Птички - невелички, глава 7 Жизнь без снов. Илгос

В их семье царила напряженная атмосфера, и зачастую она перетекала в скандалы.
На фоне постоянных стрессов и растущей тревоги, родители стали сердитыми и неуравновешенными.
Катя переживала больше всех. Она трепетала от страха при виде родителей, но в то же время боялась остаться без них. Куда она пойдёт, если сбежит от них? Кто ей поверит, если она расскажет всю правду ?
Было больно осознавать, но родители кое в чём оказались правы - она и вправду была зависимой и уязвимой.
В свою очередь, Катя заметила, что мама с папой тоже побаиваются ее, они стали настороженными по отношению к ней, и реже заходили в ее комнату. После ссор и скандалов они обычно льстили ей, и щедро одаривали подарками. Ее это не утешало, она все ещё считала себя виноватой. Поэтому Катя замкнулась в себе, и стала ещё сильнее ощущать себя зависимой и уязвимой.
 Она знала, что с помощью видоизменяющего раствора и своей старой фотографии, выглядит как прежняя Катя. Но она боялась, что вдруг все равно, кто-то из родителей пропавших девочек узнает в Кате свою дочь. Каким-то образом. Хотя этот раствор и правда творил чудеса, превращая чужое тело в твоё собственное. Конечно, Кате казалось, что это было только на первый взгляд, а по - настоящему она все же находилась в чужом теле.
А ещё мама с папой сказали, что девочек никто не будет искать, потому что у них нет родителей.
Все равно, она очень переживала, что все может раскрыться, хотя и мечтала о том, чтобы ритуалы прекратились. Ей не хотелось, чтобы все узнали, что она живет в краденом теле. Она стыдилась этого.
И особенно она беспокоилась, когда в январе у них выдался недельный отпуск, и они впервые в жизни поехали заграницу.
- Отпуск должен быть у всех,- заявил отец.
Вот тут то Катя и испугалась, что не пройдёт паспортный контроль, и всю их семью задержат, а в ней распознают совсем другую девочку. Вдруг, они были объявлены в розыск?Но все обошлось, ей спокойно отдали загранпаспорт, да ещё пожелали приятного полёта.
Впервые в жизни, она увидела самолёт не на фотографии или экране телевизора, а перед собой, и ощущение полёта принесло ей несказанное удовольствие.
Самолёт напоминал огромную птицу, уносящую ее в сказочную страну, о которой она читала только в книжках.
Для отдыха отец выбрал Индию, он говорил, что всегда мечтал увидеть океан своими собственными глазами, и всегда хотел переехать туда, где тепло круглый год.
- Подальше от холодов и промозглой осени,- говорил он.
Страна Кате понравилась, но она все равно большую часть времени ощущала грусть и печаль. Она скучала по своим снам. Ей почему-то казалось, что в новой стране они вернутся, но этого не случилось.
В один из дней отпуска, Катя сидела на пляже в шезлонге, и читала книгу «Тим Талер, или проданный смех». Отец подошёл внезапно, словно выплыл из ниоткуда, и осторожно забрал книгу у Кати из рук.
- Загробыш,- он всегда обращался к ней так, когда хотел что-то спросить или сообщить нечто важное.
Мама танцевала вдалеке, и что-то напевала себе под нос, держа в руках бокал виски. Она наслаждалась видом океана, и выпила уже четвёртый бокал.
Катя подняла голову.
- Что ?- спросила она. Он часто теперь называл ее «Загробышем» не только дома.
- Тебе тут нравится? Какая красота ! Удивительная страна! Какие завораживающие пейзажи! А океан ? Хотела бы переехать сюда ? Или ещё в какую страну ?
- Не знаю,- вздохнула Катя.- Я была уверена, что ко мне вернутся сны. А так, здесь прекрасно. Мне кажется, весь мир красив. Но мне плохо без моих сновидений.
- Заело пластинку,- недовольно сказал отец.- Я  ее о деле спрашиваю, а она снова за своё. Можно заработать достаточно денег, и переехать жить туда, где тепло, океан, и спокойная жизнь.
Катя пожала плечами.
- Я же ответила, что мне тут нравится. Здесь много звуков, я думала, вы не любите природу и звуки животного мира. А тут полно обезьянок,- сказала Катя.
- Да, не любим. Особенно, наши грязные болота с лягушками, и овраги. Если была бы возможность, я бы отключил и тут вой этих макак, но не могу. Но лягушки ещё отвратительней, как вспомню, как они устраивали лягушачьи свадьбы, до сих пор зубы сводит,- и отец весь скривился.
- А я по ним скучаю,- грустно сказала Катя.
- Наверное, переезд пока невозможен,- задумчиво произнёс отец. - Мы недостаточно еще накопили радостных бумажек.
Так отец называл деньги.
- Сегодня мы идём с мамой на одно мероприятие, на всю ночь,- сообщил папа.- Если хочешь, можешь пойти с нами. Пойдёшь ?
- Я лучше почитаю,- ответила Катя.
- Как хочешь,- равнодушно сказал отец, отдал ей книгу, и побежал к маме, которая уже махала ему, приглашая купаться.
В последние дни отпуска отец много фотографировал и любовался природой. Мама пила много виски, и скупала сувениры.
- Пусть все обзавидуются,- говорила она.
Мама накупила Кате множество кофточек, платьев, местных аксессуаров.
- Мне хочется видеть нарядно одетую дочь,- доложила она.- Чтобы никто не мог сказать, что она выглядит как нищенка.
Себе она тоже купила много всяких нарядов, масел и духов. А папе она купила кошелёк.
