Краткая история России начало

Хоть я по образованию социолог, а не историк, но решил написать книгу по истории. Впрочем, может как раз поэтому и решил, ведь Карла Поланьи мало изучают на курсе истории, зато его преподают социологам и экономистам. На сегодня это один из самых влиятельных мировых авторов, к примеру, Сорос неоднократно признавал себе последователем Поланьи. И я подумал, а что если использовать его методику из книги "Великая трансформация" для описания истории России. Ниже публикую предисловие к книге, которая ещё не окончена, но активно находится в процессе написания:


Данная книга не представляет собой полного и исчерпывающего описания истории России, Российской империи, Руси и Советского Союза и не в коем случае не претендует на такое. Книга рождена из одного долгого наблюдения, согласно которому в России до сих пор нет единой концепции своей истории, нет понимания, чем была и куда двигалась Россия на разных этапах истории. Не было системного подхода к такому вопросу, по самым разным причинам. Во-первых, конечно, по причине закрытости информации. Только в 19-ом веке Ключевский и Татищев буквально по крохам собирают самую разную информацию, которая в эпоху царизма находилась на полулегальном положении. А после революции страна вовсе закрылась, словно перешла на многие десятилетия в осадное положение, и доступ к источникам был во многом закрыт, вместе с тем сама история стала больше предметом идеологии, а не исследований. В итоге сложилось два подхода к российской истории. Первый подход — это новомодный либеральный, который смотрит на историю с подозрением, как на историю грехопадения, как, пожалуй, потомки Ноя должны были смотреть на то, что происходило до Великого Потопа на земле. Индустриальная революция — это своего рода потоп, до которого человечество полагается пребывавшим во тьме невежества, а после начинающим немного просыпаться. Я с этой точкой зрения не согласен. Никто не доказал ещё, что технический прогресс приводит к росту ума людей, но мы повсеместно можем наблюдать рост глупости. И эта глупость — это не просто побочный эффект, это необходимая часть прогресса. К примеру, долгие годы не было единой теории, движения самолёта. По-моему этой теории нет и сейчас. Было несколько теорий, одна из которых объясняет, почему самолёт собственно летит: разница давлений между потоками воздуха под крылом и над крылом, при большой скорости это должно оторвать предмет от земли. Сухие листья не ветру поднимаются от земли по такому же принципу. Но вот самолёт взлетел, и теперь нужно как-то им управлять, и здесь в дело вступает другая теория, которая никак не связана с первой, благодаря устройству хвоста самолёта возможно поворачивать налево и направо. К этому люди тоже пришли практическим путём, когда научились плавать под парусом против ветра. Хвост самолёта — это аналог киля под лодкой. Ну и третья теория, никак не связанная ни с первой, ни со второй, объясняет, как самолёт садится. Вместе с тем, не имея единой теории действия самолёта, тысячи людей покупали билеты и пользовались услугами авиакомпаний. Их глупость, их доверчивость позволила науке на ошибках, на опыте многих авиакатастроф прийти к тому, как лучше управлять самолётом. Любой средневековый крестьянин здесь покажется умнее, по всяком случае, он мог прожить всю жизнь и так ни разу не испытать этого шока и гнетущего кошмара, какой испытывает обычные люди, когда оказываются в падающем самолёте. Средневековый крестьянин мог ничего не знать о животной панике, даже когда на его землю приходили какие-то завоеватели. Современный человек часто на обычной работе или даже по дороге на работу рискует больше, чем профессиональные военные наёмники средневековой Швейцарии, больше чем моряки Христофора Колумба, плывущие в непредсказуемую стихию океана, подбодряемые лишь  верой в бога. Но при этом современный человек часто не знает об этом риске, в отличии от тех же моряков Христофора Колумба. От моряков Колумба требовалась безоговорочная, даже фанатичная вера в бога, современный человек позволяет себе быть скептиком, даже кажется, что он мужественный, пока вдруг вещи не начнут течь не своим чередом, и тогда начинается не просто волнение, а животная паника. Итак, по-моему глубокому убеждению, без человеческой глупости не было бы ни самолётов, ни полётов в космос, ни искусственных спутников Земли, ни много чего ещё. Поэтому такой либеральный подход к истории, с высокомерием взирающий на прошлое, я сразу отметаю.

Но, это вовсе не значит противоположного подхода, так модного в спецслужбах, хоть и полностью тупикового в современной России. Этот подход основывается на том убеждении, что Россия всегда была окружена враждебной Европой, которая пыталась её уничтожить и поработить. Россия действительно пережила несколько тяжёлых войн против европейских держав, особенно тяжёлыми были Первая и Вторая Мировая война, а также так называемая Холодная война, а, по сути, гибридная война в Африке и в Азии против колониальных империй. И народ России испытал такую же панику, такой же животный страх, какой испытывают люди во время авиакатастрофы. Но, в отличии от прочих народов, от тех же немцев, которые через эту панику и управляемую глупость масс извлекли для себя полезные знания, способные обеспечить их технологии, в России этого не произошло. Поэтому все объяснения теперь стали конспирологическими, создающими образ врага невероятного, абсолютного, гностического. Запад стал для России гностическим врагом, как злой Демиург, сотворивший землю, как царство мучений и боли в представлении древнего человека. Абсолютным врагом в российском коллективным воображении рисуется фашизм, в особенности немецкий фашизм. Хотя, по сути, нацизм был не более чем диктаторский режим, помешавшийся на высоких технологиях. Всё остальное уже вытекало из этого, вплоть до работорговли и геноцидов. По количеству жертв Германия не была даже на первом месте, азиатская империя — Япония в то же самое время погубила куда больше человек в Китае и в Корее, и куда более зверскими способами. Но это зло не коснулось России, в отличии от германского нацизма, поэтому именно нацизм был назначен абсолютным злом. Вместе с тем, чтобы быть честным, нужно вспомнить, что когда-то главным врагом для России была Турецкая империя и её вассал — Крымский хан. И тогда именно Германия протянула России руку помощи. Военный союз России и Германии, продлившийся 90 лет, сделал возможным нанесение ряда крупных поражений турецкой Османии, благодаря чему нога российского солдата ступила на земли Грузии, Крыма, Армении, Молдавии и современных Таджикистана и Турменистана. И всегда в этих войнах рядом с российским солдатом шёл его неизменный союзник — германский солдат, подчинённый королю Австрии и императору Вены. Почему и когда случился этот союз — об этом я и напишу в этой книге, как и о многом другом.

