Без сна. 7. Крест

Этот рассказ даже не о кресте, хотя и о нем, но я не придаю ему такого значения, как можно подумать, как некоторые, как очень набожный человек. Он о тете Римме и о деревне, родине отца, которая у меня, как гвоздь в голове.

Она звала меня поехать с ней в Ерофеево. Я говорил, что сейчас не могу, некогда, мол, потом.

Тетя Римма умерла двадцать шестого апреля. Тридцать первого марта я звонил ей. Трубку взял Олег. "Она лежачая", - первое, что он сказал. "Я лежачая", - повторила за ним она. "Сколько вам лет?" - спросил ее я. "Девяносто", - ответила она.

"Ей было восемьдесят восемь", - потом уже поправил ее Женя, мой брат из Иванова.

Когда мне и Лене одновременно приснился один и тот же сон, а именно: я у Тани и она говорит мне, что сейчас накормит меня, а жене - еще и то, что там тетя Римма, она спрашивает ее: "Что вы здесь делаете?" - и та отвечает: "Приехала повидаться с родственниками" - я решил, что умер Женя. У него рак прямой кишки. Месяц назад у него была еще одна операция.

-Ведь просили: Установите ИМО или хотя бы ВиПиЭн, - меня охватило совершенное отчаяние.

До этого мы переписывались с Таней в Телеграме. Из Жени слова не вытянешь. И тут уже он пишет в Телеграмме, что Ира, их дочка, наконец, установила маме на телефон ИМО.

На следующий день мы уже разговаривали, и, когда я вспомнил об Иване Ивановиче, нашем прадеде, что он был очень набожным человеком: покупал религиозные книги и иконы - что-то было в избе Петра Ивановича, потом все это дядя Толя отнес на чердак ("Наши-то родители были атеистами"), отец нашел две иконы и привез их к нам домой, вот, мол, на стене икона оттуда, и еще тетя Римма   дала мне крест - Женя сказал, что она умерла.

И умерла в тех числах, а, может быть, и в тот день, когда был сон.

Она долго упрашивала меня поехать с ней в Ерофеево. Я все отнекивался, мол, занят, нет времени.Потом взяла и сама поехала. Это было в одиннадцатом году.

Теперь она звала меня к себе, пробуя заманить, складнем и крестом.

Складень она отдала внучке.

Мне достался крест, когда я осенью двенадцатого года все-таки приехал к ней.

"Смотри, низ креста отломан. Он застрял между половицами в избе. Он там до сих пор", - сказала она мне.

-Понимаешь, Женя, меня все время это мучает: что там часть креста, и я должен поехать туда, чтоб его достать. Это вроде моей обязанности. Должен и все тут. Что-то вроде миссии. Мое предназначение. Будто для этого и жил и живу. Вот эта икона на стене, - я показал икону. - Вот этот крест.

-Большая икона, - сказала Таня.

Вот она на стене.