Устаревшая модель

“И что хорошо, Федр,
И что не хорошо, -
Надо ли просить кого-то рассказать нам об этом?”
Р. Пирсиг

Она смотрела на его неподвижный могучий и рельефный торс. Крепкие мускулистые руки. Мощная, но не перекачанная шея. Взгляд скользнул на лицо. Глаза были закрыты и несколько секунд Оксана старалась вспомнить цвет глаз этой серии. Проще было открыть описание модели. Правильный овал лица, приятные губы и кожа на ощупь. Нежная и дорогая многослойная кожа. Это был спецзаказ без щетины на лице, чтобы избежать раздражения чересчур чувствительных частей кожи, - как было сказано в документации к изделию.
Яркий утренний свет хорошо освещал через большие и широкие окна лабораторию на последнем этаже 26 этажного здания на окраине мегаполиса.
Оксана подошла к окну. Вид был потрясающий, но такой привычный. Золото куполов, перемежающееся серостью колонн зданий и синевой стекол. Вдалеке большая и могучая река, давно загнанная в бетон. Даже можно было рассмотреть речной трамвайчик, не спеша плывущий в бетонных берегах. Большой зеленый парк тянулся почти до здания, где размещается лаборатория по гарантийному ремонту суррогатов. Само здание лаборатории тонет в серо-синем бетоне таких же колонн, которые хотели бы заглянуть за облака, но ели мало каши в детстве. С минуту постояв у окна Оксана закрыла жалюзи и включила свет, чтобы можно было лучше рассмотреть возможные дефекты.
Суррогатов в этом помещении диагностики и осмотра было два. С первым роботом все было ясно, но не просто - небрежная эксплуатация. Перегрев, оплавленный провод, замыкание и сбой в программе. - Даже странно что главный предохранитель общей системы обеспечения сгорел лишь когда робот застрял в дыре гипсокартонной стены своим главным оружием немалого калибра.
- Какие качественные запчасти, подумала Оксана. 
Созвонившись вчера с хозяйкой суррогата выяснила, что та позвала на вечеринку подруг и решила продемонстрировать обновку в действии. Поначалу тест-драйв прошел успешно, и даже когда ему пришлось работать непрерывно в течении 3 часов все было хорошо. Но затем что-то пошло не так. После очередной команды -
– Иннокентий, ко мне! суррогат застыл и не двигался целую минуту. Сбой и перезагрузка программы. Затем медленно начал оживать и снова начал исполнять команды.
При правильной работе суррогат должен сканировать и постоянно отслеживать состояние хозяйки, автоматически измеряя при контакте с телом пульс, давление, отслеживая реакцию зрачков и общие признаки физического состояния, а также при некоторых манипуляциях и специальных настройках была возможность делать несложные анализы и забор материала для них. Но это была дорогостоящая дополнительная опция, доступная только в топовых моделях и для которой необходимо было провести апгрэйд. Иногда эта опция заказывалась вместе с целым рядом других опций и настроек пакета Индивидуал, который охватывал достаточно широкий спектр преднастроек, таких как улыбка каждое утро, при подаче кофе в постель. Конечно кофе в постель было самой простой и безобидной преднастройкой индивидуального клиентского пакета.
При достижении хозяйкой желаемого результата суррогат должен автоматически останавливаться, медленно и плавно, ожидая следующей команды. Но с Иннокентием этого не произошло. Остановки не произошло и после того, как была дана команда остановиться. Робот больше не воспринимал команд.
Удачно, что замыкание произошло лишь в управлении одним из восьми моторов привода и скорость исполнения зависшей команды была небольшая.
Помощь пришла почти незамедлительно вместе с пьяным хихиканьем и ударом с размаха неизвестно откуда взявшейся складной полицейской дубинкой по голове этого мускулистого черно парня. Он остановился на минуту, снова перезагрузка.
Спустя минуту робот зашевелился. Звуковых команд он уже не воспринимал, а последняя программа так и осталась на исполнении, но он не знал к чему ее применить. Поэтому пытался применить ко всем объектам в поле зрения и досягаемости.
