Таттл В. К. Джим Бэйли 1-2 гл

Сообщается о смерти Джима Бэйли.
******
Jim Bailey was reported dead—which gave him a clear field for a profitable game!
I
Сообщалось, что Джим Бейли погиб, — это открывало перед ним широкие возможности для выгодной игры!

Джим Бейли с отвращением и унынием опустился на скамейку в парке. Уже почти стемнело, вокруг мигали фонари. Джиму было всего двадцать пять лет, он был довольно хорошо одет и довольно привлекателен — обычный молодой человек, пытающийся бросить вызов миру.
Два дня он безуспешно пытался найти работу. У него было два доллара в кармане, он задолжал десять долларов за аренду комнаты, которую нужно было оплатить прямо сейчас, и хозяйка предупредила, что, если он не заплатит сегодня, она...
Джим был бухгалтером. То есть он пытался вести бухгалтерию, если бы только мог найти для этого книги.
Он пытался убедить себя, что все будет в порядке, если бы не Клифф Де Хейвен, этот чертов зубоскал! Клифф был актером — халтурщиком. То есть он был актером, когда у него была работа. А когда работы не было, он делил комнату с Джимом, но не в финансовом смысле этого слова. А еще он ел за счет Джима. Клиффа было трудно оскорбить. По крайней мере, так считал Джим Бейли. Возможно, Джим подбирал не те слова.
У Клиффа всегда намечалась крупная сделка. Вчера вечером он сказал Джиму, что готов к самой крупной сделке в своей жизни и что Джим от этого только выиграет. Клифф водился с опустившимся частным детективом по имени Боб Хоули. Джим ненавидел Хоули. Они часто ужинали вместе с Клиффом, и Джим оплачивал счет. Да, если бы он мог избавиться от Клиффа Де Хейвена, но какой в этом смысл?
Было около восьми часов, когда Джим встал со скамейки и направился в свою комнату. Он просто не мог оплатить счет, так что не было смысла и дальше пытаться обмануть хозяйку.
Когда Джим вошел, хозяйки не было видно. Он заглянул в ряд ячеек для писем на столе, достал письмо, адресованное Клиффу Де Хейвену, и сложенный лист бумаги, на котором знакомым почерком хозяйки было написано:
«Уважаемый мистер Бейли, если вы не заплатите мне сегодня вечером десять долларов, я буду вынуждена попросить вас съехать рано утром».
Джим Бейли скомкал бумагу и выбросил ее в мусорную корзину. Хранить ее не имело смысла. Он поднялся в свою комнату, бросил шляпу на кровать и сел на край. Дверца встроенного шкафа была открыта и стояла прямо перед ним. Он быстро встал и заглянул внутрь. Его лучшего костюма, единственной лучшей рубашки и лучших туфель не было на месте. На столе лежала записка, написанная карандашом:
Извини, старина, но мне пришлось надеть маленькую собачку. Увидимся завтра. А еще я позаимствовал твои часы, потому что мне нужно было что-то, чтобы сделать небольшую вспышку. Спасибо.
Клифф.
Джим с отвращением отбросил письмо в сторону. Это было так похоже на Клиффа. Внезапно ему пришло в голову, что Клифф не вынул из карманов несколько писем, открыток и тому подобных вещей. Наверное, он оделся и поспешил уйти, зная, что Джим скоро вернётся.
Джим ожидал, что хозяйка придёт, но она так и не появилась, поэтому он лёг спать, оставив дверь незапертой. Скорее всего, Клифф появится еще до рассвета, чтобы извиниться и рассказать обо всем.
Но Клифф так и не появился. Джим встал около восьми часов. У него был старый чемодан, но в него почти нечего было положить, пока Клифф не вернулся с костюмом и одеждой. Он вышел позавтракать и столкнулся у подножия лестницы с новой горничной. Он спросил о домовладелице, и женщина сказала, что заболела.
