Дом первостихии
И, так уж исторически сложилось, что не принадлежал он никогда и до сих пор не принадлежит ни одному из них.
Хотя, имеет он право голоса в каждом из них.
На протяжении истории, как, в общем, и везде, между соседними странами теми возникали раздоры всякие и даже войны.
Но вот что интересно-удивительно, что все напасти те проходили далеко в стороне от нашего городка.
Всё дело, как не странно, заключается в камне, что лежит в сквере, в центре нашего города, ну, почти в центре.
Как убеждены многие жители наши, изначально он хранил и до сих пор хранит нас от разных бед и несчастий.
За всю историю, а были и у нашего города всякие времена, ни одна стрела или пуля ни разу не коснулись ни стен города, ни жителей его.
Жители нашего города, да, и историки, учёные много лет продолжают спорить: случайно оказался этот камень в нашем городе или это город наш образовался вокруг него.
Впрочем, двести, триста, пятьсот лет назад не было никаких сомнений-камень...конечно, камень был у нас началом всех начал.
За долгие годы камень древний превратился в место преклонения и поклонения, для старшего поколения во всяком случае.
А ещё говорят, что у этой истории нашей имелась-проистекала, да, и по сию пору происходит оборотная сторона.
Когда-то очень давно с иной, с противоположной стороны мира, в одном из отдалённых пространств появился Он.
Он совсем не был похож ни на кого из обитателей ближайших известных миров.
Будто и впрямь Он был сотворён из чего-то совершенно другого.
Впрочем, Он, вообще, ни на кого не был похож.
Кто же Он такой?
Откуда Он?
Он не дух и не призрак какой-нибудь заблудившийся в измерениях.
Так, случайное стечение обстоятельств.
Эдакая совершенно стихийная комбинация элементов.
Сочетание несочетаемого.
Соединение каких-то там произвольных кварков с некоторыми псевдовероятностными нейтриноподобными модификантами-в общем, ошибка природы.
-Этого совершенно не может быть! Это же нонсенс! Этаковое сочетание несочетаемых частиц просто противоречит всему, что было известно о строении мира до сих пор! Это невозможно по природе своей-говорил о нём один большой учёный-Это же вздор! Вздор! Бессмыслица! Бред сивой кобылы!
-Но ведь есть то, что есть!-возражал ему другой-Ты только что это наблюдал через свой драгоценный микроскоп! С тем, что есть спорить сложно!
-Да, уж!-никак не мог успокоиться первый-Что есть, то есть! Всё же, такое невозможно! Это абсурд! Чепуха! Дичь какая-то!
Не призванный нигде и не названный никак Он-первостихия, неугомонный элементаль, скиталец.
За многовековое существование своё Он так и не обрел определения.
Он-нечто совершенно без названия.
Может быть только по этой простой причине главного героя в данном повествовании мы будем называть просто-ОН.
ОН любил иногда гулять вблизи кристаллокаменного сада — того самого, где драгоценные самоцветы вырастают и распускаются в самые причудливые формы, словно живые.
Там ОН впервые увидел Её и полюбил сразу, не зная даже, кто Она.
ОН стал приходить туда часто-часто и, украдкой наблюдая в просвет между кристаллами, любовался Ею.
ЕМУ казалось, что сад тот яркокристаллический таял, просто исчезал в сиянии её красоты и текучести.
Но однажды кристаллы, целые заросли драгоценных кристаллов стали вянуть и испаряться на самом деле, прямо у НЕГО на глазах.
Такое бывает.
Такое происходит в том пространстве сплошь и рядом.
Самоцветный сад может вдруг растаять, исчезнуть и потом также внезапно возникнуть, появиться в самом неожиданном месте.
Только вот далеко не все о том знают или не хотят знать.
Между НИМИ вдруг образовалось пустое, свободное пространство.
И Она тут же заметила Его, и, то, что ОН за ней наблюдает.
И ОН заметил, что она заметила ЕГО внимание к ней.
ОН не знал, кто Она.
Она не знала, кто ОН.
Но ОН и предположить не мог, что Она-принцесса, дочь великого правителя этого и всех соседних кремниевых пространств.
ОН не мог предположить, что Её охранники тут же заметили ЕГО и его влюблённые взгляды.
Какая дерзость.
Какая наглость.
Деву увели почти мгновенно, даже не дав Ему сделать шаг.
А о ЕГО «дерзком поступке» тут же доложили правителю.
