Гагеас власть на костях

Начало

В стране Гагеас, на одноименном полуострове, шестнадцатилетний юноша, с наказа отца, был отправлен в армию, в седьмой ученический полк специальных войск.
Юноша не выделялся дисциплиной или другими важными качествами, но благодаря нехватке людей, Пако Лами (именно так его тогда звали) попал в воины. После чего юношу могли ожидать смерть или плен, но это позже, а сейчас он обыкновенный подросток, обыкновенный для той бедной страны, которая держится лишь на невыгодных мирах, среди постоянных набегов соседних держав.
Пако был не слишком прилежным сыном для своих родителей и в отдалённой части души его родители были рады, что сын может не вернуться домой. А Пако считал, что ему будет лучше пасть в бою, нежели встретиться еще хоть раз с ними. Конечно, ребенок должен беречь и любить своих родителей, но ни для него, ни для его родителей, ни для всех остальных жителей Гагеаса, честь не была в приоритете, так что давайте не будем их осуждать, а поговорим о его лучшем друге - Кано, который пошёл в военное дело с Пако.
Кано было около пятнадцати лет, тощего телосложения, с глупым выражением лица, кстати, лицо у него было непропорционально большим и крайне округлой формы. Ростом он был ниже среднего. Кано был сиротой. Отец погиб на войне, а матери не повезло со здоровьем. Пока мать умирала, сын пытался ей всячески помочь, пока в один ненастный день в дом не ворвался ободранный пьяница и ударом полуполной бутылки, проломив череп матушки героя, окончил её страдания.
Кано, придя домой примерно через четверть часа, застал пьяницу, сбросившего с кровати мертвеца с частью осколков бутыли и оставшейся от неё стеклянной “розочкой”, уже храпевшим пьяным сном на матушкиной кровати. Ни секундой немедля, в порыве злости, бросив в угол маленькой комнатки мешочек с лекарствами для мамы, которые он с большим трудом смог раздобыть, схватился за розочку и воткнул острый её конец в шею пьяни.
Позже одним ударом выбросил того с кровати. Но на этом Кано не закончил! Чтобы подлец не запачкал своей грязной кровью уже давно просроченную по плате комнату, Кано взял ещё корчившееся в судорогах тело за шкирку и выбросил его из своего жилья. До утренней зари восьмилетний мальчик сидел рядом с холодным телом матери, которое он положил на кровать - единственный элемент мебели, что у них был.
А как настало утро, мальчик похоронил единственного родного человека, которого он знал.

Первые приключения

И вот мы снова возвращаемся из крайне прискорбного прошлого Кано во времена, когда ему пятнадцать, и он становится юным кадетом военного училища города Вакамета.
В первую неделю обучения Пако и Кано получили сильную трёпку за небрежный вид и тугой ум. Но всё же они были рады чему угодно, нежели ходить побираться по улицам. На десятую ночь пребывания 120 юных кадетов кто-то украл пистолет у прапорщика Иваша. К утру прапорщик сообщил о пропаже грозе всех учеников, тому, кого боится даже верхушка некоторых полков, действующих на фронте как пушечное мясо.
Звали этого человека Бесом. Имени настоящего его никто уже лет пять не знает. Бес сразу приказал созвать построение. Кадеты, ещё сонные, в красивом свете только появляющегося солнца, были собраны за половину часа, что было непростительно на сборах.
Первыми пришли наши знакомые вместе с парнем чуть старше их, которого звали Акимосом Мусаму, с которым они и решили подружиться.
Позвольте мне немного о нем рассказать: был высок, обладал сильным телом, и, к сожалению, был сильно отстранен от сверстников, волосы были светлые, лицо натурой чистое, немного искажённое подростковыми прыщами.
Ну так вот: когда собрали весь корпус (а в нем находилась дюжина кадетских рот) Бес стал искать виновника. Сразу были убраны из подозрения роты с 1 по 5 оттого, что их казарму запирали на сильный засов, без возможности выхода, ввиду исторической планировки базы. Также отпустили 6,8,9 и 10 – они находились на плановых работах и дежурствах. Тоже без возможности уйти из-под контроля.
Остались только 7, 11 и 12 роты, а это 3 сотни человек!
Бес начал допрос:
Подойдя к маленькому мальчишке, он спросил с нажимом:
— Отвечай! где ты был в полночь?
— Й-й-й-я б-был в-в-во сне. — проговорил мальчик дрожащим голосом.
— А ты? — обратился он к следующему, стоящему через 4 кадета от мальца.
Тот промолчал, нахально показывая непонимание.
Бес вытащил из кобуры пистолет и приставил его к голове Молчуна со словами:
— Отвечай на вопрос!
Тот снова промолчал, но теперь его лицо стало чуть менее нейтральным. Допрашивающий в один миг навёл пистолет на кадета, стоящего на расстоянии трёх человек от Молчуна, и выстрелил…
Пуля угодила чётко в висок. Толпа вскрикнула, Молчун ринулся на Беса, который тут же встретил нападающего пулей в ногу, пробившей колено и спросил:
— Это ведь был твой друг?
— Тварь, почему он, а не я? — Последовал ответ лежащего, полный адской злобы.
— Я же сказал, чтобы ты отвечал.
— Он невиновен, это я его подговорил украсть чёртов пистолет!
— Вот оно что, — сказал мужчина средних лет, подошедший, похоже, дабы успокоить кадетов. — А я ведь всегда говорил, что ты... Что вы – гений! — продолжал он, обращаясь к Бесу.
— Полно, я сам надеялся на осложнения. Ньёрд, тащи-ка Ищейку и вдвоём унесите тело. Я сам переведу подговорщика в тринадцатый полк, — говоря это он не сводил с подлеца ни взгляда, ни оружия. —  А ты, голубчик, иди со мной. Сам напросился!
— Почему его отправляют на фронт вместо казни или хотя бы темницы? — спросил кто-то из толпы у Ньёрда как только те отошли.
— Нет ничего хуже тринадцатого полка, — ответил мужчина, вытаскивая тело вместе с коротко стриженой женщиной лет двадцати пяти, с тёмными волосами, сильным телом и не слишком женственным, но всё равно приятным лицом.
После раскрытия преступников оружие было изъято, а владелец, который упустил пистолет, был отправлен на суд в тыл, и его больше никто не видел.
После отбоя стали наглухо запираться казармы и ответственным за замки начали уставом запрещать говорить с кадетами. Также все с кем часто беседовали воры, были приговорены к переводу в тринадцатый полк сухопутных войск по атаке на вражеские укрепления и укрепрайоны. Итого пополнение тринадцатого полка (впредь здесь так и будет называться, так как мы говорим только об атакующих полках) составило 28 заговорщиков из двенадцатой роты, включая подстреленного.
Из-за недостатка людей часть каждой из двух подозреваемых рот была перекинута в двенадцатую. Среди четырнадцати человек из отряда номер семь оказались уже знакомые нам Пако и Акимос.
Оказавшись в новом окружении, Акимос, по совету Пако, решил начать общение с первым встретившимся.
Это был Томас Галлен, тоже новичок, но уже из одиннадцатой роты. Проходя по внешности, он был не ниже Акимоса, с совершенно белыми, почти выпавшими волосами, лет двадцати двух, бледен и в крайней степени тонок.
В пылу совершенно неумелой дружеской беседы, так как оба раньше говорили нечасто, Акимос узнал, что Томас из деревни Синько. И что линия фронта стремительно продвигается вглубь полуострова, уже сдвинувшись на сотню километров. Акимос чуть не упал в обморок, его закачало и он начал искать опору от ужаса, ведь его семья жила в двадцати двух километрах от приграничной линии.
— Прости, я не хотел. Я фельдшер! Могу помочь! — сказал беженец, пытаясь понять, что с его собеседником.
— Ты видел в спасательном фургоне людей с моей фамилией? — Спросил Акимос, нервничая.
— Акимосов не припомню. — сказал собеседник грустно.
— Мусаму!
— Мусаму? — повторил Док, отступая с ужасом на мертвенно бледном лице.
Заметив лицо Дока, в спешке подошла девушка привлекательной внешности с каштановыми волосами.
— Анна, это Мусаму! — пробормотал подошедшей медик.
— Не может быть! — воскликнула она. —  Ваши родители погибли! — проговорила Анна, обращаясь к Акимосу с нотой сожаления в голосе.
— Отец заколот копьем вместе с моим, спасая отступавших, — сказал Томас.
— А мать выпала из фургона, пронзенная стрелой. — Продолжила девушка.
— Воины Фиты не жалеют никого, — закончил кто-то, подошедший сзади. — Том, кончай этот балаган!
— Тод, я… — начал Том извиняющимся голосом.
— Что здесь происходит? — перебил того Пако, подойдя к собравшимся.Начало

В стране Гагеас, на одноименном полуострове, шестнадцатилетний юноша, с наказа отца, был отправлен в армию, в седьмой ученический полк специальных войск.
Юноша не выделялся дисциплиной или другими важными качествами, но благодаря нехватке людей, Пако Лами (именно так его тогда звали) попал в воины. После чего юношу могли ожидать смерть или плен, но это позже, а сейчас он обыкновенный подросток, обыкновенный для той бедной страны, которая держится лишь на невыгодных мирах, среди постоянных набегов соседних держав.
Пако был не слишком прилежным сыном для своих родителей и в отдалённой части души его родители были рады, что сын может не вернуться домой. А Пако считал, что ему будет лучше пасть в бою, нежели встретиться еще хоть раз с ними. Конечно, ребенок должен беречь и любить своих родителей, но ни для него, ни для его родителей, ни для всех остальных жителей Гагеаса, честь не была в приоритете, так что давайте не будем их осуждать, а поговорим о его лучшем друге - Кано, который пошёл в военное дело с Пако.
Кано было около пятнадцати лет, тощего телосложения, с глупым выражением лица, кстати, лицо у него было непропорционально большим и крайне округлой формы. Ростом он был ниже среднего. Кано был сиротой. Отец погиб на войне, а матери не повезло со здоровьем. Пока мать умирала, сын пытался ей всячески помочь, пока в один ненастный день в дом не ворвался ободранный пьяница и ударом полуполной бутылки, проломив череп матушки героя, окончил её страдания.
Кано, придя домой примерно через четверть часа, застал пьяницу, сбросившего с кровати мертвеца с частью осколков бутыли и оставшейся от неё стеклянной “розочкой”, уже храпевшим пьяным сном на матушкиной кровати. Ни секундой немедля, в порыве злости, бросив в угол маленькой комнатки мешочек с лекарствами для мамы, которые он с большим трудом смог раздобыть, схватился за розочку и воткнул острый её конец в шею пьяни.
Позже одним ударом выбросил того с кровати. Но на этом Кано не закончил! Чтобы подлец не запачкал своей грязной кровью уже давно просроченную по плате комнату, Кано взял ещё корчившееся в судорогах тело за шкирку и выбросил его из своего жилья. До утренней зари восьмилетний мальчик сидел рядом с холодным телом матери, которое он положил на кровать - единственный элемент мебели, что у них был.
А как настало утро, мальчик похоронил единственного родного человека, которого он знал.

