Варя дополненная история с последующим продолжение

ПРОЛОГ: Магия Наблюдателя
В этом мире магия — это не просто волшебство или энергия. Она появляется, когда человек осознанно смотрит на что-то и думает о нём. Например, если ты представляешь себе, что что-то случится, то это может произойти.
Это похоже на то, как в физике, когда учёные наблюдают за частицами света или материи. Они видят не то, что есть на самом деле, а то, что они сами хотят увидеть. Так и маг, когда смотрит на магическую энергию, он как бы создаёт её своими мыслями и желаниями.
Магическая энергия — это как невидимое поле, где всё может быть неопределённым, пока ты не посмотришь на это. Маг направляет своё внимание и мысли, чтобы получить то, что он хочет.
В этом мире человек, который наблюдает, становится частью того, что он видит. Маг не просто смотрит на мир, он создаёт его своими мыслями, ожиданиями и верой. Это как если бы ты рисовал картину: что ты нарисуешь, то и будет на картине.
Что мы видим и как мы это понимаем, очень важно для магии. Один и тот же камень может быть просто камнем для кого-то, источником силы для мага или хранилищем древних тайн для того, кто в это верит.
Физика и магия здесь — это как две стороны одной медали. Человек, который наблюдает, не просто смотрит, он создаёт и меняет реальность своими мыслями и действиями.
Истина в том, что магия — это сила нашего наблюдения. Когда мы понимаем, что связаны с миром, мы становимся его частью. Когда наблюдатель и то, что он видит, сливаются, мы видим настоящую природу мира.
ВАРЯ
Помню, как меня отправили в торговый ряд за продуктами для таверны при работном доме, и вот иду я, все мое внимание сосредоточено на том, чтобы не потерять выданные мне доньей Ферли монетки, вокруг ведь полно всяческого сброда, от беспризорников до профессиональных воров, а донья Ферли мне оторвет голову, если я потеряю деньги и не куплю все по списку. Я была уже почти у самого входа в торговые ряды, как позади себя услышала тревожное ржание лошадей, обернулась, а на меня на полном скаку мчится карета, запряженная тройкой показавшихся огромными лошадей.
«Всё, — подумала я, — мне конец!»
Зажмурившись, я услышала крики людей, что находились в торговом ряду. Но ожидаемого удара и боли я не почувствовала, зато я ощутила, что под ногами нет опоры! Взглянув вниз, я поняла, что нахожусь гораздо выше мчащихся лошадей, с которыми не мог справиться кучер, а из кареты доносилась отборная брань.
Сквозь разбежавшихся в панике торговцев продирался пожилой мужчина в серой мышиной мантии с посохом в руке, и вдруг он ударил посохом, и лошади замерли, будто окаменели, жизнь в них выдавала лишь стекающая с губ пена и глубокое прерывистое дыхание. Я же продолжала висеть…
Мужчина подошел ко мне, сдвинув седые брови, с усмешкой спросил:
— Долго собираешься висеть?
— Я не могу спуститься, — промямлила я.
— Хм, может, оставить тебя там как вымпел или же как пугало, будешь отпугивать назойливых птиц от товаров.
— Нет, господин, меня ждет донья Ферли, и если я не принесу ей продукты к обеду, она меня и тут достанет, помогите мне спуститься.
— Ну, спуститься ты можешь и сама, ты просто боишься упасть.
И тут я с криком рухнула с высоты. Однако у самой земли меня подхватил ветер, и я плавно опустилась… прямо в лужу! Старик, уходя, даже не обернувшись, сказал:
— Жду тебя вечером у черной башни. И передай хозяевам работного дома, что с сегодняшнего дня ты работаешь у Орлина, и советую вымыться, девочка, а то ты вся в навозе.
И ушел.
Так я оказалась в магической башне волшебника Орлина.
Что со мной сделала донья Ферли за мой вид и то, что я все-таки растеряла деньги, я, пожалуй, опущу.
                ****

Что вы представляете при словосочетании «Чёрная башня», наверное, нечто тёмное, зловещее, затерянное где-то в лесной чаще и окутанное туманом?
Но вот что увидела я, когда пришла в то место, что указали мне люди. Башня была, да, она возвышалась над городом, чёрной стрелой, пронзавшей синее сумеречное небо, но вокруг неё не было ни леса, ни тумана, а был цветущий, источающий умопомрачительные ароматы сад. Лишь в том саду я впервые познала аромат цветущего миндаля, яркие цветы роз и множество других невиданных растений. В том мире, откуда я пришла, в воздухе витали совершенно другие ароматы. Кислотная вонь чужой рвоты подвыпивших посетителей таверны или острые запахи застарелой мочи, в которой перед стиркой замачивали бельё. Вот что сопровождало меня всю мою жизнь.
Я глубоко вдохнула сладостный воздух и, взяв в руки дверной молоточек, решительно постучала. Но мне никто не открыл, я постучала снова, и только когда я собиралась занести молоточек для третьего удара, дверь отворилась, и меня встретил взъерошенный, помятый мужчина, который долго всматривался в меня, явно стараясь что-то понять, и вдруг на его лице мелькнуло узнавание.
— А, пугало воронье, пришла всё-таки и, как я погляжу, не одна.