Ну, а правитель не пожелал огласки.
Он не пожелал, чтобы кто либо узнал о внимании неизвестно кого к его единственной любимой дочери.
И потому ОН был объявлен похитителем сада.
И потому на него началась охота.
Да, Он мог бы украсть этот сад и десять других впридачу.
Но Он этого не делал.
Зачем ему это?
Пришлось срочно ему улетать, исчезать, испаряться.
А за ним в погоню ринулась целая свора охотников.
Можно было только гадать сколько лет или веков скитался ОН по всякоразным мирам, скрываясь от охотников-преследователей своих.
ОН давно уже перестал считать пространства, в которых побывал.
Этих миров у НЕГО позади осталось полным полно.
В каких-то пространствах ОН находился подолгу.
В других же ЕГО каким-то образом сразу обнаруживали охотники, и, Ему приходилось срочно перемещаться куда-либо ещё.
А в иных пространствообразованиях наоборот, ОН и сам не хотел оставаться ни на мгновение.
Но, где бы ОН ни был, в мыслях его жила ОНА.
ОН думал о НЕЙ постоянно, то есть, не прекращая.
"Я не могу жить без НЕЁ...я просто задыхаюсь без НЕЁ".
Впрочем, отчётливо понимал ОН, что жизнь для НЕГО в том ЕЁ пространстве просто невозможна.
Однажды, случайно изменив структурную плотность сущности своей, попал ОН в созвучие с неким физическим измерением.
Но вот именно там, в совершенно непривычных для себя условиях существования, ему почему-то понравилось больше всего.
ОН поселился в том, разнообразной плотности, трёхмерном пространстве Земли и прожил в одной гранитно-каменной структуре много сотен лет.
Многие множества времени, по земным разумениям, конечно же, рассматривал и изучал ОН различные твёрдости, текучести и летучести этого живого земного мира.
А когда возле камня ЕГО появились первые поселяне, ОН с тем же радением стал наблюдать за ними и изучать их.
ЕМУ было любопытно, что происходит там, за границей его камня.
ЕМУ нравилось наблюдать за людьми.
Они всегда казались ЕМУ забавными.
То есть, забавными, примерно так же, как забавны рыбки по ту сторону стекла, в аквариуме.
Всё же, очень часто ОН чувствовал, что за стеклом, в аквариуме закрыт от них, отгорожен ОН сам.
ОН придумал ловкий приём, чтобы привлечь внимание людей к себе. Его камень начинал светиться в том месте, где его коснулась рука человека.
ОН правильно их понял.
Они любопытны.
Шли годы, летали столетия, мимо него вереницей мелькали люди, те самые, целые поколения людей.
Ведь временные промежутки и пространственные протяжённости внутри камня проистекают совсем по-другому, по совершенно иному измерительному нормоположению.
Говорят, когда-то в городке нашем девушка одна, разлучённая со своим любимым пришла к камню просто переждать боль.
ОН услышал её - и препятствия все растаяли, будто и не было их.
"Пусть так!"-думал-размышлял ОН-"Пусть, уж если мне не суждено быть с любимой моей вместе, то, хоть, у людей этих с их чувствами всё сложится".
С того давнего случая и сложился у нас в городке обряд, поверье: "...если подойти к камню и попросить о чём-нибудь важном, то, сбудется. Непременно сбудется".
ЕМУ понравилось быть нужным, важным в жизни людей.
Хоть, и не мог ОН показаться им в своём настоящем состоянии.
Люди праздновали возле него свои праздники, играли свадьбы, отмечали рождение детей.
ЕГО сущность светилась теперь слишком ярко. Слишком часто
ОН пользовался силой своей. Увлечённый игрой с людьми ОН забылся.
ОН уже не был таким осторожным и осмотрительным, как раньше.
И именно в тот момент, когда свет его стал заметнее, чем когда-либо, в городок наш пришли перемены.
Политика трёх стран, на границах которых расположился наш городок, никогда не была честной.
Впрочем, политика, вообще, честной не бывает.
При помощи хитрой-вывернутой интриги-ловушки наш городок поставили в зависимость и навязали нам нового мэра — пришлого, чужого.
Толком ещё не познакомившись ни с историей нашего древнего города, ни с нами-жителями его, новоиспечённый мэр сразу же принялся наводить свои порядки.
И начал он, конечно же, с нашей святыни — с камня.
Власть имущие представители соседних стран имели представление о возможностях древнего нашего камня, о его силе, и прежде всего желали избавиться именно от него.