“Она будет здесь сегодня?” спросил он.
“Она не будет”, - ответила женщина. — У нее какая-то инфекция.
Джим вышел на улицу, ухмыляясь. Он полушепотом произнес: «Готов поспорить, она сама себя укусила».
Он позавтракал в дешевом ресторане и купил газету, в основном из-за раздела с объявлениями о продаже. Он взглянул на первую полосу, и его собственное имя бросилось ему в глаза. Столкновение грузовика с трамваем — взрыв бензина — несколько человек погибли, а Джим Бейли мертв — так было написано в газете. Словно в тумане, он вернулся в свой номер. Адрес неизвестен. Он сел на край кровати и попытался осознать, что произошло. Джим Бейли мертв. Хорошая шутка.
Он начал закуривать сигару, но потом вспомнил о письме для Клиффа Де Хейвена. Оно лежало на столе. На конверте не было фирменного бланка, а почтовый штемпель был размыт. Он вскрыл письмо и просмотрел его. Клифф никогда бы его не прочитал. В письме говорилось:
Транспорт будет ждать вас у билетной кассы S. P. Приезжайте в Пиннакл-Сити и немедленно свяжитесь со мной. Офис на главной улице. Боб Хоули говорит, что вы справитесь с этой работой. Помните, что вас зовут Джим Мид. Ни с кем не разговаривайте, пока мы не договоримся о сделке, и не упоминайте о том, что вам рассказал Боб. Не надевайте ничего вычурного — вы должны выглядеть скромно.
Джим Бейли прочитал письмо дважды и застыл с незажженной сигарой в зубах. Должно быть, это и была та сделка, о которой говорил Клифф. Он снова изучил почтовый штемпель и теперь видел, что письмо было отправлено из Пиннакл-Сити, штат Аризона. Что же это была за сделка? Клифф должен был поехать в Пиннакл-Сити, взять фамилию Мид — и что еще?
Пиннакл-Сити — интересное название, как будто это маленький городок. Джим Бейли всегда жил в большом городе. Внезапная мысль заставила его прищуриться, глядя на выцветшие обои в своей комнате. А что, если этот Эд Маклин никогда — конечно, он никогда не видел Клиффа Де Хейвена. Боб Хоули рассказал Маклину о Клиффе. Почему бы не рискнуть? Ни работы, ни дома, ни каких-либо связей. Джим Бейли медленно ухмыльнулся.
«Не носи вычурной одежды, — процитировал он вслух. — Ты должен быть в стесненных обстоятельствах. Брат, ты имел в виду меня!»
Он взял свой почти пустой чемодан и вышел из дома. В вестибюле никого не было. Он подошел к билетной кассе и спросил, как добраться до вокзала. Его перенаправляли от одного окошка к другому, пока наконец не отправили в кабинет, где мужчина спросил:
«У вас есть что-нибудь для удостоверения личности?»
Джим Бейли покачал головой. «Ничего. А, да — вот это письмо».
Это было письмо, отправленное Клиффу Де Хейвену. Мужчина посмотрел на него.
«Вы выглядите честным человеком, молодой человек, — сказал он, улыбаясь. — Вот ваш билет и десять долларов на расходы».
Джим Бейли вышел из офиса и направился к вокзалу.
«Прощай, Джим Бейли, — сказал он себе. — Я чувствую себя другим человеком. Может, мне просто дадут пинка под зад, а может, меня отправят в уютную аризонскую тюрьму. Это в руках богов. Но есть кое-что, в чем я могу преуспеть, — это забыть, что меня когда-то звали Клифф Де Хейвен. Если я выживу и разбогатею, я пошлю десять долларов той квартирной хозяйке».