Первые приключения

И вот мы снова возвращаемся из крайне прискорбного прошлого Кано во времена, когда ему пятнадцать, и он становится юным кадетом военного училища города Вакамета.
В первую неделю обучения Пако и Кано получили сильную трёпку за небрежный вид и тугой ум. Но всё же они были рады чему угодно, нежели ходить побираться по улицам. На десятую ночь пребывания 120 юных кадетов кто-то украл пистолет у прапорщика Иваша. К утру прапорщик сообщил о пропаже грозе всех учеников, тому, кого боится даже верхушка некоторых полков, действующих на фронте как пушечное мясо.
Звали этого человека Бесом. Имени настоящего его никто уже лет пять не знает. Бес сразу приказал созвать построение. Кадеты, ещё сонные, в красивом свете только появляющегося солнца, были собраны за половину часа, что было непростительно на сборах.
Первыми пришли наши знакомые вместе с парнем чуть старше их, которого звали Акимосом Мусаму, с которым они и решили подружиться.
Позвольте мне немного о нем рассказать: был высок, обладал сильным телом, и, к сожалению, был сильно отстранен от сверстников, волосы были светлые, лицо натурой чистое, немного искажённое подростковыми прыщами.
Ну так вот: когда собрали весь корпус (а в нем находилась дюжина кадетских рот) Бес стал искать виновника. Сразу были убраны из подозрения роты с 1 по 5 оттого, что их казарму запирали на сильный засов, без возможности выхода, ввиду исторической планировки базы. Также отпустили 6,8,9 и 10 – они находились на плановых работах и дежурствах. Тоже без возможности уйти из-под контроля.
Остались только 7, 11 и 12 роты, а это 3 сотни человек!
Бес начал допрос:
Подойдя к маленькому мальчишке, он спросил с нажимом:
— Отвечай! где ты был в полночь?
— Й-й-й-я б-был в-в-во сне. — проговорил мальчик дрожащим голосом.
— А ты? — обратился он к следующему, стоящему через 4 кадета от мальца.
Тот промолчал, нахально показывая непонимание.
Бес вытащил из кобуры пистолет и приставил его к голове Молчуна со словами:
— Отвечай на вопрос!
Тот снова промолчал, но теперь его лицо стало чуть менее нейтральным. Допрашивающий в один миг навёл пистолет на кадета, стоящего на расстоянии трёх человек от Молчуна, и выстрелил…
Пуля угодила чётко в висок. Толпа вскрикнула, Молчун ринулся на Беса, который тут же встретил нападающего пулей в ногу, пробившей колено и спросил:
— Это ведь был твой друг?
— Тварь, почему он, а не я? — Последовал ответ лежащего, полный адской злобы.
— Я же сказал, чтобы ты отвечал.
— Он невиновен, это я его подговорил украсть чёртов пистолет!
— Вот оно что, — сказал мужчина средних лет, подошедший, похоже, дабы успокоить кадетов. — А я ведь всегда говорил, что ты... Что вы – гений! — продолжал он, обращаясь к Бесу.
— Полно, я сам надеялся на осложнения. Ньёрд, тащи-ка Ищейку и вдвоём унесите тело. Я сам переведу подговорщика в тринадцатый полк, — говоря это он не сводил с подлеца ни взгляда, ни оружия. —  А ты, голубчик, иди со мной. Сам напросился!
— Почему его отправляют на фронт вместо казни или хотя бы темницы? — спросил кто-то из толпы у Ньёрда как только те отошли.
— Нет ничего хуже тринадцатого полка, — ответил мужчина, вытаскивая тело вместе с коротко стриженой женщиной лет двадцати пяти, с тёмными волосами, сильным телом и не слишком женственным, но всё равно приятным лицом.
После раскрытия преступников оружие было изъято, а владелец, который упустил пистолет, был отправлен на суд в тыл, и его больше никто не видел.
После отбоя стали наглухо запираться казармы и ответственным за замки начали уставом запрещать говорить с кадетами. Также все с кем часто беседовали воры, были приговорены к переводу в тринадцатый полк сухопутных войск по атаке на вражеские укрепления и укрепрайоны. Итого пополнение тринадцатого полка (впредь здесь так и будет называться, так как мы говорим только об атакующих полках) составило 28 заговорщиков из двенадцатой роты, включая подстреленного.
Из-за недостатка людей часть каждой из двух подозреваемых рот была перекинута в двенадцатую. Среди четырнадцати человек из отряда номер семь оказались уже знакомые нам Пако и Акимос.
Оказавшись в новом окружении, Акимос, по совету Пако, решил начать общение с первым встретившимся.
Это был Томас Галлен, тоже новичок, но уже из одиннадцатой роты. Проходя по внешности, он был не ниже Акимоса, с совершенно белыми, почти выпавшими волосами, лет двадцати двух, бледен и в крайней степени тонок.
В пылу совершенно неумелой дружеской беседы, так как оба раньше говорили нечасто, Акимос узнал, что Томас из деревни Синько. И что линия фронта стремительно продвигается вглубь полуострова, уже сдвинувшись на сотню километров. Акимос чуть не упал в обморок, его закачало и он начал искать опору от ужаса, ведь его семья жила в двадцати двух километрах от приграничной линии.
— Прости, я не хотел. Я фельдшер! Могу помочь! — сказал беженец, пытаясь понять, что с его собеседником.
— Ты видел в спасательном фургоне людей с моей фамилией? — Спросил Акимос, нервничая.
— Акимосов не припомню. — сказал собеседник грустно.
— Мусаму!
— Мусаму? — повторил Док, отступая с ужасом на мертвенно бледном лице.
Заметив лицо Дока, в спешке подошла девушка привлекательной внешности с каштановыми волосами.
— Анна, это Мусаму! — пробормотал подошедшей медик.
— Не может быть! — воскликнула она. —  Ваши родители погибли! — проговорила Анна, обращаясь к Акимосу с нотой сожаления в голосе.
— Отец заколот копьем вместе с моим, спасая отступавших, — сказал Томас.
— А мать выпала из фургона, пронзенная стрелой. — Продолжила девушка.
— Воины Фиты не жалеют никого, — закончил кто-то, подошедший сзади. — Том, кончай этот балаган!
— Тод, я… — начал Том извиняющимся голосом.
— Что здесь происходит? — перебил того Пако, подойдя к собравшимся.— И что с Акимосом? — добавил тот же, подойдя ближе.
— Он узнал. — начала Анна.
— Что его семью…— подхватил Томас.
— Убили! — чуть ли не рыдая, сказал Аки.
— Воины Фиты. — закончил Тод хладнокровно.
И тут ворвался в казарму Ньёрд и прокричал:
— Общий сбор! Экстренные учения! Мобилизация!