Дамы разбежались по комнатам, закрыв двери и вызвав полицию, на всякий случай, а Иннокентий тем временем застыл в проделанной своим же оружием дыре гипсокартонной стены возле двери после удачной серии ударов дубинкой в область затылка, где была расположена кнопка аварийного выключения. Хорошо, что главный предохранитель сработал немного раньше, чем подруги с дубинкой и электрошокером в руках нашли ее.
Оксане было даже жалко этого черного двухметрового крупнокалиберного гиганта - он ей нравился.
Целый день вчера был потрачен на диагностику и проверку, лишь поздним вечером Оксана заполнила все необходимые для успешного ремонта Иннокентия поля типовой формы с описанием неисправностей, методов их устранения и проверки после. Впрочем, для окончательной проверки суррогат все равно вернулся бы ей после замены поврежденных деталей, которых было не мало.

Оксана была одна в лаборатории всю эту неделю – сезон отпусков. Но это даже было ей приятно – никакой суеты. Работы было не много, как заведующей лабораторией ей не нужно было получать ни от кого визы, которые она проставляла сотрудницами лаборатории при проверке заполненных диагностических карт. Оксана спокойно работала и была вполне довольна текущим положением вещей.
Она была уже не молодая, высокая, симпатичная женщина с серо-зелеными глазами, вот уже несколько лет постоянно носившая очки. Яркая блондинка, уже целый год живущая в одном цвете волос, который ей шел, но уже надоел и даже начинал раздражать. Хорошая фигура с полным природным третьим размером груди нравилась всем, кроме нее самой. Размер и форма груди были скорректированы на четвертый аж целых пять лет назад, чем она до сих пор была довольна.

Включив свет Оксана, с помощью своего суррогатного ассистента, уложила робота на стол и сняла с него штаны. Здесь тоже был полный порядок. Причину возврата на ремонт она не понимала. Диагностика функций при подключении сканера ошибок показала, что все системы работают в штатном режиме. Ошибок нет.
Снова придется звонить клиенту и выяснять что с ним не так. Она так устала от подробностей вчерашнего разговора про Иннокентия, что общаться с кем-либо до сих пор не хотелось.
Имя в карте не значилось, да и еще не выветрившийся запах духов, залитых в специальный резервуар под кожей суррогата на заводе, говорил о том, что суррогат совсем недавно прошел предпродажную подготовку.
Имени, которое дала хозяйка, в карте, заполненной при сдаче в ремонт, указано не было. Лишь модель – Рэмбо 3.
- Новый первоклассный суррогат. Что ж, надо звонить, подумала она и сев в свое удобное кресло набрала номер.
-Алло! - раздался в смартфоне писклявый голос хозяйки Рэмбо.
- Здравствуйте, к нам поступил на ремонт суррогат, в заявке указан ваш контактный номер телефона, сказала Оксана дежурную фразу, с которой сотни раз начиналось общение с клиентами.
- Да, это мой суррогат. Мне продали устаревшую модель, как будто я купила этот никому не нужный хлам по акции со скидкой! Эту рухлядь нужно перепрошить, или что вы там с ними делаете. Он ведет себя так, как будто вошел в мой дом прямо из девятнадцатого века и повезет меня в карете на бал. Мне нужна последняя версия. Самая последняя. Слышите?! Из двадцать первого, а не из девятнадцатого века. Вы меня поняли?
- Да, я проверю версию программы и корректность работы, сказала Оксана.
- Проверите?! Делайте как я говорю!
Дальше в телефоне раздались короткие гудки.
Почему модель называлась Рэмбо и какие функции включает в себя третья модификация хозяйка явно не догадывалась и не интересовалась. Это была флагманская, задающая моду, последняя модель, рекламная кампания которой только начала разворачиваться. Скоро реклама этой модели будет звучать по всему городу и во всех СМИ со слоганом – “Хочешь настоящего мужчину – купи”. Далее шло полное описание всех достоинств новой модели, а затем схем кредитования, скидок и льгот для приобретения этого шедевра человеческой мысли. 
Оксана задумчиво посмотрела на экран сканера, версия программного обеспечения значилась последняя, но ее смутила приписка V8 после точки, когда она провалилась глубже в подробное описание ПО, считываемое сканером.
Модификация ПО была действительно не совсем та, которая указана в мануале по обслуживанию и ремонту этой новейшей модели суррогатов.