И только тут я, обернувшись, увидела, что за мной увязался пёс, с которым я познакомилась некоторое время назад, но об этом я расскажу позднее.
Я топнула ногой, пытаясь отпугнуть его, но тот лишь плотнее прижался к моей ноге. Я виновато улыбнулась мужчине, на что тот, лишь хмыкнув, отошёл от дверного проёма со словами:
— Что ж, проходите, мадам Пугало и её сторож.
— Меня зовут Варя, — робко сказала я, входя в калитку, пёс вбежал следом, словно боясь оставить меня наедине с хозяином башни.
— Ну а я магистр Орлин, маг Чёрной башни, проходите внутрь башни, я тебе всё покажу. Как собаку-то зовут?
— Не знаю, — пожала я плечами, — у уличных собак имён нет, как у уличных детей нет родных.
— Во-первых, не имён, а кличек. Во-вторых, не нужно давить на жалость, моя девочка, брось эти беспризорнические штучки, они не работают по эту сторону калитки.
Я покраснела, пёс зарычал, прижав уши и оскалив пасть.
— Магистр Орлин, я и не пыталась на вас давить, мы можем уйти.
— Ух ты гордая… Это замечательно! Значит, сработаемся. Мне нужна помощница по дому, и вообще я стареющий, дряхлеющий человек, и без помощницы мне становится сложно обходиться. Ты и твоя псина останетесь здесь на моём полном попечении. Ну как, согласна?
Я посмотрела на собаку, та вильнула хвостом, словно что-то пытаясь сказать обнадеживающего и тёплого.
— Согласна, — нарочито бодро ответила я и, подняв собаку на руки, вошла в холл башни.
Магистр усмехнулся в седую бороду, вошёл следом и закрыл дверь.
Вот так мы и остались у магистра Чёрной башни, Орлина.


*****
С тех пор мы начали жить у магистра, кстати, нужно поведать о том, что находилось внутри самой черной башни.
Войдя в холл, я увидела запыленные рыцарские доспехи, стоящие вдоль лестницы, ведущей наверх. Ковры, устилавшие саму лестницу, тоже были в ужасающем состоянии, пес, идущий со мной след в след, беспрестанно чихал. Сам Орлин что-то тихо ворчал себе под нос, что-то про чувствительных дворняг. Я же подумала о том, где раздобыть воды и щетки — ЭТО ЖЕ ВСЁ НАДО ОТМЫТЬ! А тут явно не убирались веков десять.
- Магистр, а где у вас тут вода, ведро и тряпки?
- Хм, – почесал бороду Орлин, – не знаю, мне они как-то не были нужны.
Оно и видно, подумала я.
- А как же мне тогда убираться?
- Вот неугомонная девчонка! – вновь проворчал он и, вынув из складок мантии какой-то прутик, взмахнул им, и в меня прилетело ведро с водой, на голову собаки упали разные щетки и ветошь, на что пес этого не стерпел и, схватив одну из щеток, принялся ее яростно трясти.
Магистр строго посмотрел на это и взмахнул прутиком, и собака с щеткой в зубах взмыла под потолок, а потом ее ветром вышвырнуло в сад.
- Пошли. – сказали мне, и я, подхватив ведро, двинулась вслед за мужчиной наверх.
А там…
Все пришло в такое запустенье, что непонятно, как тут вообще жили.
Где-то валялся дырявый котел, где-то порванная книга, где-то цветок в разбитом горшке и даже старый меч, вонзённый в стену, и на нем висел мешок с какими-то свитками, пол устилали ковры с прогалинами.
Однако Орлин никак не реагировал на весь этот хлам, а продолжал подниматься выше. В следующем холле картина была не менее удручающая, там повсюду стояли прислонённые портреты различных людей в разбитых рамах. У меня возник вопрос, как тут вообще живут? Однако мы продолжали движение, затем магистр свернул направо, остановился перед закрытой дверью, открыв ее, он сказал:
- Вот твоя комната, располагайся.
И о чудо, там было хоть и почти пусто, но чисто!
- Кухня налево, но вот хозяйничать там я не советую, этот чистюля туда не пускает даже меня!
- Чистюля? – спросила я.
- Да, домовой, меня он туда не пускает под страхом того, что не будет меня кормить. – И, продолжая ворчать, хозяин замка поднялся выше и хлопнул дверью.
Я решила полюбопытствовать и заглянула в кухню…
Все помещение просто сияло чистотой, а у печки грелся, попивая что-то горячее, сидел маленький человечек в розовых штанишках и желтой рубашке, длинные волосы были сплетены в косы вместе с бородой, однако кружка, из которой он что-то пил, была в полтора раза выше его, и как он умудрялся ее держать, я не знаю.
- Добрый вечер, – поздоровалась я.
Человечек обернулся, поставил свою кружку на пол и сказал неожиданным басом:
- Приветствую вас, юная дама. Как вы попали в этот чертог?
Мне захотелось сделать книксен, но, поскольку я не имела ни малейшего представления, как его делать, я лишь вздохнула и ответила:
- Я теперь тут буду работать, меня нанял магистр Орлин.
- Старый филин?! И зачем ему понадобилась помощница?
- Не знаю, господин.
- Я не господин, я домовой, зовут меня Бриндербинг, но он зовет Брин. И что же ты здесь будешь делать?
Я пожала плечами.