Сегодня будет жарко

Все сразу выбежали на площадь, озаренную только наполовину вышедшим из-за горизонта солнцем.
— Юные кадеты, Родина взывает к вам! Все кто может стрелять влезайте в фургоны вместе с Ньёрдом и Ищейкой. А те, кто по какой-то причине не умеет, просьба собраться на стрельбище! Бес вам проведёт краткое обучение о владении и применении огнестрельного оружия, — проговорил майор как только кадеты выстроились в ряды.
Через некоторое время большинство кадетов отъехало, а те, кто не умеет стрелять, собрались на стрельбище. Вся 12-я рота уже расселась в фургоне и тот начал свой путь к фронту. Прибыв на линию фронта, новобранцев сразу послали в самую важную точку, где брали приступом деревню. В зоне боевых действий им пришлось ступать по мокрой, заваленной мертвыми телами земле на своих двоих.
Вот и начался бой: в сотне метров впереди Пако заметил маленький отряд из семи человек, скрываясь, идущий в тыл защитникам деревни и нёсший в руках копья и луки. Ньёрд, взглянув в бинокль, понял, что это были воины Фиты и отдал приказ снайперам застрелить этих бойцов.
— Остальные, прикройте их во имя всего святого!
13 человек остановились, сняли с плеч винтовки, прицелились и разом выстрелили.
Ньёрд посмотрел в бинокль и сказал:
— 7 из 7! Отлично, чёрт возьми!
И тут со стороны близлежащего леса вылетело 6 стрел. Четыре снайпера с двумя воинами пали лицом вниз, пронзённые ими.
Выжившие в страхе побежали кто куда: одни к деревне, другие обратно к баррикадам на стрекочущие пулеметы, бойцы, стоящие за которыми, видимо, решили, что бежит враг. В итоге остались только Ньёрд, Пако, Акимос, Томас, Анна, Тод и ещё один боец.
— Огонь по лесу! — приказал оставшимся Ньёрд.
— Вижу двух в кустах к северу! — сказала Анна и выстрелила.
— Огонь! — прозвучал в ответ приказ.
Тод и Пако повернулись и начали обстрел кустов.
— Мертвы! — прокричала девушка и снова начала поиск врага.
— Аки и Дик, идите проверьте лес. Аня, Тод и Том, добейте отряд лазутчиков. Пако, прикрой Аки с Диком.
Все принялись за работу. Пройдя в тень леса, из-за объёма поискового пространства, Дику и Пако с Акимосом пришлось разделиться. Спустя какое-то время, проведённое в поисках, два друга решили выйти из леса.
И тут справа послышался странный шорох. Они сняли с плеч оружие и нажали на спусковые крючки. Полетели пули и кто-то вскрикнул.
Закончив обстрел, они пошли на звук и увидели следующую картину: перед ними лежало два вражеских бойца, а к дереву был привязан Дик с кровоточащим плечом. Они освободили его и вытащили из леса.
Выходя из леса путники стали кричать:
— Не стреляйте, свои! Нам нужен Том.
На выходе из леса их уже ждал медик, которому друзья передали Дика и пошли доложить о произошедшем капитану.
Снайпера уже покончили с лазутчиками.
По завершению доклада и перевязки Дика, они быстро продолжили путь в деревню.
Уже в деревне отряд разделился: Томаса с раненым отправили в лазарет, а остальные пошли биться с Фитой.
Анна с Тодом забрались на колокольню маленькой церквушки для прикрытия отряда. А Пако, Акимос и еще четыре бойца из немногочисленного ополчения деревни под командованием Ньёрда отправились на выбивание противника из дальних домов. Все, конечно, понимали, что их отправили на смерть.
С колокольни прозвучали выстрелы.
— Значит, мы близко. — сказал Акимос, снимая винтовку со спины.
— Оружие на изготовку! — приказал кэп.
Все подготовили оружие.
В тот момент они поднимались на холм. Те из ополчения, кто вызвался помочь в битве, смогли выйти вперед благодаря тому что они уже успели отдохнуть в деревне. Как только первые бойцы вышли на вершину холма, в них полетели стрелы. Все четверо сразу упали кубарем вниз, а остальные начали стрельбу. Благодаря ужасному вооружению Фитовцев, большую часть обстреливающих удалось уничтожить, а остальные начали забиваться в дома.
Ньёрд пошёл на штурм этих прогнивших халупок. Всего было четыре дома и в каждый они зашли, и в каждом они оставили гору мертвецов.
Делали бойцы так: Пако встаёт у окна, Ньёрд у двери а Акимос пробивает какую-нибудь деревяшку, и на счёт «три» они выбивали дверь с окном и начинали палить. Против выстрелов сразу из трёх точек сопротивление было невозможно.
Так они штурмовали каждый дом, пока перед штурмом последнего вдруг Пако не закричал:
 — Фитовцы с северо-запада!
— Чёрт, а их много! — проговорил, стиснув зубы, Ньёрд. Ведь он понимал, что слишком многое сейчас зависит от его немногочисленного отряда: уничтожить укрывшихся в последней лачуге врагов, которые могут разбить всех, кто здесь будет держать оборону, уничтожить подходящие силы Фиты и, наконец, очистить ближайшие леса от возможных засад. — Аки, иди за подкреплением и Бога ради, прошу, быстрее! Пако, — обратился капитан к последнему своему бойцу, когда Акимос уже скатился кубарем с холма. И, держась за затылок, побежал прочь. — Продолжать штурм!
Ньёрд снова ворвался через дверь, а Пако через окно. Внезапно капитана ударили стулом по голове, а Пако кинжалом полоснули по лицу, выбив глаз и винтовку из рук. Пако, не растерявшись, выхватил пистолет из кобуры Ньёрда на поясе и выстрелил в живот обидчику, затем двумя выстрелами спас капитана и выпрыгнул обратно в окно. Кэп в ту же секунду взял выбитый автомат и открыл огонь на поражение. Спустя половину рожка всё было кончено: перед ним лежало 14 убитых ими же Фитовцев. Выйдя на улицу, он увидел в каких-то 120 метрах под собой внушительное полчище воинов Фиты, насчитывавших по меньшей мере 300 человек. Пако лежал рядом, тоже понимающий что шансов у них не осталось, и то подкрепление, которое должен был привести Аки, будет смятено в таких условиях. Но, раз при взятии этой деревни не помогут луки, так как дуга полёта стрелы не даст ей залететь на такой высокий холм, они еще могли, хоть и ненадолго, задержать противника.
Сзади послышался топот лошадей.
— Ну вот мы и в окружении, — как бы прощаясь с жизнью сказал Ньёрд.
— А всё-таки здесь что-то не чисто! Как эти дикари с луками и копьями смогли победить огнестрел? Я лично не знаю. — Проговорил Пако после недолгого молчания.
— Ждали подкрепления? Вот оно! — В этой саркастичной фразе Ньёрд сразу узнал Ищейку, не забыв сообщить спутнику по несчастьям об этом.
Оба посмотрели вниз, к источнику их излишних переживаний, и обрадовались, ведь внизу были кадеты, с которыми Пако с друзьями уезжал на битву. Не обращая внимания на всё наступающего врага, в домах Пако и Ньёрд нашли пару мотков крепкой пеньковой веревки, привязали её к опорам домов и сбросили подкреплению.
Когда все забрались наверх противник уже покрыл собой половину высоты холма. Воины Гагеаса выстроились в ряд у края холма. Прозвучали команды: "Готовьсь, цельсь, пли!" Прозвучало около 80 выстрелов. Неприятельские копейщики начали падать вниз, сбрасывая за собой товарищей, разбивавшихся насмерть о поверхность земли.
— Пли, пли, пли! — все выкрикивала Ищейка с явным удовольствием от смертей Фитовцев.
Вскоре противник был повержен, но она все ещё продолжала кричать “пли”, пока Ньёрд ее не успокоил. Вдруг из леса, находившегося по левую руку бойцов Гагеаса, выскочили копейщики неприятеля и с победоносными криками стали рубить кадетов. Прежде чем им оказали серьезное сопротивление, они успели разобраться с третью отряда, когда же по этим двадцати лучникам стали стрелять, из леса посыпалось столько же стрел. Пало еще несколько солдат, и четверо были ранены.
— Все выжившие, открыть огонь по готовности в сторону леса! — приказали в один голос оба капитана.
После резкого залпа из огнестрела большая часть копейщиков погибла, а остальные стали прорубать мечами путь к отступлению, в том числе рубя и своих. На них полетел град стрел с одной стороны и ливень свинца с другой. Вскоре Пако заметил спускающихся с холма и отступающих последних воинов, что забрели сюда. По ним не был открыт огонь, и вскоре от захватчиков никого не осталось. Так была выиграна первая битва над дикарями из Фиты, заложившая надежду в сердца жителей и воинов Гагеаса и положившая начало великих битв.
Укрепившись на холме и дождавшись еще подкреплений, капитаны решили начать наступление, пока противник не перегруппировался. Воины были разделены на два равных отряда. Первый во главе Ньёрда, с уже проверенными временем солдатами, а второй во главе с Ищейкой, управляющей кадетами.
Тем временем Пако бросился на поиски Кано. Так как, по заверению Акимоса, он прибыл с подкреплением.
— Только вот… — Замялся было тот.
— Что такое? — Спросил Пако, недоверчиво.
— Что такое? — Повторил он же, тряся Аки.
— Он был по левую руку нашего отряда.
— Неужели… — Начал было Пако, поникнув духом.
— Пойдем в лазарет. Может, он там? — Перебил того Аки с новым приливом сил.
— Да… да… — Согласился Пако, еще больше поникнув.
Придя в лазарет и найдя Томаса, расспросили его о Кано, на что тот ответил, что не видал его ни раненым, ни пока хоронил павших. Искра надежды блеснула в глазах друзей, которые сразу заторопились к выходу из халупки, гордо прозванной госпиталем.
Выйдя и сделав глоток свежего вечернего воздуха, мальчики начали разговор:
 — Что сделаешь, когда выбьем врага с полуострова? — Начал Аки.
— Не время думать об этом. — Сказал, стиснув зубы Пако. — Надо расспросить воинов. — Продолжил он, смягчившись после недолгой паузы.
— Непременно!
Они разошлись.
— Вы не видели? (он описал внешность Кано во всех красках.) — Спросил Акимос, обращаясь к кучке воинов, сидевших вокруг костра.
Все в один голос сказали, что ещё в бою он делся куда-то.
В итоге Аки нашёл одного тощего, ободранного, пропитавшегося грязью сослуживца Кано и повел его к Пако, который тем временем говорил с пленными бойцами, которых готовили к виселице.
Повернувшись к подошедшим, он велел тощему говорить:
— Что знаешь о Кано?
— Я видел как его ударили мечом по голове. Плашмя. И пока он был в отключке, утащили в лес. А человечка, что пытался спасти вашего друга, убила стрела.
— А ты почему не помог?
— Мне не выдали оружие…
— Почему ты говоришь с товарищем в таком пренебрежительном тоне? — Перебив уродца, проговорил Аки.
— Извиняюсь, я волнуюсь за жизнь друга. — Сказал Пако и обратился к костлявому. — Ты случаем не знаешь, утащили ли кого-нибудь ещё?
— Не видал. Я спасти его бросился и, видимо, поскользнулся, и упал с холма. Оттого и такой подранный. —  Сказал воин, показывая на одежду.
Вдруг один из пленников тихо пробормотал говорящим, пока охранники отошли:
— Я могу рассказать вам где прячут пленных. Только уговорите их... — Он указал на охранников. — отпустить меня.
Пако и Акимос кивнули в знак согласия.
— Аки, иди в лазарет и попроси составить список пропавших, — попросил Пако у друга.
— А ты, — он повернулся к ободранному, когда Акимос отошел, с видом наигранного дружелюбия. — беги к командирам с докладом от Аки и доложишь им о похищении.
— Ну что же, — обратился Пако к пленнику, когда они остались одни. — говори, где похищенные?
— Не всё сразу, — отвечал опасный собеседник, как бы разжёвывая каждую букву. — Сначала ты, потом я.
— Наоборот, ты ни под каким предлогом не согласишься? — Прозвучал риторический вопрос.
— Какой ты догадливый! — Льстиво воскликнул пленник.
— Тогда вам всем придётся начать сушиться на солнышке раньше положенного. — С этими словами Пако вытащил винтовку и откинулся назад, как бы предугадав произошедший через мгновение рывок пленника, развязавшегося во время беседы.
Прозвучал выстрел, затем еще два. Все, кто находился на холме, сбежались на звук с оружием наготове. Пока они бежали, прозвучало еще три выстрела. Как только толпа сбежалась, им предстали: Пако, которого два охранника вытащили из-под трупа с тремя кровоточащими ранениями, а позади еще три тела, убитые, видимо, без помощи охраны.
Как только Пако вылез весь в крови, его связали по рукам и ногам и приставили к стене ближайшей из халупок.
— Не сметь! — Послышался голос Ньёрда, который с Ищейкой и Акимосом пробивался сквозь толпу.
— Он невиновен, а если вы так не считаете, то нам все-таки пригодится петля! Если он и убил этих пленников, то ничего особо не поменялось бы, ведь вы уже готовили их на виселицу. — Прокричала Ищейка. — Если только вы не... — И тут она осеклась, вынула пистолет и уже направила его на охранников.
В тот же миг один взял Пако, как живой щит, и, выхватив пистолет, направил его на голову своего заложника. Второй — навелся на ищейку.
— Мы вас не тронем. Просто дайте нам уйти!
 — Сказали предатели. — Ответила, дразнясь капитанша.
Прозвучал выстрел, держащий Пако упал, затем второй выстрелил в Ищейку. Она зажмурилась, на её животе появилось красное пятно. Прозвучал ещё выстрел. Второй подлец отправился к праотцам. Перед Ищейкой что-то тяжёлое, словно мешок картошки, упало. Она открыла глаза, перед ней лежал Тод Галлен, весь в крови. Он сказал лишь:
 — Рад умереть у ваших ног, капитан. — Его бедная грешная душа отлетела.
— Почему вы не стреляли? — Обратилась Ищейка к Ньёрду и Акимосу.
— У меня эти подлецы, да, как и у тебя, оружие вывели из строя. — Он поднял пистолет и нажал на курок. Ничего не произошло.
— У Аки винтовка по вашему приказу в оружейной, как и у многих. — Ответил за Акимоса Пако.
— Раз вы тут все собрались, я готов объявить что как только зайдет солнце, я вам поведаю план по возвращению захваченных врагом земель. Мне нужно три добровольца.
Вызвались пять кадетов. Из них командиры выбрали трёх.
— Вы вдвоем идёте в качестве разведчиков вперед, а ты – назад, будешь гонцом. Донеси письмо маршалу.
— А пока они уходят, список похищенных врагом вам зачитает Томас.
Друзья повернулись к Томасу, который, с винтовкой наперевес, видимо только, что спустился с крыши, откуда и стрелял. Лицо у него было злобно перекошено и всё твердил:
— убью, всех убью, никого не пощажу.
Принимаясь за текст, он успокоился, вдохнул и стал читать:
Список похищенных в плен товарищей. Роберт Уильямс, Джон Ливан, Бертран Юрьев, Данил Верандин.
 — Это же мой брат! — Крикнул кто-то из толпы.
— Молчать! — Закричал Ньерд.
— Продолжай, Том.
Ганс, Святой, Анна Флюетт.
При чтении знакомых имен его глаза покрылись слезами. Но он продолжал:
Кано.
Это только по итогам прошедшего боя.

