XXlll. Тошнотики
Мама и папа родились перед войной в тридцатом году. Папа с родителями переехал в Рыбинск, когда ему было три года. Его родная деревня Гарь - Сога, Пошехонского уезда. Скорее всего бабушка с дедушкой и трехлетний отец уехали из деревни из-за голода, в 1932-33 годах по всей России люди голодали, наверно в городе можно было найти работу и легче прожить.
В начале двухтысячных, потянуло меня съездить на родину отца, я увидел здесь последний одинокий, заброшенный дом. Теперь там урочище, деревня давно опустела и дороги сюда нет. Место красивейшее, с извилистой речкой, с крутыми склонами. Был март месяц, и я не смог перейти через Согу. Когда стоял и смотрел на другой берег, по душе прошла теплая волна, будто кто-то давно меня ждал и дождался наконец.
Мама наоборот родилась в городе, в Рыбинске на улице Плеханова, в деревянном доме, на этом месте сейчас стоит бывший магазин Ветеран, она ходила учиться в 34 школу. Напротив была церковь Введения во храм Богородицы, в то время там ещё шли службы, здесь маму крестили. Её старший брат, он тоже воевал, был инвалидом войны, он развешивал, когда был парнишкой, за оградой ловушки для певчих птиц, у него дома было много клеток с ними. Рядом с церковью, за оградой же, находилось кладбище, мы сейчас не зная об этом, проходим и проезжаем по этим могилкам.
Дедушка по отцу, воевал в ВОВ, служил на Балтийском флоте, боцманом на сторожевом корабле. В 1943 г. был комиссован, потеряв после ранения и контузии зрение. Дедушка по матери уроженец Польши, родился в местечке Хушлев, ему недавно исполнилось бы от рождения 142 года, у них с бабушкой было пять детей, он повоевал в Первую мировую и Гражданскую войны, в 41-ом не прошёл по возрасту, работал кузнецом, в послевоенное время преподавал ученикам практику кузнечного дела в Авиационном институте, нынешнем РГАТУ. С начала войны, они всей семьёй были в эвакуации в Уфе, с Моторным заводом.
Мой папа был призван в 1949 году в погранвойска, попал на Западную Украину, застава была недалеко от станции Рава-Русская, участвовал в стычках с бандеровцами, их тогда много пряталось в лесах, да и среди мирного населения они хорошо маскировались.
Я в своё время, потоптал сапогами неметчину, служил два года в ГСВГ. Сын закончив наш Универ, десять лет несёт воинскую службу по контракту. Преемственность сохраняется.
Родители жены, помоложе моих на десять лет, они с сорокового года. Тёща родилась в Белоруссии, в войну они с семьёй скрывались от немцев в лесу у партизан, бежали всей деревней, чтобы их не угнали в Германию. Тесть родился в Рыбинске, он очень рано потерял родителей, отец у него пропал без вести в 41 году, а мама погибла на производстве сразу после войны.
В военные годы было голодно, особенно весной, хоть земля и не пустовала, сажали овощи, картошку. У тестя было ещё трое братьев и сестер, так как отец пропал без вести, это на Волховском фронте, похоронка не пришла, мать ничего за него не получала, и так и осталось не известным, что с ним стало. Тяжело было с маленькими детьми, не доедали, всегда ждали весны, когда вырастет разная травка, которую можно будет использовать в еду.
При выкапывании осенью картошки, часть урожая пропускают, не всю убирают, какие-то клубни остаются в земле, вот и они, когда копали весной огород, иногда находили эту промороженную картошку, разминали и пекли оладьи - назывались они ,,тошнотики".
Свидетельство о публикации №226052801222