"Хватит жить суевериями и пережитками прошлого" — заявил мэр в первой же своей публичной речи — "Нужно смотреть вперёд. Нужно думать о светлом нашем завтра ".
В доказательство своих намерений он привёз и установил в центральном сквере, прямо напротив камня, модернистскую скульптуру никому неизвестного автора.
Это был шагающий молодой человек с глупой улыбкой и растрёпанными волосами.
Правая рука его указывала куда то вперёд. Наши жители окрестили его «Каменным болваном» уже через час.
А на следующий день в город привезли камнедробительную машину и подогнали её прямо к камню.
Заблаговременно, во избежание эксцессов, мэр выставил вокруг оцепление.
Народу собралось — весь город.
Мэр взобрался на скамейку, хотел что то сказать людям, но машина уже завелась и начала долбить камень.
Ему оставалось только сойти опять вниз и отойти в сторону.
Грохот стоял оглушительно-невозможный, но люди не расходились.
Многие плакали.
Камень ещё сопротивлялся: из под зубила машины вылетали лишь мелкие осколки.
ОН чувствовал на себе каждую трещинку.
Чувствовал, как ЕГО дом, его убежише, его многовековая твёрдость начинает распадаться в мелкую щебёнку.
И в тот миг, когда первая глубокая трещина прошла через сердцевину, ОН понял: нужно уходить.
Сейчас.
Немедленно.
ОН изменил плотность, как делал это тысячи раз в иных пространствах, и стал искать любую твёрдость поблизости.
Хоть, какую-нибудь.
И вдруг что-то произошло вокруг.
Какие-то полупрозрачные силуэты вихрем пронеслись по воздуху и, вонзившись в камень, исчезли в нём.
Это были охотники, которые после многих лет поисков, прочёсывая пространство за пространством таки увидели и нашли ЕГО.
В тот же миг с другой стороны камня ОН уже скользнул в сторону — туда, где ещё оставалась хоть какая то гранитная плотность.
В стоящего рядом каменного болвана.
Места там было меньше, теснее, грубее — но гранит есть гранит.
Но ОН успел.
А люди, стоявшие рядом, так ничего и не заметили, не успели заметить.
Когда ОН выскользнул из раскалывающегося камня, внутренняя плотность мгновенно сомкнулась, как вода, возвращающая форму после удара.
Но камнедробительная машина уже набрала свои полные обороты.
Теперь древний камень вместе с охотниками, застрявшими внутри, дробился и перемалывался в мелкую, бессмысленную щебёнку.
Всё же, охотники, застрявшие в глубинных слоях гранита, не погибли, нет.
Они просто крошились на множество отдельных фрагментов, рассыпались внутри камня, и собрать себя обратно уже не могли.
Но шептать, шевелиться, скрести по внутренним стенкам — могли вполне.
Мэр, ничего не понимая, приказал вывезти всю щебёнку к своему новому коттеджу
и посыпать ею дорожки вокруг дома.
Сказано — сделано.
И уже в первую ночь он получил то, чего совсем не ожидал:прямое общение с теми, кто теперь жил в каждом камешке под его ногами.
Шорохи.
Шопоты.
Тени, которых не должно быть.
Стук, будто кто-то ходит по гравию, хотя, никто не ходит.
И голоса — тихие, рваные, как будто говорящие из глубины колодца.
К утру мэр сидел в дальней коомнате, в углу, обхватив голову руками.
Через день его вынесли на носилках и увезли туда, где стены мягкие, и никто не спрашивает, почему человек боится собственного полисадника.
А вскоре в нашей долине начались дожди.
В это время года у нас всегда идут дожди - долгие, ровные, терпеливые.
Вода медленно промыла щебёнку, вымыла из неё всё то, что не принадлежало этому миру.
А земля — добрая, положительная земля — приняла остатки чужой злобы в себя и уже не отпустила.
Так всё и улеглось.
Городок снова стал тихим.
А в центре города по вечерам тихо светится каменный болван —ровно, спокойно, будто улыбается.
ОН просто живёт там теперь.
ЕМУ нравится.
Люди рядом.
Их чувства рядом.
И никто не знает, что древняя первостихия, скиталец миров, нашёл свой дом именно здесь.
Не скоро, ой, не скоро появится на горизонте следующая команда охотников.
Если эти охотники вообще когда нибудь появятся.
Свидетельство о публикации №226052800222