Пишут - как по зубам бьют. А за что - непонятно

     - Зови меня брат Кильмень.
     Старец праведный Мартын направил приставное ухо к темени, направляя зев уха на предполагаемый источник звука, тут же щёлкая регулятором, но экранатор по - прежнему серел, идя рябью.
    - Покажись, - провербалировал фоном старец, срывая с третьего плеча влод.
    - Какой влод ? - нескрываемо глумился голос, чей исторгатель упорно не проявлялся экранатором. - Ты думаешь, старец праведный, что совместив говно совьетиш кляссик с блевотиной фантастики, ты сразу станешь писателем ? Сортирных стен маратель ! - прогремел голос, а низкое небо сгустилось колоссальной тучей, мощно плюнувшей в Мартына скользкой неопределённой субстанцией, схожей с соплями дифтеритных детей, чей приют под Лабой лишь на той недели разорили козаки.
    - Бляяя, - простонал старец праведный Мартын, усилием воли возвращаясь в первобытность. - Вот попал так попал.
    - А ты ещё мразь Глуховского прочти, - посоветовал ему беглый, суша прелые онучи у костра, бойко и весело стреляющего в тёмное небо тайги искрами. - Га ! - завизжал беглый, доставая из котомки кривой свой нож. - Хошь, я тебя прямо сейчас ухойдакаю ?
    Услышав родную речь и увидев привычные рожи неумытиков вокруг костра, старец праведный Мартын заулыбался и достал из кармана габардинового пиджака книжицу заветную, купленную на казанском базаре за полукопейку.
   - На ! - торжествуя вскричал он, тыча обрезом книги с золотым прусским орлом прямо в нос беглому. - Нюхни, сволочь ! Осознай, кто таков перед тобой есть.
   Неумытики зашептались, сдвигаясь теснее.
   - Не мал человек, ребьята.
   - Говно. Не мал человек сразу бы в зубы заехал, а этот понтуется книжкой какой - то.
   - А ты обожди. Всему время своё. Щас вот освоится, а потом все зубы и повышибает.
   Отлично слышавший шепотки старец праведный Мартын приободрился и скакнул к костру. 
   - Люди ! - закричал он, бросая книжку с орлом в огонь. - Даёшь ликбез вобратку ! Забываем грамотку малую, выкалываем глаза и конопатим уши корабельной ватой, дабы не видеть всё вот это вот всё.
   Он вельможно повёл рукой. Неумытики, послушно следуя глазами за рукой, повернули головы и увидели всё ту же непроглядную ночную тайгу.
   - И чо ? - возмутился самый основной из неумытиков. - Я такое ровно сорок лет наблюдаю. Ты суть предъяви, старец праведный.
   - Суть ? - переспросил страшным голосом старец праведный Мартын. - Ну, смотри.
   Он приспустил казацкие шаровары, снятые вчера с мёртвого стражника, и показал самому основному свой член.
   - Другое дело ! - осклабился самый основной, уступая старцу своё место у костра. - Будь же, гад, отныне нашим набольшим.
   Неумытики радостно зашумели, принося торжественный зарок Басаврюка забыть грамоту и перестать смотреть кино, ибо ( шикарное словечко ! ) всё вот это вот всё читать или смотреть абсолютно неможно.