- Пока магистр велел мне начать с уборки.
- Уборки?! – подпрыгнул домовой на месте и, подбежав ко мне, обнял мою ногу. – Ура!!! – И начал целовать мою щиколотку, я засмеялась от щекотки. А Бриндербинг начал приплясывать, водя вокруг меня подобие одиночного хоровода. Потом он напоил меня вкусным бульоном, также вынул огромную кость, когда я рассказала ему про собаку, что наш хозяин выставил за дверь, и исчез, вернувшись через пару секунд без кости, но зато с растрепанной щеткой. И мы приступили к уборке этого замка, на то, чтобы привести его в порядок, мы потратили целый месяц, зато теперь башня магистра Орлина сияла чистотой, кстати, сам хозяин здания так и не спускался, но мы втроем особо и не скучали.
***
. Так я начала работу у мага. Мы с Брином вместе делали уборку. Я научилась готовить всякие вкусности — например, домовой научил меня печь тонкие блины. Маг так и не соизволил спускаться: вот уже месяц, как маленький обладатель розовых штанишек поднимался в башню три раза в день, подавая нашему хозяину еду.
Ночь. Тёмная, беззвёздная ночь. За окнами усиливался ветер, завывая в каминных трубах, словно предостерегая от необдуманных действий. Я всё ещё пыталась уснуть, когда услышала в саду завывания нашего пса.
И тут меня коснулась маленькая прохладная ладошка. Я едва не вскрикнула, отпрянув всем телом, — ударилась головой о стену. Боль молнией пробила затылок, а за окном сверкнула яркая белая вспышка.
— Тише ты, Варя, — пролепетал над головой Бриндербинг. — Это я. Что ты так шарахаешься? Пойдём, я кое-что покажу!
— Брин! Что же ты творишь? Ночь ведь!
На что этот неуёмный домовой пожал плечами и проворчал:
— Ну как хочешь. Однако, пока ты спишь, Орлин уже вторую ночь покидает свою келью. Не хочешь посмотреть, как живёт маг?
Я вскочила с постели и, прыгая на одной ноге, в темноте пыталась найти свой тапок. Возбуждённо прокричала:
— Конечно, хочу, Брин! Я сейчас!
Но вредный домовой стал удаляться из моей комнаты. Я, наконец отыскав на ощупь тапок, побежала за ним.
Догнала я его, только когда мы начали подниматься в башню мага. Поскольку я тут никогда не была, то впервые перед моим взором предстала высокая деревянная дверь с детально вырезанным посередине великим древом, похожим на дуб.
Казалось, открыть такую махину не под силу маленькому домовому. Однако Бриндербинг вынул из за пазухи ключик, похожий на птичку, приложил его к ветке дуба — и тут же стало прорисовываться гнездо. Внутри огромной двери приоткрылся небольшой, похожий на нору лаз. Домовой приглашающим жестом предложил войти и сам шагнул внутрь.
Зайдя внутрь, я прежде всего удивилась чистоте и упорядоченности. Казалось, даже редкие частички пыли лежат в определённых местах. Книг было так много, что полки тянулись к самому потолку. А он тут был не просто высокий — казалось, уходил куда-то в бесконечные дали небес.
Я обернулась к стоящему чуть позади провожатому и спросила:
— Бриндербинг, а почему тут так чисто, если внизу был такой бардак?
— Просто внизу он не живёт. Да и тут всё убирается магически, а там приходится мне. И мне иногда тоже хочется проявить лень или наказать хозяина за его безалаберность. Поэтому внизу я не убирался… хи-хи… лет десять.
— То есть ты хочешь сказать… — я начала снимать тапок, — что я убирала за вами ваш десятилетний хлам?!
— Ну да, — пожал плечами домовой и, подтянув свои розовые штанишки, побежал.
Я бросилась за ним с тапкой в руке. Бегала по всей комнате, но, несмотря на свои короткие ножки, этот обленившийся дух домопорядка умудрялся от меня убегать. Наконец, запыхавшись, я просто запустила в Брина тапок. Однако тот просто испарился — и обувь попала на стол, смахнув с него что-то.
Это что-то стало медленно скатываться к краю стола и наконец упало на пол. Я собиралась просто забрать свою обувь — честно! Но, увидев предмет, лежащий на полу, не думая подобрала его. Это была чёрная блестящая палочка, примерно с мой мизинец толщиной.
— Хи-хи, как же Орлин ушёл и оставил её! — произнёс позади меня Брин, второй раз за эту ночь застав меня подпрыгнуть от испуга.
— А что это? — шёпотом спросила я.
— Инструмент волшебника.
— ВОЛШЕБНАЯ ПАЛОЧКА?!
— Ну да. Но зачем же так орать? — сказал домовой, прочищая себе ухо.
— То есть я могу загадать что угодно — и оно исполнится?
— Не думаю, что что угодно. Например, невозможно воскресить умерших никаким волшебством.
— Мне и некого воскрешать. Не думаю, что есть хоть кто-то, кому бы я была дорога. Ведь в работные дома попадают не только сироты, но и просто ненужные дети. Я никого не помню и не знаю, были ли у меня любящие родители. Если ты этого боишься, то воскрешать мне некого.
— Варя, любое волшебство — это вера и ответственность, — сказал домовой, протягивая руку за палочкой. — Давай-ка положим её на место, пока не вернулся маг.
