желаю, товарищ главно-
командующий!» – поприветствовал он Президента и принял выжидательную
стойку. «Решил узнать, как вы себя чувствуете в связи с непривычными услови-
ями несения службы?» – поинтересовался Губанов. «Настроение у офицеров
нормальное. Внештатной ситуации не ощущаем», – коротко ответил капитан
первого ранга. «Ну вот и хорошо. Я думаю, что скоро неопределенность в ва-
шем положении закончится», – пообещал Президент и, не прощаясь, пошел
дальше. «Мне бы такие стальные нервы, как у этого офицера! Словно робот, а
не человек. Неужели он не испытывает хоть чуточку страха перед неизвестно-
стью? А, собственно, какая ему разница, кто в стране придет к власти и в чьи
руки передавать ядерный чемодан. Для него главное, чтобы происходило это
на законном основании и согласно конституционным нормам. Этот служака
точно знает, что покуситься на их жизнь может только безумец, неведающий
того, что при любых обстоятельствах он никогда своей рукой не притронется к
ядерной кнопке», – не то с восхищением, не то с сожалением размышлял Пре-
зидент, подходя к апартаментам.