Город Нортпорт находится в двадцати пяти милях к северу от Пиннакл-Сити. Пассажиры, направляющиеся в Пиннакл-Сити, выходят из поезда в Нортпорте и пересаживаются на дилижанс. Сам Нортпорт — небольшой город с одной улицей и несколькими зданиями с фальшивыми фасадами. Джим Бейли оглядел его и решил, что лучше поскорее уехать отсюда. Однако дилижанс отправлялся только через час, так что он сел в маленькой почтовой конторе и попытался спокойно покурить.
Чем ближе он подходил к Пиннакл-Сити, тем меньше думал об этом личном маскараде, на который собирался попасть.
В Нортпорте было уныло. По крайней мере, так было до тех пор, пока из депо не вышла молодая женщина с чемоданом, который она поставила на сиденье. Она была чуть выше пяти футов ростом, с темными волнистыми волосами, красивой оливковой кожей и чудесными глазами. Джим Бейли решил, что и с губами у нее все в порядке. Джим Бейли восхищался красотой, но был ужасно робок с девушками. Он считал, что девушка — это роскошь, не по карману его кошельку.
В депо вошел пожилой мужчина, седой, с кривыми ногами, в комбинезоне, фланелевой рубашке и ботинках на высоком каблуке. Он мгновение смотрел на девушку, а потом выпалил:
— Мэри Дил, или я тебя прикончу!
— Не прикончишь, дядя Лен, — рассмеялась девушка. — Как поживаешь?
— Лучше всех, Мэри. Черт возьми, я так рад тебя видеть. Я совсем забыл… э-э-э… Мэри.
— Про дядю Клинта? — спросила девушка. Мужчина кивнул.
«Почему никто не прислал мне телеграмму? — спросила она. — Даже письмо дало бы мне время добраться сюда. Я узнала о случившемся только через две недели после его похорон».
Кучер печально кивнул. «Да, я знаю, — сказал он. — Эд Маклин должен был сообщить тебе, Мэри. Он знал, что ты в колледже. Сказал, что просто забыл».
“Ну, я полагаю, с этим ничего не поделаешь”, - сказала она. “Но я действительно хотела быть здесь, понимаешь. После всего, что он для меня сделал—” "Да, я знаю. Это было очень плохо, Мэри. Это твой чемодан? Я поставлю его на сцену.
Водитель посмотрел на Джима Бейли.
“Вы второй мой пассажир?” спросил он.
“Полагаю, что да, сэр”, - ответил Джим.
— Хорошо! Меня зовут Карсон. А вас?
— Меня зовут Джим Мид.
— Отлично. Мэри Дил, познакомься с Джимом Мидом.
Они оба улыбнулись. Лен Карсон сказал: «Мне нравится, когда пассажиры привыкают друг к другу. До Пиннакл-Сити далеко». — Можно я сяду к тебе на сиденье, дядя Лен? — спросила Мэри.
— Я бы с радостью вас подвез, — ответил водитель, — но не могу. Компания ввела запрет на это, Мэри. Четыре-пять недель назад у меня на сиденье сидел пьяный в стельку барабанщик. Свалился в яму и потерял своего барабанщика. Подвесил его за шиворот на коряге из мансаниты в десяти футах от края каньона Койот. Если бы на нем не были такие прочные штаны, я бы его потерял. Он подал в суд на театральную труппу, требуя десять тысяч долларов, но они согласились на сто долларов и новые штаны. Прости, Мэри, но я не могу рисковать. Женская одежда не выдержит, если зацепится за мансаниту.
Мэри рассмеялась и села в старый дилижанс. Джим последовал за ней, и дилижанс направился в Пиннакл-Сити. Лен Карсон был бешеным гонщиком, но он никогда не разбивал дилижанс. Джим впервые ехал по такой дороге, и это несколько напугало его, но Мэри только рассмеялась.
“ Зачем ты едешь в Пиннакл-Сити? - спросила она.
“Я не знаю”, - ответил Джим. “Мои планы довольно расплывчаты”.
«Я не была там больше восьми месяцев, — сказала она. — Я уезжала учиться».
