Космонавт-Ноль или Первая ходка. Эпизод 4

–4–

После того, как я узнал, что Сергей Палыч тоже срок тянул, разговор у нас легче пошёл. Сами понимаете, арестант с арестантом всегда договорятся. Хозяин кабинета чаю предложил. Чай хороший у него, индийский. Я попросил заварить покрепче. А то в столовой подавали не чай, а мочай – вода одна, щекотание горла. Палыч меня понял, замастырил то, что надо.

Прихлёбываем мы, значит, с ним чифирок. Тут он, слово за слово, меня к теме подводит. Когда я понял, что меня хотят запустить на ракете вместо собаки, со мной форменная задрыга приключилась.
– Сергей Палыч, – кричу, – за что мне такая смута?! Почему я? Что у нас на свалке народу мало?

А он мне:
– Да, успокойся ты. Вникни сначала в суть, потом бузить будешь, если что… Правда, уже не у меня.
 
Я намёк понял. Сразу в тему въехал. А чего не понять? Околыши-то на фуражках у военных, что меня привезли, ни хрена не синие, как у лётчиков, а малиновые. Тут дурак догадается, в каком месте мне кипешить придётся, если выпрягусь. Я заткнулся, сижу и гоняю в котелке самые чёрные мысли. Жить-то охота! А Палыч дальше мне втюхивает:
– Полёт совершенно безопасный. Собачек мы уже штук пятьдесят запускали, десять живыми вернулись. Я говорю про последних. Всё отработано. Вероятность успешного полёта доведена до девяноста девяти процентов. Сделаешь один виток на орбите и вернёшься, по времени это полтора-два часа. Длительнее на парашюте спускаться…
– Чего это, – опять спрашиваю, – мне одному судьба такая – лететь на эту орбиту? Неужели больше никого нету?

Сергей Палыч посмотрел на меня внимательно и говорит:
– Что ж, придётся тебе пошире вопрос осветить, всё равно у тебя расписку будем отбирать о неразглашении. Есть у нас кому лететь, есть. Можно сказать, от желающих отбоя нету. Мы из трёх тысяч кандидатов двадцать человек в отряд отобрали. Многих по здоровью и по другим показателям отсеяли. Но ставки слишком высоки. Это ведь все офицеры авиации, лётчики-истребители. Не хухры-мухры. Их несколько лет государство обучало, готовило. Не хочет оно, государство, сразу таким человеком рисковать, понятно тебе? А может, мне, как главному конструктору не доверяет… В общем, в одной мы упряжке с тобой, Петро, в одной… И никуда от этого не деться. Как говорится, альтернативы нет. Все уже решено, через несколько дней летишь. За это время решим вопросы оформления, подготовки, экипировки и прочее. Со здоровьем у тебя всё в порядке, не хуже, а может, даже получше, чем у некоторых лётчиков. Так что, давай, вперёд и с песней! Идёшь сейчас в первый отдел и начинаешь оформляться. У тебя кличка в детстве была?

– Почему была… У любого нормального арестанта есть. «Перо» – моё погоняло.
– Ну, это годится для блатных. У нас твой позывной будет «Пьеро». Так будет приличнее.
– А у других, у летунов ваших, тоже погремухи есть?
– У всех есть. Даже у меня. После тебя полетят Кедр и Орёл. А меня называть при посторонних «Главный конструктор», некоторые зовут короче – «ГлоК». Впрочем, тебе в первом отделе всё объяснят. Потом ещё проверим, как ты в невесомости себя чувствуешь…
– Нормально я в невесомости чувствую. Лучше, чем в первом отделе. Меня в колонии босяки из одной кодлы в котельной за ноги подвесили. Целый день болтался, и ничего! Только зенки покраснели… http://proza.ru/2026/05/28/292