Спасти рядового Кано

— Так вы готовы воевать за родных и близких? Если нет, то оставайтесь здесь. Но знайте, если вы останетесь тут, то в глазах нашего славного короля Петра IV вы станете скотом, что способен только рыдать о своих проблемах. — Закончил наконец свою пылкую речь первый капитан.
— Берите оружие и марш по шеренгам. Я не намерена слышать рыдания телят и блеяние овец. Если страшно, так зачем в бойцы пошли? —Высказался второй.
— Мы готовы, товарищи капитаны! — Хором прокричала толпа.
— Славненько. — Сказала Ищейка.
— Тогда к плану действий: я уже послал гонца за тринадцатым полком, который должен выступать с юго-запада и расчистить лес. Далее мы делимся на два отряда: один во главе с Ищейкой пойдёт освобождать Лазоревку и встретится со вторым и 13 полком под Пёстрой. Второй пойдет в деревню Святого Франциска и соединится там с 13 полком. Далее также устремится в Пёструю. — объяснил Ньерд. — Все готовы?
— Да!
— Тогда вперед!
После захватывающих речей Пако позвал Ньёрда уединиться в лесу:
— Надеюсь это что-то важное.
— Послушайте, капитан, я бы хотел выразить благодарность за пистолет, который вы мне перед штурмом той хижины дали.
— Не нужно. Если бы тогда у тебя его не было, то, как минимум, мы бы с тобой погибли.
— Хорошо, я понял…
— Смотри, я тебе сейчас дам бумажку, с которой ты из оружейной сможешь забрать себе похожий. — Перебил юношу Ньёрд.
— Спасибо! Я вам по гроб жизни…
— Давай только быстро, мы уже выдвигаемся. — Снова перебил кэп, протягивая записку.
Воины собрались по отрядам и вышли в наступление примерно в полночь. Довольно примечательно, что ни одного противника за время ночного пути первый отряд не нашёл. Ньёрду это не понравилось.
— Видимо, они разузнали про наш выход и сделали засаду, — сказал тот. —  Идите осторожнее.
Но всё оказалось куда проще. На утренней заре они встретились с разведчиками, которые рассказали, что противник отступил и освободил городок.
— Что всё-таки ими движет? Сначала крайне быстрое наступление, затем, в зоне активных боёв, менее сотни бойцов. Ещё похищение воинов ценой земель и жизней. Что это всё значит? — Произвел умозаключение командир. — Неужели у них есть что-то, что они пытаются продвинуть во фронтах?
— Давайте осмотрим город и попробуем занять его? — осмелился предложить один из воинов Гагеаса.
— Хорошая идея! Ты с 13-м полком это и сделаешь! — задорно ответил Ньёрд.
В городе первый отряд уже поджидали воины 13-го полка. На встречу товарищам вышли 20 человек с необычными вестями:
— Мы не встретили ни одного врага. — сообщил один из встречавших.
— Мы тоже, как-то подозрительно… — На половине слова его изречение прервал странный грохот со стороны города.
Затряслась земля, и, обернувшись, воины увидели гигантскую морду змеи с открытой пастью, словно выпрыгивающую из-под городка. Почти весь 13-й полк был в городке и, следовательно, был уничтожен в захлопнувшейся пасти, возвращающейся под город.
Сзади послышался стук копыт, и из леса вышел потрёпанный 14-й полк, сообщивший, что в лесу он разбил несколько сотен врагов.
 — Значит, я был прав, — сказал кэп и приказал всем собраться и галопом мчаться в Пёстрое — предупредить второй отряд.
Тем временем второй отряд уже во все орудия стрелял по крайне многочисленному врагу из завесы леса.
Фитовцы растерялись, ведь их излюбленный прием с окружением работал против них. Они принялись бежать, но со стороны отхода ливень свинца полил в три раза сильнее, нежели изначально. Через минуту последний Фитовец упал. Лазоревка была захвачена. Оттуда воины сразу крупной рысью поскакали в Пёстрое.
Когда Гагеасцам оставалось до цели всего полчаса, их начало клонить в сон, и все попадали с сонных коней. Последнее, что увидела Ищейка перед тем, как отключиться, был тот самый Молчун-подговорщик, закалывающий кинжалом одного из бойцов.
Придя в лесок под Пёстрым и не увидев никого, первый отряд направился к Лазоревке, но в пути он также был захвачен, как и второй.

В стане врага

Очнувшись, Пако почувствовал на голове мешок, услышал прерывистое дыхание товарищей и понял, что у него связаны руки и ноги, и что он сидит на коленях. Ногами Пако уже не мог пошевелить, так как у него они отнялись.
Вдруг послышался голос и включился свет:
— Неплохой улов, как мы их провели, а? М-да… Из-за этих гадов мы лишились трети земель на полуострове и множества солдат. — В голосе Пако узнал Молчуна.
— Да, ваше превосходительство! — ответил неприятный голосок.
Глаза Пако привыкли к тусклому свету факела, воткнутому у входа.
Слева находилось три пленника, тоже на коленях, тоже связанных и с мешками на головах. Перед их головами стояли тазы.
По правую руку был, по-видимому, маршал, которому Ньёрд отправлял письмо. Маршал тут тоже был пленником.
 — Значит, тут сейчас пол сотни пленников?
— Так точно-с.
— И на очереди еще полторы тысячи?
— Да-с. И тут-с есть: Пако, Кано, Акимос, Ньёрд, Ищейка, Анна, Томас, Бес и другие.
— Великолепно! Введите палачей!
— Ах ты, тварь! — Закричал Бес, очнувшись.
— Очнулся! давай-ка тебя, вместо бездарности – Ищейки, первым казним. — смеясь приказал Молчун.
Зашли три палача и выполнили каприз начальника.
— А всё же вовремя мы сменили им короля! Осталось только оклеветать и повесить старика. — самодовольно продолжал здешний начальник и сделал какой-то жест.
Один из палачей снял мешок с головы маршала и разбудил его. Затем вернулся к трём приговоренным, одновременно с остальными повторил процедуру с ними, но уже поднося ножи к горлам.
— Что здесь творится? — Прогрохотал маршал.
— Ну, привет! Теперь ты в плену. Твои подчиненные будут умирать, пока ты не начнешь говорить, где укрываешь пробирки Уотсона!
Маршал промолчал.
Молчун сделал еще знак, Бесу и двум генералам воткнули в горла ножи. В таз полилась алая кровь.
Тела стащили на середину комнаты, вместе с тазами. Из левого угла вытащили еще три таза. Процедура повторилась еще дважды. Маршал только скрипел зубами. Было видно, что большинство пленников уже вернули себе сознание. И молчали только от ужаса или смирения с судьбой. Молчун сдвинул занавеску на окне и закрыл дверь. Еще пару раз повторив знаки.
Видимо, это значило, что смерти уже не будут останавливаться.
Когда появились первые лучи солнца, число павших перевалило за 40. Было принято решение привести еще сотню пленников и допросить маршала, который, по своему обыкновению, продолжал молчать. Пленников привели.
— Раз ты молчишь, видимо, ради тебя им умирать бесполезно. Думаю, пора привести его...
Он снова сделал знак рукой. Палачи вышли и захлопнули за собой дверь. Через четверть минуты в окна влетело шестеро солдат и схватили Молчуна. Когда вошли палачи, по ним был открыт огонь. Снизу послышались голоса.
 — Это свои. —  заверил пленных один из отряда.
— Берите оружие с тел, — сказал властно другой. — Мы захватим эту крепость!
— Граф, остынь! — Проворчал первый.
— Ладно, кэп.
— Мы идти не можем! — сказала Ищейка среди трёх почти казнённых.
— И вправду, Пантера! осмотри их! — насмешливо отозвался Граф.
— Ничего серьёзного, но идти сейчас не могут! — ответила Пантера.
— Ладно, значит, самим воевать! — обиженно сказал Граф.
— Паладин, Гном, проверьте, что они там такого интересного несли. Пантера, Граф, оставайтесь тут и защищайте груз. Данила, иди со мной на зачистку. Остальные пусть подтягиваются по мере выполнения задачи. За короля Петра! Уничтожим самозванца! — Отдал распоряжение их кэп.
— За короля Петра! — Повторили в один голос подчиненные.
— Надо уходить! — вдруг сказал Кано. — Я чую ловушку.
— Ты с чего это взял? — спросил не успевший уйти капитан спасателей.
— Да ведь у них есть гигантская змея! — воскликнул Ньёрд.
— И ещё неизвестные нам разработки. — Сказал Паладин, видимо, закончивший экспертизу.
— Он знает в чём тут дело. — Указал Кано на хихикающего Молчуна.
— Ладно, давайте уматывать отсюда. В штабе расспросим его. — принял решение капитан.
Новоприбывшие стали спускать из окна пленных. Раздался грохот, затряслась земля. Молчун нервно засмеялся.
— Поздно, берите книги и уходите! — прорычал маршал.
Последние бойцы вылетели на канатах прочь, и в тот же миг из-под земли вырвалась морда змеи, пожравшая крепость.
 — Сейчас Апоп вырастет. Ему еще необходим десяток тысяч людских тел, и тогда он поглотит солнце! И мир станет чище! — Восторженно затараторил Молчун.
— Да это дьявольская секта! — сказал Граф.
— Значит, наш враг куда серьезнее… А это только фанатики, что забирают жизни из пустого внушения. — сделал вывод капитан.
— Хорошая догадка, Одиссей. — оценил маршал. Вот зачем им пробирки Уотсона…
— А что это за пробирки? — спросил Граф.
— Простыми словами, они из человека и кучи мертвецов могут сделать похожее на эту змейку чудовище. — описал маршал.
 — Ого, то есть враг создаёт армию дьявольских отродий, чтобы… — догадалась Пантера.
— Завоевать мир. — закончил Маршал.
— А как этих монстров побеждать? — спросил Данила.
— Им, вероятно, нужно прекратить подачу человеченки… — ответил капитан.
— Не смейте! Если каждый из четырёх богов умрёт, Фита будет проклята! — зашумел Молчун.
— Замечательно! Раз у нас есть ответы, нужно уничтожить угрозу. — молвил Гном.
— М-да, вот нам и взвалили дикари тяжкое бремя спасателей человечества на плечи. — сделал вывод Одиссей.
— Скорее в штаб! Нам надо уничтожить сначала пробирки! — загрохотал маршал.
Они направились в штаб Петровцев, цель которых была в отбрасывании Фитовцев с полуострова, спасении от казни и возвращении на трон Старого Короля, и теперь в уничтожении монстров врага. По пути воины успешно уничтожали засады врага и через день прибыли на место назначения.
— Молчуна за решетку, артефакты отнести в лабораторию вместе с приказом об уничтожении пробирок, маршала отвезти в комнату к командору. - Скомандовал Одиссей у штаба.
Воины разошлись.
— Ну а вам стоит идти на стрельбище. Конечно, вы уже не кадеты, но, чтобы попасть к нам, нужно уметь биться не хуже Данилы, с которым вы там и сразитесь. Ну, вперед! — Приказал капитан новобранцам.
Все разошлись и Одиссей пошел в лабораторию за выводами:
— Пока мы не можем понять какие материалы точно нужны для уничтожения мутантов и пробирок Уотсона. Пока у нас нет испытуемого. — сказал первый ученый.
— Можем сказать только что нам нужна одна пробирка, боец, который отлично выполняет задания, и четыре трупа людей. — подсчитал второй.
— И что клетку для змеи нужно делать из меди. Так как её этот металл разъедает. И после него змейка не лечится. — Закончил третий.
 — Значит, загнать в медные рудники... — Перебил учёного кэп.
— Да, должно сработать. Только для полного изгнания мутанта этого не достаточно. Нужно мечом, который мы сейчас разрабатываем, пробить в трёх местах его голову и отрубить её. В течение пяти минут голову нужно будет поместить в контейнер, герметично его запечатав, он у нас уже есть. Если в течение недели после этого сущность не найдёт себе питание, она умрет. Всего этих чудовищ пять, и мы собираемся создать одно из них и уничтожить сами. — Пояснил первый.
— Ладно. Только вдали отсюда. — Согласился Одиссей.
— И не устройте конец света, четырёхглазые. — добавил подошедший Граф.
Тем временем на стрельбище, в бою на деревянных мечах против Данилы, победили: Ньёрд, Ищейка, Пако, Акимос и еще несколько бойцов. А хорошо себя показали: Кано, Том и шестеро воинов.
— А остальных есть чему научить! — самодовольно сказал Данила. — Те, кто смог меня впечатлить, идите к казармам, там вас распределят по отрядам.
Прошедшие испытание новобранцы устремились к казармам, где наши знакомые были отправлены в отряд под командованием Графа. После чего их отправили на отбой.