«Твой дом в Пиннакл-Сити?» — спросил он.
«Был, — ответила она. — Не знаю, что теперь будет».
Джим с любопытством посмотрел на нее, и она объяснила:
«У меня нет ни отца, ни матери. Несколько лет назад меня удочерил Клинт Хаверти. Он был очень добр ко мне. Он умер несколько недель назад, но меня не предупредили вовремя, чтобы я успела на его похороны. Я приехала, как только узнала о его смерти».
«Это несправедливо», — сказал Джим.
«Да, несправедливо».
«Он был вашим родственником?»
Мэри покачала головой. «Нет, мы не были родственниками. Дядя Клинт знал мою мать, и после ее смерти я переехала жить в «Ленивую Х». Но теперь он умер, и я не знаю, что будет дальше».
«У него есть родственники?»
“У него есть два кузена в Пиннакл Сити, Эйс и Дик Хаверти. Они владеют компанией Box Four H. Дяде Клинту они никогда не нравились”.
“Этот бокс Четыре Эйч и Ленивый Эйч, и все это для меня по-гречески”, - признался Джим. “Я никогда в жизни не выезжал за пределы города. Я полагаю, это места, где разводят крупный рогатый скот.”“Совершенно верно, мистер Мид. Вы скоро научитесь. Вы когда-нибудь ездили верхом?”
— Нет, никогда. Это сложно?
— Не знаю, — ответила девушка с улыбкой. — Я работаю с лошадьми с тех пор, как себя помню. Ты научишься — на собственном горьком опыте.
«Всему, что я когда-либо знал, я научился на собственном горьком опыте», — признался Джим.
II

Несмотря на пыль и ухабистую дорогу, поездка в Пиннакл-Сити показалась Джиму Бейли недолгой. В Пиннакл-Сити открылось несколько новых шахт. Джим оставил свой чемодан в дилижансовой станции и отправился в контору Эда Маклина.
Адвокат был невысоким, полным и почти лысым. Сидя за столом, он задумчиво смотрел на Джима Бейли. Этот молодой человек не был похож на человека с деньгами.
«Ну, молодой человек, чем я могу вам помочь?» — спросил он.
«Меня зовут Джим Мид», — серьезно ответил Бейли.
Маклин заметно вздрогнул, его бледно-голубые глаза моргнули.
— Джим Мид? — спросил он. — Ты… э-э… да, Джим Мид. Что ж, я…
— Я отвечаю на ваше письмо, — объяснил Джим.
— О! — с облегчением воскликнул адвокат. — На мгновение мне пришла в голову одна мысль… присаживайся! Я хочу на тебя посмотреть. Хм-м-м-м. Ты не выглядишь очень преуспевающим, но это хорошо.
Маклин откинулся на спинку стула с довольным выражением лица. Судя по всему, Джим Бейли получил его одобрение.
— Ты молодец, — полушепотом сказал он. — Ты с кем-нибудь познакомился — с кем-нибудь разговаривал?
— Я познакомился с девушкой на сцене. Мэри Дил.
“ Она приходила сегодня утром? ” быстро спросил Маклин. “ Я ожидал ее, но не знал, когда она придет. Она разговаривала с вами?
“Да, немного. Я сказала ей, что меня зовут Мид”.
“Хм-м-м! И все же это имя ничего бы ей не сказало”.
“Ты ждал ее?”
“Да, я написал ей. Но забудь о девушках. Это крупная сделка, и мы не можем позволить себе ее упустить, друг мой. Как у тебя с деньгами?
— Нормально.
“ Понятно. Что ж, полегче. Вот пятьдесят долларов. Твоя комната не будет стоить больше доллара в день. Не пей, не играй в азартные игры. Позволь мне все уладить. И прежде всего, не пытайся ничего объяснять.
“Не правда ли, довольно нелепый приказ?” - спросил Джим. “В конце концов, что я мог объяснить?”
