Урюк. Возвращение

Примерно в обед Чеба сказал, что тихонько пойдет вперед. Его доставала сердечная недостаточность, и идти ему реально было трудно. Еще он тащил два рюкзака - второй был с его резиновой лодкой, которую потом он все же бросил.

Минут через 10 после того, как он скрылся в чаще леса, мы услышали его крики:

- Мишка! Мишка!

Среди нас был один Мишка, и нам стало интересно, почему это Чеба вдруг так внезапно возлюбил его. Чеба, выбежав из леса, действительно побежал к Мише. Бежал он лихо, не смотря на свою хроническую сердечную недостаточность. Однако, не остановившись возле Миши, он побежал дальше, продолжая все так же орать:

- Мишка! Мишка!

Оказалось, что Чеба встретил в лесу медведя, бросил ему свои вещи, и пока тот их нюхал, побежал к нам, чтобы предупредить. Стуча посудой и веслами, мы пошли искать брошенные вещи. Нашли. Медведя не встретили, но еще несколько часов стучали и звенели.

Я помню, что мне было страшно, и каждый из нас признавался, что ему кажется, будто кто-то за нами пристально следит из лесной чащи.

К темному вышли на пчельник, куда по счастливой для нас случайности всего лишь два дня назад приехал человек. Он пустил нас переночевать в дом, не позволив ставить палатки во дворе.

- Медведь шалит, - сказал он, - Вчера вот мою собаку задрал.

Еще он позволил нам истопить баню по-черному. Утром мы отблагодарили его, оставив в подарок резиновую лодку Чебы.

От его дома уходили две дороги, и если бы не этот человек, то мы пошли бы по той, что делала круг в 30 километров, возвращаясь на эту же поляну с другой ее стороны. Человек махнул нам идти по неприметной тропке, наказав, придерживаться следов конских подков. Это были следы брата, который два дня назад сюда его привез.
К обеду мы встретили еще одного человека. Он был с ружьем и указал нам верное направление, а еще долго удивлялся, что мы ходим по тайге без оружия. Совет этого человека позволил нам здорово сократить путь. В результате мы вышли к одинокому дому на краю деревни. После долгих уговоров хозяин согласился отвезти наши вещи на телеге до села, где уже была асфальтированная дорога.

Он вывел из сарая тощую, только что переболевшую пневмонией, лошадь, запряг ее в телегу, которую нам пришлось почти всю дорогу толкать, ибо лошадь едва плелась и кашляла, скаля чудовищные желтые зубы.

Как только мы прибыли в село, Володя поручил мне сходить в медпункт и позвонить в Оренбург, предупредить, что мы живы и с нами все в порядке. Дело в том, что наши приключения заняли очень много времени. И прошли все мыслимые и немыслимые сроки, в которые мы обещали вернутся. А если сказать честно, то нас уже искали. И искали не просто так, а с МЧС.

Я пошел в медпункт, но договориться с вредной теткой мне не удалось. Наверно я слишком был грязен, сер и пах костром.  Да, и с людьми договариваться я не умею. Потом пошел Чеба. Ему дали позвонить, и он предупредил больницу, что у нас все в порядке. Ну а потом уже эта информация разошлась среди всех наших родных и близких.

После этого звонка нам сразу стало чуть веселее. Но позже Чеба добавил, что нас уже ищут и ищут силами МЧС. Веселье тут же пропало.

Буквально через несколько минут к магазину, возле которого мы отдыхали на рюкзаках, подкатил бортовой АУЗик. Возле водителя сидела лихая башкирская тетка, которую мы попросили нас подвезти. Попросили без надежды, что она согласится, ибо кузов машины был заставлен коробками с товаром. Но тетка согласилась, назначила цену и сказала водителю поставить коробки друг на друга. Мы залезли на освободившееся место и большой гурьбой, сидя чуть ли не на головах друг у друга, тряслись, придерживая коробки, пока нас не выгрузили возле железнодорожной станции. Мы были такие уставшие, что сели на рюкзаки прямо там, где их выкинули из кузова. Оказалось, что до поезда у нас есть пару часов. Мы достали тушенку, сходили в ближайший магазин, как к нам подкатил "КАМАЗ" с огромной пассажирской будкой, на которой синим по белому было написано МЧС. Из кабины вышли два парня и поинтересовались, а не те ли мы ребята, что пошли на Урюк и потом пропали. Мы признались, что вероятно это мы.

- Тогда, - сказал один, - мы должны вас спасти.

Он открыл будку и пригласил нас внутрь. Я не помню, почему мы так легко сдались и полезли внутрь. Наверно, все от усталости.

- А чтобы вы не пропали по дороге, - сказал он, когда мы уже смотрели на него изнутри будки, - я закрою вас на замок.

И они повезли нас. И повезли не в сторону Оренбурга, а в сторону совсем противоположную. В Стерлитамак, где разместили нас на матах третьего этажа базы МЧС. Они показали нам, где можно купить еды, а где водки. Выдали электрочайник и еще какие-то печеньки. Спросили, что нам нужно еще. Убедившись, что нам не нужно более ничего, они сказали, что из Оренбурга за нами уже едут.

Когда мы вернулись в больницу, откуда мы стартовали в первый день нашего путешествия, случилась такая картина. Заведующая реанимацией стояла в конце длинного коридора, а нашедшиеся мы - в другом. Парни упали на колени и пошли на них к ней с извинениями. А та ругалась и плакала одновременно.

Но то в больнице. А наши жены, скооперировшись, дважды ездили в Башкирию на наши поиски. МЧС на катерах прошлась по той части Урюка, до которой мы так и не дошли. На следующий день должны были поднимать вертолет. Так что эта история оказалась еще та. И на следующий год, чтобы не утонуть и прервать череду порочных путешествий, мы решили не сплавляться и остаться на берегу. Но вы уже знаете, чем все это закончилось.

2026