Разлука

                Рассказ Ольга Демидова
      Ножницы судьбы способны разрезать любые узы.Генри Филдинг               

   Раиль пришёл домой радостно окрылённый и возбуждённый. С порога заявил, что получил разрешение на выезд в Германию. Людмила замерла. Сейчас скажет, что поедут они вместе. Но она ему не жена! Да и заявку на выезд в другую страну не подавала. Выходит, нечего надеяться! Словно тяжёлый камень-валун лёг на сердце – стало трудно дышать. Похоже, Раиля вспугнул её возраст. Хотя разница в годах не помешала интимным отношениям, не стала помехой и для искренней дружбы. Но время шло, он не сделал Людмиле предложения. А теперь уезжает с братом. Не судьба... Она пристально вглядывалась в лицо парня, пытаясь найти ответ на безрадостные мысли:
     Но может быть, на мой закат печальный
                Блеснёт любовь улыбкою печальной.
    Раиль тоже взгрустнул под её скорбным взглядом. Но, вспомнив про ужин, сел за стол, налил борщ, который больше всего любил из русской кухни, предложил составить ему компанию. Людмила отрицательно мотнула головой. С окаменевшим лицом выдвинула чемодан из-под койки, в замедленном темпе – душевное потрясение отняло у неё силы и энергию – складывала туда его вещи.
   – Милая, ты не рада за меня?
   – Я рада, – голос прервался, спазм перехватил горло. – Но разлука с тобой подобна смерти, – сказала, наконец, она, по щекам её потекли скупые слезинки.
   – Мне тоже жаль расставаться с тобой, – парень подошёл к застывшей от горя женщине, прижал к себе. – Но ты никогда не говорила, что хочешь поехать со мной.   
   – Я не претендую на твою свободу! Там встретишь любимую девушку, создашь семью... Да ради бога! – внезапно с ожесточённой горечью вырвалось у Людмилы, но тут же приглушила голос и огонь души притушила. – Я не могу поехать с тобой – у меня родители больные. Им уход нужен. Я вынуждена уехать в Россию.
   – Ты не говорила мне об этом... – парень ослабил объятия.
   – Я старше тебя. – Стыдясь своего возраста, отошла к туалетному столику. Вгляделась в зеркало. И хотя время щадило её, красивую, обаятельную, едва заметная паутинка морщин вокруг глаз испугала. Помолчала, с усилием глотая подступивший к горлу комок невыплаканных слёз. – Мой возраст – стена между нами. Да и здоровьем не блещу, ребёнка не смогу тебе родить...
   Раиль, с грустью взглянув, с виноватой улыбкой приблизился к ней. Погладив пышные белокурые волосы, нежно обнял округлые плечи.
   – У нас сегодня будет прощальная ночь. – Увидев вновь блеснувшие слёзы в голубых глазах, добавил вычурно, с восточной экспрессией: – Я обещаю тебе небесный рай на земле – волнами радости смоются страдания!
   Ночью Раиль, утомлённый любовью, быстро уснул, а Людмила лежала и вспоминала, как мыкала горе, поднимая на ноги после смерти алкоголика мужа троих детей. В лихие 90-е годы, когда по полгода не давали зарплату, работала в двух местах плюс обшивала не только своих чад, но и на заказ точила на швейной машинке. Когда открылись границы, распрощавшись с подросшими детьми, уехала в Грецию работать на швейную фабрику. Здесь и встретились два одиночества – Людмила и Раиль, парень из Сирии. Оба к тому времени уже освоились здесь, неплохо знали греческий язык после курсов и общения с местным населением.
   Людмиле не составило труда подружиться с ним. Они ездили в одном автобусе на работу, и Раиль старался сесть возле светловолосой россиянки. Однажды сказал, приезжает младший брат из Сирии, а жить ему негде. После разговора с хозяйкой, одну из комнат, снимаемых Людмилой, отдали ребятам. И зажили они одной семьёй. Продукты покупали вместе, готовили по очереди, вернее, кто свободен от смены, тот и крутился на кухне. Братья угощали Людмилу национальными блюдами, а она их – выпечкой, щами и борщом.
   Раиль по утрам подавал кофе в постель своей «благодетельнице», благосклонно принимавшей его ухаживания. Когда между ними произошло то, что укрепляет союз между влюблёнными, Людмила была приятно удивлена не только знойным темпераментом юного восточного мужчины, но и с желанием считаться с запросами женщины в интиме – доставить подлинное наслаждение, до этого не испытываемое ею. Ах, почему она ответила взаимностью на пылкую чувственность Раиля? Но не монахиня же она! С эмоциями не поспоришь... Разве думала, что всё закончится разлукой? Но ещё Оноре де Бальзак писал: «Есть бездны, которые любовь не может перейти». А впрочем, разве она не благодарна судьбе за подаренные ей счастье и радость восьми прожитых с Раилем лет?
   Раиль мечтал попасть в более развитую, чем Греция, страну, где мигрантам предоставляют немало привилегий и социальных гарантий, устроить брата учиться в университет. Даст бог, это удастся ребятам. Людмила была мудрой женщиной, понимала неизбежность разлуки – нельзя красть и заедать чужие жизни, подчинять их своим интересам и страстям – это может обернуться катастрофой в отношениях. Разве простят ей загубленную молодость, отсутствие детей в семье? Но и сама не смогла простить «предательства», смириться с разлукой с любимым, заболела раком. Она нашла в себе силы выжить, победить болезнь. Но это уже другая история...