Однако я отдёрнула руку и сказала:
— Нет, Бриндербинг. У меня всё же есть одно желание. А потом, честное слово, я отдам её тебе.
Домовой почесал свои косички на бороде и спросил:
— Ты уверена, что готова нести ответственность за свой выбор?
— Да, — твёрдо сказала я и спрятала палочку за пазуху.
Вздохнув, домовой взял меня за руку, и мы вышли из обиталища мага. Он проводил меня до комнаты и ушёл, что-то бурча себе под нос.
          
С тех пор как я едва не погибла под колесами экипажа, прошло чуть больше месяца, но как же сильно изменилась моя жизнь. Я теперь живу в замке, в мои окна ежедневно проникает аромат цветущих растений. Тут я познакомилась с удивительным существом по имени Бриндербинг. Этот домовой вчера ночью показал мне библиотеку великого магистра Орлина, и в моих руках случайно оказалась волшебная палочка.
И вот уже утро, а я всё лежу, кручу палочку в руках и думаю, чего бы мне хотелось больше всего?
Вдруг за окном залаял пес.
- Вот бы я могла тебя понимать, а ты говорить как все люди, – подумала я и, поняв, чего хочу, вскочила с постели и кинулась во двор. Как ни странно, Брин куда-то исчез, хотя обычно он всегда путался под ногами, стоило мне выйти из комнаты. Я вошла в кухню, но и там домового тоже не было. Я, пожав плечами, прихватила с собой остатки ужина и спустилась в сад.
После ночной грозы сорванная ветром листва чавкала под ногами, будто в болотной трясине. Тихо посвистывая, я позвала пса, который прибыл в замок вместе со мной, но жил в саду, собираясь его покормить. Песик вышел, помахивая хвостиком.
— Привет, как вкусно пахнет! — раздался сипловатый голос из собачьей пасти.
Хотя я и желала чего-то подобного, однако все же подпрыгнула от неожиданности, уставившись с недоумением на собаку, которая шевелила пастью, произнося свои первые слова.
— Привет! Да, это остатки рагу, которое мы с Брином готовили для мага, но его сейчас нет, и я решила поделиться с тобой.
- Я знаю, что его нет, он покинул замок два дня назад столь стремительно, что казалось, будто преследует каких-то драных кошек. А за еду спасибо, – произнес пес, поглощая рагу.
Пока он ел, я думала, что даже не дала ему имени. Когда он вылизал миску, я спросила:
— А как тебя называть?
Пес сглотнул остатки своего завтрака, махнув хвостом, ответил:
— Не знаю.
Тут отворились ворота, и во двор стремительно вошёл волшебник, таща за ухо упирающегося домовёнка.
— Ну что, любопытная Варвара, попользовалась магией, не зная ей цены? — спросил он.
Быстро метнув взгляд в Бриндербинга и тут же потупив взгляд, я ответила:
— Простите, магистр, но я просто хотела понимать своего друга.
— Ага, а теперь ты даже не знаешь, как его зовут, — заметил волшебник.
— Я пес, и этого вполне достаточно, — вмешалась дворняга.
— Помолчал бы лучше, пес, — ответил Орлин и, обратившись ко мне, предложил: — Может, назовём его доном Риком?
— А кто такой Рик? — спросила я.
— Не Рик, а дон Рик — это тот уважаемый человек, под колесами чьего экипажа ты чуть не погибла, — ответил волшебник.
— ГАВ! Донрик так Донрик, — слил воедино два слова пёс.
— Жду вас троих на кухне, — прорычал Орлин и, отпустив Брина, шагнул в замок.
Брин, потирая ухо, крикнул:
— Эй, кухня — моя территория, мы так не договаривались!
Тут я обернулась на домового и, сверкнув глазами, спросила:
— А как вы договаривались?
Этот проныра в розовых штанишках думал исчезнуть, щелкнув пальцами, но не успел, Донрик ухватил его зубами за те самые штанишки.
— Говоги, — попытался произнести пес закрытой пастью.
— Держи его, Донрик, я сама спрошу, а то упустим. И так, Брин?
— Да, магистр велел мне проверить тебя на то, как ты отреагируешь на магические артефакты, однако тебя даже не пришлось долго соблазнять, ты сразу, как только увидела палочку, возомнила себя великой волшебницей и наделила вот это чудовище, которое сейчас порвет мои штанишки своими зубищами! — плаксиво проговорил предатель.
— А ты не дергайся, и не порвет, — проворчала я. — И никого я о себе не мнила…
— Не мнила, — передразнил Брин. — Деревенщина!
За что получил ощутимый укус в зад от собаки и запрыгал на месте, отчаянно бранясь.
Вдруг из замка на весь сад пророкотал голос магистра:
— ВСЕ ТРОЕ МАРШ В ДОМ!
И мы поплелись внутрь замка.
Войдя в кухню, я увидела, что Орлин стоя уплетает остатки рагу прямо из котла.
— Севи все, — промямлил маг с набитым ртом. — Тьфу, пожрать нормально не дадут!
Бросив ложку в котел, мужчина сел на табурет и начал объяснять:
— Варя, ты помнишь, как я тебя встретил?
— Да, я чуть не погибла, а вы меня спасли.
