Хешкайф 4

— Брилл, ты был знаком с Шорти Блюэттом?
— Был знаком — да.
— За что его посадили?
— За то, что он спустил в унитаз JHE и поставил крест на L.
— Кто его за этим поймал?
— Я и Бен Лобер.
— Хорошо. Лобер в больнице, но он готов поговорить. А теперь…
— В чем дело? — рычит Брилл. — Какое ты имеешь право…
— Расслабься, — советует Хэшкайф. — Ты на взводе. Пытаешься заставить нас думать, что злишься на нас, да?
— Брилл, я твой лучший друг. Я кое-что для тебя сделаю.
— Что именно?
— Давай, беги. Стой на месте! Тюрьма смотрит тебе прямо в глаза, и ты, черт возьми, прекрасно это знаешь. Сколько у тебя акций JHE?
Он смотрит на нас и облизывает губы. Он явно не в себе.
— Почему… что… — начинает он бормотать, но Хэшнайф кладет перед ним лист бумаги и карандаш, и он смотрит на письменные принадлежности.
«Подойди ближе к столу, Брилл. Отлично. Теперь возьми этот карандаш. Понял? Хорошо.
Теперь начни с верхнего левого угла листа. Готов? Отлично».
«А теперь напиши нам правдивую историю о том, как подставили Коротышку. Расскажи нам все, Брилл. Укажи все имена и даты и не волнуйся, никто тебя не тронет — если только у тебя не сведет пальцы».
«Да я лучше сдохну, чем сделаю это!» — вопит он. «Ты не посмеешь…»
«Письменная работа или тюрьма!» — рявкает Хэшнайт.
«Ты блефуешь!» Если ты хоть на секунду подумаешь, что можешь блефовать...
Хэшнайф выхватывает карандаш из рук Брилля и рисует несколько маленьких фигурок в верхней части листа. Брилл смотрит на них, а потом на Хэшнайфа.
«Думаешь, я блефую?» — ухмыляется Хэшнайф, и Брилл облизывает губы.
Он некоторое время смотрит в стену, а потом начинает писать. На это уходит около получаса, после чего он кладет карандаш на стол.
«Это все, что я знаю, — устало говорит он, — да поможет мне Бог!»
Хэшнайф складывает бумагу и кладет ее в карман.
«Сколько мы должны тебе за твою долю в ранчо, Брилл?»
Он рвет в клочья несколько листов бумаги для самокруток, пытаясь скрутить сигарету, и первая же затяжка душит его.
— Я… я… Ты мне ничего не должен. У меня есть своя лошадь и повозка — вот и все.
“Даю вам двести пятьдесят”, - говорит Хэшнайф, вытаскивая чековую книжку. “Я выплачу ее Бриллу или Джеку Макки?”
Брилл бросил сигарету и уставился на Хэшнайфа.
“Знал тебя с самого начала”, - ухмыляется Хэшнайф. “Ты был ключом ко всему, Макки. Забавно, да? Ки и Макки.
“Сам придумал бренд. Кросс Л и Ленивый Ю объединятся и назовут его Кросс О. Как тебе такое?
Он на мгновение задумывается, а потом ухмыляется.
— Ну и ладно. Нам с тобой надо... Хм.
— Что ж, я тебе очень признателен, старина. С «Бриллом» чек выглядит лучше. Спасибо. Пожалуй, я поеду дальше.
Мы смотрели, как он седлает своего мустанга и взбирается на него. Потом он обернулся.
«Не ты ли выслеживал чувака по кличке Зубочистка Томпсон? Кажется, я припоминаю. Желаю удачи. Адьос».
— Он был твоим другом, этот Брилл, Хэшнайф?
— Не-е-е-ет, вряд ли. Он меня не знал. Я слышал о нем как о самом ловком торговце на Юго-Западе, и мне говорили, что он большой знаток брендовых сочетаний.
«Однажды ночью мы с тремя парнями из отряда «Хэшнайф» застали его за тем, как он клеймил кобылку у костра. Кобылка была норовистой, так что мы привязали его к ней и в одной майке отправили в пустыню Мохаве».
«Он был знаком с Зубочисткой Томпсоном?»
«Может быть, но я не знаю. Многие парни знали, что я слежу за Зубочисткой».
Мы взяли наши бронки и Хэшнайф и направились прямиком в "Ленивый Ю", а не в "Барсук", и я последовал за ними — как обычно. Мы вошли прямо в дом, а там Эйб Спунер, важный как жизнь, разговаривает с Молли и пожилым джентльменом. Спунер немного взволнован, но Хэшнайф пожимает ему руку, как своему приятелю.