Оксана запустила анализ алгоритмов в модификации V8, с этой модификацией она еще не сталкивалась.
Сравнительная таблица по заданным алгоритмам при сравнении версий, выведенная на мониторе, не показала отклонений от эталонной базовой версии. Отличие было в том, что в переданном на ремонт Рэмбо был вшит дополнительный модуль. Там были записаны восемь дополнительных алгоритмов под названиями:
1. Достоинство
2. Совесть
3. Честь
4. Мужество
5. Смелость
6. Доброта
7. Великодушие
8. Избирательность
Этому суррогату дали возможность самому оценивать действия по этим восьми критериям. Система не отличалась сложностью – был реализован простой бинарный код по алгоритму да/нет/если - на основании заложенных в базу данных миллионов картин и описаний различных ситуаций. Мощный процессор легко справлялся с этими дополнительными функциями принятия решений. Он разрабатывался гораздо более мощным чем было необходимо для простых и понятных алгоритмов поведения мужчины-суррогата с расчетом на возможную необходимость последующих апгрейдов и возможного дублирования главных систем в случае отказа по каким-то причинам для оборонной промышленности.
Откинувшись в глубокое кресло Оксана задумалась. Конечно, ей не нужен был словарь и разъяснения сканеров ошибок чтобы понять, что значат эти названия алгоритмов и как они будут действовать. Но нужны ли они их новому продукту? В этом у нее были большие сомнения. Однажды подруга ее просила дать совет о покупке суррогата. Оксана оживленно начала объяснять различия моделей разных производителей, привела статистику продаж, но та ее перебила и сказала:
- Я все равно не понимаю половину того что ты говоришь. Просто хочу хорошо потрахаться, чтобы был качественный секс, понимаешь? Ты скажи, как у них с этим?
Оказывается, все так просто.
В каждом суррогате вшит черный ящик – хранилище видеофайлов, записанных камерами глаз суррогата за последние 72 часа. Чтобы в случае экстренной необходимости можно было пролить свет на события даже если суррогат уничтожен почти полностью. Эта функция не афишировалась, ее описания не было ни в одном руководстве по эксплуатации и ремонту, ни в одной рекламной брошюре, но конечно же Оксана знала, как просмотреть эти файлы.
- Раз уж этот робот в лаборатории… - подумала она, и вывела на экран последние 10 минут перед отключением всех систем тревожной кнопкой на пульте брелока.

Оксана увидела, как открывается дверь в комнату. Увидела большую красную винтажную кровать. На ней смятое ярко красное шелковое белье, три больших подушки. Кованная металлическая рама кровати украшена различными предметами кузнечного искусства в виде цветов, колосьев, виноградной лозы, обвивающей все, на металлической спинке. Также виноградная лоза обвивала серп и молот, внутри которых располагался фрагмент глобуса.
К спинке прикована наручниками невысокая блондинка с хорошей фигурой в черной маске, сзади у нее был черный хвост. Рядом с ней был индус- слуга с розгами в руках, такой же суррогат, как и он, новой модели, но другого производителя. Суррогаты друг друга считывали сразу же через невидимые человеческому глазу зашифрованные графические коды. На попе женщины виднелись красные полосы. Она была раздета и полулежала. Рядом на стуле сидела горничная с плеткой, тоже суррогат. Она тоже была раздета.
- Присоединяйся к нам, услышал он голос хозяйки, прикованной к кровати.
Доли секунды понадобились мощному процессору чтобы сработали нехитрые алгоритмы модификации. Следуя за направлением апперкота с правой руки Рэмбо горничная застряла в креплениях потолка, а маленький слуга-индус, проломив дверь шкафа, из которого посыпались маски, ошейники, цепи, плетки, хлысты, нагайки, доспехи древних рыцарей и немыслимое количество разных других мелочей, странных предметов и костюмов, оказался в застрявшим между шкафом и проломленным его стальным каркасом стеной за шкафом.
Освободив хозяйку от наручников, сняв хвост и маску он сел на кровать и сказал -
- Нам нужно поговорить.
В этот момент женщина добралась до пульта управления и выключила робота.
Теперь Оксане все стало ясно. Непонятным оставалось только одно – как эти странные восемь алгоритмов появились в новейшей модели суррогата. Стоило ли разобраться чтобы этого не произошло снова? Ведь тогда обращения станут массовыми и начнется отзывная компания по гарантии и все эти суррогаты попадут к ней. Кошмар!
