Качели не моего детства. Продолжение

Он не ответил сразу, позволив пыли, поднятой ее торможением, осесть на его ботинках. Вместо того чтобы нагнуться, он позволил взгляду скользнуть с потертого носка ее кеда на ее лицо — всклокоченное, с пятнами загара на носу и вызовом в глазах. Она не просила, она требовала, и эта абсолютная уверенность в том, что мир обязан подчиниться ее импульсу, выбивала из колеи сильнее, чем само вторжение.

— Мужчина, вы глухой или просто любите смотреть, как люди бегают за своими вещами? — ее голос сорвался на визг, когда качели снова качнулись назад, угрожая столкнуть ее на песок.

Он медленно нагнулся, подхватывая кед двумя пальцами за грязную подошву, словно это была не обувь, а некое диковинное насекомое. Поднявшись, он сделал шаг вперед, входя в ту самую зону, где пахло мелом, потом и детской решимостью. Она замерла, на мгновение утратив дар речи, и в этом коротком промежутке тишины он услышал, как стучит его собственное сердце — ритмично и тревожно, как будто оно только что вспомнило мелодию, которую давно забыло.

— Ты рискуешь шеей, — произнес он наконец, и его голос прозвучал ниже, чем он ожидал. — И коленкой.

Она фыркнула, ловко спрыгивая с сиденья качелей и приземляясь на носки босой ноги прямо перед ним. Пыль снова поднялась вокруг них, создавая интимный кокон, отрезавший их от остального, безмолвного города. Она выхватила кед из его рук, не глядя, и тут же плюхнулась на скамейку рядом, принимаясь с остервенением натягивать обувь.

— Риск — это моя вторая натура, — буркнула она, но теперь в ее тоне не было прежней дерзости, лишь некоторое замешательство от его близости. — К тому же, вы сами виноваты.

— Я? — он невольно усмехнулся, чувствуя, как вечерняя духота вдруг становится терпимой, даже приятной. — Я просто сидел тут.

— Просто сидели, — передразнила она, поднимая глаза. В них плескалось закатное солнце. — И мешали мне нормально летать. С вами воздух какой-то тяжелый. Надо его разбавить.

Она встала, подхватила велосипед за руль и, не оглядываясь, пошла прочь, но через три шага обернулась. В ее взгляде читалось что-то такое, от чего у него перехватило дыхание.