Глава 14. Надежда и страх

— Фу-у… мам! Чем это у тебя так воняет?!

— Воняет? Как… воняет? Чем… воняет? — Анна Сергеевна удивлённо глянула на дочь и стала принюхиваться. Но, кроме аппетитного запаха котлет, ничего не почувствовала.

Вместо ответа, зажав рот руками, Тамила стремглав побежала в ванну.

Мать молча наблюдала за ней. Когда Тамила вернулась, бледная и растерянная, она опустилась на стул и тихо сказала:

— Не знаю, что со мной… Наверное, это на нервной почве.

Анна Сергеевна подошла ближе, внимательно вгляделась в лицо дочери и мягко спросила:

— И давно это с тобой?

— Что именно? — не сразу поняла Тамила.
— Тошнит тебя давно?
— Да где-то с неделю… — Тамила опустила глаза. — Мы с Петей вновь повздорили, я сильно перенервничала… и вот… Мы практически не разговариваем друг с другом. Господи! Как хорошо… Мам, скоро лето. Я никак не могу дождаться, когда … — вдруг её лицо исказилось. — Боже… да что же это? — И она вновь бросилась в сторону ванной.

Анна Сергеевна вздохнула, поправила скатерть и, пошла вслед за дочерью. Мать мягко взяла дочку за руки и, глядя прямо в глаза, тихо, но твёрдо сказала:

— Тамилочка… это называется беременность.

Тамила замерла. Несколько секунд она молча смотрела на мать, словно не понимая смысла слов. Потом губы её задрожали, и она прошептала:

— Что?..

— Ты беременна, солнце моё, — уже громче и с тёплой улыбкой подтвердила Анна Сергеевна, подавая дочке полотенце. — Поздравляю!

К большому удивлению Анны Сергеевны, вместо радостного возгласа Тамила стала по-детски жалобно плакать.

— Тамилочка, детка… что случилось? Ты не рада? Разве не об этом ты мечтала?
— Я… не знаю, что мне делать… Петя не хочет ребёнка.
— Что значит… не хочет?! Почему?
— Он видит в нём помеху в своей карьере, — Тамила потихоньку стала приходить в себя. — Мама, что мне делать? Я так хочу сына!
— А вдруг это будет девочка? Такая же красивая, как ты? — Анна Сергеевна всплеснула руками и мечтательно закатила глаза.
— Нет. Я знаю. Это будет сын.

Анна Сергеевна помолчала, обдумывая слова дочери, а потом осторожно спросила:

— Доченька, а как Петя вообще к тебе относится?

Тамила вздохнула, опустила глаза и тихо ответила:

— Иногда мне кажется, что для него карьера важнее всего. Он так увлечён наукой, что порой словно не замечает меня. Когда я пыталась заговорить о детях раньше, он резко обрывал разговор. Говорил, что сейчас не время, что это всё глупости.
— Но он же тебя любит?
— Любит… наверное. Но когда он вот так холоден, когда смотрит на меня этими своими ледяными глазами — мне становится страшно. Иногда я думаю… — Тамила запнулась, словно боясь произнести это вслух. — Иногда я думаю, что он какой-то… монстр. Как будто наука вытравила из него всё человеческое.

Анна Сергеевна нахмурилась, взяла дочь за руки и твёрдо сказала:

— Послушай меня внимательно. Петя — не монстр. Он просто увлечённый человек. У него свои приоритеты, свои мечты. Но это не значит, что он плохой. Просто ему нужно время, чтобы понять, что семья — это не помеха, а опора.
— Ты правда так думаешь?
— Уверена. И знаешь что? Может, это как раз тот самый шанс всё исправить?
— Какой шанс? — шмыгнула носом Тамила.
— Ну послушай. Ты же знаешь, что родители Пети уезжают в Бостон? Папу, как выдающегося физика, пригласили на работу в Массачусетский технологический институт. Они всей семьёй — бабушка, мама и он — уезжают на два года.
— Да, Петя говорил… Они уезжают через пару месяцев. Кстати, на прощальный ужин и вы с папой приглашены. Станислав Владиленович обещал там подготовить почву, чтобы как можно быстрее забрать Петю к себе, — тихо отозвалась Тамила.
— Вот именно! — подхватила Анна Сергеевна. — Пока они будут там, у вас с Петей появится время разобраться в отношениях. Без постоянного давления со стороны его семьи, без этих вечных разговоров про карьеру и науку. Ты сможешь поговорить с ним по душам. Объяснить, что ребёнок — это не помеха, а новый смысл. Может, он наконец увидит, что главное — это вы, ваша семья.

Тамила задумалась. В её глазах мелькнула искорка надежды.

— Думаешь, это поможет?
— Уверена, — Анна Сергеевна обняла дочь. — Вы молодые, умные, любящие. Вы со всем справитесь. А я всегда буду рядом, помогу, поддержу.

Тамила наконец улыбнулась сквозь слёзы и прижалась к матери. Впервые за долгое время она почувствовала, что выход всё-таки есть. Но где-то глубоко внутри, под слоем надежды, шевелился страх. А что, если Петя не изменится? Что, если он выберет науку...