В своих заполняемых таблицах по диагностике и ремонту она написала – заменить программное обеспечение. Проверить версии программного обеспечения всех суррогатов модели Рэмбо 3. Взять под особый контроль проверку. Проверку выполнять в 5 этапов, внести соответствующие записи о результатах.
Проверка не выявила больше версий, с не соответствующей требованиям модификацией.
Служебное расследование показало, что модификацию внесли уже при предпродажной проверке качества товара. Изменения внес старый и тяжело больной инженер, постоянные головные боли, причиняемые растущей опухолью, только немного заглушались таблетками и алкоголем по вечерам.
Ему было семьдесят шесть лет, но до последних четырех месяцев, когда у него обнаружили рак на неоперабельной последней стадии, он был настолько полон сил, нереализованных идей и любви к жизни, что его возраст в паспорте не мог быть воспринят всерьез. Фонтан энергии, который бил из него с неиссякаемой мощью и напором резко контрастировал и выгодно отличал его от молодых флегматичных коллег. Руководству нравился этот старый инженер тем, что мог предложить простое и иногда не стандартное решение многих из возникающих с суррогатами проблем.
Он еще помнил другое время, когда по улицам гуляли другие люди. Он часто вспоминал старое доброе время своей молодости, когда дружба была искренней, трава зеленой, деревья могучими, а любовь просто была.
Полгода назад ему пришло письмо от незнакомого адресата. Конверт был слишком тяжелым для бумаги. Из оторванного с краю конверта ему в ладонь упал камень в виде сердечка. Грубо и с огрехами шлифованный, черный камень с белыми вкраплениями. Конечно же он сразу вспомнил его. Это могло означать только одно – ее больше нет. Развернув лист бумаги формата А4 он увидел единственную рукописную надпись – Вам просили передать. Еще в конверте лежал пожелтевший лист с рукописным текстом. Это были стихи. Чернила были уже не такие яркие, но он узнал свой почерк. Защемило сердце. Снова он вспомнил все, все те чувства, которые как он думал, давно умерли в нем еще раз прошли через его сердце.
- Странно что она не выбросила, подумал он.
- А все-таки приятно, черт возьми.
Безымянный русский инженер, безымянный русский солдат, такой же, как и те, что все еще лежат в полях и лесах, случайно он услышал будущий слоган для новой модели – Хочешь настоящего мужчину – купи. Пожелтевший листок бумаги, придавленный шлифованным черным камнем, лежал у него на столе в углу отдельно от других бумаг. Услышав этот слоган, он помрачнел. Взял в руки желтый лист и перечитал еще раз выцветшие строки рифм, которым было около сорока лет.
 - А все же она бережно его хранила, а я думал выбросила.
У него было свое, несовременное и устаревшее представление о мироздании. И он создал свою, устаревшую, модель поведения для суррогата. Старый русский солдат, уже незнающий ни слов любви, ни пощады, решил поступить честно с этим миром и дать покупателям именно то, за что они готовы немало заплатить – настоящего мужчину, которого можно будет купить.
- Это будет настоящая вещь, а не вся та шелуха, с которой постоянно возятся эти грязные маркетологи, подумал он.
Он давно привык, что в современном мире мужчинам запретили быть мужчинами. Ему самому это уже было не нужно, но то что он видел вокруг навивало тоску. С его опытом и некоторыми специальными знаниями, уже почти забытыми, не составило труда дополнить программу нужными алгоритмами даже в вечернем полузабытье, в которое он проваливался, запивая обезболивающее алкоголем. Все было готово за несколько дней до того, как он в последний раз закрыл глаза в этом мире. Дальше дело было за малым – каждый проходящий через его руки суррогат получит свой особый культурный код.
“Он успел модифицировать только одного суррогата” –  значилось в файле служебного расследования, который открыла Оксана, когда Рэмбо 3 вернулся к ней с ремонта. Был уже вечер. Распахнув большое и широкое окно лаборатории она полной грудью вдохнула свежий, влажный и тягучий воздух после только что закончившегося дождя. Проблема была решена.

29.05.2026,
Дмитрий Дмитерко