Один на миллион

По утру семеро новобранцев отряда Графа выстроились в общей шеренге, где им должны были дать приказ о пути на север, до городка Мыслетте, где должен сидеть змей Апоп.
— Воины, освободители нашей славной страны! Мы сейчас наносим сокрушительные удары по армии врага. Наши учёные нашли способ уничтожить его оружие. Для начала возьмите мечи с левого стола —излагал Кэп. Когда воины под контролем Пантеры и Графа собрали мечи, он пересказал план, составленный по словам учёных. — Всем ясно?
— Да!
— Тогда в путь!
У Мыслетте воины остановились перевести дух. Было видно что змей их ждёт. Отряды Пантеры и Графа добрались до ближайшей медной складчатости, откуда подали сигнал о готовности. Остальные бойцы пошли на выманивание Апопа из-под земли:
Одиссей вступил в город и начал бранить змея:
— Ах ты, червь дождевой! Давай, я знаю, что ты тут. Вылезай, деликатес свиней, я жду, глист неповоротливый!
Внезапно из-под него вырвалась змея с раскрытой пастью. Командиру повезло, он попал на верхнюю челюсть монстра и сразу вонзил меч ему в глаз. От боли зверь заорал так, что ближайшие деревья сильно зашатались, грозясь упасть.
Но Одиссею было всё равно: с помощью меча он повернул Апопа по направлению к медным залежам. Уже приблизившись к ним, змей вдруг опустился под землю. Командиру ничего не оставалось, как отпустить меч. Поднялся крик змея из-под ног бойцов, и он вылез на поверхность, совершенно без сил свалившись в ноги солдатам, которые тотчас атаковали его голову согласно плану.
Вскоре зверь был повержен, а контейнер с его головой был запечатан в надёжном месте, в которое закрыт доступ абсолютно всем, примерно в тех же горах.
В итоге остались только четыре монстра, которые всё ещё грозили вымиранием человечеству.
В километре от штаба капитан вдруг повернул к западу и ускорил лошадь, знаками говоря чтобы за ним шли отряды Пантеры и Графа. Через несколько минут перед ними была клетка, в которой сидел гигантский циклоп без охраны. Воины спешились и стали привязывать к деревьям лошадей, когда услышали быстрые шаги. Вскоре воины увидели Молчуна, нёсшего пробирки Уотсона к циклопу.
Капитан решил посмотреть что выйдет. Молчун бросил пробирки в пасть чудищу. Тот сразу испустил выжигающую глаза вспышку света. Когда она прекратилась, циклоп испарился, а рядом с ним лежал кусок угля, похожий на человека. Это был Молчун.
Сзади подошел учёный и сказал:
— Осталось три монстра. Всё-таки переизбыток жидкости Уотсона может уничтожить этих монстров.
— У нас создались пробирки? — Спросил Одиссей.
— Нет, это был крайне рисковый способ их уничтожения. А изготовить невозможно из-за уничтожения рецепта создателем. — сказал лаборант.
— А вот жаль что Циклоп умер. Он был бы хорошим оружием против…
— Своих сородичей? — усмехнулся Граф.
— Ну, мы до этого ещё не углублялись в книги. Кстати, — голос учёного стал нездоровым. — Нам не хватает документов об этих монстрах. Лаборатория будет рада, если Она их получит. Если вы, конечно, хотите уничтожить мутантов…
— Ладно, только вы там быстрее! У нас есть слухи что переворот близок. Пётр может лишиться головы!
— Да, капитан прав. Вам нужно сделать оружие как можно быстрее. — сказала молчавшая ранее Пантера.
 — Сейчас, в первую очередь, вам нужно найти информацию о третьем номере, сказал таинственно лаборант. Только не читайте! — громогласно закричал он же.
— Ладно, ладно, — сказал, изображая страх и пятясь Граф. — Что-то очкарики скрывают. — Заговорил с капитаном он же, убедившись, что объект его сомнений не слышит.
— Да, видимо, дальше будем осторожнее с ними. Надо узнать, что в их Лабе, что он её очеловечивает.
— Верно, Пантера! Отправим Гнома с новобранцами. А Паладин пусть пока разбирается с телом змеи и пытается создать этот, как его, Пантера, ты умная, как это назвали?
— Monstrum suppressor.
— Да, точно. Этот Нафарасский…
— Латынь.
— Ладно, Граф, хватит издеваться над Пантерой. Видишь, ещё слово, и ты будешь пропущен через её когти. Я тебя спасать не стану!
Бойцы Графа на всякий случай отвели командира подальше.
— Сейчас поедем в лагерь, там соберём всех воинов. Часть поедет за книгой, а Паладин и Гном будут делать подавителя…
 — Монстр эспрессо. — поправил начальника Граф.
Пантера чуть не отрубила голову наглецу.
— Да успокойтесь вы, — сказал грозным голосом Одиссей. - Офицеры же, чёрт возьми! А ведете себя, как дети.
 — Ладно. — угрюмо буркнул Граф.
— Так точно! — весело прокричала Пантера, встав на вытяжку и отдавая честь.
— Ну так вот, Гном с Паладином будут делать подавителя, а мы будем искать книги с остальными. Это не обсуждается! Личные ваши составы будут соединены в один и будут наблюдать за штабом, и с особенным рвением за Лабой. Ясно? — Тут он повернулся к новоприбывшим воинам.
 — Да. — робко ответили те.
— Тогда к выполнению плана. Но, прошу, только не раскрывайтесь.

Что они замышляют?

Как только прозвучал подъём 11 сентября большинство солдат выступило в новый поход. Личные составы тихо ускользнули, и лаборанты, видимо, решили, что они остались только с малочисленными часовыми и медиками, ухаживающими за еле живыми последствиями командования прошлого командора, которого сменили незадолго до появления в лагере Пако и других.
Через 12 часов после начала наблюдений один из учёных пошёл в лес, прихватив с собой лук со стрелами, по всей видимости, созданный в Лабе. Тот, кто это заметил, сразу побежал к Ньёрду, которого поставили командовать 13-ю лазутчиками.
Тот сразу велел Пако, Акимосу и Томасу следовать за лучником, двоих поставил у Лабы и одного пустил по трубам в подвальчик-лабораторию, а Анну с винтовкой оставил следить за происходящим из окошка на чердаке казармы. Оставшиеся шестеро во главе с ним должны были начать открытую операцию по уничтожению Лабы, всех разработок и учёных по первому крику Анны.
Спустя 3/4 часа Анна крикнула и выстрелила, после чего упала с чердака в обморочном состоянии. Воины сразу выбежали и застали справа мёртвого учёного, видимо, пытавшегося убить двух лазутчиков, а слева Пако, несущего две головы: Томаса и Акимоса. Ноги у Пако не было по колено, вместо неё была привязана деревяшка. Весь он был в крови, на спине нёс лук учёного и его же стрелы. Часть воинства Ньёрд отправил на устранение цели, а часть - к Анне. Далее капитан лазутчиков подошёл к обеспокоенному Пако с расспросами:
 — что с вами произошло?
 — …
 —  Кто их так?
 — …
— Да чёрт возьми, скажи уже!
— Эта лабораторная крыса… Он взял лук и выстрелил в Аки. Том прикрыл собой… Упал… Он ещё выстрелил… Попал в меня… Воткнул в Аки нож... Он умер… Отрубил им... — Он показал головы. — Мне ногу… Я его прикончил.
Последние слова Пако сказал так кровожадно, что Ньёрду стало не по себе.
— Ладно, иди в казарму.
— Нет! — он передал головы капитану. — Ты отдай их Анне, а я убью всех этих мясников!
На этот раз Ньёрд закрыл рот рукой и пошёл прочь к казармам, так как кровожадность Пако его уничтожала.
Пако побежал с винтовкой наперевес к Лаборатории, где застал окровавленных врагов и три трупа разведчиков. В порыве ненависти он перестрелял пять ученых и сделал по 3-4 выстрела в их лица. После Пако уничтожил все разработки и уже собирался сжечь Лабораторию, но что-то сзади его выбросило на поверхность земли.
Поднявшись и развернувшись, Пако, увидел существо, состоящее преимущественно из частей тел своих жертв и странной слизи. Пако дал бой существу, он отрубил одну из его «конечностей», на что оно решило подчинить бойца себе через воздействие на мозг. Пако лишь отрубил ещё одну конечность. Существо издало оглушительный визг и скрылось в подземелье.
Пако принял решение вернуться в казарму и рассказать о ещё одном монстре. У казармы он услышал женский плач:
— Братик, братик… — в голосе Пако распознал Анну и вошёл в казарму.
Там его ждал неприятный вопрос девушки:
— Кто его убил?
— Не важно, я уже отомстил. Они убили ещё троих.
— Как? Уже пятерых?!
— Да, но не по своей воле…
— Ты их оправдываешь?! Они убили Томаса!
— Я тоже друга потерял!
— А ведь они могли бы выжить, если бы один из сыновей Уотсона не стал бы, по воле Брата Отца, третьим монстром 800 лет назад.
 — Чёрт, как это всё сложно! Чуть не забыл: эта монстрюга состоит из тел жертв, может управлять сознанием и ужасно кричит.
— А ещё надо отправиться к офицерам, они, скорее всего, попали в ловушку.
— Так ты сразился с Тройкой! — восторженно сказала Аня со слезами на глазах.
— Да, и скажу честно, против неё могут сражаться не все, а только те, кто потерял тягу к сладостям жизни.
— То есть я подхожу?
— Да, подходишь, но даю слово: пока я жив я не дам тебе биться с ней или другими мутантами.
— Да как ты меня остановишь? Я теперь сама по себе, хочу — борюсь, хочу — бегу. И не надо мне Присягой грозить! Я как её приняла, так и отрекусь! Ясно?
— Слушай, я понимаю твоё страдание, но отпусти Галленов, ради бога, они уже мертвы, и твоя смерть их не вернёт.
— Ладно.
— Вы вдвоём останетесь тут. Остальные пойдут со мной помочь офицерам. Кано, в походе ты поможешь. Ты готов?
— Конечно! Надеюсь, офицеры уничтожат своего монстра.
— Тогда быстрее в путь!
Когда разведчики уже уехали, Пако вдруг задал вопрос Анне, от которого у той глаза стали по пять копеек:
— А что сейчас в командном пункте? И что в лазарете?
— Точно, где командир штаба? — сказала она в ужасе.
— Я - в лазарет, а ты… — тут Пако оценивающе посмотрел на девушку. — Сиди-ка тут, вдруг там есть ещё мясники. Я не хочу смерти последнего бойца по нашу сторону баррикад.
— Ладно, я прикрою с чердака.
— Хорошо. Давай расходиться.
Она начала забираться на чердак. Пако пошёл первым делом в лазарет. Послышались выстрелы, он обернулся. В двадцати шагах от казармы нахлынула волна мясников. У Пако возник выбор: бросить Анну и дойти до командной или бросить возможное выживание командиров и спасти беспомощного товарища. Пако выбрал сдержать слово.
Он выхватил винтовку и бросился на врага. Сзади послышался выстрел. В юношу меж лопаток попала пуля. Он упал и выронил винтовку. Сразу поднялся. Анна сделала выстрел. За Пако ещё выстрел, пробивший окно чердака. Анна затихла. Ещё миг - и Пако потеряет ещё товарища…
Юноша за два прыжка оказался между бездвижимой Анной и маньяками. Он начал бой. Раздались оглушительные выстрелы. Всё было запачкано кровью, везде валялись гильзы. Но, казалось, что напиравшая толпа только множится, а у Пако заканчивались патроны.
Анна очнулась, перед собой она увидела Пако, уничтожающего ради её жизни отродий мутанта. Она встала, взяла оружие и вспомнила неизвестного стрелка, из-за которого потеряла сознание. Послышался выстрел. Пуля пробила деревяшку, что заменяла Пако ногу. Он упал. Анна выстрелила в одно из отродий, пытавшееся перегрызть горло обессилевшему герою.
Юноша снова начал биться. Анна дала ему два магазина и вернулась на чердак уничтожить снайпера. Увидев снизу блеск, она инстинктивно отдёрнула голову, и пуля перебила находящуюся за ее головой доску. Девушка выстрелила. В месте блеска кто-то упал.
Она покончила со снайпером контрольным выстрелом в голову. Далее нашла место, откуда лезут противники, взяла взрывчатку и прыгнула в окно. Увидев глупость товарища, Пако зарезал нависшего над ним медика, наскоро приладил к обрубку ноги деревяшку и выпрыгнул за Анной в окошко.
Анна была у провала Одержимых. Пако во всю прыть бросился к ней. Когда он добежал, девушка уже подожгла пояс взрывчатки на себе и прыгнула внутрь, Юноша её схватил, отстегнул и отбросил пояс в провал, оттолкнул девушку с линии взрыва, потерял равновесие и свалился вслед за поясом.
Через мгновение из норы прогремел взрыв и полетели куски тел. Девушка нашла разбросанные и обгоревшие останки кадетского камзола и начала рыдать. Пако выбежал из норы расстроенный.
— Ты чего ревёшь?
— Так ты жив? Но как?
— Не важно.
— Очень даже важно!
— Меня завалило телами.
— А я уже решила что ты и есть Тройка!
— Не совсем. Во всяком случае, ее там нет.
— Хватит искать приключения! Если ты помрёшь, они меня сразу сожрут.
— А что ты сделала со снайпером?
— Его уже не опознать!
— Ладно. В лицах некоторых одержимых я узнал командиров. Другие были медиками. Думаю, идти осматривать лазарет и командный пункт бессмысленно.
— Давай тогда зачистим казарму!
— А стоит ли? В смысле, если здесь поселилась Тройка, лучше будет переселиться, найти подход к ней и уничтожить вместе с лагерем.
— Так-то оно верно, но что ты скажешь на то, что там мы организовали склад оружия и других жизненно важных припасов?
— Просто хочешь пожрать?
— Нет! Да... Да какая разница? — Смущённо воскликнула Анна.
— Офицеры дома! — ехидно сказал Граф и опешил, увидев разбросанные тела и конечности. Вы что уже натворили? И где командование?
— У нас поселилась Тройка.
 — Да что же ты будешь делать!
— А мы уничтожили Четвёртого.
— Значит, осталась Тройка с Единицей.
— Тройка контролирует сознание.
— А Четвёрка создавала галлюцинации! Кэп что угодно победит!
— Ребят, хватит меня возвышать. В бою мы потеряли две трети отряда. А тут я лично зарубил Гнома с Паладином.
— Извините, рядовые и офицеры, не могли бы вы любезно пройти в лабораторию? Я была бы очень счастлива оказанной чести. — сказал Голос в головах воинов.
Все прибывшие, кроме Пантеры, пошли на зов. Пако с Анной переглянулись, взяли палки и ударили некоторых очарованных по затылку, те, в свою очередь, привели в сознание остальных.
— Теперь ясно почему это Тройка, а не Четвёрка? — сказали в один голос Пако и Анна.
— Невероятно! Я был так просто заманен? - удивился Одиссей.
— Так точно! А теперь попросим всех вас пройти в казарму, посмотреть кем стали такие же самонадеянные, как вы.
— И кто там?
— Я лично видел командора и главного по лазарету.
—  Но ведь командор был силой воли сильнее всего земного шара вместе взятого!
— Это не от этого зависит. Мы с Анной выжили только за счёт ненависти к мутанту, и теперь мы не поведёмся на такие простые уловки.
— Вот мы и нашли пилотов на эспрессо! — при этих словах Графа Пантера обнажила меч.
— Пантера, Граф, вы в своём уме? Хватит препираться! — гаркнул на офицеров Одиссей и повернулся к Пако и Анне. — Вы вдвоём едете со мной.