- Чтобы складывать в него как можно больше радостных бумажек!- веселился он, когда мама подарила его ему.
- Как вы объясните знакомым, откуда у нас деньги на путешествия и вещи?- спросила Катя, когда они уже летели на самолёте обратно.- Я думаю, лучше никому ничего не показывать. Вы сами говорили, что мы должны быть осторожными.
- Я что-нибудь придумаю,- сказал отец.- Эх, теперь бы каждый год в отпуск, или ещё чаще. К красивой жизни быстро привыкаешь. Но, даже если ты десять раз произнесёшь слово миллион, от этого он не появится в твоём кошельке. К сожалению, для того, чтобы иметь много радостных бумажек, надо трудиться. Но не беспокойся, Катя, кажется мы нашли золотую жилу. И эта золотая жила - ты. Ты - наша курочка, которая будет нести золотые яйца.
Шло время. Она подросла. Ее новые тела обычно каким-то образом вырастали за год, и для очередной замены тела родители подбирали Кате девочку по возрасту.
- Удивительно, Катя, - радовался отец.- Так и до старости дожить сможешь.
- А раньше, в ваших ритуалах люди росли ?- поинтересовалась Катя.
- Мы не следили за этим,- ответила мама.- Какая разница ? В первом ритуале люди возвращались всего лишь на год, а потом умирали, неважно, росли  они
 или нет. Но тело функционировало,  как у обычного живого человека. Все как и сейчас касаемо первого ритуала.
- Я имею в виду второй ритуал,- пояснила Катя.
- У нас был только один состоявшийся ритуал с заменой тела, но это был взрослый человек, а не ребёнок. Да и то он умер, прожив только месяц, и это было ещё долго! Остальные умирали, не протянув и недели. И самое страшное, что многие воскрешённые во второй раз, напоминали бубнящих. А сейчас возвращаются бодрые, как огурчики. Правда, ты все равно остаёшься довольно-таки маленькая ростом для своего возраста. Интересно, по какой причине?
На лето она снова отправилась в деревню, обрела очередное тело, и все три месяца прожила с бубнящими.
Она все ещё боялась их, особенно после того, как мама обмолвилась, что они разорвали бабушку в клочья. Катя стала внимательнее присматриваться к ним, и однажды, с удивлением обнаружила, что они не просто бубнят себе под нос и перекладывают одну и ту же вещь с места на место, нет!  Они говорят на каком-то понятном только им языке, они беседуют между собой, и видимо тоже обладают подобием разума.
Они подсматривали за Катей, следили за тем, что она делает, но виду не подавали. Та самая старая женщина, которая носила банки на ритуалы, выяснила Катя, была у них главной. Вся эта толпа подчинялась ей. Они очень любили фотографии висевшие на стене в избе. Они снимали их со стены, сортировали их, передавали друг другу из рук в руки, постоянно рассматривали их, вздыхали, что-то мычали, и снова вешали на стенку, или клали на стол.
Когда они видели Катю, то всегда открывали рот, показывали ей язык, и начинали неистово мычать.
Отец так и продолжал фотографировать ритуалы, хоть Катя и сказала, что это необязательно, но он был просто помешан на этом, и временами напоминал умалишенного.
- Так надо !- голосил он. - Это всегда было обязательным условием.
И со злостью щёлкал фотоаппаратом.
Катя осознала, что хоть своими успешными ритуалами и принесла родителям прибыль, но в то же время кое-чего и лишила их - она лишила их традиций и уверенности в себе. Она превзошла их, и они это понимали. Они как будто что-то потеряли, и от этого чувствовали себя ненужными. И поэтому отец, хоть и скрывал от неё, но он больше любил первый ритуал, с «новоприбывшими», в котором он был царь и бог.
Катя не раз спрашивала, для чего ему фотоаппараты, почему обязательно надо фотографировать ритуалы, но он лишь ворчливо отмахивался. Она никогда не видела, чтобы он проявлял фотографии. Они всегда чудесным образом появлялись в его руках перед ритуалами. Он продавал их вместе с видоизменяющим раствором. Называл это «пакет услуг».
- Из чего состоит этот раствор ? - как-то раз спросила его Катя.
Отец странно посмотрел на неё.
- А тебе какая разница?- разозлился он. - Я же говорил, много будешь знать - скоро состаришься!
- Я имею право знать, что я пью!- с отчаянием сказала Катя.- Вы не хотите меня ни во что посвещать!
Они не хотели ей ничего рассказывать, Катю стала напрягать ситуация в семье, и недосказанность.
- Зачем фотографировать сам процесс захоронения ? Тем более, сейчас мы этого не делаем.
- Первый ритуал проводится как и раньше ! Тело закапывают в землю. А для чего я фотографирую процесс, это уже не твоё дело.
Катя начинала раздражаться, но ей все чаще стало казаться, что родители неспроста ей не рассказывают все. Они что-то скрывают от неё.
В первом ритуале Катя участвовала в качестве наблюдателя, он был проще. «Новоприбывший» просто воскресал и все, хотя они тоже все брались за руки и образовывали круг, и небо так же пронзало, и день и ночь словно менялись местами. Бубнящие всегда были рядом, на всех ритуалах.
В повторном ритуале «Продлёнка» они участвовали все вместе: Илгос, родители, клиенты, жертва и тот, кого надо пересадить в тело жертвы. Теперь наблюдателями были Катины родители, а Катя пересаживала души по своей новой методике. Банки с душами Илгос забирали с собой. Мертвые тела родители уносили куда-то с кладбища. Катя не знала об их дальнейшей судьбе.