— Нет, ты путаешь, я увидел, как несется карета, а маленькая двенадцатилетняя девочка, спасая свою жизнь, воспарила в небо. Тогда я понял, что, кажется, нашел себе ученицу. Как ты помнишь, я велел тебе прийти в свой замок к вечеру, за то время, что ты шла сюда, мы с Бриндербингом договорились, что он будет приглядываться к тебе. И нечего так сверкать глазами на бедного домового, Варя. Да, он приглядывал за тобой, но он же и привязался к тебе. Я же специально сидел в своей башне, давая вам повод обьединиться. Брин докладывал мне о том, что ты очень старательная и добрая девочка и что он одобряет тебя как мою ученицу, на что я ему отвечал, что не нуждаюсь в его одобрении. На что этот негодник нахально предложил испытать тебя. И я согласился.
Оставив один из своих магических инструментов, я сделал вид, будто ухожу, остальное уже сделал Бриндербинг.
И ты, моя девочка, испытание прошла. Ведь что пожелает обычный человек, попади ему в руки волшебная палочка?
— Много еды, — проговорил Донрик.
— Ты почти прав, мой друг, личное обогащение, а что пожелала Варя?
— Чтобы мой первый друг обрел дар речи, — прошептала я.
— Правильно, Варя, ты думала о себе, вернее, не только о своем комфорте, ты хотела, чтобы твой друг имел возможность поделиться с тобой своими мыслями, но поскольку у тебя нет опыта, то и друг твой теперь может говорить со всеми, а не только с тобой. А я принял решение, и теперь ты моя ученица, Варя, и не сердись на Брина, он всего лишь выполнял мою просьбу.
Домовой, обиженно сопя и поддерживая порванные на попе штанишки, подошел ко мне, поклонился, показав язык Донрику, и исчез. Я лишь успела крикнуть:
— Извини меня.
— Оставь, Варя, остынет, сам появится, а тебе на завтра приготовиться к еще одному учителю, я пригласил в наш дом гувернантку, пусть обучает тебя манерам, а то из тебя улица прямо-таки вылезает, ну а пока свободны. Ах да, — хлопнул себя по лбу уже собравшийся уходить магистр. — Уважаемый Донрик, может быть, вы хотели бы избавится от дара речи?
Пес посмотрел мне в глаза и произнес:
— Нет.
На следующее утро к нам в дом постучались, открывать никто не спешил. Брин где-то обиженно прятался, Донрик гонял крота в саду, я и магистр были в библиотеке. Маг пытался обучить меня буквам, но поскольку я знала лишь несколько слов, как они пишутся и что означают, то ему пришлось буквально обучать меня с нуля, ну или почти с нуля. Стука мы не услышали.
Однако магистр так утомился и замучил меня, что мы раскрыли окно и услышали отборную брань Донрика и тихие споры женским голосом.
- Варя ты тоже это слышишь? Или ты так замучила меня своим беканьем что мне стали мерещиться всяческие звуки?
- Я слышу магистр как Донрик с кем то спорит
 Магистр Орлин хлопнул себя по лбу и заспешил вниз, я увязалась за ним.
Как только мы открыли дверь, пред нами предстала картина.
Высокая статная женщина в сером платье и с закрытым вуалью лицом, закрываясь от наступающего пса сумочкой, пятилась, в то время как пес, прямо-таки вообразив себя стражником на городской площади, напирал и допрашивал:
- Дамочка, вы кто? Зачем вы явились сюда? Мы никого не ждем, и нам никто не нужен. А ну брысь отсюда, кошка драная!
Этого Орлин уже не стерпел и крикнул:
- ДОНРИК, ПРЕКРАТИ! Или тебе самому придется побывать в кошачьей шкурке.
На что собака, махнув хвостиком, фыркнула и, показав язык магистру, удалилась.
- Совершенно невоспитанный пес. Прошу прощения, леди Курбин, проходите, пожалуйста.
Леди вошла в наш дом все еще немного испуганная.
- Простите, магистр, я стучала, и довольно долго…
- Да-да, я был наверху, занимался с Варей буквенным смыслом, кстати. Варя, ты где?
Я стояла чуть позади магистра и вышла вперед.
- А, вот ты где… Знакомьтесь, леди, ваша подопечная Варя.
Леди опустилась на колени и сквозь плотную вуаль заглянула мне в глаза.
- Юная леди Варвара, добрый день. Меня зовут мадам Курбин, Мэри Курбин.
- Ну, насчет леди вы погорячились, но, надеюсь, с вашей помощью я смогу сделать из дикарки цветочек, — проворчал Орлин.
Леди поднялась с колен и, отряхивая юбки, спросила:
- Простите, магистр, а что за существо встретило меня на пороге? Мне известно, что вы маг и чародей, но, чтобы речью была наделена собака... Это крайне необычно.
Я надулась, что эта вуалистая дама обозвала моего друга существом, а магистр, подталкивая меня вперед, произнес:
- О, это вот моя ученица постаралась, это она умудрилась наделить речью обыкновенную дворнягу.
- Как эта юная леди уже владеет столькими магическими навыками?! Ей же от силы лет десять. Неужели вы уже учите ее использованию магических артефактов?
- Мне двенадцать, — буркнула я.