Monstrum Suppressor

На месте смерти змея теперь стоял сделанный из него огромный Богомол, высотой около 7 метров.
— Этого красавца Паладин с Гномом придумали вместе, когда только поступили к нам. А сейчас им надо было только найти материал. В качестве которого отлично сгодился Апоп. Конечно, они его собрали не в эту вылазку, а по крупицам многие годы. Им сейчас оставалось лишь обшить его кожей змея. Залезайте внутрь.
— Ого, тут так много рычагов!
Пако случайно дёрнул один и челюсть монстра захлопнулась с гигантской мощностью.
— Пантера назвала этого красавца Monstrum Suppressor. Что с латыни означает — подавитель монстров. Он способен прогрызть все химические соединения, существующие на нашей планете, причём без вреда для себя.
— Невероятно! Эта штука уничтожит всех мутантов! — при этих словах Анны со стороны лагеря выбежали отродья Тройки.
— Вот и шанс попробовать подавителя в деле!
— Но…
— В бой!
Пако и Анна залезли в голову Богомола и сели на места пилотов. Богомол неуклюже побрёл на врага. Его лапы опустились, схватили четверых и забросили их в пасть. Та захлопнулась и послышался треск сломанных костей. Схваченные погибли. Кэп закричал:
— Рубите клешнями бегущих!
Приказ через минуту хаотичных действий Богомола был исполнен — Подавитель побежал по врагам, рубя их клешнями.
Вскоре от них ничего не осталось.
— Теперь бегите в лагерь. Надо помочь офицерам.
Богомол побежал.
В лагере бойцы сражались с нахлынувшей волной одурманенных. Тела валились, кровь затмила глаза отбивавшихся, а те, в свою очередь, не ослабляли отпор. Но, стоило на миг тому или другому из них остановиться, как его сразу же съедали. Раздавались только крики боли.
— Мы уже лишились одиннадцати товарищей! — Посчитала Пантера. — Ганс, руби путь к их норе!
— Пытаюсь, но их слишком много!
— Где уже эспрессо? — Закончил Граф.
Пантера сверкнула глазами.
Послышались крики ужаса. Воины обернулись — из-под земли вылезал мутант, который схватил одним из своих щупальцеподобных отростков и запихнул в отверстие между отростками несколько бойцов.
— Этот пучок с верёвками и есть Тройка? — насмешливо заметил Граф.
— Думаю, она распалась на этих поехавших. — И, будто в подтверждение слов Пантеры, монстр издал визг, и только что наступающие противники побежали к мутанту.
 — Чёрт, а ты права! Теперь Тройка вырастет!
— У нас осталось 24 человека. Мы ещё можем отомстить, отбросить Тройку в её подвал!
— Ганс, уймись! Мы не можем нести ещё потери. У нас уже наибольшие потери со времен моего поступления в отряд! У нас нет резервов. Если мы умрём страна и Пётр сгинут. Ты этого хочешь?
 — Нет, конечно.
 — Ну тогда надо отступать.
— Давайте дождёмся наш кофеин…
 — Граф!
— Что?
— Хватит! Вы офицеры! Если друг друга перебьёте мы останемся без командования и подавитель придёт к кучке тел!
— Ты успокойся, Ньёрд.
— Я не могу оставаться спокойным пока тут происходит междоусобица в ногах мутанта…
— Подавитель! — вскричала Ищейка.
На горизонте появился гигантский Богомол. Из его головы вылезал Пако. Как только богомол приблизился, Пако прыгнул на монстра.
Подавитель заработал клешнями. Когда Пако воткнул нож в тушу Монстра, Богомол отрезал два отростка, а бойцы пустились в бой.
Они рубили ноги Чудовища топорами, вилами и чем только попадалось под руку, ведь патроны у них кончились, а Богомол — его щупальца, которые уже обвили насекомое и пытались затащить его в рот. Пако резал тело.
В процессе истязания Пако увидел внутри Чудища светлое пятно и крикнул об этом Богомолу. Тот вонзил клешни в спину чудища и потянул в стороны. Тройка ужасающе громко завопила, при этом Пако уронил нож вниз. Он не растерялся и выхватил пистолет, начал стрельбу по белому пятну. Оно взорвалось и воин отлетел в сторону.
Монстр замолк и обмяк.
— Ловите его! — закричала Анна.
Петровцы побежали. Пако повезло - он упал на дерево. Солдаты помогли ему слезть.
— Ну вот и остался один мутант. Сколько людей погибло за эту неделю?
— Мы с Анной не можем быть Пилотами этой Махины.
— Эх, ладно. — с грустью сказал Граф. — Кто возьмётся?
Вызвались Ганс и Ищейка.
— Надеюсь, вы справитесь! — После этих слов Графа бойцы повернули в лагерь.

Последний шаг

— Сколько нас?
— Семнадцать.
— На победу над Первым этого точно не хватит.
 — Но ведь у нас есть Богомол!
— Даже с ним мы потеряли около 20 человек. А это только Тройка!
— Но ведь с Двойкой и Пятёркой мы никого не потеряли!
— А с Четвёркой - пару сотен. Хватит риска. Мы даже не знаем где Единица сидит.
— Но, может, Маршал кого-то пришлёт…
 — Уже некому! Его повесили.
— Как?! Но он же скрывался!
— Ты забыла? Он должен был выступать на улицах и рассказывать о грехах Лжеца.
— Так они его в засаду…
— Да.
— Давайте куда-то уберём эту махину. Кстати, думаю, она частично повреждена. Так что следующим пилотам надо быть аккуратнее. — Сказала Анна, вышедшая навстречу солдатам и указывающая на подавителя.
 — Всем идти ночевать в лес! Думаю, на базе нам нечего делать. — сказала Пантера.
— Так точно!
На следующий день, к полудню, приехал Одиссей и приказал тем, кто сумел выжить, собраться на площади для получения последующих инструкций.
Через 20 минут все собрались.
— Я буду называть вас по очереди. По мере необходимости и заслуг выдавать позывные и отправлять в одно из двух направлений: уничтожать Первого мутанта или спасать государство и Петра. Ясно?
— Да!
— Готовы?
— Так точно!
— Тогда начнём: Пако Лами, за предоставленные заслуги перед нами даётся позывной Арес. Ты будешь партизаном.
 — Так точно!
— Анна Флюетт, ты получишь позывной Сирена. Идёшь за Аресом.
— Так точно!
— Ньёрд станет командиром отряда Партизан.
 — Так точно! — прогремел тот.
— Кано, ты станешь Кирин. Идёшь туда же.
— Агата Банот, ты с ними. Теперь твоё имя Камма. Освободи Гагеас от влияния врагов.
— Так точно! — сказала она, рыдая от радости.
— И последний — шестой, Карен Жгутов, я горд твоей смелостью. Теперь ты – Эней.
— Спасибо, Командор.
—Вы выходите сейчас же. Ваша первая цель: вытащить Петра из виселицы. — он повернулся к остальным. — на вас я больше всего полагаюсь. Если мы не уничтожим последнего, он уничтожит весь полуостров. Вы готовы умереть за жизни других?
— Так точно!
— Даже без дрожи в голосе! Я горжусь что руковожу вашим отрядом. Ну что же, в бой!
— Мутант у Далии, на побережье. Он может быть сразу и поедающим людей туманом, и водным монстром, что способен проглотить забредшего на берег Подавителя. Так что осторожнее. — пояснила Пантера.
— Ясно!
— В атаку! — скомандовал Одиссей.
Воины разошлись. До столицы группе Ньёрда конным галопом нужно было идти три дня. Но так как их коней растащила Тройка, они шли пешком уже неделю. На последнем, пятом, привале у Пако и Анны завязался разговор:
— Слушай, я не был с тобой до конца откровенен о смерти Томаса и Акимоса.
— В смысле?
— Да я и сам не знаю, понимаешь? Я сам считал что их убил Док, а теперь совесть начала мучать и навивать мне воспоминания об этой трагедии...
— Так как же на самом деле было? — Пако посмотрел на Анну, та сидела рядом и умоляюще глядела на него.
— Обещай, что это останется в секрете и я не получу пулю в лоб.
— Да ты чего?! Неужели ты их убил? Это же невозможно!
— Пообещай.
— Ладно, обещаю.
— Хорошо, теперь я спокоен. Ну так вот:

Мучающая память

Пако, Акимос и Томас следили за учёным, тот неожиданно обернулся и стал натягивать тетиву. Пако это не заметил из-за своего выбитого глаза. Акимос выбежал из кустов с оружием в руках, а Том отбросил Пако. Через миг док валялся в луже крови. Лица Аки и Тома исказились, они переглянулись, подошли к другу, схватили и привязали его к забору. После совершённого Аки ударил рукояткой меча по голове бывшего товарища, и тот почти потерял сознание. Том вытянул его ногу, а Акимос одним ударом отсёк её.
Пако на удивление не почувствовал боли.
— Что за хрень вы тут устроили? —  Спросил он.
— Нам надоело лить кровь своих врагов, коими мы их не считаем. — ответил Акимос, словно робот.
— Да, точно, я лично уже достаточно повоевал на стороне убийц моего брата. — поддержал приятеля Томас, тем же тоном.
— Я тоже потерял семью. А отец Кано — просто шут. Мало того что подставил моего, так ещё и всю жизнь провёл на шее других. А ты должен подохнуть по двум причинам: первая — ты попался под руку, а нам надо кого-то убить в знак неподчинения. А вторая — ты убил уйму моих друзей. И ты станешь новой Потерей Войны. — При этих словах в тело Пако вошла стрела Дока, почти полностью.
— Ты разве не помнишь, что говорил Бес? Нужно всегда резать горло!
За долю секунды верёвки с Пако спали.
Он встал, из его плеча уже не торчала стрела. На горле Аки появилась идеально ровная кровавая полоска. Он взялся за шею и упал. Его голова откатилась. Ещё миг, и голова Томаса отлетела от его туловища.
Пако пришёл в себя. Перед ним было два безголовых тела друзей: их головы, его отрубленная нога, рядом лежал учёный. В голове у Пако: Док убил его друзей, и отрезал ему ногу.
Пако скоро заменил утерянную ногу на деревяшку и сделал одну запасную, на случай если будет потребность. Взял головы и лук со стрелами, и неумело побрёл к казарме.

Снова лагерь

— Ты в порядке? - Пако пытался привести в сознание, казалось бы, заснувшую Анну.
  — Да-да.
— Я их убил, теперь я осознаю, что произошло.
— С чего они взяли всё что наговорили? Ума не приложу!
— Видимо, Тройка подсказала.
— Что вы тут сидите такие грустные? — Подсел к ним Ньёрд, явно бывший” навеселе”.
  — И где он вечно выпивку находит, — пробормотала с отвращением Анна. — А что вы собираетесь делать завтра? Переворот должен состояться послезавтра. Казнь через пять дней. — намекая на скорейшее похмелье добавила она же.
— Ничего ты не знаешь о жизни! Дорогой друг, мне не с кем поговорить. Эней с Каммой уселись на одном из деревьев. Видимо, у них роман. А вы тут и, вероятно, у вас тоже было что-то интересное.
— Ну всё, это мне надоело. Пойду в дозор.
— Иди, юная девочка, мужчинам нужно обговорить серьёзные темы!
— Капитан, пойдёмте, вам нужно прилечь. — Пако отвёл сопротивляющегося Ньёрда к лежанке и положил там.
Командир быстро заснул, а юноша вернулся к Сирене.
— Хорошо что Кано его не видел…
— А что такое?
— Его маму убил пьяница, забредший в их дом, а еще отец часто прикладывался к бутылке.
— Если бы Ньёрд был рядовым то Кано его раз и навсегда отучил бы от выпивки…
 — Подтверждаю! — сказал незаметно подошедший Кирин.
 — Я тебя не заметил! — удивлённо сказал Пако. — Давайте решим, что завтра делать будем. Зная капитана, я гарантирую что не меньше, чем на два дня мы остались без командования. Влюблённые тут?
 — Ага! — послышалось сверху.
 — Тогда жду предложений!
 — Для начала нужно получить квартирку у площади Гонений.
— Я знаю одну: она имеет три окна: на Гонений, на Республику, и на Плутона.
— Замечательно, Камма! Ты молодец!
— Там жили мои родители, их расстреляли.
— Прости, я не хотела…
— Ничего.
— Ладно, квартира есть. Что дальше?
— Нужно достать 12кг взрывчатки (динамита или С4) и несколько винтовок. — Она посмотрела на Ньёрда. — Так и быть, найду пистолет ему. Конечно, игрушечный. Давайте на отбой.
Многие со смешком на лице покинули место сбора и улеглись.
Анна отвернулась.
— Знаешь, я не сержусь на тебя, но только при одном условии, — сказала она, не поворачиваясь. Казалось бы, в темноту, не ожидая ответа.
— При каком же? — послышался ответ Пако. Анна даже чуть вздрогнула, но продолжила:
— Ты не должен рисковать.
— Почему ты хочешь меня остановить?
— Даже не знаю — с нажимом отозвалась она и повернулась. Пако заметил слёзы на неё в глазах. — Я не выдержу такого напора: с одной стороны - пьянь, с другой – эти придурки, которые сами не могут подготовиться к важнейшему делу в их жизни. Прямо отвечая на твой вопрос — чтобы не свихнуться.
— Ясно, ты психованная!
— Идиот, ты не понимаешь моих слов?
— Да ладно, я просто пошутил.
— Ты мне начинаешь напоминать этих этого придурка — Графа.
— А ты - Пантеру.
— Опять шутка?
— Почти.
— Идём на отбой.
— Нет, я тебя сменю.
— Как хочешь, но я не уйду.
— Хорошо.
 Спустя почти час молчания Аня сказала:
— Я не могу оступиться.
— В смысле?
— В грядущей операции нам нужно вместе стоять на одной позиции.
— То есть…
— То есть быть вместе, как два капитана, если уж и погибнув, то лишь последними, завершив миссию с поддержкой друг друга.
— Хорошо, я понял.
— А, хотя, знаешь…
— Да, что, Товарищ капитан?
— Мы, вроде, на равных?
— Что ты говорила?
— А, ладно. Что-то в сон клонит.
— Иди спать. Я посижу тут. Когда надо будет сменить - разбужу.
— Хорошо. — девушка радостно побежала.
Пако остался один. Конечно, будить её он не собирался.
Через час солнце встало. Было примерно 5 утра. Проснулся Кано. Он стал собирать поклажу и готовиться к отходу дальше, к столице. К семи часам вещи были собраны И спали только Ньёрд и Сирена.
Пако распорядился о переносе Ньёрда на носилках оставшийся километр до города. А сам ласково потрепал по щеке Анну, та проснулась и сразу залилась краской смущения.
— Ну, извини, я проспал. — сказал он же, поднимая девушку.
После, когда она была готова, он сказал остальным:
— В путь!
Дорога прошла без приключений. Но Анна часто вклинивалась между Аресом и Кирином, приковывая внимание.
— Сирена, что происходит? Ладно бы мы в мире жили, а тут, видишь ли, война!
— Понимаю, просто в центре отряда спокойнее.
— Противник на северо-востоке. — вскрикнула резко она и напала на обычного торговца с телегой. Когда её смогли остановить, торговец уже умер.
Бойцы обыскали поклажу и нашли там всё необходимое им оружие с боеприпасами. А в кармане трупа нашли систему связи.
— Молодец! Он был, по-видимому, лазутчиком, нёсшим припасы к постам.
— Они не ожидали что мы уже у города. Значит, сейчас надо быть очень-очень внимательными и осторожными. — Почти на взводе сказал Эней.
— Бегом в город! Сразу идём к квартире.
Ньёрд свалился с носилок и пошел в лес. Партизаны стали его искать. На это ушло полтора часа. Он валялся у ручья, наевшийся, по-видимому, мухоморов.
Его снова погрузили на носилки, привязав к ним.

Дела в столице

Спустя 7 минут они уже увидели красивый город.
— Это столица! Вперед!
В городе воины разделились на два отряда для успешного обхода патрулей. Первый добежал быстро, а второй, состоявший из Энея, Ньёрда и Кано никак не приходил.
— Неужели их поймали? — удивился Пако.
— Я проверю. — Сказала Камма и убежала.
— Пако, я не хочу, спаси меня!
— Что такое?
— Мы забрели в змеиное гнездо! Давай простимся! Ведь мы можем больше никогда друг друга не увидеть!
 — Не говори глупостей, — Пако глянул в окно. — сиди тут. Я скоро.
Он убежал, Анна осталась одна, в слезах. Она посмотрела в окно и увидела страшное зрелище: двое офицеров прижали к стене Камму, рядом, в луже крови, лежал её ухажер.
По другую сторону выбежал Арес и закричал на них. Те, уже было схватившие Камму, переключились на Пако.
В квартирку Анны кто-то вломился, это оказался Кано, несший Ньёрда. Камма побежала к Сирене.
Пако окружили, блестя кортиками. У него остался всего один способ выжить — он вытащил пистолет и двумя точными выстрелами убил обоих офицеров. Позже, в приступе ярости, он начал стрелять по трупам, пока не кончились патроны. Вдруг на соседней улице он услышал военный патруль, разыскивающий стрелка. Ярость Пако мгновенно утихла и он устремился в убежище.

