Ленин и Эйнштейн

     В Швейцарии Ленин познакомился со скромным служащим бюро патентов Альбертом Эйнштейном.
     Тёплым летним днём Эйнштейн сидел в скверике возле дома и что-то пиликал на своей скрипочке. К нему подсел хорошо одетый господин в невиданной в Швейцарии кепке. Видно было, что ему жарко в тёмном костюме-тройке и тугом галстуке. Сняв кепку, господин вытер вспотевшую лысину белоснежным платком и обратился к Эйнштейну:
     - Батенька, у Вас вторая струна фальшивит.
     - Да? – удивился Эйнштейн.
     Проверив струну, он подтянул её и уважительно спросил:
     - Господин – музыкант?
     - Только как любитель.
     - А какой инструмент?
     - Балалайка.
     - Бала… Как Вы сказали?
     - О, я вижу, Вы не знаете. Позвольте пригласить Вас ко мне, помузицируем вместе.
     Эйнштейн с удивлением разглядывал невиданный инструмент.
     - Сыграйте что-нибудь, пожалуйста.
     В обществе Ленин любил демонстрировать любовь к классической музыке: «О, Аппассионата! Нечеловеческая музыка!». Но для себя, дома, он гонял блатняк под балалайку. Вот и сейчас он подстроил инструмент и лихо исполнил несколько одесских блатных песен. Эйнштейн зачарованно слушал. Слова были незнакомые, но бившая из песен экспрессия привела его в восторг. Особенно ему понравилась «Мурка». Он тут же подобрал на скрипочке нехитрый мотив и стал подыгрывать Ленину. А тот, видя интерес гостя, перевёл текст на идиш, и они исполнили песню на пару.
     - Я сегодня же выучу текст наизусть! – воскликнул Эйнштейн.
     - Учиться, учиться и учиться! – поддержал его Ленин. – Не соблаговолите ли, батенька, перекусить?
     Он разжёг примус и стал готовить яичницу.
     - А где Ваша кухарка? – удивился Эйнштейн.
     - Каждая кухарка должна научиться управлять государством. А если она будет заниматься стряпнёй, то никогда не научится!
     - Ну, управлять государством – это большое искусство! – возразил Эйнштейн.
     - Искусство принадлежит народу. – парировал Ленин. – И из всех искусств для нас важнейшим является кино.
     Эйнштейн задумался, пытаясь понять зигзаги мысли гостеприимного хозяина. А Ленин, проверив яичницу, выгреб её на тарелку и поставил перед гостем.
     - А что же Вы себе не положили?
     - Кто не работает, тот не ест!
     - А разве Вы не работаете?
     - У меня нет времени! Я – вождь мирового пролетариата. Готовлю мировую революцию. Меня содержат угнетённые массы!
     Вечерело. Оба слегка утомились, и Эйнштейн предложил прогуляться до его дома. Ему будет приятно познакомить Ленина с супругой.
Они вышли в вечернюю прохладу.
     - Вот этот прекрасный бульвар приведёт нас прямо к моему дому, - показал рукой Эйнштейн.
     - Мы пойдём другим путём! – воскликнул Ленин и решительно свернул в переулок.
     Пожав плечами, Эйнштейн повернул за ним. Он не любил пустых споров. На прогулках он обычно обдумывал физические проблемы. Вот и сейчас в его голове шла напряжённая работа. Он прочёл в научном журнале, что произведён опыт, результаты которого никто в мире не может объяснить.
     - О чём задумались, батенька? – поинтересовался Ленин, озадаченный молчанием собеседника.
     - Да, вот, знаете, появилась у меня одна идея…
     - Идеи становятся силой, когда они овладевают массами! – отрубил Ленин.
     - Но, позвольте, я ведь ещё не уверен, истинна ли она. Это, знаете ли, пока ещё только некая абстракция…
     - Абстрактной истины нет, истина всегда конкретна!
     - Но я обсудил эту идею с профессором Д., и он похвалил меня!
     - Скажи мне, кто тебя хвалит, и я тебе скажу, в чем ты ошибся.
     - Ну, почему же сразу – ошибся? Мои предположения не раз оказывались верными.
     - Я бы Вам посоветовал: поменьше интеллигентских рассуждений. Поближе к жизни. Это архиважно!
     - Но наука описывает жизнь! Вот, например, Вы едете в автомобиле и бросаете яблоко. Если Вы бросите его вперёд, скорость Вашего броска сложится со скоростью автомобиля, а если бросите назад – вычтется. Вы согласны?
     - Надо вникнуть… М-м, ну, допустим…
     - А я вывел формулу, из которой следует, что скорость света не зависит от скорости источника света!
     Ленин недоверчиво посмотрел на Эйнштейна, взгляд его стал недобрым.
     - Формально правильно, а по сути – издевательство! – отчеканил он.  – Знаете, батенька, с такими идеями Вам надо к меньшевикам! Простите, я вспомнил, что меня ждут.
     И Ленин резко повернул назад.
     Больше они не встречались, но песенка «Мурка» засела в мозгу Эйнштейна. После его смерти его жена написала в мемуарах, что, работая над единой теорией поля, Альберт постоянно мурлыкал «Мурку» и жаловался, что привязчивая песенка не даёт ему сосредоточиться. Возможно, по этой причине единая теория поля так и не была создана.