- Действительно, девочке уже двенадцать, — проговорил магистр, едва заметно нахмурившись и тут же беря леди Курбин под локоть и уводя куда-то. Не оборачиваясь ворчит.  — Варя, на сегодня свободна, и поищи наконец Бриндербинга, очень хочется кушать.
И где его искать? — подумала я, входя на кухню.
- Брин, ты здесь? — но домовенка там не было, о моем друге напоминала только стоящая большая кружка.

      
Найти бриндербинга так и не удалось, готовить обед я принялась самостоятельно. Вскоре к столу спустились магистр и его гостья, все так же скрытая вуалью. Я никак не могла связать эту утонченную даму со своей персоной, что я, девочка из работного дома, смогу перенять у леди, которая никуда не спешит и словно плывет по полу, как осенний лист, упавший в реку.
Однако у пары моих учителей явно было иное мнение.
Я быстро накрыла стол, как до этого делала в прошлой жизни, нередко помогая в соседней таверне. И, схватив еще теплый блинчик руками, собиралась быстренько уйти, оставив магистра с леди наедине.
Но меня остановил возмущенный возглас.
- Юная леди, сядьте на отведенное вам место!
- Никакая я не леди. – буркнула я, плюхаясь на стул.
*М-да, боюсь, с ученицей вам не повезло, мэри, – усмехаясь в бороду, произнес магистр Орлин.
- Ничего, думаю, я справлюсь, магистр. Юная леди, можете приступать к трапезе.
Я просто откусила от поджаренного кругляша кусок побольше и пыталась его проглотить, поскольку уже поняла, что нормально поесть мне не дадут. Но блин предательски застрял, и я икнула, потом закашлялась, кусок вылетел изо рта и…
Упал в тарелку магистра! Весь мир замер. И только за окном послышался хохот.
- Варька, ты их до инфаркта доведешь, – это нагло ржал над людьми бессовестный пес.
Магистр поднялся из-за стола, поменял местами свою и мою тарелки, забрал бывший мой столовый прибор, положил на него горку блинчиков, полил медом, взял чайничек чая, поцеловал руку леди Курбин и, не глядя в мою сторону, прошептал:
- Удачи.
И, развернувшись, ушел. Попутно бурча себе под нос что-то типа: «И откуда этой псине известны такие медицинские термины? Нет, все-таки надо засунуть этого Донрика в шкуру кота, пусть полазает по деревьям и побегает от себе подобных».
Так началось мое обучение…
Вот скажите мне на милость, зачем людям десяток различных вилочек, ложечек, ножей? То нельзя, это нельзя, а я просто хочу ЕСТЬ!
А зачем дамам такие низкие реверансы? Это же надо, никогда не думала, что можно запутаться в собственных ногах и падать столько раз, как будто я младенец, который учится ходить.
Но это все терпимо, но однажды леди Курбин вздумала нарядить меня в восхитительно красивое платье цвета заката…
В нем не то что ходить, дышать невозможно!
- Мадам мэри, а зачем мне такие муки?
- Муки?
- Да в нем же дышать невозможно!
- К этому вполне можно привыкнуть, а корсет помогает сохранять осанку и царственный вид.
- Зачем это мне, я девчонка с таверны!
- Возможно, вы ею и были, юная леди, до того как попали в ученицы мага. Теперь же вам придется сопровождать магистра Орлина в различных поездках, помогать в организации приемов. Или вы, моя дорогая, думали, что жизнь мага – сплошное затворничество, свитки? Вот и нет, как думаете, куда порой исчезает наш достопочтимый магистр Орлин?
- Тебе-то откуда знать, рыба сушеная в сетке, – пробурчала я, снимая платье.
- Что-что, вы что-то сказали, юная леди?
- Да я говорю, я больше не надену это платье, – взорвалась я, и вдруг шелковую ткань объяло пламя, я испуганно вскрикнула и бросилась в сад к Донрику.
Я даже забыла, что на мне лишь нижняя сорочка в которой путались ноги я едва не упала с крыльца выбегая из замка. 
Пес лежал на солнышке и, увидав меня испуганную и трясущуюся, мой единственный (поскольку Брина так мы больше и не видели) друг вскочил и побежал ко мне.
- Что случилось, Варька?
- Я… Я… Я, кажется, подожгла замок.
Донрик потянул воздух носом.
- Не, Варь, огнем не пахнет, объясни, что случилось.
И я рассказала ему, как жила последние пару месяцев.
- Так, Варька, я теперь от тебя ни на шаг, и жить буду в твоей конуре, тьфу ты, комнате, и с этой мегерой я разберусь!
Я улыбнулась, обняла теплый мохнатый бок собаки, спросила:
- Кстати, откуда ты столько умных слов знаешь?
- Улица… И в кварталах богачей собаки тоже шастают. – попытался изобразить улыбку на своей собачьей морде Донрик, получилось довольно устрашающе, но мило.
В то время как Варя делилась с Донриком обидами и страхом, в ее комнате леди Курбин задумчиво залила платье водой из прикроватного кувшина.
               
Мои уроки с магистром Орлином продолжались. Я уже довольно сносно читала, кстати, как выяснилось, Донрик умеет и читать.
Магистр начал преподавать также и арифметику, и прочие науки. На мой вопрос: «Зачем?» — мне отвечали: «Ты не уличная девочка-побирушка, теперь ты ученица и помощница мага».