“Это, конечно, удача”, - смеется Хэшнайф. “Конечно, избавляет нас от неприятностей. Вот что я хочу от тебя, Спунер: я хочу, чтобы ты привел в действие механизм, который выпустит Коротышку Блюэтта из загона.
— Ты... серьезно? — спрашивает Спунер, разинув рот, как вытащенная из воды рыба.
— Угу. Видишь ли, Спунер, он был невиновен. Нет, сэр, он был совершенно невиновен. Разве это не забавно? Неужели у тебя не обливается сердце кровью за невиновного?
— Я… я… я не знаю…
— Несварение? — спрашивает Хешнэйф. — Тебе нужно тщательнее пережевывать пищу. Присядь и немного отдохни. Брилл потерял сознание сегодня днем и оставил небольшое признание.
“ Брилл ... потерял сознание ...? - задыхается Спунер. — Он... он...
“Угу. Он владел JHE, не так ли, Спунер?”
“Да... то есть, я думаю, что да”.
“Я выкупил его долю”, - говорит Хэшнайф.
“Спунер, ты имеешь какое-нибудь представление о том, сколько у JHE запасов на этом участке?”
— Почему… почему… нет.
— Что ж, думаю, мы договорились. Как скоро ты сможешь вытащить Коротышку из тюрьмы?
Спунер облизывает губы и начинает вставать.
— Не знаю. Мне… мне нужно поговорить с шерифом… и…
— Что ж, мы пойдем с тобой. Брилл тоже о нем упоминал. Сказал что-то про Лобера…
“Это ложь!” - рявкает Спунер. “Брилл солгал...”
“О чем?” - спрашивает Хэшнайф.
— Это... это... мне нужно идти.
Спунер хватает шляпу и направляется к двери, а мы следуем за ним по пятам. Когда мы выходили, я поймал взгляд Молли, и она выглядела как человек, который хочет радоваться, но на самом деле боится.
Спунер словно язык проглотил, глаза у него были дикие, но, думаю, он забыл, что у него есть ружье — если оно вообще у него было. Мы с Хэшнайфом сели по обе стороны от него и поскакали по дороге, словно на танцы.
Серый Волк и Дьябло, конечно, могут бежать, но им приходится притормаживать, чтобы не отставать от маленькой гнедой кобылки Спунера. Мы на полной скорости влетаем в крутой поворот, как летучая мышь из ——, и тут же сталкиваемся с другим всадником и его вьючным животным.
Мы с Серым Волком и вьючной лошадью кубарем скатились с холма. Серый Волк был прирожденным акробатом и каким-то чудом сумел приземлиться на ноги. Я немного ободрался, но выронил винтовку и поднялся обратно на дорогу.
Спунер прислонился к дереву, пытаясь вдохнуть в себя воздух и взвести курок винчестера Хэшнайфа, но ни то, ни другое у него не получается. Посреди дороги стоит шериф, по его грубому лицу стекает кровь, и он делает вид, что целится в Хэшнайфа, который лежит за лошадью шерифа, запутавшись в поводьях.
«Берегись, Билл!» — кричит Спунер, когда я вылезаю на дорогу.
Эллс развернулся ко мне, и я почувствовал, как его пуля просвистела у моего уха. Он не почувствовал, как просвистела моя. Он просто пошатнулся, стоя на цыпочках, а потом рухнул на землю.
Я услышал еще один выстрел и успел оглянуться и увидеть, как Спунер упал на четвереньки и покатился по земле.
Хэшнайф выбирается из-под мертвого мустанга и потирает подбородок.
— А вот и их старое кольцо, Слиппи, — говорит он, ухмыляясь. — Мы встретили врага, и теперь он наш.
Я перевернул Спунера и оттащил его в тень, а затем мы проделали то же самое с Эллсом. Спунер моргает, глядя на нас, и вроде как вспоминает кое-что. В его маленьких глазках появляются слезы, и он пытается умолять.
“ Заткнись! ” рявкает Кухонный нож. - Не болтай лишнего, парень.
“Я не хочу умирать!” - причитает Спунер. “Не дай мне умереть!”
— Он долго не протянет, — говорит Хэшкайф. — Но мне все равно.
— Не говори так, — умоляет Спунер. — Я сделаю все, что угодно, слышишь?
Забавно, что пуля может сделать с человеком, правда?
