Страж

Это рассказ о злости. И о Драконе...

Я никогда раньше не понимала, что злость — это моя базовая эмоция.

Не та, что приходит и уходит. А та, что живёт во мне всегда. Как фон. Как что-то, что я перестала замечать, потому что оно было всегда.

Я злилась постоянно. На всех. На себя. На жизнь. На то, что не получается. На то, что не оправдываются свои и чужие ожидания. Я так срослась с этой злостью, что не отделяла её от себя. Она была мной. Я была ею.

Но недавно я поняла, откуда она берётся.

Я злюсь, когда мне страшно.
Я злюсь, когда чувствую бессилие.

Страх и бессилие — корни. А злость — верхушка. И вдруг мне стало понятно, сколько всего прячется под этой многогранной злостью. Обида. Усталость. Разочарование. Горечь. Желание, чтобы меня просто заметили и сказали: «Ты справилась».

Я раньше называла это одним словом — «злость». Потому что не умела различать. Проще быть злой, чем признать, как мне на самом деле страшно.

А есть ещё гнев.

Злость — это фон. Гнев — это Дракон.

Он не просто зверь. Он — мой страж. Он чутко охраняет границы. Ловит любое злонамерение в мою сторону. Он знает, кто зашёл слишком далеко, кто не уважает, кто пытается использовать. Он — индикатор опасности.

Суровый. Сильный. Он сидит на цепи. Не может расправить крылья. Но как только чувствует прилив злости — оживает.

Глаза наливаются кровью. Из носа сначала вырывается дым, потом — огоньки пламени. Он открывает рот, и криком вырывается огонь злости.

Я стою рядом. Контролирую каждое его движение. Слышу, как цепь лязгает о землю.

Потом он набирает высоту. Крылья расправляются. Цепь натягивается. И делает мне больно. Она врезается в руки, в грудь, в самое слабое место. Но я не замечаю этой боли. Потому что главное — не отпустить.

Ещё немного — и цепь разорвётся в клочья.

Но я тяну. Из последних сил. Не знаю, какие слова нахожу, — но контроль возвращается.

Он не враг. И не друг. Мы просто сосуществуем. Страж и та, кто держит цепь.

Цепь снова натянута, но уже без вибрации разрыва. Дракон не успокаивается — он огрызается. Скалится. Выдыхает дым в мою сторону. Он хочет воли.

Я знаю. Я тоже хочу. Но не сейчас. Не так.

Я его боюсь. Не потому что он злой — потому что он сильный. Намного сильнее меня. Если он сорвётся — не знаю, смогу ли остановить.

Поэтому я держу его на короткой цепи. Каждую секунду. Не давать ему расправить крылья без нужды. Чувствовать, когда дым из ноздрей становится гуще. Вовремя натянуть цепь. Переключиться. Сжать зубы. Улыбнуться. Сказать «спасибо». Уйти. Дома выдохнуть.

Но случилось главное.

Когда я наконец призналась себе, что злость — это моё нормальное состояние, я перестала видеть себя монстром.

Стыд ушёл.

Как только я оголила этого Дракона. Посмотрела ему в глаза. Сказала: «Ты есть. Ты часть меня. Я больше не буду тебя прятать».

Оказывается, я так боялась не самого Дракона. А того, что подумают другие: «Она злая. С ней нельзя. Она опасна».

А когда перестала бояться чужого мнения — стыд и ушёл. Потому что стыдно становится, когда делаешь что-то «неправильное». А если это твоё нормальное состояние — какой стыд?

Я злюсь. И я не стыжусь этой злости.

Я злюсь, потому что долго боялась.
Я злюсь, потому что привыкла быть удобной для всех, кроме себя.
Я злюсь, потому что сама надела цепь на Дракона и пока не готова её снять.

Но это другая злость. Не та, что жжёт изнутри. А та, что заставляет сесть и написать этот текст. И не врать. И впервые спросить себя: а что я на самом деле чувствую?

И знаете что?

Когда мы растворяемся друг в друге — тогда ничего не страшно.

Не тогда, когда цепь крепка. Не тогда, когда контроль железный. А тогда, когда я перестаю быть «та, кто держит», а он перестаёт быть «тот, кто рвётся». Когда мы — одно. Огонь во мне. Я в огне.

Тогда не страшно.

Ничего.

Мой страж. Моя злость. Моя сила.

Я не хочу её больше прятать.