- Я никогда и не была побирушкой, — буркнула я, уткнувшись в книгу.
Донрик, лежащий рядом, тихонько заурчал. Все-таки, несмотря на дар речи, он мог выражать свое недовольство в присутствии магистра только на собачий манер, так как перспектива стать котом его не радовала. Зато гувернантке доставалось язвительности моего друга сполна. И даже ее хваленая сдержанность и чопорность давала сбои все чаще. У этих двоих были вечные споры.
Узнав о подпаленном платье, но почему-то не от леди Курбин, а от Донрика, магистр стал уделять мне больше времени, обучая еще и самоконтролю, и сохранять разум чистым от эмоций, а эмоции очищать от разума, что очень трудно.
Как объяснила мне леди Курбин, *для мужчин это легче делать, так как даже находясь на эмоциональном пике, женщина оставляет у себя уголок, где сохраняется хоть десять процентов, но разума, а мужчина, наоборот, если он в эмоции, разум отключается, так же как и в обратную сторону, поэтому мужчине контролировать магию легче*.
- Попробуй представить, что твои эмоции — это дым, и он постепенно рассеивается, так ты сможешь быстрее очистить свой разум от ненужных эмоций, — посоветовала леди Курбин.
-  Не получается, — вздыхала я.
- Ничего, юная леди, больше практики, и у вас все получится. — напутствовала леди Курбин.
Интересно, откуда моя гувернантка столько знает о волшебстве? Будто леди сама не раз имела дело с разновидностями колдовства, но разве гувернантки изучают магию?
Свои уроки продолжала и леди Курбин, я, как и вначале, не очень понимаю, зачем мне это. Но и не замечать изменения я не могу: я стала двигаться более плавно, перестала путаться в собственных конечностях, я больше не путаю даже приборы! И вообще, пожалуй, леди права, так ты начинаешь себя чувствовать более уверенной, но носить те же шикарные наряды, что подверглись моему гневу, я отказываюсь категорически!
Чуть не забыла, прошло уже полгода, как я попала в Черный замок.
Интересно, где же все-таки Бриндербинг? Магистр тоже не мог его обнаружить даже магическим поиском! Поэтому все эти месяцы мы с леди Курбин взяли все заботы о замке на себя.
Магистр все так же часто куда-то пропадал. Донрик ворчал, что ему не нравится оставаться с этой сушеной рыбой и от нее пахнет странно. Я старалась не обращать внимания на его ворчание, эти двое наверняка никогда не найдут общего языка.
Завтра мне исполнится тринадцать, это каким-то образом вычислил магистр. Я, будучи сиротой беспризорной, свой возраст знала лишь приблизительно, о праздниках в честь дня рождения я и не мечтала, поэтому день своего рождения я не знала.
Орлин вызвал нас с леди Курбин к себе, за мной, как всегда, увязался пес.
- Леди Курбин, у меня к вам просьба, — начал Орлин.
- Я к вашим услугам, магистр.
- Подготовьте Варю к завтрашнему приему в ковене магов.
В моей голове пронеслось тут же: *Ковен магов — это где стоят много-много людей в черных балахонах, и каждый что-то шепчет себе под нос? И мне надо будет уже завтра предстать перед ними в качестве ученицы великого Орлина!*
Неожиданно меня бросило в жар, свечи, мерцавшие в люстре, вспыхнули ярче, и я в ужасе воскликнула:
- Какому приему?!
- Варвара, держите себя в руках, — поморщилась гувернантка.
- Простите, — потупилась я.
- Ууу, вобла сушеная, только и знает, что указывать, — проворчал тихо с пола Донрик.
- Донрик, ты все-таки намерен стать котом? — иронично спросил маг.
- Нет, сэр, — отчеканил пес и чуть было не отдал честь лапой.
- Так вот, о чем это я… Ах да, леди, приготовьте Варю, завтра ей предстоит предстать перед магическим собранием в качестве моей ученицы.
Леди сделала книксен и уточнила:
- Будут ли особые пожелания?
- Не думаю, все на ваше усмотрение, — пожал плечами маг и тут же хлопнул себя по лбу и, строго взглянув на Донрика, сообщил: — Ах да, чуть не забыл, НИКАКИХ СОБАК!
*********************************************************
      
«Никаких собак, никаких собак,» — думал пес, идя по запаховому следу. Прямиком за уехавшим экипажем. — «Они и так Варю вырядили как куклу, от бедной девочки так и разит страхом. Не-е-ет, я ее не оставлю.»
И Донрик, продолжая бежать, завернул за угол, где увидел неспешно движущуюся карету. Недолго думая, пес решил обогнать своих хозяев. Он уже видел, куда направлялся экипаж, невдалеке маячил огромный особняк, что сам собой будто источал силу, и эта сила была иная, нежели в замке Орлина. В замке, куда они с Варей пришли, пахло чистой силой, несмотря на то, что там внутри царил хаос. А в этом здании чувствовалась тьма.
Донрик обежал территорию вокруг, ища лазейку, но ее так и не нашел. «Как же мне туда попасть?» — думал пес, как вдруг увидел бездомного кота, который куда-то направлялся, нагло подняв свой хвост трубой. Решив проследить за котом, Донрик увидел, как приоткрывается калитка и мальчик-поваренок выносит что-то, зовя:
— Кис-кис-кис, баловень, иди, я принес тебе рыбу.
