Чук и Гек

Их звали Чук и Гек, моих такс. Его беспородного щенка, здоровенного, с толстыми лапами и серой бородатой мордой, звали Полли, Полина, Полька.

Мы познакомились в начале июня. Я только что ушла с работы и готовилась к разводу, он, айтишник, продал свою программу крупной компании, выгорел и дауншифтил.

Мы с Полькиным хозяином целыми днями гуляли в парке, оба жили поблизости.

Было лето, и погоды стояли тёплые. Мы целыми днями шатались по нашему парку, встречаясь три раза в день. Я бегала с собаками наперегонки, бросая им мячик в речушку посреди парка, они с диким топотом бросались вплавь за этим мячиком.

Дома потом отмывались по два часа.

Первой подошла ко мне она, Полина, точнее вбежала в меня, врезалась головой в мои коленки, и я стала гладить жёсткую шерсть и озираться в поисках хозяина.

А тут и он подбежал. Привет, привет, это Полина, неужели моя тёзка, и я тоже Полина, а это мои спиногрызы там в кустах скачут. Надо же, как оригинально, любите Гайдара, ха-ха, родом из СССР, конечно, любим. Так и познакомились.

Была ли между нами романтика? Нет. Я даже не знаю, был ли он женат и были ли у него дети. Мы говорили только о собаках, избегая тем работы и личной жизни, будто по молчаливому соглашению.

Полька у него — первая в жизни, пожалел щенка, которого подбросили к бизнес-центру, в котором он работал.

У меня всю жизнь собаки. И я с видом знатока отвечала на вопросы, чем кормить, как ухаживать.

Мои кобели радостно приняли нескладного щенка-подростка в свой отряд. И вот уже три собаки радостно носились друг за другом.

А мы бок о бок садились на травку на пригорке и наблюдали за ними.

И будто бы было нам по тринадцать лет, и мы снова оказались в том беззаботном мире, где нет взрослых проблем, а есть только лето, солнце и бесконечные игры. Совершенно подростковое время. Летние каникулы у бабушки.

И никуда не надо спешить, и ничего не надо планировать. Время идёт само собой и имеет ценность само по себе. Без общего прошлого, без общего будущего, отрезок времени, который мы делили на двоих. А точнее — на пятерых, учитывая собак. Но это было очень счастливое время, несмотря на мои грустные обстоятельства.

Прошло уже много лет, и ничего тогда не сложилось у нас двоих.

Мы даже не остались друзьями, хотя, казалось, понимаем друг друга с полуслова.

И даже собак я своих после того лета потеряла навсегда. Мне предложили хорошую работу в другом городе, и Чук и Гек временно остались с бывшим уже тогда мужем.

Но там, в другом городе, я пока устроилась, потом почти сразу встретила молодого человека, за которого вскоре и вышла замуж. А у него оказалась аллергия на собак.

И я уехала от того парка, из моего родного города, но это лето навсегда в моей памяти. Чук погибнет под колёсами через год, а Гек уйдёт почти следом, отравится какой-то дрянью. Они всегда были вместе, с момента рождения, псы из одного помёта, и я всегда буду чувствовать свою вину перед ними. За то, что бросила их.

К тому же брак в новом городе окажется несчастливым, и мы перекантуемся вдвоём пять лет.

Я потом заведу себе новых собак, но они, конечно, никогда не будут такими же, как были мои Чук и Гек, друзья и компаньоны моей молодости.

Их помню, и то последнее лето вместе помню, нескладную длиннолапую Полину, её серьёзного хозяина в очках и наши разговоры о вечном-бесконечном, запах травы, нагретой солнцем, запахи влажной древесины и земли.

И весёлый, радостный, звонкий лай.