Беседа с Фалесом Милетским о Воде

Мы неспешно шли по берегу, спустившись из нижней части города. Солнце только выкатилось из-за горизонта и потому жара еще не начала нас жестоко гнобить.
— Скажи… ты правда считал, что всё происходит из воды? - спросил я.
Он хмыкнул, не поворачиваясь:
  — А ты сам-то из чего? – ответил Фалес вопросом на вопрос.
  — Я… не знаю. Материя, энергия… информация, может быть.
  — Ты просто заменил слово. Но не приблизился к объяснению. – он улыбался. Ему казалось, что он меня уличил в неточности.
Мы далее шли какое-то время молча и дошли до небольшого водопада.
  — И все-таки, что ты имел в виду? – спросил я
  — Во всяком случае, не воду, которую ты пьёшь. А то, что становится всем, - он поднял ладонь до уровня глаз, будто держал что-то невидимое. — Смотри, - продолжил он, - влажное — даёт жизнь, сухое — убивает. Тепло рождается из влажного, и всё возвращается туда же.

— То есть… это принцип, а не вещество? – я даже потряс головой, словно отгоняя навязчивое сновидение.
Фалес впервые посмотрел прямо на меня и коротко изрек:
— Наконец-то.

  — А как это связано с человеком? – пытаясь сохранять спокойствие спросил я.
  — Ты тоже ищешь «из чего ты» … Но правильный вопрос — во что ты превращаешься ы конце концов.

Я сел на камень, который почему-то оказался холоднее, чем я думал.
  — Тогда, твое высказывание «познай самого себя» — это про что? – спросил я.

Фалес бросил в воду маленький камень. По воде пошли круги.
— Это не столько про тебя, как такого. Это, скорее, про границу возможного.
  — Границу чего? – переспросил я.
  — Где ты заканчиваешься. – ответил Фалес, задумавшись, - И где начинается то, что делает тебя тобой...

Мы какое-то время молчали, слушая водопад.

— А ты сам понял это? – спросил я немного иронично.
Он не отвечал, и лишь снова смотрел куда-то вдаль.  А затем вдруг, словно бы вспомнив что-то, изрек:
— Я понял, что искать — важнее, чем находить. Потому что, когда ты находишь… ты останавливаешься как бы… В общем, ты почти что – умираешь.
Налетел порыв ветра, и небо вдруг понемногу стало чернеть.
— И всё-таки… что есть всё? – спросил я
Он встал.

  — То, что меняется и при этом остаётся. - он задумался и спустя короткую паузу добавил, уже уходя, - Если назовёшь — потеряешь… - он с минуту глядел в небо и затем сообщил, -  Гроза надвигается. Поговорим еще после…
Беседа вторая
Первый раскат грома прокатился где-то далеко, но слишком глухо, чтобы его можно было игнорировать. Воздух стал тяжелее — как будто его стало больше.
Я догнал его.

— Подожди! Ты сказал: если назовёшь — потеряешь. Но без имени — как вообще можно мыслить?

Фалес и не подумал остановиться. И на ходу изрек, как само собой разумеющееся:
— Мыслить — можно. Владеть — нельзя.
— Но ведь знание — это и есть овладение! В каком-то смысле… Не так ли?
На этот раз он резко повернулся.
— Нет! Ничего подобного! Знание — это след. А ты, в данном случае, принимаешь след за зверя.

Дождь начал редкими каплями бить по камням.
— Тогда что, по-твоему, делает философ? Ищет следы неких начал?
— Опять же - нет. Он учится не терять зверя, глядя на следы.
Молния разрезала небо. На мгновение всё стало каким-то слишком чётким.
— Следовательно, «вода» … это тоже след?
Он кивнул, улыбаясь.

— Причем, весьма удачный. Хотя, уже и мешает.
— Тогда почему ты его не отбросил?
Он чуть улыбнулся, почти устало, и произнес тоном, будто рассказывает мне страшную тайну:
— Потому что люди не идут за тем, у чего нет имени.
Ветер усилился. Вода в водопаде стала шумнее — или просто почему-то она стала слышна как-то иначе.

— Тогда выходит, что ты сознательно говорил неточно?
— Я говорил достаточно.
— А если я скажу: «всё — это процесс»? Или «поле»? Или «информация»?
Он качает головой.
— Ты снова хочешь заменить одно имя другим. Ты, видимо, боишься остаться без слова.

Гром разорвал чёрное небо уже совсем близко.
— А как не бояться?

Вероятно, мои слова прозвучали немного раздраженно, поскольку Фалес вдруг подошел ближе. Я бы сказал даже – слишком близко.
— Заметь, что ты есть — и без слова.
Дождь резко усилился. И я ненадолго закрыл глаза от воды и от ветра. Когда открыл их, то обнаружил, что Фалес отошел уже шагов на пятнадцать.
— И что тогда остаётся?! – закричал я ему вслед.
Он не оборачиваясь произнёс:

— То, что не требует названия.
Гроза накрыла город плотными потоками воды, и по улицам побежали настоящие реки.