Полуостров. Глава 209

Глава 209
Женщина сидела на лавке, за которой были посажены цветы, наверняка радующие глаз при свете дня, но сейчас, в сумрачном, туманном, полумраке, кажущиеся зловещими.
- Вы всё-таки пробрались сюда, Александра Ивановна...
Она повернула голову на звук, и на её лице медленно проступило выражение узнавания.
Заклинание рассеяния внимания надёжно скрывало меня от взглядов охранников, но для Избранного требовалось гораздо более значительных вложений энергии...
- Зачем вы это сделали? - продолжал я. - Вы потратили всю силу, я вообще не ощущаю вашего присутствия... Вы умрете, организм отомстит вам за этот перерасход... Вы вообще бы отсюда не вышли, если бы я сейчас не пришёл!
- Я была нужна ему... - голос её прозвучал еле слышно, я вообще был не уверен, что слова имели воплощение.
Лавку вдруг осветилась: неподалеку, по улице проехала машина.
В лице у неё не было ни кровинки.
- Вашего сына откачали бы в реанимации! - злость, которую я пытался сдерживать, выплеснулась наружу. - Сейчас не  XVI век, уровень медицины весьма поднялся с тех пор...
- Они говорили, я слышала... - мать Козлова неуверенно, словно в любой момент ожидая, что я растворяюсь в предрассветной мгле, протянула руку в мою сторону и крепко сжала мне запястье. - Говорили, что все пошло не так...
Я медленно отсоединил её пальцы от своей руки.
- Я могу поделиться с вами силой, но тогда все вернётся назад... Мы не можем просто так отдавать энергию простым смертным, за это нужно платить... Выбираете, Александра Ивановна...
- Вы - целитель, Пауль...
- Это не имеет значения! Запрещено любое воздействие! Это ваша цена...
Ближайший к нам корпус  больницы утопал в тумане. Свет, падающий от фонаря, рассекал его надвое, словно луч лазерного меча из "Звёздных войн".
"Эта свеча будет указывать тебе путь, Пауль. Пока она горит, с тобой ничего не может случиться..."
- Я имею в виду, что вы могли бы помочь ему, там... - каждое слово давалось ей с трудом.
Договор с небесами, древний, как котлован, образовавшийся неподалёку...
- Мог бы, если бы работал в больнице, - пояснил я. - В иных же случаях... Я могу оказывать доврачебную помощь... Могу лечить, используя свой дар, ежели ко мне обратятся. Но мы не должны отсвечивать слишком явно... Таковы правила, Александра Ивановна. Не я их придумал...
- Поэтому я и не подписала ваш Договор, - она с трудом поднялась на ноги. - Есть ли смысл начинать, если не можешь дойти до конца?
Она пошатнулась, и я поддержал её, обхватив за талию.
- Я открою вам портал. Вы умрете в своей постели. Вызовите заблаговременно скорую... Возможно, они даже смогут что-то сделать...
Она отрицательно покачала головой.
- Не стоит, Пауль, все бессмысленно... Я не хуже вас знаю эти бесчеловечные правила...
- Если бы вы подписали Договор...
- Если бы я подписала Договор, то стала бы одной из вас, а я всегда хотела остаться собой...
Я поднял руку, но вместо того, чтобы открыть портал, осенил её крестом.
Она слабо улыбнулась.
- Не надо, Пауль, я не верю в Бога, да и вы, судя по всему, тоже не слишком-то в него верите...
- Я верю в то, что все не случайно...
Я почувствовал вибрацию почвы под ногами. Открывая портал для того, кто не может сделать это сам, всегда теряешь массу энергии...
Над крышей корпуса поблекли звезды и появилась светлая полоса. Я потянулся к мобильнику, чтобы не видеть тот момент, когда жерло портала поглотит её навсегда.
- Я тоже. Знаете... - она помедлила, словно будучи до конца неуверенной в правильности своего поступка. - Знаете, Пауль, я бы очень хотела встретить вас намного раньше...
Мария Борисовна лежала в кровати с открытыми глазами.
- Где ты был, Паша? Я проснулась, а тебя нет рядом...
- Ходил за сигаретами... - я медленно, как старик, начал расстегивать пуговицы на рубашке.
- В четыре утра!
- В четыре утра, Маша! Захотелось курить, а сигареты кончились... - я вдруг резко повернулся к ней, и она испуганно вжалась в подушку. - Сколько можно меня контролировать!..
- Я просто волновалась...
- Могла бы, в конце концов, написать или позвонить! Я же брал с собой телефон...
- Он был вне зоны доступа...
По-видимому, ей пришло в голову связаться со мной именно в момент открытия портала.
- Маша, ну, хватит! - я силой дёрнул за ремень, и он выскользнул из джинсов. - Хорошо, я летал к любовнице! В Таганрог! Но, видишь, к рассвету успел вернуться, так что все в порядке, не правда ли?
- Почему в Таганрог? - она была закрыта одеялом до самого подбородка, и, когда я потянул за него, поспешила накинуть обратно, хотя, на мой взгляд, в квартире было довольно тепло.
- Ну, в Семипалатинск...
- Паша, это не смешно, ты уже начал ходить по ночам...
- Я выходил купить сигареты! - я показал ей пачку, которую действительно приобрёл в круглосуточном магазинчике возле больницы. - Я не виноват, что в это время почти все закрыто...
- Ты не мог подождать до утра?..
- Нет, не мог! - я провел ладонью по её щеке, читая заклинание.
Веки у нее опустились на глаза, и она зевнула, погружаясь в сон. Тогда я выбрался из постели и прошёл на кухню.
Приборы рядом с кроватью Козлова, наверняка, сейчас работают в штатном порядке, размеренно рисуя кривые. А за много километров отсюда его мать доживает последние часы.
Я положил на кухонный стол извлеченные из кармана джинсов часы.
Сейчас ты получишь свою дозу, чёртова игрушка...
В какую бы точку я не приходил, я всегда нахожу в ней Валю. Может быть, так действительно суждено?..
Я наколол острым концом ножа безымянный палец, направляясь струю крови на циферблат часов.
Стрелки их вздрогнули, точь в точь, как вздрагивают ресницы живого существа, когда его выводят из оцепенения.
Я пробормотал несколько слов. Они были практически забыты и с трудом проговаривались в этот утренний час в современной квартире. Следы их терялись во тьме. Заклинание, широко применяемое до Уложения...
Неподсудное, но разгоняющее физическую боль до немыслимых пределов. Теперь палец будет дёргать так, словно его терзает в своих челюстях дикое животное, по-крайней мере, полчаса. Зато артефакт насытится под завязку...
Теперь ты понимаешь Коновалова? Понимаешь, как бывает, когда чувства разрывают тебя изнутри, а ты не можешь освободить их на волю?
Стрелки часов начали крутиться с бешеной скоростью, нагоняя истинное время. Замерли на пяти утра, потом минутная вдруг завибрировала, словно указатель компаса.
Если я верно понял матчасть, сейчас она ищет направление, из которого поступает сила. Опасность для владельца часов, исходящая от другого Избранного.
Стрелка ещё немного поколыхалась и успокоилась, Избранных в шаговом доступе не присутствовало.
Адская боль в пальце начала понемногу стихать. Секундная стрелка отсчитывала удары моего сердца.
Я забрал часы со стола и вернулся с ними в спальню.
Мария Борисовна мерно дышала во сне. Я лёг рядом, но так и не смог больше уснуть.