Назад в СССР часть14

                Свадьбы

             Осенью, из Германии комиссовался Генка. Не знаю, что там ему написали в военном билете, но он долго не мог никуда устроиться на работу. Так продолжалось до тех пор, пока он его не “ потерял “, и ему не сделали новый, совсем с другой статьей. Ясно, что маманя подсуетилась. Людка, с которой он дружил до армии, вроде бы дождалась его, и весной они решили сыграть свадьбу. Меня он взял свидетелем.  Свадьба была назначена на субботу, и провести её решили у него дома. Места было много, а народу пригласили около сорока человек. Ресторан они позволить себе не могли. В пятницу в обед, я позвонил ему, что бы уточнить кое- какие подробности, но он не дал мне договорить, и попросил срочно приехать. Голос у него был, какой- то не такой.
              - Что- то случилось?- спросил я
              - Приезжай, это не телефонный разговор.  Я поймал такси и уже через полчаса, заходил в подъезд. Дверь открыла Елизавета Аркадьевна. Вид у неё был какой- то потерянный.
              - Анатолий, здравствуй. Проходи, он на кухне.
              Весь кухонный стол был заставлен посудой; тарелки, вазы, салатницы, стаканы, кастрюли. С краю сидел Генка. Перед ним стояла полупустая бутылка водки, два пустых стакана, и тарелка с солёными огурцами. На полу два ящика водки, ящик вина, и несколько бутылок “ Шампанского “.
             - Толик, бери стул, присаживайся,- сказал он, и наполнил стаканы. Давай выпьем друг.
             Я посмотрел на него, и понял, что это не первая бутылка, которую он сегодня пьёт.
            - А не рано ты начал свадьбу праздновать?- спросил я,- с какой рожей ты завтра в ЗАГС пойдёшь?
            - А мы не идём завтра никуда. Мы будем просто сидеть, и пить водку,-  и, не дожидаясь меня, залпом выпил свой стакан. Не будет свадьбы Толя, понимаешь – НЕ БУ ДЕТ! Невеста позвонила, и сказала, что свадьба отменяется, и она выходит замуж, за другого.
            - ***се,- только и мог сказать я, и тоже выпил.
            - А ведь я её любил. Да, я и сейчас её люблю, - сказал Генка и заплакал.
             Мы пили с ним три дня, и все наши разговоры сводились к одному - какие же все бабы - стервы. Договорились до того, что никогда в жизни не женимся.
Через месяц он нашел себе новую подругу, и про Людку больше не вспоминал. По крайней мере, он мне так говорил.
              А через год женился я. Это тоже интересная история. ЗАГСа у нас в районе не было, и свадьбы регистрировались в здании райисполкома, в малом зале для совещаний. Вроде бы, какая разница, где регистрироваться.  Однако, когда, вместо марша Мендельсона, заиграла песня, в исполнении Аллы Пугачёвой “Арлекино “, удержаться от смеха никто не мог. Я посмотрел на свою  жену, и что- то ёкнуло у меня в груди, до сих пор не знаю почему. Мы уже спустились на первый этаж, а вслед нам доносилось:
- Ха-ха-ха-ха-ха, ха-ха-ха…
             Свидетелем у меня был, конечно же, Геннадий, иначе и быть не могло. Трех дней на свадьбу не хватило. Во вторник мы с женой, и мои родители пошли на работу. Тёща с тестем, две её тётки, дядька с женой, и бабушка Анна Семеновна, продолжали  пьянствовать до четверга. Может быть, они уехали бы и раньше, но оставалась полная бутыль самогона, и они об этом знали.
              В четверг, я пришёл с работы, как всегда пораньше. Налил каждому из них по две бутылки, и почти насильно, выпроводил из дома. Я объяснил им, что у нас с женой до сих пор не было брачной ночи, и она до сих пор девственница, хотя она была уже на втором месяце. Тёща демонстративно отказалась от своей доли, и как мне показалось, уехала недовольная. Мы все с облегчением вздохнули, даже моя жена.
За полгода до этого, она устроилась на работу в ЖКУ*, секретаршей.  Десять месяцев жили у родителей. В декабре месяце Люба родила сына. Назвали мы его Виталиком, а в феврале, мне дали двухкомнатную квартиру. Квартиру мне дали от завода, как молодому специалисту. В направлении было написано - “Двухкомнатная, с подселением “. Я пришёл в управление, где работала жена. Секретарша посмотрела на направление, и назвала номер  кабинета. Я постучался и вошёл. За столом сидел мужчина, на груди которого в два ряда красовались награды - ордена и медали. В суматохе, я совсем забыл, что сегодня было 23 февраля.
             - Поздравляю вас с Днем Советской Армии, желаю здоровья и успехов в личной жизни!- не растерялся я.
             - Спасибо молодой человек.  Вы по какому вопросу?
             Я протянул ему направление. Он внимательно прочитал его, и спросил:
             - Фамилия мне ваша почему- то знакома. А наша секретарь Люба, не ваша супруга?
            - Моя,- ответил я, - она в декабре сына родила, и сейчас в декретном отпуске.
            - Поздравляю вас папаша, - он пожал мне руку,- а для чего вам с подселением?
            Он взял со стола ручку, зачеркнул в направлении слово “c подселением “, и размашисто расписался.
-  Идите, в кабинет напротив и оформляйте ордер на двухкомнатную.
Через двадцать минут ордер был у меня на руках. Я зашел в продовольственный магазин, взял бутылку армянского коньяка, вернулся и отблагодарил этого замечательного человека. Домой я не бежал, я летел.                Прошло столько лет, а я до сих пор помню тот день, как будто это было вчера.
            В конце апреля мне пришла повестка из военкомата. Явиться для прохождения медкомиссии. Председатель комиссии посмотрел мою медицинскую карту, и спросил:
           - А вы, почему не в армии, молодой человек?
           - Так, у меня же военный билет,- ничего не понимая, проговорил я.
           - Молодой человек, ты здоров, как бык, и годен для прохождения строевой службы. Ваш военный билет я забираю, держите приписное свидетельство.  Следующий…
Так высшее провидение, снова вмешалась в мою жизнь. Не знаю, кто написал сценарий моей жизни, но чувство юмора ему было не занимать. Домой я шел, как в бреду. Что я тогда чувствовал? Растерянность и обиду. Обиду на весь белый свет. Ведь если бы мне два года назад, не дали  этот грёбанный военный билет, я бы уже вернулся из армии. Если бы, да “бы” мешает.
            А четвёртого мая, я остриженный наголо, с рюкзаком за плечами, изрядно поддатый, сел в автобус, набитый призывниками, и … отправился “ защищать Родину “.