Найдёныш в джунглях

ГЛАВА 4
НАЙДЁНЫШ В ДЖУНГЛЯХ

Джунгли сомкнулись, спрятав и беглеца, и его следы. Сбежав в эмоциональном порыве, мальчик оставил в деревне всё: и лук, и стрелы, в том числе и мачете, без которого в сельве не обойтись. Но благодаря невысокому росту и юношеской юркости и ловкости он легко проникал сквозь зелёную сеть из переплетённых между собой ветвей и лиан. Там же, где путь преграждала непроходимая живая стена, Богора, не зная, куда идёт, не задумываясь менял направление движения. Богора уходил подальше от дома, от племени, от насмешливых сверстников, от пропавшего отца и, конечно, от себя. Клеймо изгоя гнало сына касика.

Влажный аромат джунглей, плотно настоянный на безумной смеси трав и цветов, благоухающих орхидей и гниющих плодов, опьянял и придавал какую-то сверхъестественную силу. Под аккомпанемент тревожных криков невидимых туканов, попугаев и обезьян, Богора шёл и шёл, останавливаясь только на ночлег, точнее, падая без сил.  Но ночью джунгли не спят. В них бурлит ещё более беспощадная и жестокая жизнь. Днём внимательно смотришь под ноги, чтобы не наступить на ядовитую змею. Или, наоборот, задираешь голову вверх, высматривая притаившегося в листве паука-убийцу.

В темноте правят другие короли. Бесшумно появляющиеся над головой и ухающие совы пугают, но не опасны. А вот ягуар! Этот подкрадывается неслышно. И если видишь светящиеся жёлтым глаза, тебе конец. Без оружия и без огня не выжить. Кекуок учил сына не встречаться на тропе с пятнистой кошкой и прятаться от неё в кронах деревьев, сплетая гнездо на самых тонких, недоступных зверю, ветвях. Богора умел переходить реки, обходя заводи с кайманами и анакондами. Но силы мальчика имели свой предел.

В какой-то момент Богора, потеряв счёт времени и утратив ориентацию, сделал неуверенный шаг. Переступая через корягу, он занёс ногу и… И упал в беспамятстве. Очнувшись, юноша силился поднять голову и осмотреться, но глаза заливала кровавая галлюцинация.

***

Огнемётчики направляли струи пламени на крыши хижин, и те вспыхивали словно высушенная солнцем трава. Из домов с криками выбегали люди. Шедшие за огнестрелами каратели методично и безжалостно их расстреливали, не щадя никого. Боливийский лейтенант, обойдя сожжённую деревню и не найдя живых, подбежал к двоим мужчинам европейской внешности. Те, одетые в тропическую форму и пробковые шлемы, о чём-то разговаривали по-английски. Сильный акцент выдавал в одном немца. Боливийский офицер подобострастно козырнул и доложил об окончании операции.

– Проверяйте лучше. Эти дикари могли спрятаться где-нибудь поблизости. Осмотрите всё вокруг. Ни одно привидение не должно ускользнуть! – приказал англичанин.
– Вы, мистер Шилд, педантичны прямо как мы, немцы! – отметил его собеседник.
– Генерал Кундт, о нашей миссии никто не должен знать. Как и о том, куда направляемся. Упаси господь, сбежит кто-то и сообщит парагвайцам о нас.
– Йя-йя, натюрлих! Не дай бог, Парагвай узнает про вторжение в Чако.
– Вот-вот. Война должна начинаться для врага внезапно.  Фактор неожиданности определяет успех. Не меньше, чем хорошо подготовленные планы, в чём вам, герр Кундт, признаю, нет равных. Кроме лазутчиков и перебежчиков, меня, честно говоря, беспокоит абсолютная неисследованность этой области. По каким путям-дорогам будем наступать? Пройдёт ли техника? Здесь люди-то с трудом продираются сквозь джунгли! А где брать питьевую воду? Разве эту грязь можно заливать в танки?
– Где-то есть озеро Питиантута. Найдём и решим проблему запасов чистой воды.
– Существует ли оно на самом деле? Не легенда ли? – сомневался Шилд.

Послышался шум. Боливийские солдаты вынырнули из зарослей, волоча за ноги Богору.

– Ну, что я говорил. Эти индейцы настоящие призраки! – воскликнул Шилд. – Проскочил-таки через оцепление?
– Не похож на местных, – Кундт приблизился получше рассмотреть найдёныша. 

Немец пнул мальчика ногой.

– Поднимайся! Встать! Кому сказано?! – донимался Кундт.

Солдаты попытались поставить Богору на ноги. Тот еле держался и снова рухнул на землю.

– Обессилил. Видимо, сбежал издалека, – заметил Шилд. – Точно, не отсюда.
– Что прикажете с ним делать? – лейтенант ждал приказа.

Боссы не отвечали.

– Расстрелять? – предложил немец.
– Успеется, – Майкл думал о другом. – Если щенок чужак, то может оказаться полезным в качестве проводника. Вдруг знает, где озеро. Чем чёрт не шутит? Как-то дикарь сюда попал.

Кундт с удивлением посмотрел на английского шпиона и одновременно представителя «Стандард Ойл». Шилд был непреклонен.

– Приведите его в чувство. Напоите. И возвращаемся в фортину. Здесь делать нечего. А идти дальше безрассудно.

