VI. Письмо. Анна

Ровно семь дней спустя  я пришла к его квартире. Трясущимися от волнения руками я открыла дверь и вошла. Вещи и обстановка присутствовали на своих местах. Комната Верка была пуста, в ней ничего не изменилось, разве что генераторы звука работали на полную мощность.
Сев на край его кровати, я открыла письмо и прочла:

«Прекрасная, Анна!
 Если Вы не найдёте меня сегодня в моей комнате, можете смело вызывать полицию и оформлять розыск. Говорю сразу, розыск ничего не даст. После получения Вами свидетельства о моей смерти Вы вступите в права на всё моё имущество и научные разработки, как наследница по моему завещанию, совместно с Любовью Ивановной - моей приемной матерью. Позаботьтесь о ней, пожалуйста.
Анна, несмотря на Ваш молодой возраст, вы талантливая девушка и вполне можете продолжить мои научные изыскания. Я не уверен, но думаю, что Ваш клеточный резонанс способен перезапускать программы пространства-времени, его нужно исследовать, но будьте осторожны, не приходите в мою комнату и даже квартиру, здесь находится червоточина и смерть Вселенной, просто вынесите оборудование и мои дневники в сейфе (код – 7795618474625) в безопасное по вибрациям место.
В последнее время я часто снюсь себе сам, но совершенно иным и совершенно в другом измерении реальности, возможно это не случайно и то, что происходило и произойдет это не абсолютная смерть материи, а наложение миров (некий скачок с замещением колебаний), я должен это проверить, даже если когда-нибудь (надеюсь) вернусь другим перед Вашим взглядом. Иного выбора остановить разрастания червоточины для себя не вижу.
С любовью  и уважением к Вам, Верк Изосим.».
К письму был приложен старинный бронзовый кулон в виде закрученной спирали.
Я плакала.