Дочки-матери. Глава 39. Женихи и невесты

***
      С Андреем я долгое время не виделась. Не пересекались, а приходить в школу я не могла просто так, без всякого приглашения. Да и вообще, я понимала, что если бы у него был интерес ко мне, а тем более чувства, он непременно нашел бы меня.

     Работа шла своим чередом. Альфия после Нового года совсем писать перестала. Я отослала ей 2 или 3 письма подряд, но ответа так и не получила.  Зато сестры Клепинские от меня не отставали.

 -Тань, пойдешь на аэробику, заходи за нами.

     Так я узнала их адрес, увидела их двухкомнатную квартиру, тесную, но с хорошим ремонтом и дорогой обстановкой. Люди ни в чем себе не отказывали, правда, машины у них не было. Балкон был забит клетками с канарейками, которых держали на продажу.

     Была у этих сестер такая черта характера - все свои проблемы, неудачи, горести любили вываливать на тебя, будто ушат помоев выливали, видимо, им сразу становилось от этого легче. Бывало слушаешь их и молчишь, сначала не можешь вставить свое слово, потом понимаешь, что их проблемы просто гигантского масштаба, а твои - так, ерунда.

      Однажды я зашла к ним со своей Леной, так они устроили настоящий цирк.

-Ой, девчонки, у вас такие крепкие, белые зубы!
-Наташ, Марин, обычные зубы.
-Ну, не скажи. Зубы отличные, не то, что у нас - все сплошь гнилые.
-Марин, Марин, смотри, у Таньки, да и у Ленки шеи какие длинные!
-Девчонки, не смешите!
-Мы не смешим. Маринка, тащи линейку!

     Маринка приносит линейку. Все шеи измеряются.

-Ну, вот, на 2 см наши шеи короче, хотя наш рост на 10 сантиметров больше.
-Как же вы теперь это переживете?
     Задумались, а потом посмеялись.
     В общем, патологическая зависть ко всему, чего нет у них.

     Марина и Наташа - это не просто двойняшки, это цирк, театр и танцплощадка в одном лице, вернее, лицах. Они пели и танцевали во всех возможных местах, если что-то рассказывали, то громко, будто играли роль, жестикулируя, частенько хватая в руки первый попавшийся предмет, превращая его в атрибут. Когда-то эти сестрички ходили в знаменитый на всю республику танцевальный ансамбль, и, видимо, тоска по танцам осталась. Правда, и движения остались в малом разнообразии, наверное, остальные им выучить просто не дали. Я, да и другие, спрашивали, почему они ушли из ансамбля, сестры только махали рукой и ничего не отвечали. Выгнали значит или что-то случилось.

     Меня, а потом еще и Лену они заманивали в свой круг всеми возможными методами. То какие-то праздники, вылазки, то неожиданно оказавшиеся лишние билетики. За то время, что мы с ними общались, мы побывали на всех концертах и спектаклях артистов, которые приезжали к нам из России.

     Мы ходили на аэробику уже два-три месяца, когда Клепинские мне рассказали одну вещь.

-Танюх, а знаешь, твой одноклассник Андрюха приходил к нам в гости.

     Я удивленно подняла брови и округлила глаза:
-Андрей? К вам? Зачем?
-Хотел с кем-нибудь из нас встречаться.
-Да и родители были непротив.
-Как интересно!

     Я внимательно смотрела то на одну, то на вторую и пыталась понять, чем они ему понравились: крупные девахи, крупные черты лица, светло-русые, но зато редкие волосы, а уж воспитание... Ах, да, положение в обществе: мама-начальница, папа-адвокат.
-Так, кто из вас начал встречаться?
-Никто.
-Почему? Умный парень, отличник и спортсмен.
-Нам с ним скучно.

     Неприятно мне было обо всем этом узнать. Хотя радовало, что закончилось ничем.

***
     Тем временем на работе мама все больше сближается с Тамарой Андреевной, кладовщицей, какую-то даже дружбу завела. Мама всю жизнь такая была - находила себе псевдодрузей, а по сути манипуляторов.