“Верно. Но если кто-то будет задавать тебе вопросы о том, откуда ты и что здесь делаешь, — уходи от ответа.
— Когда я узнаю, в чем суть этой сделки? — спросил Джим.
— Хоули тебе ничего не рассказывал?
Джим покачал головой, гадая, должен ли был Хоули ему все рассказать.
— Хоули получит свою долю от сделки? — спросил он.
— Я позабочусь о Хоули. Как только мы сможем встретиться, я все тебе объясню. Здесь слишком много людей. Я свяжусь с тобой сегодня вечером, если получится, и мы заключим сделку.
Джим забрал свой чемодан с дилижансовой станции и снял номер в отеле. Он зарегистрировался под именем Джим Мид и указал в качестве адреса Сан-Франциско. В вестибюле было полно неопрятно одетых мужчин, некоторые из них были в бриджах, со шпорами и оружием. Джиму Бейли эта идея не понравилась. Он остановился на верхней ступеньке лестницы и увидел, как несколько мужчин изучают кассовый аппарат.
«Я чувствую себя преступником, — сказал он себе, — а ведь я еще ничего не сделал».
В маленьком ресторанчике подавали вкусную еду, но большую часть времени Джим проводил, разглядывая посетителей. За всю свою жизнь он не видел столько суровых на вид мужчин, но все они казались добродушными и веселыми. Здесь были ковбои, скотоводы, шахтеры, старатели и несколько щеголеватых игроков. Сразу после наступления темноты он встретил на улице Эда Маклина.
— Я искал тебя, Джим, — сказал адвокат. — Сегодня мы не можем поговорить, но я кое-что напечатал, чтобы ты запомнил. Положи это в карман и изучи в своей комнате. До завтра.
Джим вернулся в свою комнату и изучил листок. На нем было написано:
«Ты — Джим Мид, родился двадцать семь лет назад в Денвере, штат Колорадо. Твою мать звали Гейл Хаверти, отца — Генри Мид». Он был мелким торговцем и
умер пятнадцать лет назад. Ваша мать умерла девять лет назад. Вы смутно слышали о родственниках в стране Пиннакл и приехали сюда в надежде найти работу.
Джим внимательно изучил несколько строк. Это по-прежнему не имело смысла. Он повторил это про себя несколько раз, разорвал записку на мелкие кусочки и выбросил их в окно, где их унес ветерок.
“ Хаверти? спросил Джим себя. “Так звали человека, который умер и оставил большое ранчо — некую Мэри...” Он остановился и все обдумал. “Но какое участие в сделке принимает Джим Мид?" Может быть, Джим Бейли взялся не за свое дело. Что ж, прежде чем радоваться, мне нужно узнать об этом побольше.
Мэри Дил сидела на большой веранде «Ленивой гавани» и обсуждала дела со старым поваром Теллуриумом Вудсом, который работал здесь много лет. Теллуриум был таким же широким, как и высоким, а рост его составлял всего пять футов три дюйма. Если не считать пучков волос над ушами, Теллуриум был лысым, как бильярдный шар.
— Вини во всем Эда Маклина за то, что ему не сообщили о смерти Клинта, — вздохнул Теллуриум. — Думаю, он был слишком занят, чтобы думать об этом. Эд Маклин и Банк скотоводов — исполнители завещания, которое еще не огласили. Я слышал, что оглашение назначено на завтра. Ты получишь «Ленивую Х» — это точно. Клинт не дал бы Эйсу и Дику Хаверти и рукава от своего жилета отрезать».
Мэри ничего не ответила. К дому подъехал всадник и остановился у крыльца. Это был высокий худощавый мужчина с вытянутым, довольно забавным лицом. Он снял сомбреро и ухмыльнулся.
— Я ищу шомпол для этого ружья, — тихо сказал он.
— Если я не ошибаюсь, приятель, — ответил Теллуриум, — ты найдешь Текса Паркера где-то рядом с загонами.