«Фу, ну и имя — баловень… Тьфу, и тут рыба… Так, надо поторапливаться», — подумал Донрик и как можно незаметнее, но быстро юркнул в калитку, так что кормящий рыбой котика мальчик заметил только мелькнувший в тени хвост, но не придал этому значения, в отличие от кота, который, схватив рыбий хребет, взлетел на ближайшее дерево.
— Эй, баловень, ты куда? А ну спускайся, негодник! — вскричал мальчик, в то время как пес пробрался чуть дальше в сад. «Жаль, мне не до тебя», — подумал пес и спрятался в кустах, дожидаясь, пока уйдет поваренок.
Вскоре Донрик смог покинуть свое убежище и отправиться на разведку. Обежав половину территории, он наткнулся на накрытые в саду столы. «О, пожалуй, тут я и спрячусь», — подумал пес, залезая под стол.
Вскоре начали прибывать кареты, сад наполнялся людским потоком, однако пес боялся вылезать, чтобы оглядеться, он просто ждал родные запахи, но пока что его ноздри заполняли ароматы разных духов, табака, а кое-где пробивался и пот.
Но вдруг неожиданно пес уловил запах сухого пергамента в сочетании с ладаном.
Вокруг послышались взволнованные голоса:
— Сам великий Перкен спустился из своей обители.
— Но он же не спускался почти полвека, неужели сюрприз Орлина так важен для ковена, что старейшина решил почтить нас своим присутствием?
«Это что еще за старый пень?» — подумал пес, тихонько утаскивая со стола куриную ногу. Все-таки сидеть в засаде, когда вокруг так умопомрачительно пахнет едой, очень сложно.
Старик прошествовал во главу стола и сел.
— Господа, прошу к столу, ах да, мы же ждем еще и дам.
И тут в ворота въехало несколько карет, из них вышли, шелестя юбками, видимо, магессы, так подумал пес, и вдруг он уловил что-то очень знакомое, какой-то запаховый след исходил от дам, было у них что-то общее, и где-то он этот легкий флёр уже ощущал.
Донрик только хотел порыться в памяти, как почувствовал родной запах. Прибыли магистр Орлин и Варя.
Пес знал, что на Варе зеленое платье, волосы заплели в сложную косу, на руке браслет, что дал ей Орлин, как он выразился, от чужих мыслей в твоей голове. Все это он видел перед тем, как убежать сюда.
— О, вот и наши главные гости, — встрепенулся Перкен.
Орлин степенно подошел к старику и поклонился:
— Рад приветствовать вас, великий магистр.
— Вы познакомите меня с той милой леди, что так скромно стоит позади вас, магистр Орлин? — прокаркал старик. Донрику не нравился этот человек, хотелось укусить его, чтобы хоть так вселить жизнь в это полумертвое существо. Но одновременно с тем он вселял и животный страх, инстинкт кричал: «БЕГИ!», но пес продолжал прятаться в пяти метрах от старца.
— Конечно, великий, — сказал Орлин. — Это леди Варвара, моя ученица.
Варя вздрогнула, удивленно подняла глаза и тут же потупила вновь.
— Надо же, Орлин взял ученицу, — ядовито прошипело несколько голосов.
— И где вы разыскали эту юную леди? — продолжил Перкен.
— Случайная, можно сказать, судьбоносная встреча, — пожал плечами Орлин.
— Ну что же… Юная леди, подойдите ко мне.
Варя, неловко перебирая ногами, подошла к великому старцу, сделала глубокий реверанс и осталась стоять, потупив взгляд. Перкен поднял ее голову, взяв за подбородок, заставив взглянуть себе в глаза.
— Так-так-так, Орлин задумал показать нам свою игрушку на самом начальном этапе рождения силы, у девочки же сегодня тринадцатилетние… Хм, есть о чем подумать, — все вокруг зашептались, а магистр отпустил подбородок Вари и торжественно произнёс: «С днем рождения, юная леди, и считайте, что этот праздник в вашу честь. Дамы и господа, прошу к столу, а я вынужден вас покинуть, мне есть о чём подумать». — Поднявшись из-за стола, он покинул собрание.
Гости начали потихоньку отмирать и двигаться по направлению к столу. Многие проявляли интерес к Варе, Донрик тихонько ворчал и скалил зубы, когда к девочке подходили слишком близко.
Пес рискнул высунуть морду из-под стола, и один толстый маг в пурпурной мантии прошёл слишком близко. От него несло корицей и дрожжами — будто он только что вышел из пекарни. Донрик фыркнул: — И этот управляет магией? Да он и котлету удержать не сможет без заклинания!
И тут же мимо проплыли грациозной походкой три магессы… Донрик уловил их запах и замер. Где то он уже чувствовал этот сладковатый флёр с таинственным послевкусием, будто мед, смешанный с пеплом. Но где? Где я мог ощущать этот запах? На улицах такое сочетание встретить невозможно. Однако память ускользала, как песок в больших песочных часах в библиотеке магистра Орлина.
И тут на него в упор посмотрел магистр Орлин. От страшной мысли «всё, быть мне котом» Донрик, про всё забыв, опрометью бросился бежать.