Время нынче сложное, а этикет смешон

— Ты что, себе надгробный памятник выбираешь? Нашел он с кем сфотографироваться (см. картинку над текстом), блин.
— Время нынче сложное, а этикет смешон, кукла Лена. Но не такой ступни. Впрочем, если ты готова биться в рыданиях над этим памятником, вспоминая о том, что под ним лежу я, причем бездыханный …
— А биться в рыданиях я должна как твоя содержанка, или как твоя секретарша? Ты уж расставь акценты пожалуйста.
— А какая разница в качестве кого? Тут же главное биться.
— Ну как же. В качестве твоей безутешной содержанки я должна быть вся в кружевном и черном. От шляпки до кружевных чулок. А вот в качестве твоей секретарше мне было бы уместно быть в строгом деловом костюме — белый верх, черный низ. Да и колготки телесного цвета вместо чулок на подвязках. Ну и каблуки не должны быть столь высокие я считаю. И потом …
Да не лапай ты меня, Господи! Доказать он хочет, что еще не усоп, блин. Лучше бы рассказал, что там с Сирией. С Хезболлой она воюет, что ли?
— Ливан Сирия присоединит к себе, кукла Лена. Как это и было до 1943 года.
— Теперь это называется «вернуть в родную гавань». А зачем?
— Треть населения Левана сегодня — это сирийцы, бежавшие туда от гражданской войны в Сирии. Гражданства Ливана, а, значит, никаких прав в Ливане они не имеют. Присоединив Ливан к себе, Сирия нормализует их статус — то есть все люди, проживающие на территории Ливана, становятся гражданами Сирии. Теперь, среди этих сирийцев есть христиане, но большая их часть — это арабы-сунниты.
— Но у христиан на Ближнем Востоке нет бодучего. Все христиане, как граждане Ливане, так и беженцы из Сирии, или покидают Ближний Восток, или будут физически уничтожены.
— Ты права, кукла Лена. В обозримой перспективе шанс остаться на Ближнем Востоке и, при этом, выжить, есть только у христиан-граждан Израиля. Всё христианское население в Ливане это понимает и сидит на чемоданах. Как те, которые являются гражданами Ливана, так и беженцы из Сирии в одинаковой степени.
— А как аншлюс Ливана Сирией воспримет Израиль?
— Южный Литва, пока населенный арабами-шиитами, по факту является территорией Ирана, а не Ливана. А эта прелесть не нужна ни Израилю, ни Сирии. Поэтому тех арабов-шиитов, которых Израиль из южного Ливана еще не выселил, он попросит выйти вон. Причем грубо и невежливо.
— Сейчас этот процесс идет очень живо, насколько я знаю.
—  Не так живо, ка хотелось бы, кукла Лена, но достаточно поступательно. А, опустевшую территорию южного Ливана де-факто, а потом и де-юре, Израиль присоединит к себе. В результате чего получится естественная сирийка-израильская гарнца по реке Авали, которая впадает в Средиземное море южнее города Сидон (Сайда).
— А Ливан, с его уродливой и нежизнеспособной системой государственно управления уйдет в историю. Как когда-то туда ушло государства крестоносцев. Я поняла.