— Большое спасибо, мистер — и мэм, — серьезно сказал он и поскакал через двор.
— Вот и Аризона, — сказала Мэри.
— Что? Я не понял.
Мэри рассмеялась. «Когда я учился в школе, я много думал об Аризоне, Теллуриуме, и Аризона всегда представлялась мне высоким ковбоем на длинноногой лошади, щурящимся от солнца».
«Да, я понимаю, о чем ты. Этот парень выглядит настоящим мужиком, и оружие у него всегда под рукой. Мне нравится его улыбка».
Высокий ковбой нашел Текса Паркера в конюшне. Текс был костлявым ковбоем с жестким лицом и без особого чувства юмора. Он вопросительно смерил незнакомца взглядом.
“Ты Текс Паркер? Хорошо! Меня знают как Скитера. Последнее обозначение - Смит. Рад познакомиться с тобой”.
Скитер Смит спешился и прислонился к забору. — Чем могу быть вам полезен, Смит? — спросил бригадир.
— Мне нужна работа, — ответил Скитер. — Я был в Пиннакл-Сити, поспрашивал там, и кто-то сказал мне, что банк управляет шахтой «Ленивая Х». Я пошёл к управляющему банком, и он сказал, что на следующей неделе вы начнёте сбор урожая.
“Понятно”, - сказал Паркер. Ему не нравилась идея, что банк вот так все возьмет на себя. В конце концов, еще ничего не решено.
“Я просто пилигрим”, - сказал Скитер. “Вроде как все время слоняюсь по округе, разглядываю вещи и места. У вас тут очень мило. Меня считали лучшим специалистом по коровам ”.
Текс Паркер улыбнулся. — Для простого паломника ты слишком низко кладешь свой пистолет, — заметил он.
— Руки у тебя длинные, — серьезно сказал Скитер. — И довольно ленивые. Терпеть не могу слишком часто сгибать локоть. Как насчет того, чтобы поработать у меня какое-то время?
Бригадир кивнул. «Ладно, Смит. Я покажу тебе койку, и ты можешь оставить там свой вещмешок. Приступай к работе с утра».
«Очень любезно с твоей стороны, Паркер. Спасибо».
Скитер Смит оставил свой вещмешок в бараке, сел на лошадь и направился обратно в Пиннакл-Сити. Текс Паркер задумчиво побрел обратно в конюшню.
«Хотел бы я знать, кто этот парень, — подумал он про себя. — Пилигрим! О, да мне просто нужен хороший ковбой, а он говорит как хороший ковбой».
На крыльце Теллуриум и Мэри обсуждали Лена Карсона, кучера дилижанса.
— Старина Лен — тот еще тип, — рассмеялся повар. — Думаю, он преувеличил насчет барабанщика. Не верю, что он когда-нибудь падал в каньон Койот. Я слышал, что барабанщик нелестно отозвался о какой-то женщине в Пиннакл-Сити, и Лен столкнул его с сиденья. А вы слышали, что Лена задержали? Нет?
— Да, это случилось около месяца назад. Двое парней загородили сцену. Сбежал с частью золота с рудника Санта-Исабель и, как я слышал, с заказными письмами. На них были маски. Лен не смог сказать, как они выглядели.
— Лен мне об этом не рассказывал, — сказала Мэри. — На самом деле у нас было не так много возможностей поговорить.
— Вы упомянули пассажира по фамилии Мид, — сказал Теллуриум. — Знаете, я думал об этом имени и вроде бы припоминаю, что Клинт говорил о каком-то Миде. Мне кажется, это был его родственник, но я не уверен.
— Полагаю, с таким именем много кто есть, — сказала Мэри.
— Да, наверное, так и есть. Что ж, мне пора готовить.
Теллурий, прихрамывая, вошел в дом и направился на кухню. Он фальшиво, но с энтузиазмом насвистывал.