Укатали сивку

   Собрались мы в один из выходных летних дней 1982 г. пройти тренировочный маршрут от Московской кольцевой автомобильной дороги, МКАД, вдоль Рублево-Успенского шоссе на Звенигород. Это порядка 42,5 км. Марафон пешком. Как сейчас я понимаю – затея была плохо продумана.
   Шоссе от МКАД узкое - по одному ряду в каждую сторону, в выходные дни сильно загружено. В те годы – это была исключительно правительственная трасса. То и дело – слева и справа на шоссе выезжали черные «Волги» с номерами «МОС», «МАС» и «МОЦ», и на большой скорости проносились мимо шагающих туристов. Особенно интересно было наблюдать за правительственными «Чайками», которые в сопровождении патрульных милицейских автомобилей на огромной скорости проносились мимо и заставляли нас шарахаться в сторону. Такого скопления представительских лимузинов я не видел даже в телевизоре. Вспомнилась песенка:

Небо чистое сияет,
«Чайки» черные снуют.
Ни на что не намекаю –
Просто песенку пою.

  Вообще на подобных трассах нужно ставить знак «Пешеходное движение запрещено», как ставят знак «Велосипедное движение запрещено». Знака не было, поэтому сотрудники милиции лишь провожали нас странным взглядом, когда мы проходили очередной пост ГАИ…
  Всего в группе было пять человек и один участник прибился за компанию. Это был мой знакомый из института «Аэропроект» - Виталий Иваньковский (геодезист по профессии). С Виталием мы были дружны несколько лет, пока он не эмигрировал в Израиль. Парень он был компанейским, веселым, много шутил и по характеру был мне близок…
   Асфальт и быстрое многочасовое движение сделали свое дело. Группа растянулась на несколько километров. Виталий и вовсе не дошел до станции, а доехал на автобусе.
   Должен сказать, что до этого по асфальту такое расстояние я не преодолевал, и ноги «гудели». Больше всего жаловался Виталий. В электричке он морщился, тер мышцы и был необычно серьезным. Все сильно устали.
   Поезд подъезжает к платформе «Беговая», мы с трудом поднимаемся с деревянных сидений и выходим в проход. Виталий неестественно шлепает кроссовками по полу электрички.
   На платформе он вообще остановился, с окаменелым лицом смотрит на меня и говорит:
   - Маманя, ноги не идут.
   Мне это было понятно, поскольку и сам ими еле шевелил.
   - Толкни меня сзади, - просит Виталий.
   Я подхожу и толкаю его руками в спину. Его тело подалось вперед, и он зашлепал по платформе.
   Вижу, что он совсем не управляет своими ногами. И если поднять ноги у него получается, то плавно поставить – нет. Поднятая нога сама падает вниз. Такой вот неуклюжей походкой он и направился в метро. После похода его ноги болели около недели.
   Этой вылазки Виталию хватило надолго. Больше он со мной не ходил.