Петровцы наносят удар

— Друзья, у меня плохие новости: мы потеряли довольно смышлёного мальца — Энея, у Каммы ранение, в нашей ситуации — серьезное, а Ньёрд так и не пришел в себя. Итого: из шести обученных и полностью готовых к выполнению задания бойцов осталось, дай бог, трое…
Внезапно в дверь постучали.
— Сирена, встречай гостя со всеми почестями. — попросил Пако.
Она встала за дверью с ножом. Как только незнакомец зашёл, она ударила его по ноге. Он свалился. Она приставила нож ему к горлу.
— Не убивайте! — взмолился он.
— Но мы же не дикари какие-то, пленников без допроса убивать! — Пако произнёс речь таким тоном, что его товарищи засмеялись.
— Я обычный торговец, мне сказали прийти к вам. Меня прислали...
— Да-да, тебя прислал король.
— Да нет же, прислали меня Граф и Пантера, вроде их так звали.
— А сейчас подробнее: как пришли, когда и какого чёрта прислали тебя.
— Вчерась ночью, ближе к полуночи, слышу стук в дверь. Открываю, на пороге мужик, весь в грязи, а на руках женщина без сознания. Мужик сказал: если не пущу - достанет оружие. Я послушался. Он отправил меня спать и приказал никому не говорить о нём под той же угрозой. На утро он представился. Девушку он привёл в чувства и наказал вас искать и предупредить.
— О чём?
— Так о том что они полностью разбиты. Сами выжили благодаря тому что их прикрыл собой Одиссей, какой-то монстр на них напал. Он побеждён. Подробности в доме.
— Хорошо. Ведёшь меня с Кирином. Остальные, стоять на постах, Сирена, тебе надо прикрывать нашу спину.
— Так точно! — ответили Партизаны.
Ньёрд проснулся.
— Пока ты спал мы выведали информацию о цели и нашли нового информатора.
— Хорошо сработано! — пьяным оценил тот и начал искать глазами выпивку.
— Тут ничего нет, — заметила его Анна.
— Ни капли?
— Ни капли!
— Да что такое? У меня всё тело болит. Будь добра, принеси бутылочку.
Анна покачала головой из стороны в сторону.
— Ну хоть кто-то! — Подчинённые молчали.
— У нас тут допрос, а не бар.
Ньёрд уткнулся носом в стену и захрапел.
— Ну вот, товарищи, теперь мы нашли источник лекарств для Каммы! Сейчас мы с Кирином разузнаем подробности, а потом у нас добавятся и офицеры!
— Ура! — прокричали весело воины.
Анна приманила Пако в сторону и сказала:
— Ты молодец, смог вернуть к жизни отряд. За это у меня есть для тебя подарок. — Она вытащила из кармана маленький пистолетик. — Смотри, тут на пять пулек, в карман поместится ещё два магазина. Он на обыске не прощупывается! Настоящее чудо — убьет с первого выстрела в тело. Конечно, конечность оторвёт, если надо. Я нашла его в одном из худших закутков моего города.
— Спасибо. У меня тоже есть подарок для тебя. Это, конечно, не оружие, но тебе должно быть приятно. Держи. — Он дал маленькую коробочку девушке, открыв её она восторженно вскрикнула.
— Это же…
— Да.
Девушка вытащила из коробочки тоненькое блестящее ожерелье из горного хрусталя.
— Ты его всё-таки взял? Но я ведь мельком об этом сказала. Неужели я…
— Да, ты будешь прекрасна в нем. А сейчас прошу занять место у винтовки.
— Есть! — сказала Анна и радостно подбежала на место.
Пако и Кано с торгашом пошли к дому, указанному в послании. Им повезло, никакие засады не встретились по пути.
На месте они встретились с офицерами. Торгаша отпустили и он убежал в спальню.
— Вы выжили. — ехидно заметил Граф в спальном наряде, по всей видимости, взятом у торговца.
— Да. Что вы хотели поведать? — Ответил холодно Пако.
— Все умерли. Монстр, как и оговаривалось, был в двух состояниях: Рыба Гигантская и Туман Непроглядный. Туман сожрал двоих, отошедших от строя. И отбросил остальных к обрыву. Оттуда выпрыгнула Рыба и схватила голову Богомола, вместе с ним погрузилась обратно в воду. Подавитель последовал протоколу и самоуничтожился. Монстр умер, но перед смертью выбросился на берег. Все, кроме нас, погибли. Пантеру и меня выбросил с линии поражения Командор. Теперь пантера займёт его место.
— Не выйдет.
— Почему?
— Некем будет командовать.
— От чего вдруг?
— Посуди сам: Капитан последнего выжившего отряда не просыхающий пьяница. Один из его подчиненных погиб в стычке с местными бандитами в военной форме, там же был ранен и другой. В лучшем случае мы умрём в процессе вызволения Петра. Чудо, что вы ещё живы. Но второго чуда не предвидится.
— Чёрт, всё плачевно.
Из спальни выбежал торгаш:
— Я знаю, где найти воинов! У меня в запасе 20 штук. Конечно, не асы, как вы, но драться могут.
— Где?
— Через час будут у вас в квартире.
— Нет, встречу их у западных ворот.
— Но, Арес, это же опасно.
— Кирин, это не твоя забота. Сирену веди ко мне в четыре часа утра. Вперед! — Кано убежал. — Торгаш, встречу их в третьем часу ночи. Ясно?
— Ага. — Сказал он и вышел.
— Пантера, Граф, нужна помощь с одним дельцем.
— Что уже?
— Пантера, нужно как-то взорвать верхний этаж центрального обшарпанного здания, это ратуша. Граф, ты должен проникнуть тихо в подземелье. Если о нас узнают, нам останется только застрелиться.
— Лады. Где цель сидит?
— Четвёртая камера. Надо понять, можно ли разнести стену или хотя бы дверь в подземелье.
— Устроим!
Офицеры разошлись с условием встречи в штабе отряда. К вечеру Граф уже выполнил поручение. Пантере осталось только собрать сведения о здании.
— Давай быстрее, нам нельзя медлить. Завтра в полдень подрыв, а к трём часам казнь.
— Знаю, но быстрее никак. Заряд может взорвать нас всех. Тогда Гагеасу точно как говорит Ганс - капут.
 — Допустим.
— Что у Графа?
— Двери не стабильны!
 — Кого-то послать на помощь?
— Не нужно. Ты, видно, забыл что мы офицеры. А я уже командор. Я послала парнишку.
— Кирина?
— Да, его. Что-то не нравится?
— Я отправлял его проверить путь к западным воротам.
— Он вернулся, сказал: “Пять-четыре-пятнадцать-двенадцать” и ушёл.
— Замечательно, значит. Я отправлю Графа с Каммой на действия в тылу.
— Разрешаю.
— Ну, уже пора. — сказал Пако и исчез в ночи.
— Я с ним. — сказала Анна и пошла к двери.
— Нет. — вскрикнул Кано и перекрыл ей путь собой. — Что, если он пошёл в лавку?
— Ладно. — Анна чуть отступила.
Кано с облегчением взял её за руку и хотел посадить обратно. Но она взяла его ворот рубашки и повалила на землю. После в один миг выбежала прочь из квартирки.
— Я её совсем не узнаю, — сказал Кирин, отряхиваясь.
— Да, они оба изменились, только вот в какую сторону? думаю, до ответа на этот вопрос я не доживу.
— Почему?
— Знаешь ли, Граф, как и Арес, любит попадать в проделки, а нам с Сиреной остаётся только переживать за них. Глупые мальчики, их даже могила не исправит. Но тем не менее, мы готовы умереть рядом. Вижу, мы сами не переживём их смерти. Да, как и они нашей. Такой вот парадокс.

Стычка у ворот

Анна бежала за Пако. Ей рассказали о месте стычки и она догадалась, что ей наврали о времени её начала.
Девушка была в вечернем платье, босые ноги, на шее подаренное Пако ожерелье, на плече — винтовка.
Её отделял всего один переулок от друга. Но кто-то поставил ей подножку и Анна упала на землю лицом. Чья-то сильная рука перевернула её, схватила за лицо. И чей-то низкий голос приказал товарищу принести лампу. Тот скрылся. Первый, видимо, не заметил у девушки оружия, приставил ей к горлу кинжал и стал снимать с неё ожерелье.
Девушка, ни секунды немедля, ударила по руке напавшего, так, что кинжал в его руке открыл глотку ему самому. Скоро вернулся с лампой второй, и Анна выстрелила в его подсвеченную голову. Прогремел грохот, сравнимый лишь с грохотом мутантов.
— Хоть что-то Фита смогла сделать, кроме копий и луков. — с этими словами Анна снова побежала к Пако.
На месте Пако пинали, по всей вероятности, наёмники. Их было около семи, а ещё три десятка валялись мертвыми вокруг.
Анна встала в боевую стойку, сняла с плеча винтовку, выбрала угол и одним выстрелом пробила три головы. Остальные отступили. Она сделала ещё выстрел, ещё, ещё. В конце концов последний живой бросился бежать. Но пуля нагнала и его.
— Ты цел? — Бросилась к Пако девушка.
— Я надеялся на тёплый приём, но все солдаты торгаша мертвы. Я убил парочку гадов, но чёртова деревяшка сломалась и я рухнул. Трудно биться с одним глазом и с одной ногой!
— Тебе повезло, что я выбрала именно этот маршрут. Пообещай, что перестанешь вечно рисковать жизнью из-за какой-то новой авантюры.
— Но!
— Пообещай.
 — Хорошо. Хорошо. Обещаю не подохнуть в новой авантюре. Нам остался последний рывок и мы все будем свободны.
— Чует мое сердце — плохая эта идея.

Мавр сделал свое дело – Мавр может отдыхать

К полудню на площади народ разошёлся подкрепиться перед речью Лже-государя. Петровцы ринулись в бой.
У них было всего три горсти воинов. Минёры: Анна, Пако и Пантера. Тыловики: Камма и Граф. И Отвлечение: Кано, Ньёрд и Торгаш, которого никто не принуждал биться, но, узнав о смерти своего отряда, он стал добровольцем.
Отряд Отвлечения побежал к воротам ратуши и открыл огонь по охране. С другой стороны, из близлежащего дома, вышли Минёры и заложили заряд на несущей стене, под которой был вход в темницу. В один миг вся ратуша сложилась до первого этажа, открыв путь в подземелье и завалив собой отряд Отвлечения.
Из домов выбежали гражданские и бросились наутёк от площади. Оставшаяся охрана взяла в окружение Минёров.
— Третий отряд мёртв, Первому не до нас. Похоже, это конец. — Подвёл итоги Пако.
— Сердце не обмануло.
— Спасибо, бойцы, благодаря нашей жертве Страна будет жива. — сказала Пантера.
— Слушайте, этот лжец посадил в темницу Петра. После этого началось кровопролитие. Пётр вернёт страну в порядок. И наши близкие перестанут умирать ни за что! — сказала Аня.
— По приказу лжеца расстреливали целые города. Здесь, перед вами, стоят сироты, родители, братья, сёстры которых погибли в результате действий ЛжеПетра! — После этой пылкой речи от Пако некоторые воины засомневались. Остальные, завидев это, выстрелили и сразу погибли от рук бывших товарищей. Оставшаяся охрана, поняв что совершила, побросала оружие и бросилась бежать подальше от столицы.
Бывшие кадеты упали.
— Пако, прощай. Сердце всё-таки не подвело.
— Да-а.
Прибежал Первый отряд со старичком Петром.
— Пантера, милая моя Софьюшка, ты крепись, Мы уйдём только вместе. — Граф залился слезами над мёртвым телом возлюбленной.
— Колька, пока. — услышал голос мёртвой офицер.
В приступе горя Граф схватил пистолет и выстрелил себе в голову.
Камма оглядела поле боя. Вокруг были только мёртвые тела. Только что она видела мёртвым Третий отряд. А сейчас и Первый со Вторым. Пако был ранен в живот, Анна в грудь. Они умерли, держась за руки. Кано лежал с пробитым горлом и смотрел в тёмное небо глазами, полными ужаса и боли, еще подрагивая пальцами и глазами, офицеры лежали рядом друг с другом. Из груди Каммы вырвался истошный крик боли и ненависти.
Старик-правитель уже был на половине пути к ближайшему городу.
Так закончилась история о конце Великой Войны 1814 года. В лицах: Пако, Анны, Кано, Ищейки, Ганса, Графа, Пантеры и других героев Гагеаса.