Итак, подход, который я выбираю для этого книги — это тот же подход, который выбрал Карл Поланьи, венский учёный для своей книги «Великая трансформация».  Я буду описывать несколько систем внешнеполитического устройства (ВПУ), в которых всегда участвовала Россия, и каждый раз в разной роли. В какой-то момент внешнеполитическое устройство мира оформилось в то, что мы называем «миропорядок» — мировая система сделок и соглашений, направленная на поддержание общего мира на определённой территории и наказания тех, кто этот мир нарушают. Сложилась такая система, как отмечает Карл Поланьи, после войн Наполеона. Теперь было решено не проводить войн в Европе и наказывать тех, кто попытаются их начать. Это, как утверждает Поланьи, стало тем фактором, который сделал возможным существование глобального рынка, то есть, вообще капитализма. Без этой системы соглашений мир оставался бы феодальным, страны продолжали бы принадлежать королям и аристократии, как и земельная собственность в этих странах. Но именно миропорядок сделал так, что со временем аристократия стала терять власть и собственность в пользу выходцев из буржуазии. До миропорядка системы ВПУ представляли собой конфликтующие блоки, на которые были поделены страны Европы, и для этих блоков в порядке вещей было воевать между собой на территории Европы. И всё-таки, были какие-то соглашения даже между врагами внутри этого ВПУ, которые позволяли им функционировать как единая система. Россия не была исключением в этом ВПУ, она всегда была важной его частью. Россия застала несколько систему ВПУ.
1. Реконкиста. Мусульмане захватили огромные территории, на которых проживает христианское население. Короли Европы, даже враждующие между собой, часто сходятся в том, что у них есть общее дело — облегчить участь этих христиан, оказавшихся под властью мусульман, а лучше и вовсе освободить их. Интересно, что у мусульман тоже появилась своя идея Реконкисты после монгольского нашествия. Некоторые мусульмане, включая даже монгольских ханов, как русско-булгарский хан Берке, хотели освободить мусульман от власти неправедных ханов. Россия играла свою роль в обоих системах Реконкисты.
2. Реформация. Европа расколота на католиков, протестантов, и тех, которые колеблются, как Швеция, Франция, немецкие княжества. Франция при этом так и остаётся колеблющейся, она с одной стороны исповедует нетрадиционное католичество, часто с уклоном в ереси, но не уходит в раскол и не выводит церковь из-под юрисдикции римского папы. Причина: Франция и так в любой момент может ввести войска в Италию и повлиять на папу. При этом Франция заключает союзы с мусульманами против других католиков, против германского императора, сохраняет у себя сильные элементы эпохи Возрождения и коронует протестанта Генриха IV, который принимает католичество. Русь в этой системе координат тоже колеблется.
3. Пост-реформация. Страны Европы уподобляются Франции времён эпохи Реформации, то есть компромиссной версии, где на первом месте суверенитет абсолютного монарха. Но Европа также не едина, а поделена на блоки. Теперь объединяющими центрами становятся Франция и Германии, католики, а чаще протестанты колеблются между ними.  Россия после Венского договора 1726-го года оказывается в одном блоке с Германской империей. В эту эпоху страны Европы становятся империями, владеющими обширными колониями, и предпочитают воевать между собой за колонии и в колониях, а не на Европейском континенте. Религиозный конфликт если и присутствует, то фокус смещается, и задача теперь не навязать свою веру еретикам, а обратить в неё вообще не христиан, язычников, то есть коренных жителей колоний. Следовательно, главная конкуренция между церквями идёт теперь за обращение на свою сторону коренных жителей колоний. Германия проиграла свою войну за колонии ещё до начала этой эпохи, и потому император теперь обратил свой взор на территории, подчинённые турецкой Османии.

Наконец, Венский конгресс после войн с Наполеоном делает возможным миропорядок, прежде невиданную систему. Было также несколько систем миропорядка, каждая из которых заканчивалась большой войной в Европе. Каждая из них также будет описана в своё время. В дальнейшем я планирую строить своё описание так. Я опишу 7 систем внешнеполитического устройства, четыре из которых относятся к миропорядку. После описания каждой из них буду описывать историю России того периода и её участие в системе. Не вдаваясь в лишние детали, не углубляясь в историческую казуистику, я собираюсь передать предельно общее описание, формирующее единую концепцию.