28. 05. 2026, 08 47 07 Исповеди
Исповеди, к которым я пришёл, — это прежде всего подведение итогов, своего рода перевод и осмысление. То есть произошло какое;то завершённое осмысление, некое открытие. Я увидел свой мир по;другому — много иначе, чем прежде. А главное — свою роль в этом мире тоже увидел по;новому.
Просто задаю себе вопросы: какая моя роль сейчас? И как она сформировалась? Как, в принципе, в мальчике — в Семёне, в Жене — складывалось это общее видение, заметное окружающим? Причём речь идёт о человеке нормальном — выделенном отдельным понятием. О человеке базовом — это отдельное понятие. О человеке русском, об обществе, которое этот человек выстраивает, и о диалогах этого общества.
Мировоззрение человека — как он всё это видит. Системы нравственности в рамках мировоззрения. Основные идеи мировоззрения — ответы на главные вопросы:
Кто я?
Какой мир?
Из каких частей он состоит?
Как эти части взаимодействуют между собой?
Что общего во всех этих частях?
Как они развиваются и возникают новые категории?
Мы замечаем эти категории в действии: части и миры взаимодействуют. В какие;то моменты проявляется зло — то, что разрушает целостность этих частей, органичность и гармоничность взаимодействия. И это мой мир. Это мир каждого человека.
Каждый человек в каждую секунду своей жизни меняется сам — и меняется окружающий его мир. Каждое действие, каждый взгляд, каждое слово — всё записывается на ленту жизни и влияет на мои последующие действия, на моё дальнейшее видение мира. Множество разных взглядов складываются в общий мир — в огромную информационную картину, которая у каждого своя.
Но есть что;то общее, единое и ценное для всех одинаково. Прежде всего — стремление к счастью. Рядом с ним живёт страх, что счастье можно потерять. Так закладывается в человеке база счастья, как бы правильная борьба за него.
Большая часть моей работы посвящена аскетике — науке изменения своей души: поиску смыслов, полезности, обоснованности, пониманию осмысленного. Зачем я жертвую? Чем я жертвую? Ради чего? И прохождение через понимание жертвы с большой буквы — когда жертва это то, что невозможно не сделать. Это естественно, как смахнуть волос с лица, — чтобы сохранить гармонию мира, моего мира, который я ощущаю и ценю.
Для этого мне нужна какая;то шкала ценностей. Я сам — эта шкала. Я задаю себе законы. И сейчас я осознаю, что владею одним из богатейших языков мира — русским. Более того, он ещё и отточен для осмысления человека: в нём очень много синонимов на эту тему. Чем больше синонимов — тем точнее приближение к сути. А любое приближение может трансформироваться и задавать вектор.
Например, малые истории малых народов, пусть и кажущиеся незначительными, на самом деле задают этот вектор. Они уникальны — и связаны с опытом этих людей. Именно они показывают дополнительные векторы осмысления человека. И ни один нюанс нельзя упустить, если мы честно строим модель понимания базового человека. Без этого понимания всё теряет опору — и психология, и гуманизм, и многое другое. Если нет этой базы, я не понимаю, как всё держится.
А дальше начинается свобода человека и осмысление его развития. Появляется огромное количество новых текстов, новых мыслей, новых слов — потому что я работал с силами нашей души. И уже рождаются новые мысли, новые слова. Так мы видим мир, так мы видим человека.
Раньше было тяжело говорить об этом, потому что информация как отдельное явление не была изучена — именно её свойства: как она хранится, как составляется, как трансформируется, как воздействует. Не было такой дисциплины. А рассмотрение человека как набора информации — такая модель — позволяет нам выстраивать структуру блоков и их взаимодействий. Это ценная модель понимания, где мы пока не касаемся вопросов рафинированности.
Когда мы видим суть — в формате информации — мы уже можем действовать так, чтобы не причинить никому вреда. То есть учитывать расстояние, удалённость, особенности взаимодействия и некоторую теоретическую подложку, которая позволяет говорить с человеком в одном настрое.
Сначала мы рассматриваем общее, универсальное, а потом — разнообразие. Чем больше разнообразия, тем богаче творческая деятельность русского общества — это подтягивание новых перспектив. Но прежде нужно понять, кто мы сами такие.
Кто я как человек, говорящий на русском языке? Насколько я русский? Что значит для меня моя русскость? Она связана с моими предками, с тем, что во мне от них. Я чувствую эту связь через язык, через культуру, через то, как я воспринимаю мир.
Я вырос на Малой советской энциклопедии, на романах, на идеях того времени. Всё это сложилось во мне, переводилось в гармонию, в движение — от техники к философии. От робототехники к пониманию блоков управления, «чёрных ящиков», информационных потоков. Через микроблоки — к большим системам. Взаимодействие, трансформация информации — всё это складывается в понимание человека, в понимание того, как информация формирует нас.
Настроение предшествует действию, действие меняет настроение — и так возникает целостный вектор: радости, роста, осмысленности. И важный вопрос для меня: когда я вижу правильную картину, насколько она верна и как не отклониться от неё?
Здесь тяжёлый момент — понимание, что необходимо отказаться от чего;то, чтобы измениться, чтобы гармонично жить в этом мире, по его законам. Нужно знать эти законы, знать «волшебные слова». И при этом смотреть честно на себя: что я сейчас есть? И если вижу, что нужно что;то сделать, — делать это прямо сейчас. Возможно, этим занимаются монахи, не знаю. А философ занимается идеалами.
Раньше я был конструктором, теперь я философ. Раньше я продавал свой интеллект, теперь просто делюсь тем, что понял. И ничего не продаю. Мне хватает. Но помощь всегда взаимна: я помогаю другим разобраться в себе, а они, в свою очередь, помогают мне.
В конечном итоге мир устроен как;то иначе — это единое для всех. Есть закон мира, закон добра. Что есть добро? Как оно устроено в сознании человека? Религиозное в человеке — это модель любви, гармонии. Идеальная модель, помещённая в реальные условия, должна немного трансформироваться, чтобы взаимодействовать с ними.
Развивая своё понимание, важно говорить правду, видеть суть, не осуждать за ошибки, а воспринимать их как часть пути. Иногда сложно найти человека, который уже вышел на тот уровень, когда готов честно разбираться в себе. Но это время приходит к каждому.
И в какой;то момент человека начинают интересовать сказки, фантастика — то, что обращается к душе. Детские сказки несут в себе глубокие истины. Если перечитать их с новым контекстом, они открываются по;новому.
Так складывается отношение к жизни, к людям, к миру. Понимание того, что мы выполняем определённую функцию, и когда мы её осознаём — приходим к единству, к синхронности, к энергии творчества. Но всё это опирается на единую систему мировоззрения, которая задаёт вектор, глубинное осмысление — истинное, как оно есть на самом деле.
Каждому человеку это важно — чтобы ориентироваться в пространстве, понимать, как его действия влияют на окружающих. Как я буду поворачиваться в толпе, чтобы никому не навредить? Это и есть аскеза в современном мире — когда бизнес, политика, жизнь опираются на это понимание. Когда всё строится на едином взгляде, люди знают, что и как делать, даже оставаясь на своих местах. Вопрос в приложении лучших усилий — без подавления, с уважением к другому.
Каждый найдёт свой правильный подход, если будет стремиться к истине, к ясности, к пониманию. И здесь я предлагаю базовую конструкцию — которую нужно наполнять своим опытом, своими смыслами. Так появляется понимание: что такое мой мир, куда дотягивается моё понимание, как я живу в нём и что оставляю после себя.
Свидетельство о публикации №226052800583