Лейтенант кивнул солдатам. Те подхватили Богору под руки и потащили к обозу. Привязанный к седлу мула, пленник, спотыкаясь и падая, брёл несколько суток. На привалах ему бросали кусок лепёшки и давали немного воды. Наконец джунгли расступились, и показалась боливийская пограничная фортина.
Экспедицию встречал весь гарнизон. Среди местных выделялись военной выправкой несколько европейцев. Это были немецкие наёмники, бежавшие из Германии и поступившие на службу в армию Боливии. Шилд высматривал в толпе своего соотечественника. Вот мелькнула кардинальская (как шутил Майкл) шапочка пастора Фломма, и Шилд махнул рукой.

– Приветствую святой отец! – Шилд подтолкнул вперёд Богору. – Принимайте в паству!
– Майкл! Где нашли этого бесёнка?
– Побойтесь бога, святой отец! Не отринь меня от лица Твоего и Духа Твоего Святого… Открывайте Библию и продолжайте, не молчите, – иронизировал Шилд.
– Не уклонись гневом своим от Раба божьего, – недовольно пробурчал пастор. – Но зачем вам дикарь?
– Помощник мой буде… – не унимался Шилд.
– Легче выдрессировать обезьяну, нежели их обратить в нашу веру!
– Чарли, может, мне, как Киплингу в Индии, очень скучно… без Маугли. Робинзон Крузо и тот завёл себе Пятницу. Вы сделаете из него человека. Забирайте, отмойте и начинайте учить английскому и испанскому. Начнём эксперимент.

Пастор Фломм развязал руки мальчику и увёл за собой. Войдя в дом, Богора уставился на деревянные коробки, развешанные по стенам, с плоскими ликами неизвестных людей. В углу на возвышении стояла странная хижина в окружении человеческих фигурок в длинных одеяниях. Непривычно пахло воском.

***

Шилд сидел у себя вместе с Кундтом и другими офицерами, обсуждая план будущей вылазки под шотландский виски, которым «Стандард Ойл» исправно снабжала своего представителя. Несмотря на поздний час, раздался стук в дверь, и она распахнулась.

– Какого чёрта?! – заорал Шилд.

В прихожей столпились солдаты, крепко схватившие связанного Богору. Вперёд протиснулся Фломм.

– Ваш Маугли, Майкл, едва очухавшись, пытался сбежать! – сообщил недовольный пастор.
– Ах, вот как! – Шилд, похоже, не удивился. – Надеюсь, прихватил с собой Священное Писание?
– Шутить изволите, Майкл! А между тем пройдоха украл мой винчестер!
– Неужели? Герр Кундт, господа, – Майкл театрально развёл руками. – Я полагал, оружие мистера Фломма – слово Божье! Ан, нет…
– Неверующие в Христа остаются во грехе и подвергнутся гневу Божьему! – процитировал Фломм очередной псалом.
– И… – прервал пастора Шилд. – Без языческого громовержца вам, Чарли, не обойтись?
– Богохульствуете, Майкл!
– Оставьте проповеди до второго пришествия. Беглеца запереть в яме, а наутро высечь, но не до смерти, – решил Шилд.

Кундт вертел ружьё в руках.

– Что ты с ним хотел делать? – обратился немец к индейцу. – Умеешь обращаться?
Богора зло прищурился на Кундта, не понимая слов.
– Пастор, – Кундт открыл затвор. – Винчестер-то не заряжен. Как же вы собирались метать свои громы и молнии? Патроны проверили?

Офицеры рассмеялись шутке командира. Неудачливого беглеца увели.

***

Завтрак Шилда был прерван появлением коменданта форта капитана Гарсиа. Вошедший спросил, можно начинать экзекуцию, и не желает ли господин советник взглянуть на неё. Майкл допил кофе и вышел на улицу вслед за офицером. На небольшой площади перед казармой собрались свободные от службы солдаты. В центре с библией, поигрывая плетью. стоял пастор Фломм. На грязной доске лежал привязанный по рукам и ногам краснокожий мальчик. В лучах солнца поблёскивали бронзовые ягодицы.

Пастор увидел приближающегося в компании коменданта Шилда и с видимым сожалением отвернулся от детской наготы. Шилд махнул рукой, разрешая начать. Фломм, не закрывая книги и громко читая проповедь, с удовольствием взмахнул плеткой.

«Раз… два… три…»

Шилд досчитал до десяти и крикнул «Достаточно!»

Пастор в недоумении замер с поднятой рукой. Не веря в быстрое завершение наказания, Фломм не опускал плеть.

Шилд приказал развязать пленника. Англичанин долго рассматривал его лицо, на котором не было слёз.

– Как тебя зовут? – Майкл ткнул пальцем в грудь подростка. – Назови себя!
– Богора! – парень догадался, о чём спрашивает белый.
– Ты кто?
– Богора – сын Кекуока, касика мака! – гордо произнёс мальчик.

Шилд поморщился, мало что уловив в речи индейца.

– Богора, вероятно, имя, – предположил англичанин. – Ке…ку… Окей? Я ничего не понял!
– Касик означает на наречии гуарани вождь, – пришёл на помощь комендант. – Мака – одно из племён. Их очень много в сельве.
– Ну вот, – подошёл Кундт. – Ваш Маугли пусть и не сын индийского падишаха, но и не совсем безродная падаль. Поздравляю!
– Н-да.

Шилд многозначительно замолчал, пристально глядя Богоре в глаза. Тот взгляда не отводил, но и прежней ненависти в нём не читалось. Шилд едва заметно улыбнулся, видя, как начинает работать план воспитания дикаря.