     Вот так вот приглашает мама однажды к нам эту Тамару домой, они чаевничают. Тамара эта, сама небольшого росточка, одежда сидит на ней, как влитая, темные волосы собраны в пучок, напоминает она то ли галку, то ли сороку, беззастенчиво рассматривает меня, даже задает мне вопросы. Я-то не знала, что меня, как лошадь на продажу готовили, наивно и отвечала. Уходя, мамина подруга заявляет:
-Таня, у моей знакомой такой сын хороший, твой ровесник. Петя.

     Мы стоим в прихожей, провожаем.

-А причем здесь я?
-Вам бы познакомиться. Начать встречаться бы.
-Мне никто не нужен. -Мама даже громко хмыкнула.
-Ну как не нужен? Все люди создают семьи, у них рождаются дети. Тем более Петя - военный, перспективный.

     В моей душе все кипело, но я сдерживалась. У меня был лишь один кумир, один принц - Андрюша.

-Ну, пусть создают. Ну и что, что военный?
-Таня, что ты сразу на дыбы? Ты сначала посмотри на него, пообщайся. Не нравится, разбежитесь. Никто же не заставляет вас жениться.

     Я вздохнула, сразу легче стало.
-Ну, что, встретитесь? Можно Пете прийти к вам?

     Это было предательством, но я все же согласилась. Пусть Петя придет один раз, посмотрю на него. Тем более Андрюша не сидит монахом, активно ищет невест.

     Пришел Петя - такой крепкий парень, жгучий брюнет. Но в моей голове сидит блондин Андрюша и укоризненно посматривает, что я делать буду. Петя прошел в комнату, вручил мне красивенький блокнот, ручку - ну, настоящий подарок учителю! Мы не знали, о чем говорить. Оказались оба закомплексованными скромнягами. В другой раз Петя принес три подарка. Все недорогое, но посчитал, что некрасиво идти с пустыми руками. Я же мучалась: зачем обманываю парня напрасными надеждами? Я знала, что не смогу с ним быть. Второй вечер просидели почти так же. К третьей встрече я подготовила речь. Как только Петя прошел в комнату, я закрыла дверь и начала:
-Петя, прости, нам не надо встречаться. Я не хочу тратить твое и свое время, у меня все равно нет любви к тебе.
-То есть мне уйти?

     Я кивнула.
-Прости, но так будет лучше. -Говорю это и протягиваю ему его же подарки.
-Что это? Я не возьму.
 
     Так мы и расстались с Петей, даже не начав гулять, ни разу не поцеловавшись.

***
     Эта сводница-Тамара оказывается и маме жениха подыскала. Я пришла к матери на работу. Было окончание рабочего дня. Пришла я, как обычно, чтобы в чем-то помочь.

-Таня, мы пройдем через склады. Надо зайти к Тамаре.

     Тамара Андреевна закрывала двери и ворота. На улице, рядом с помещениями стоял аккуратненький мужчина, брюнет, с острым взглядом темных глазок, как я заметила, птичьим носом, ну, точно галка, я даже подумала, что это ее брат.

-Это Михаил Алексеевич, знакомьтесь.
-Здрасти. -Он кивнул.
-Это моя старшая дочка Таня.

     Посмотрела на маму: она вся зарделась, будто подобралась. Оу, ну понятно, почему губки подкрасила, прическу навела. Хотя она, сколько помню, делала себе кудри, волны и даже завивку. Она обратилась ко мне:
-Таня, иди домой одна. Я задержусь, буду поздно. Поэтому меня не ждите, ужинайте.

     Я послушно кивнула, взяла сумку и пошла тропинками между складов, потом - по городу домой. Но напоследок я оглянулась, чтобы посмотреть на того человека. Какая-то смутная тревога прокралась в сердце. Но я прогнала ее. "Лишь бы мама была счастлива." Я потом надолго забыла об этой тревоге.