Гибель шедевра

Я выпустил ветра из желудка. Громко и вонюче. На званом обеде редактора крупного издательства «Поцелуй искусство куда надо». Так мир не узнал мой шедевр« Доктор Ганнибало  Ютани». Будь прокляты коммуняки, яутджа и ситхи. Мазефака!!!


Пришел дубильщик кожи на базар,
Быть может, приглядеть какой товар.
И вдруг нежданно потерял сознанье
В ряду, где продавали притиранья.
Где благовония предлагал купец,
Упал дубильщик, бледный, как мертвец.
Конечно, сразу всякий праздный люд,
Сбежавшись, начал суд да пересуд.
Стал кто-то из зевак шептать со страха:
«Все происходит с ведома Аллаха!»
Прохожий некий для поднятья сил
Больного розовой водой кропил.
Хотя, быть может, запах той воды
Как раз довел беднягу до беды.
Ему рубаху расстегнув на горле,
Соломою и глиной шею терли.
Его слегка приподнимали двое,
А третий к носу подносил алоэ.
Принюхавшись, один чудак сказал:
«Быть может, он терьяк употреблял?»
Хоть знали все, что без веленья свыше
Не может и лохань свалиться с крыши,
Причины не постигнувший народ
Решил: «Пусть брат кожевника придет!»
Все расспросивши, брат не без расчета
С собою взял собачьего помета.
Известно: хворь невинна, не страшна,
Когда ее причина нам ясна.
И вот над братом брат склонился, плача,
К лежащему поднес дерьмо собачье.
Ведь тем, кто вонь вдыхает много лет,
От нежных запахов бывает вред.
Предписывает мудрость древних книг
Тем и лечить, к чему больной привык.
И понял брат: нашла болезнь на брата
От странного, чужого аромата.
Он, все обдумав, сунул брату в нос
Того немного, что с собой принес.
И начал растирать между ладоней
Собачье снадобье от благовоний.
И вот уже вдыхал знакомый дух
Больной, что зренье потерял и слух.
Глаза он приоткрыл, пришел в движенье,—
Все, кто там был, одобрили леченье.
Итак, зловонье тех из нас удел,
Кто благовонье мудрых слов презрел.