— Если ты мне соврешь, я дам тебе умереть, как койоту, — говорит Хэшкайф, и Спунер часто моргает.
— Ты нанял двух человек, чтобы они убили нас, когда мы приедем, да?
Спунер стонет и корчится, но кивает. Хэшнайф вырывает чек из чековой книжки, кладет его лицевой стороной вниз и достает карандаш. Затем он прислоняет Спунера к камню и протягивает ему бумаги.
— Выпиши чек на Кросби и Олдера за экипировку JHE. Пометь «Оплачено полностью». Понял?
Спунер смотрит на Хэшнайфа, и у него начинаются судороги.
«Давай, — советует Хэшнайф. — Чем раньше ты это сделаешь, тем быстрее попадешь к врачу».
«Купчая? — шепчет он. — Кто ты такой, чтобы... Что я получу?»
«Либо ты получаешь помощь, либо — арфу. Решай быстрее».
Спунер пролил горькие слезы над купчей, но его жизнь была ему дорога, и он подписал все как надо.
«Эллс как-то заинтересовался этим?» — спрашивает Хэшкайф.
“Пусть он ответит”, - говорю я. “Он проснулся”.
Нам приходится хорошенько встряхнуть его, прежде чем он вернет себе саблю, и Кухонный нож вытирает кровь с его глаз, прежде чем он сможет видеть. Он ошеломленно читает купчую, а затем, прищурившись, смотрит на нас. Хэшнайф протягивает ему карандаш.
“Прямо под подписью Спунера, Эллс”, - ухмыляется Хэшнайф, и Эллс нацарапывает это, как человек во сне.
Затем он смотрит на беднягу Спунера.
«Премного обязан, — говорит Хэшкайф. — Я так понимаю, лошадь шерифа мертва, но лошадь Спунера выдержит двоих. Я бы посоветовал как можно скорее добраться до границы».
«О чем ты говоришь? — вопит Спунер. — Мне нужен врач!»
«Как же, — восклицает Хэшкайф. — Тебе нужен ювелир».
Он наклоняется и достает цепочку от часов Спунера. В середине цепочки из золотых звеньев находится одна с большим свинцовым пулей-выстрелом, частично завернутым в двадцатку.
«Пуля 44-го калибра пробила тебе башку и вывела из строя нервную систему, — восклицает Хэшкайф. — Голова Эллса была так сильно разбита, что пуля Слиппи просто отскочила. Вы, ребята, не ранены — вы просто в шоке».
Эллс и Спунер переглядываются, а затем с трудом поднимаются на ноги. Мы выбросили их оружие за обочину, и Хэшкайф присматривал за ним, пока я не вывел Серого Волка и их вожака обратно на дорогу. Потом они оба сели на кобылу Спунера и поскакали прочь.
Думаю, я понимаю, что они чувствовали, отказываясь от всего этого.
«Твои грехи тебя настигли, — ухмыляется Хэшкайф. — Надеюсь, мои никогда меня не настигнут».
— А теперь, — говорю я, — ты, египетский Спинк, говори и выдай своему дружку секрет. Откуда ты узнал, что они угнали этих коров?
Hashknife скручивает самокрутку и откидывается на спинку стула.
«Макки. Как только я увидел этого пеликана, я сказал себе: «Ответ — в клейме». Я задумался, почему они заменили старое клеймо Bar 80 на JHE».
Hashknife берет палку и рисует в пыли букву «Х». Затем он рисует ленивую букву U. «Видишь эти две буквы, Сонный? А теперь смотри».
Он превращает L в E и рисует перед ней J. Затем он ухмыляется мне.
«Видите, как они без проблем превратили Cross L в JHE? Теперь вам осталось только превратить Lazy U в E и добавить перекладину J, чтобы получилось JHE. Понятно?
Если бы эти пеликаны подняли шум из-за того, что я испортил их работу, я бы переименовал весь ассортимент в O Cross B, который идеально подходит для JHE. Понятно?» Изображение брендов и используемых паттернов
— Хешкопф, — говорю я, — не учи меня. Это тюремная приманка.
— Угу. Наверное, надо было отправить Спунера и Эллса за решетку, но какой в этом смысл? Я бы и койота не стал сажать за решетку.
В этот момент из-за поворота с грохотом выезжает повозка, в которой сидят Олдер, Кросби и Молли. Они смотрят на мертвого мустанга, а потом на нас. Хэшнаф ухмыляется и протягивает им купчую, и они, конечно же, проявляют интерес..